Девятый порыв – «О времяпровождении в загадочном черепе...»

      Рогатый череп на окраине деревни был очень удобным убежищем в любое время суток. Утром здесь царила тишина, днём можно было укрыться от палящих лучей солнца, вечером — отдохнуть от деревенской суеты, а ночью — поспать в одиночестве. Мэл часто приходил сюда, чтобы поразмышлять над будущим, над тем, как исправить то, что ещё не произошло и над тем, что он успел изменить. Ведь единственное, что оставалось неизменным в каждой его реинкарнации — именно эта погибшая пять сотен лет голова демона. Как иронично.       Кому-то тоже не повезло умирать в каждой временной параллели.       Мэллори планировал побыть в одиночестве. Ведь именно за этим он и пришёл сюда — чтобы отдохнуть от присутствия матери, чтобы на время освободиться от наставлений бабушки и чтобы на миг забыть усталость вечных перерождений. Как же его всё это достало.       Но сегодня, как оказалось, череп был занят кем-то другим.       Юно сидела на траве спиной к Мэлу, склонившись над очередной библиотечной книжкой. Издалека он не мог увидеть письмена, да и не особо ему интересно было, что читала Юно сейчас. Наверняка какие-нибудь скучные летописи или дневники неизвестных магов. Но что-то было не так в позе Юно. Мэл какое-то время не мог понять, что именно, пока не заметил — она долгое время не переворачивала страницы. Её тело будто застыло во времени, не меняясь сквозь секунды, тягуче считающих срок.       Вдруг Мэл услышал:       — Не стой столбом. Будто призрака увидел.       Видимо, Юно была не в настроении сегодня. Также, как и сам Мэл. Он неожиданно понял, что действительно встал, как вкопанный, стоило ему увидеть лучшую подругу в черепном убежище. Он не думал, что обнаружит её здесь, читающую книгу в одиночестве. Его планы накрылись медным тазом.       — Что ты здесь делаешь? — стараясь подавить разочарованный вздох, произнёс Мэл. Он растерял всю свою язвительность в миг.       В ответ послышалось:       — Читала. Пока ты не пришёл.       Подруга была немногословна, как всегда. Но говорила она только по делу, не отвлекаясь на словесные кружева и не намереваясь сбить собеседника с мысли.       — Понял, — Мэл всё-таки не сдержался и громко вздохнул.       Юно не приняла это во внимание, как могло это показаться Флэйму, но книгу всё же отложила в сторону. Наконец-то она развернулась к Мэлу лицом.       Прошло чуть больше семи лет с тех пор, как они познакомились. Много воды утекло за эти года, столько событий произошло. Мэл уже с трудом вспоминал, какую бойкую малявку он бросился защищать перед группой хулиганов, но прямо сейчас он осознавал — эта малявка уже почти выросла. А ведь у них всего-то три года разницы.       Полгода назад Юно исполнилось двенадцать лет. Она сильно изменилась за прошедшие года — ещё больше вытянулась в росте, магически окрепла. Хоть она всё ещё была по-детски угловата, уже сейчас можно было заметить, что вырастет она в симпатичную девушку — бледная кожа выделялась на общем фоне, жёлтые глаза с ноткой зелени смотрели особенно серьёзно, длинные чёрные волосы заплетены в косу и заколоты на затылке, но даже это не спасало их от лохматости, а стиль одежды поменялся в пределах финансовых возможностей. Также Мэл недовольно отмечал, что уже сейчас у Юно резерв маны больше, чем у него. Это его расстраивало и мотивировало тренироваться усерднее прежнего.       А как же! Ничто так не мотивирует развиваться, как уходящий далеко вперёд товарищ.       Но даже получив свой гримуар, Мэл всё ещё был позади Юно. Только вот осознавала ли это она сама?..       Думы Мэла прервал голос Юно.       — Знаешь... — начала она, но запнулась на миг. В её глазах промелькнул непонятный страх, поэтому Мэл молчаливо кивнул, побуждая её продолжить. И она продолжила:       — ...А ведь этот череп — братская могила.       Флэйм поперхнулся воздухом. К чему вообще была эта фраза?! О чём эта девчонка сейчас думает?       Не собираясь слушать возмущения Мэла, Юно произнесла:       — Согласно легенде, этот череп остался от павшего в бою демона. Принц Люмьер, Первый Король Магов, сразил врага именно в этом месте. В память о Люмьере на вершине этого черепа воздвинута каменная статуя. Но... — она замолчала на пару секунд. Мэл не собирался её перебивать, решив дослушать сначала её слова. — ...Мало кто знает, что статуя — не искусственная, а настоящая, созданная из живого человека.       Теперь Мэл понял, почему Юно начала этот монолог. Он расслабился, когда до него дошло, что она просто делится с ним тем, что недавно узнала. Такая уж была у неё привычка — пересказывать истории первым попавшимся под руку людям. Мэл не мог винить её, ведь однажды она объяснила свои действия тем, что так информация запоминается легче.       Юно просто рассказывала ему легенду.       Мэл подошёл к Юно и сел возле неё. Его взгляд уцепился за название книги, которую подруга читала до его прихода. «Клевер сквозь столетия. Факты и мифы» — гласила обложка.       — Продолжай, — попросил он, отведя взгляд в сторону. Чего уж таить — история его заинтересовала.       И Юно вновь заговорила.       — Победа над демоном стоила Люмьеру жизни. Стоя на поверженном враге и истекая кровью, он медленно умирал. Он бы и погиб, если бы его не запечатали в камень. Принц жив и по сей день, но нет магии, способной вернуть его к полноценному существованию.       Мэл начал испытывать сочувствие к Первому. Он бы никому не пожелал находится в камне столетия. Кто же так отплатил Люмьеру за спасение Клевера?..       — Также мало кто в курсе, что этот череп никогда не принадлежал настоящему демону. Эти останки — вождь исчезнувших в веках эльфов и по совместительству лучший друг Люмьера. Испытав влияние демона на себе, он был подвержен запретной магии, превратившей его в ту форму, которой пугают ныне маленьких детей. Последней его просьбой к Люмьеру было: «Останови меня». И Люмьер остановил. Ценой своей жизни и жизни друга.       Мэл заслушался. Картинка описываемых событий будто возникла перед ним, и он мог наблюдать всё своими глазами. Он испытывал животный ужас, что сменил жалость к Люмьеру.       Кто мог поступить настолько жестоко с этими двумя? Кто заставил их пойти друг против друга? Кому это было выгодно? Кто в ответе за исчезновение эльфов? Кто запечатал Люмьера?       Кровавые картины прошлого мелькали перед его глазами, как настоящие. Множество смертей мирных жителей Клевера, лесные пожары, чёрное небо. Стук сердца был слышен где-то в ушах, руки начинали трястись только от осознания того, что творилось на самом деле пятьсот лет назад. Почему за все свои перерождения он так и не узнал правду об этом событии? А правду ли?..       Чужая рука легла ему на голову и, нежно потрепав по волосам, вывела из пугающих мыслей.       — Я это к тому, что тебе не нужно бросаться на поле боя при любой возможности. Не повторяй подвиги Первого Короля Магов. Ты собираешься стать защитником Клевера, рыцарем-чародеем, но погибнув в первой же стычке, Родину ты не защитишь. Знаю же тебя, остолопа.       Ещё не отойдя от прошлых мыслей, Мэл хриплым голосом спросил:       — Откуда ты знаешь, что я собираюсь стать рыцарем-чародеем?..       Он ещё никому не говорил, куда он намеревался пойти. Даже матери, которая, между прочим, тоже раньше служила там, пока не родился Мэл.       — Это очевидно, — Юно пожала плечами. — Не пахать же тебе землю с такими навыками? Да и даже если бы ты не собирался идти в орден, то тебя бы увезли туда насильно. Война же.       А ведь верно, — мысленно подметил Мэл. Война с Алмазом.       Эта война проходила мимо обычных сельчан, но магов она касалась непосредственно. К тому же, это далеко не первая война с Королевством Алмаз — были и другие, более разрушительные и масштабные. А эта... Так, обычные междоусобицы. Мэл даже упустил это событие из внимания, настолько эти военные стычки были обыденностью. То маги двух королевств древние подземелья не поделят, то найдут спорную территорию, то обвинят друг друга в нарушении международных соглашений. В общем, привыкли все к этим войнам.       — Мэллори, — тихо произнесла Юно. — Пообещай мне, что не будешь зря рисковать, если тебя отправят туда.       Мэл ошарашенно поднял на неё взгляд.       — Что?..       — Клянись, — она с серьёзным выражением лица протянула ему свой мизинец.       Флэйм не был уверен, действительно ли Юно так дорожит им, что просит с него обещание. Но альтернатив не было. Юно — единственная, с кем ему удалось по-настоящему подружиться за всё время перерождений. Он даже задумывался о том, а не послана ли она была ему в помощь, чтобы прервать этот бесконечный цикл? Не похожа ли она на него в том смысле, что тоже является перероженкой? Ведь в других параллельных мирах её не было совсем. Быть может, это знак?..       Юно уже сейчас меняла историю одним своим присутствием. Она вселила в Алису надежду на воспитание сильного мага. Она стала поддержкой для сирот из церкви и приёмной дочерью Отца Орси. И она скрасила серое существование Мэла, подарив надежду на спасение. Разве это не удача?..       Мэл протянул свой мизинец в ответ и уцепился им за палец Юно.       — Клянусь.       Сложно сказать, о чём думает Юно сейчас. Её лицо было нечитаемым для Мэла — он видел лишь серьёзность намерений, что вселяло некое доверие к подруге. Она не делала ничего без причины. Значит, она действительно волнуется о том, что его могут забрать на войну и что он может не вернуться с поля боя?       — Я ещё никуда не ушёл, но кажется, что ты уже прощаешься со мной, принцесса — стараясь вернуть привычный язвительный настрой, с фальшивой усмешкой сказал Флэйм.       — Вовсе нет. Я просто пыталась успокоить себя. Не получилось.       Отмазка. Очевидная глупая отмазка. Юно никогда не умела врать, глядя в глаза. Но Мэл промолчал на это, не собираясь раскрывать ложь.       — Уходишь завтра утром? — спросила она, по-птичьи наклонив голову.       — Да. Экзамен на рыцаря-чародея ещё не скоро, но мать в обход меня договорилась с одним своим знакомым, капитаном ордена. Даже не знаю, чего ожидать…       — Да ладно! Тебя принимают прям так, без отбора? — на лице Юно мелькнуло явное удивление. — Ты же вроде бы радоваться должен. Тем более, если знакомый твоей мамы — не чужой человек.       Конечно не чужой, — думал Мэл отчаянно. — Ведь капитан этого ордена — мой близкий родственник.       — И что с того? Это рушит всё мои планы! — пытался вслух оправдаться он. — Я ведь хотел туда поступить по-нормальному, а в итоге... Принимают меня из-за родственных связей.       Мэлу это было не по душе. Он привык полагаться на себя и на свои силы, но стоило вступить в игру другим факторам — тайне происхождения, знакомствам матери, прошлым договорённостям — как всё запланированное приходилось срочно менять.       Он давно для себя решил, что без Юно никуда не пойдёт. Что он не оставит лучшую подругу без своего присмотра. Что он лучше подождёт три года, чем будет торопиться со службой.       Жаль, что судьба играла против него.       — Но ведь жизнь вслед за планами не разрушится. Зачем разводить панику? — Юно пожала плечами.       Она не понимала. Или притворялась, что не понимала. Мэллори в обиде сжал кулаки.       — Жизнь часто ставит нас в невыгодное положение, Мэл, — тут же покачала она головой. Всё-таки она всё понимала. — Уж за столько лет жизни ты должен был понять истину. Действуй по ситуации и принимай окончательные решения на месте.       Мэл не считал это разумным ходом. Намного проще действовать по намеченному плану, следуя за каждой контрольной точкой. Проще, но... Даже в таких случаях нужно иметь запасной план. Или, если обобщать слова Юно — импровизировать.       Возможно, Мэл бы даже согласился с подругой, если бы она не была младше него физически (насчёт ментального возраста он сомневался). А всё из-за глупой гордости. Он никогда вслух не признается, что Юно в чем-то права больше, чем он. И поэтому молчал, просто сидя рядом с ней и слушая наступившую тишину. Он думал, как мог бы поменять текущую ситуацию. Он может просто отказаться от предложения матери... Но тогда она расстроится, а эфемерное доверие родственника из ордена рыцарей-чародеев падёт в бездну. К тому же, велик шанс, что его всё равно заберут в армию, так как он уже совершеннолетний. В этом варианте он больше потеряет, чем приобретёт. А если он, как и хотела Алиса, отправится в столицу уже завтра... Он точно отправится на поле боя даже будучи новичком, но у него появится отличный шанс продвинуться по карьерной лестнице и набраться ценного опыта сражений. Второй вариант выглядит для Мэла наиболее заманчиво.       Почему в своих прошлых жизнях он не отправлялся на войну?..       Вдруг в поле зрения Мэла попала маленькая рыжая птичка, только что залетевшая внутрь черепа. Это было удивительно. Раньше здесь не наблюдалось никаких животных — слишком густым был магический фон, и он отпугивал всю живность вокруг. Мог ли кто-либо подумать, что однажды это место станет домом для этой птички?       Мэл посмотрел на Юно. Вот уж кто не был удивлён этим явлением. Она тоже заметила приближающуюся птицу и почему-то улыбнулась. Птичка улетела куда-то в кусты. Стоило этому произойти, как оттуда раздалось мелодичное чириканье птенцов.       — И помни — даже ветра меняют своё направление.       Начало темнеть. Вечер.

***

      Прошлый день дался мне тяжело. Нет, я не вымоталась физически, только морально. Толкать кому-то очевидные вещи с умным лицом очень трудно. Лео, как ты это делал?       Жаль, что ответа мне получить не суждено.       Мэлу уже пятнадцать лет. Он получил свой гримуар. И он собирался покинуть Хэйдж в скором времени.       Осознание давалось мне с трудом. Думала ли я, что однажды нам придётся расстаться? Нет, даже мысли в голове такой не было. Точно также я считала, что никогда не покину родительский дом из-за инвалидности. Что же, никогда не говори «никогда». Золотое правило подружки Судьбы.       Было больно. Было грустно. Было одиноко. И никто не мог разделить эти чувства со мной, кроме самого Мэла. Ближе него у меня не было никого. Семья не в счёт. Они — родня, пусть и не кровная. Мэл — друг. Близкий друг. Лучший друг. Первый друг.       Но, пусть он и уходил в столицу, я была рада за него. Ведь ему выпал уникальный шанс — вступить в орден рыцарей-чародеев «по блату». Без всякого экзамена, лишь благодаря рекомендации Алисы. Какую же тогда должность занимала в своё время Алиса, если её мнение ценилось даже там, в высших кругах?       Раньше мне не нужно было волноваться за Мэла. Он был самодостаточным, он не нуждался в чужой заботе, он не хотел привязываться к кому-то ещё. Он был похож на меня. Но даже так, сейчас есть риск, что его выпнут в горячую точку сражаться с магами Алмаза. Я не могла не волноваться за него в данный момент времени. Когда я вывалила на него свои переживания, он даже растерял всю свою язвительность, что было ему несвойственно. Неужели произошедшее тоже было для него неожиданностью?       Я свято верила, что всё обойдётся. Молилась, чтобы неудачи обошли Мэла стороной и он выжил. Потому что не знала, как закончится эта война. Вернее, не помнила.       Была ли эта война с Алмазом в каноне или это очередные приколы Судьбы? Узнать этого мне уже не суждено. Главное — чтобы близкие не пострадали. Чтобы всё с ними было в порядке. Я не хотела терять кого-то ещё. Хватит с меня.       Жаль, что осознание ценности близких людей далось мне только после собственной смерти.       В этот раз я никого не отпущу. Прости, Хель, отдавать тебе я буду только своих врагов. Забрать лучших людей я тебе не позволю. Хоть наизнанку вывернусь, но семью не отдам.