Пролог .

“Жизнь- это череда препятствий, которые приходится преодолевать..„

      Эстель никогда не верила в судьбу. Она не задумывалась о будущем, живя с мыслью, что всё в этом мире идёт своим чередом. Каждое существо выполняло свои обязанности: крыс поджидала сова, сову – более крупные хищники, и так далее. В общем, это была обычная череда жизни, где всё имело своё место.       Трудно было сказать, кем именно была Эстель. Она была девушкой, работавшей разнорабочей, и ей совершенно не хотелось взрослеть, выходить замуж или, что ещё хуже, брать на себя ответственность за что-то или кого-то. Эта мысль пугала её, как огонь.       Легче было просто оставаться Эстель — девушкой со странным именем. Её родители, чудные люди, мечтали назвать свою дочь как-то особенным образом, надеясь увидеть в ней чуть ли не королеву. Но что она из себя представляла? Её старший брат был лучше во всём: хоть ему и тридцать, а ей всего лишь двадцать три.       Мать Эстель мечтала о внуках и о том, чтобы её ненаглядная доченька вышла замуж. Но не просто замуж, а чтобы стала знаменитой и независимой барышней с деньгами. А Эстель? Она умела готовить лишь выпечку да доширак, а в кармане у неё разве что мышь подохнет. Денег не было ни гроша.       Так и жила красавица (если её можно так назвать с её невысоким ростом), выживая в этом мире. Она совершенно спокойно сидела в гостях у брата, который вернулся из командировки, слушая его скучающие разговоры и отцовские похвалы: «Ох, сынок, ну молодец!» Брат собирался жениться, и это предвещало настоящую бурю в жизни Эстель.       — Эй, сестричка, ты посмотрела «Властелин колец», как я тебя просил? — Владислав, её брат, сел рядом и обнял её плечи своей крепкой рукой. Эстель не могла похвастаться таким телосложением. — Ну?       — Да нет, времени не было. Да и зачем мне это? Смотреть на бородатых мужиков и эльфов? — она скривила губы; ей никто не нравился — ни мужчины, ни женщины. Она жила достойной одинокой жизнью.       — Эх ты! Эльфы просто более женственные. А бородатые мужики... Ну там Гимли только. Или ты имеешь в виду Хоббита? Их там сразу тринадцать! — он расхохотался, утирая слёзы смеха. — Так о чём это я? Ах да, привёз тебе с гор горный хрусталь! Мне так сказали; сам я не разбираюсь в этом. — Брат с трудом надел на её хрупкое запястье браслет из мелких камушков; они неприятно царапали кожу и переливались на солнце. Однако браслет свободно висел на её тонком запястье. — Ну да, большеват. Я мерил по Надиному запястью, не обессудь.       — Конечно, Наденька твоя хороша. Высокая женщина, выше тебя. Как она тебя выбрала? — рассуждала вслух Эстель, и Владислав толкнул её в плечо с обиженным лицом. — Что? Я же правду говорю! Надя — мечта!       — А ещё она моя невеста! Так прекрати думать о ней вот так! А то я сделаю так, что...       Эстель вскочила с дивана и скомандовала своему брату что-то в ответ, собирая свои вещи и иногда свистя под нос — привычка вредная. В сумку она положила телефон, зарядку и недоеденную шоколадку «Баутни». Послав брату воздушный поцелуй, она быстро выбежала из дома и фыркнула.       Эстель часто навещала своего брата; он был золотым человеком. Всегда мог помочь деньгами или подставить плечо в нужную минуту. Наде с Владиславом очень повезло; песня «Я бью женщин и детей» совершенно не подходила ему. Он был обычным мужчиной, а не подкаблучником.       Темноволосая девушка аккуратно поставила свою сумочку на камень, когда увидела клумбу цветов. Что с ней сделается? Она ведь девушка! Ей хочется цветочков — пойдёт и сорвёт.       Стараясь не замарать новые кожаные сапоги (она долго на них зарабатывала), она аккуратно шла по чистой земле, наклонившись к цветку. Но вдруг закашлялась.       А цветочек — белая роза — распустился так красиво! Тут-то Эстель споткнулась и упала прямо в заросли травы.