Глава 9. Снаряжайте теплые носки

Даруи выронил послание из рук. Самуи побледнела. Послание из Страны Земли застало лидеров деревни врасплох. Воцарилась немая пауза. Шиноби лишь переглядывались, пока за пределами сакли завывала горная вьюга. — Это… — Самуи не знала, с чего начать. Её огорошили. Их одурачили. Даруи обернулся на Омои, потом снова посмотрел на Самуи. — Как так вышло? — он не ругал подчинённую, он буквально недоумевал, глядя сквозь неё. — Как получается, что надёжный человек передаёт такую информацию, не имея стопроцентного подтверждения? Женщина закрыла рот руками — то ли пытаясь прикрыть тот факт, что он слишком широко раскрыт, то ли чтобы остановить крик. Дальше она говорила сквозь ладони: — Это моя вина. Я была уверена. Она давала нам в течение года верную информацию. Все два с половиной года… Даруи повернулся спиной к Самуи и отмахнулся. Его голос зазвучал громче: — Все два с половиной года она была умным шпионом и допустила ляп? — Райкаге обернулся в пол-оборота. — Или намеренно кормила нас надёжной информацией, ожидая, пока мы уснём? Говори, я тебя здесь не за твоё вымя держу! В голове Самуи пульсировало. Но может, это чушь? Может, всё же сведения правдивы? — Райкаге, нам не стоит так напрямую верить этому посланию. Куротсучи может мутить что-то, — затараторила Самуи наперерез, но дирижёрское движение руки главы деревни остановило её на полуслове. — Нет. Эта шельма знает, что говорит. И она права. Если Чоуджиро не хватит ума не передавать данные Суйгетсу, то будет шанс, что обойдётся без катастрофы. Он подошёл к связному с одной целью — нужно было скорее предупредить Киригакуре. Самым быстрым соколом. Немедленно. Самуи осела на пол, её тихо затрясло. Это чувство было знакомо многим игрокам — когда не просчитываешь один ход, и он меняет всю игру, заставляя исправлять ситуацию. --- 27 часов до. Крепкого высокого мужчину в жилете Конохи с нашивкой в виде двух волнистых линий на плече — символ Намигакуре — вели в конвое аж восьмерых джоунинов АНБУ. Все они понимали: одно неосторожное движение — и сопровождаемый развернёт их конвой на сто восемьдесят градусов и просто уйдёт. Конохамару вели в кабинет Хокаге. Фыркая в свои массивные усы, он хранил на лице выражение смеси гнева и раздражения. Позади с обречённым видом вели Моэги — для неё выделили всего одного джоунина. Наконец джоунина ввели в кабинет-переговорную. В дальнем конце стола сидел Наруто, и, в отличие от Конохамару, его лицо выражало спокойствие. Подле него стоял Шикамару, в сторонке вырисовывалась фигура Сая. Шикамару отвел глаза от Сарутоби. Сейчас, когда его ввели — такого крепкого и серьёзного — он очень сильно напомнил Асуму. Наконец Конохамару заговорил. — Наруто, что происходит? Почему звучит сирена? Почему я под охраной? — было видно, как Сарутоби сдерживает злобу, и, надо сказать, давалось ему это тяжело. Хокаге выдержал паузу. Он пристально посмотрел в глаза своего лучшего ученика. — Конохамару-чан, в данный момент крайне высок риск вторжения Киригакуре на территорию Страны Волн, подконтрольную Намигакуре. Конохамару вначале побледнел, но почти сразу же, стиснув зубы, побагровел. — Какие подразделения… — прошипел он с натугой. — Когда это произошло? — Пока ещё не произошло, — Шикамару вмешался в диалог своим скучающим тоном. — Вероятно, это провокация. Если вторжение и будет, то для виду. Конохамару поморщился, когда Нара заговорил. Стало ясно — он его просто не переносит. Моэги зажмурила глаза. — Я должен быть там, — Сарутоби упёр взгляд в Наруто и повторил громко: — Я должен! Наруто закрыл глаза и откинулся на спинку стула. — Братишка, они только этого и ждут, — Узумаки посмотрел на Шикамару, словно ожидая его одобрения. Нара нехотя подхватил его слова: — Если мы вернём тебя туда, это будет прецедент, — советник скрестил руки на груди. Конохамару сейчас был тёмно-бордового цвета. — ТАМ МОИ ЛЮДИ! Там мои люди, они просто погибнут без меня, если что-то начнётся! Я ДОЛЖЕН БЫТЬ ТАМ!!! — взревел шиноби. Моэги тихо заплакала. Разговор резко прервал связной. Шиноби вошёл в комнату с донесением. — Хокаге-сама, обновление по кризису в Стране Волн, — связной достал пергамент и печать, подтверждающую, что он — связной Конохи. Хокаге одобрительно махнул рукой. — В настоящий момент наша разведка подтверждает, что почти все отряды Киригакуре отступили от границы. Они движутся в обратном направлении и довольно быстро. Наруто вскинул брови и чуть прикрыл глаза. Однако Конохамару не дал ему задать вопрос, он практически перебил: — Почти все? — голос Сарутоби прозвучал тихо. Связной переглянулся с Хокаге. Тот кивнул, словно повторяя вопрос. — Все отряды, кроме Хозуки Суйгетсу. Семь Мечников Тумана начали штурм Намигакуре и закрепились в его восточной части. В этот момент Наруто и Шикамару даже не успели переглянуться. Конохамару резко рванул с места и одним ударом плеча с грохотом и звоном выбил в окно сразу двоих членов АНБУ. После разворота размашистый «колхозный» удар его правой руки отправил в нокаут ещё двоих. Разворот в обратную сторону — и на пол летят ещё трое. Сарутоби начал формировать печати, но в этот момент его тело словно остолбенело. От Шикамару к нему тянулась длинная лента тени советника. Однако Конохамару всё же смог повернуть шею в его сторону. Он был достаточно силён, чтобы разорвать путы через несколько мгновений. — Пустите меня! Я должен быть там! Я должен быть там! Выпустите, Я ДОЛЖЕН! — Сарутоби засипел, он сорвал голос. Пара АНБУ, что ещё были в сознании, пыталась встать с пола. — Конохамару, успокойся. Сейчас мы не должны поддаваться на провокацию. Мирные жители будут эвакуированы. Если они пойдут дальше, мы, конечно, позволим тебе сражаться, — Наруто встал из-за стола и направился к пленённому Сарутоби. — Я обещаю. — Там мои люди! Мои люди! Там наши люди, Наруто! Братишка Наруто! Я умоляю тебя! Пусти меня! Я всё сделаю, что ты скажешь! Пошли со мной! Он не должен… он устроит произвол, мы должны… — Конохамару не унимался. Он вскинул брови и жалостно смотрел на Хокаге, но Наруто подошёл к нему вплотную. — Сейчас никто не будет на их стороне. Мы созовём Гокаге Кайдан. А после они покинут Намигакуре. Мир их заставит. Сарутоби бы упал на колени, но он не мог даже упасть из-за тени Шикамару. Он посмотрел на Наруто исподлобья. — Это ваш такой козырь, да? — Сарутоби улыбнулся, однако скорее это можно было назвать гримасой боли. Он посмотрел на того, кто держал его тенью, а после перешёл на почти шёпот: — Это твой друг тебя научил такой хренотени, Наруто? Да вы же просто предатели вдвоём. Вам вообще плевать на людей Страны Волн. Конохамару вновь перевёл взгляд на Хокаге. Он увидел его строгие глаза. Тот положил руку на плечо Сарутоби. — Если я тебя сейчас отпущу, ты что сделаешь? — Узумаки спросил спокойным тоном, глядя в озлобленное лицо «Намикаге». Тот просто усмехнулся. — Сначала я вмажу твоему советнику, а после поеду туда, где во мне нуждаются. Коллекционировать семь мечей и повешу их все в своём доме, — во рту Конохамару вспенилась слюна, а в глазах багровели прожилки сосудов. — Я тебя услышал, — грустно произнёс Наруто, поворачиваясь к советнику и главе тайной службы. — Сай, Шикамару, возьмите с собой тех АНБУ, что ещё с зубами, и сопроводите этого горячего парня в камеру. Пусть охладится. К сожалению, братишка, выбора ты мне не оставил. Конохамару не сопротивлялся. Нара, шедший за ним в конце, снял технику паралича. Наконец балаган закончился, и он мог погрузиться в свои мысли. Киригакуре вовремя отступило, но Хозуки Суйгетсу решил всё-таки дать джазу. Он пытался прикинуть, насколько ситуация критично отличается от того, что Шикамару себе представлял. Вскоре Нара осознал: ничем. Оставался вопрос — как они узнали? Пусть и поздно, но ведь узнали. «Кто ты? Почему ты мне мешаешь?» Этот судьбоносный день для Конохи заканчивался. Сирена замолкла, а солнце опустилось за горизонт. В ту ночь многие могли созерцать полнолуние над Конохой. И Цунаде, что, узнав о ситуации, рыдала как малое дитя у дверей клиники. И Сакура, что сидела в смирительной рубашке в той самой клинике. И Аруда, что думала о матери, пока Шикамару показывал ей новую комнату. И Темари, сидящая с сыном на кухне. И Хината, что уже две недели не видела Наруто. И сам Наруто, который только что послал сообщение о сборе Гокаге Кайдан по поводу бесчинства Хозуки Суйгетсу. --- 26 часов до. Чоуджиро стоял посреди скалистого небольшого острова. Только что он выслушал донесение. И это было донесение о неповиновении. Он знал, во что это выльется. Но он понимал, что сейчас ничего сделать не может. Мантия каге синими буквами развивалась на морском ветру. Солёные брызги омывали его кожу в открытых местах. Рядом с ним вскоре возник другой шиноби среднего телосложения. — Господин Мизукаге, мы не можем найти Теруми Мэй. Её сокол вернулся с письмом обратно. Чоуджиро не нравилась эта новость. Совет Мэй был очень нужен ему, чтобы решить, что делать с Суйгетсу. Он был в патовой ситуации. Он попал в ловушку. Несколько часов назад он узнал, что это ловушка, и сразу же дал обратный приказ. Всё это убило время, но эти чёртовы мечники словно воспользовались возможностью попасть в ловушку. Он знал, что его ждёт впереди: Совет Пяти Каге. Условия и требования Конохи. Чем больше дерьма сейчас произойдёт, тем больше их будет. Ультиматумы Листа, компромиссы с союзниками. Что сейчас сказать армии? От всего этого болела голова. Не хотелось заниматься ничем. — Снарядите соколов, искать её в малых странах. Так шанс найти будет выше. Связной шиноби вытер брызги волн со лба. — Мы уже это сделали, но пока не знаем, есть ли результат, — человек достал ещё один пергамент. Чоуджиро приподнял бровь и осмотрел связного. — Ну и хорошо, пускай. Отправьте ещё по одному соколу, сообщите, что это провокация. Мне нужно её срочное мнение, — Мизукаге спрыгнул со скалы вниз. Пойти к Суйгетсу лично? Тогда шесть Мечников (седьмым всё же являлся сам Чоуджиро) просто убьют его. Как он объяснит армии это неподчинение? Оставался только один вариант. Он вновь подозвал связного. --- За 19 часов до. В кабинете Райкаге царила наэлектризованная тишина. Только что сюда крайне неуверенно вошёл Омои с посланием из Кири. Свиток был запечатан в аккуратном тубусе, который летел сюда в лапах у крупного серого орла. Точнее, не этот свиток. Настоящее послание, в отличие от тех, что слались, например, Теруми Мэй, конечно, было зашифровано. И фактически то, что принёс Омои, было качественной расшифровкой. Омои, Даруи и Самуи коллективным разумом склонились над пергаментом. «В настоящий момент движение нашей армии остановлено. Однако Суйгетсу своевольно вошёл в восточный сектор самопровозглашённой Намигакуре. Считаю нецелесообразным заявлять своим шиноби и гражданам о попадании в ловушку. Ситуация с Суйгетсу сложная. Мы не будем его отзывать оттуда сейчас. На вероятном грядущем Кайдан мы объявим, что отряд генерала Хозуки был введён в связи с провокациями в данном секторе. Мы не можем принять решение до уточнения условий Конохи». Дочитав, Даруи рухнул лбом на стол. Самуи судорожно начала искать, за что бы «заземлиться» в этой комнате, а Омои мечтательно смотрел в потолок. Наконец, спустя несколько секунд после того как документ был прочитан, Даруи обратил взгляд на помощницу. Женщина схватилась за спинку стула и оперлась на неё как на костыль. — Какими будут условия Конохи? — словно далёкая гроза, прогрохотал мужчина. Говорил он медленно, как с похмелья. Самуи нашла на темнокожем лице глаза собеседника, сделала протяжный вдох. — Полагаю: полный выход из Намигакуре, принесение извинений, задержание Суйгетсу или объявление его нукенином. Вероятно, создание серой зоны. Полный вывод Семи Мечников с территории Страны Волн, подписание нового мирного договора… Даруи смиренно слушал список, который перечисляла советница. После молча закивал. А потом устремил глаза к потолку и задал вопрос в пустоту: — А если Чоуджиро откажется? В кабинете вновь повисла тишина. Никто не отваживался что-либо сказать, как вдруг Омои раскрыл рот: — Коноха нападёт. Хокаге нанесёт удар по армии Киригакуре, отправит Конохамару с подкреплением, а также мы увидим ещё как минимум три мощных формирования по тысяче человек, а может, даже четыре. Думаю, как минимум пять элитных шиноби Конохи будут участвовать в качестве полевых командиров. Наруто войдёт в режим биджу и будет бить биджудамами по всей Стране Воды, а если мы вмешаемся, то он начнёт бить и по нам… — Омои, закрой рот! — рявкнул Даруи. Он размашистым шагом подошёл к окну и повернулся к шиноби своей широкой спиной. — Просто завали и всё. Ничего не говори. Я думаю, мы договоримся о возможных компромиссах. Райкаге начал ходить из стороны в сторону и в какой-то момент буквально присел на стол. — Готовьтесь к Кайдану, друзья. Снаряжайте дезодоранты, зубные щётки и тёплые носки. Думаю, надо будет обсудить с Чоуджиро стратегию его поведения. Советники разбрелись по резиденции. Им предстояло путешествие. За 15 часов до. В гигантской глиняной постройке в стране Ветра иллюминаторы держали один за другим удары песчаной бури. Снова и снова безжалостные порывы метали оранжевые пески по улице, норовя разбить стекло. Внутри помещения завываний практически не было — ровно до того момента, как с улицы не открылся шлюз. В длинных пустынных накидках вошло порядка шести человек. К ним навстречу уже вышло несколько шиноби с намотанными тюрбанами на голове. Их возглавлял мужчина весь в боевой раскраске и чёрном одеянии. Канкуро хотел было тепло поприветствовать своего брата Казекаге, прибывшего с делегацией после дел в стране Ветра, но времени не было. — Можешь даже не раздеваться, скоро нам снова выходить, — кукловод подозвал главу селения вслед за собой. Гаара последовал за братом, попутно пытаясь выяснить, что происходит. Когда они вошли в комнату с гигантским иллюминатором, Канкуро достал из шкафа шикарный кувшин с водой и разлил его в два хрустальных стакана. — Гокаге Кайдан, брат, — джоунин сделал глоток прохладной воды и словно шайбу по льду пустил по столу Гааре его тару. Казекаге жадно осушил стакан и шумно выдохнул. — Кто инициатор? — он вытер губы правым рукавом. — И с какой радости? Канкуро чувствовал, что сейчас Гаара будет здорово удивлён. — Коноха, — ожидая реакции, произнёс кукловод. — По случаю вторжения Хозуки Суйгетсу под началом Киригакуре в самопровозглашённое Намигакуре. Гаара округлил глаза. Канкуро был доволен — реакции он добился. — Да ну! Это как же? Наша разведка что-то говорит? Есть ли вести от Темари? — вдруг встрепенулся лидер Песка. Стоило ему пропасть на пару дней, и тут вдруг так огорошивают. Это что же… Снова ехать куда-то? Канкуро плюхнулся на большой диван. — Наша разведка лишь доложила, что боевые действия в стране Волн действительно фиксируются. С Темари я уже две недели не пересекался. — Он взял паузу, начал перебирать пальцами, а после нескольких секунд продолжил: — Что будешь делать? Коноха просит Чоуджиро держать ответ за нарушение мирного договора и планирует выдвинуть новые условия. Гаара подошёл к иллюминатору и вгляделся в бескрайнюю пустошь. — Ну, выдвигать условия Коноха, без сомнения, умеет, — Казекаге потер подбородок. — Впрочем, если Суйгетсу вправду нарушил мир своими действиями, Коноха вправе требовать. Канкуро запрокинул голову и лениво потянулся. — Ты сам будешь говорить с Темари до собрания? — он зажмурился, словно уже пытаясь отдохнуть перед долгой работой. — Когда оно? — Гаара опустился на диван рядом с братом. — Через уже меньше чем 48 часов. В стране Железа, — подытожил Канкуро. После этих слов Гаара шлёпнул себя ладонью по лбу. Он только вернулся в родную деревню, и тут эта напасть. Он, подобно брату, откинул голову назад. — Ну, видишь, ты ответил на свой вопрос. Конечно, мы не успеем ничего обсудить, — лидер Песка дал себе отдохнуть ближайший час перед тем, как выйти в дорогу. Не жизнь, а бесконечный пин-понг. И ты в нём — белый шарик. --- 5 часов до. После Четвёртой войны нужно было, чтобы за каждым островом в море между великими странами было военное присутствие. Учитывая островную специфику, было решено, что данные острова, как и все остальные в заливе, будут находиться под протекторатом Киригакуре вне зависимости от страны, на которой расположены. Такая судьба постигла не только Страну Волн, но и Страну Водоворота. На этих немалых, некогда заброшенных архипелагах сейчас стояли пусть не скрытые селения, но полноценные заставы-базы, на каждой из которых располагалось не менее сотни шиноби. Для шиноби страны Тумана это, конечно, не было лакомой долей. Мало кто хотел идти служить на эти холодные мокрые острова, на которых уже как сто лет нет ни одного города. От развалин городов шиноби, некогда поклонявшихся богу смерти и занимавшихся запечатываниями, пахло именно что самой смертью. А скорее — скукой, разрухой и запустением. В мирное время торчать на таком «пупке» никто не хотел. К тому же на обустройство этих островов денег никто не выделял, и фактически для большинства чуунинов и гэнинов эти миссии имели стройбатовский характер. Хуже было с маленькими островами, на которых были размещены секретные объекты. Здесь шиноби приезжали не на миссию послужить годик за провинность или бесперспективность. Эти места охранялись годами, и путь отсюда был заказан. Именно в одном из таких мест, посреди глубокого грота, была организована встреча Райкаге и Мизукаге за чуть более чем сутки до Гокаге Кайдан. Даруи выглядел просто уставшим. Чоуджиро же явно провёл не лучшие двое суток в своей жизни. Лидер даже не успел побриться, и отдельные седые бородинки, которые, разумеется, были и раньше, сейчас проглядывались на его лице. — Если я выведу Суйгетсу из страны Волн, я окончательно потеряю его доверие, — начал Чоуджиро. По его лицу было видно, что он крепился к диалогу с «куратором». Даруи отрицательно помотал головой. — И чем ты, дружище, хочешь, чтобы это закончилось? — он скрестил руки на груди и усмехнулся. — По-твоему, Коноха просто скажет: «Ну да, ну да, пусть остаётся там»? Ты хочешь, чтобы они снова начали там острую фазу? Чоуджиро проглотил слюну. Он хотел было так же скрестить руки на груди, но оказалось тяжеловато их поднять сейчас. Он не знал, что именно от него хочет услышать Даруи. — Даже так мне будет проще, если они точно так же просто попытаются выбить Хозуки с этой территории. Если приведут Коноху прямо туда и будут его сдерживать. Для меня это лучше, чем давать приказ, который моя армия воспримет в штыки. А её самая боеспособная часть ополчится на меня. Внезапно Мизукаге почувствовал силу. Теруми Мэй не было с ним, но он не проваливался. Конечно, он не знал, что ответить армии на вопрос, почему он не поддерживает Суйгетсу. За невыполнение приказа? — Ты уверен, что такой серьёзный вопрос может решаться на базе того, что Хозуки Суйгетсу нужен тебе живым? — Даруи приподнял бровь и начал активно жестикулировать правой рукой, загибая пальцы в такт своим словам. — Дружище, смотри, как тебе нужно поступить. Всё просто. Ты объявляешь Суйгетсу нукенином — это раз. Ты сваливаешь всю ответственность за инцидент на него — это два. Вы с Конохой заключаете новый договор — это три. Мы — никто, ничего не видели и не знали ни про какие провокации. Мы не будем подтверждать для Казекаге нашу связь. Мы не будем для него подтверждать наличие разведки в Конохе. Чоуджиро смотрел на пальцы Райкаге, и ему явно не нравилось то, что тот говорил. — Даруи, это же фарс. Ты думаешь, он не узнает от своей сестры про разведку? Ты думаешь, ты думаешь… Да какая разница вообще! Райкаге снова сделал такое лицо, словно рядом кто-то включил яркий свет. — В том и дело, что есть! Я общался с Куротсучи. Вряд ли Коноха будет афишировать ход с дезинформацией через нашу разведку… — на этих словах Райкаге будто бы осекся, а Чоуджиро сделал недовольное лицо. На нём совершенно чётко было отражено негодование. — Погоди. И сколько Ивагакуре знает про ситуацию? Она знает про твою разведку? Про план Конохи? Как много ты рассказал? Даруи отвёл глаза. Ему начинал не нравиться тон Мизукаге. — Я занимался дипломатической миссией .Мне нужна была лояльность Ивагакуре в этом вопросе. Чоуджиро данный ответ явно не устроил. Он начал ходить по кругу прикусывая острыми зубами большой палец на правой руке. -Черт возьми, Даруи, сначала твоя разведка ставит меня в неудобное положение. Потом оказывается, что я не в курсе про контакт с Тсучикаге. А теперь ты будешь решать что мне говорить и как мне поступать?, - Чоуджиро начинал тараторить периодически срываясь на довольно высокие ноты, однако его хождение быстро закончилось когда рявкнул грозный голос Даруи. -Ты ничего не забыл?!,-громыхнуло на весь грот из под шикарной шапки волос Райкаге,от этого звука у мечника из тумана пробежали мурашки по спине, а во рту пересохло, эхо ещё доносилось до него, - я предотвратил последствия утечки так быстро как смог и кстати говоря не без помощи Тсучикаге. В неудобное положение тебя подставил твой Хозуки и твоя неспособность контролировать подчиненных. Самуи еще давно тебе говорила разобраться с этой проблемой!!! Мидзукаге закрыл глаза. Кажется он старался побороть подступающую панику, которая медленно тянулась от коленей вверх, связывая ноги. -Я выслушаю условия Конохи и дам свою версию ситуации. А потом…, - он поймал грозный взгляд темнокожего шиноби на себе, - я постараюсь выйти к адекватному варианту. Райкаге услышав это погладил усы -Не дуркуй Чоуджиро. Ты не в том положении. Если что-то скажет Тсучикаге на собрании- прислушайся. Она знает своё дело. Внезапно разговор был прерван. В грот вбежал связной Киригакуре. -Господин Мидзукаге, прошу прощения за беспокойство, один из Соколов предназначенный для Теруми Мэй вернулся с ответом. Она не сказала где она, но сказала что выдвигается обратно Судя по длительности полёта , это из области страны Риса. Было доставлено письмо о готовящемся вторжении в страну Волн. Сейчас следом направлен сокол с вторым письмом об отмене ситуации. Нужно ли доложить еще что-то? Чоуджиро аж порозовел когда услышал, что Мэй скорее всего в курсе ситуации. Однако вдруг он схватил себя за горло. Вдруг он почувствовал теплоту, что различалась в его бедрах и плечах. “Теперь я достаточно силен. Больше я никого не подведу” -Не говорите ей про совет. Я сам разберусь. Пусть возвращается в страну воды. Я сам приму решение. Даруи из прищуренных век наблюдал за Чоуджиро, который внезапно обрёл толику уверенности -Не наломай дров на совете, чудак, - бросил Райкаге и пошел к выходу из грота. Чоуджиро еще долго стоял в темноте. Сегодня и завтра он не будет спать. За минуту За минуту до того как Теруми Мэй получила второе письмо птица обогнула выступ в скале. И, пролетев мимо водопада, подлетела к парочке шиноби что с огромной скоростью двигались в сторону страны воды. Сокол спикировал практически ей в руки. Это было то самое письмо в котором было сказано, что никакого наступления Конохи не будет. И пусть все это произошло более суток назад Какаши и Теруми стояли с таким видом будто что-то ужасное происходит уже сейчас. Однако похоже угрозы большой войны пока что миновали. Мэй повернулась к Хатаке в полоборота. -Что мы будем делать теперь?, - растерянный вид женщины сбивал с толку и самого шестого Хокаге. Он даже не пожимал плечами. Так, осматривался. -Нам стоит вернуться в деревни, - Хатаке посмотрел на солнце и попытался прикинуться куда ему теперь развернуться. Мэй погрустнела но сдержанно кивнула головой. -Возможно сейчас да, действительно. Это единственный способ все узнать самим, - бывшая мидзукаге поджала губы. Она почувствовала как ноги начинают тяжелеть стоило лишь подумать, о том что она вернется в страну воды одна, - Какаши будь осторожен там. Не верь им. Хатаке прикрыл глаза. Печаль накатывала на его тело. Место которое он звал домом. Безопасно ли туда возвращаться? А что если сказать Мэй сейчас сбежать? И убежать далеко-далеко, на другой континент. Забыть мир шиноби, забыть это все. Навсегда. Я свяжусь с тобой через Паккуна когда все узнаю. До встречи. Шиноби разбежались в разные стороны словно зайцы от охотника. Когда они будут в своих селениях, гокаге кайдан уже начнется. И не будет никого кого не затронет, то что там произойдет.