Глава 2

Утро в Хогвартсе было шумным, как это обычно бывает в выходные. Для Сайлы Миллер за пять лет учёбы такая суета стала вполне привычной. Особенно после трёх лет дружбы с мародёрами шум казался ей естественной частью жизни. Сайла сидела в гостиной Гриффиндора. Она растянулась на кресле, закинув ноги на подлокотник, и читала учебник по трансфигурации. Сколько бы она ни зубрила, сколько бы её ни отвлекали, оценки ниже «Превосходно» по этому предмету у неё не получались. Миллер перевернула страницу. Её глаза быстро пробегали по строкам, и, что удивительно, при такой скорости чтения она всё запоминала. Закусив нижнюю губу, девушка заправила прядь вьющихся волос за ухо. В этот момент рядом с глухим стуком упал портфель. Через мгновение диванчик напротив просел под весом одного из гриффиндорцев. Сириус Блэк собственной персоной. – Эй, Миллер, – подал голос парень, наклонившись к ней. – Опять зубришь? Не надоело? – Ещё одно «Миллер» – и с твоих плеч упадёт голова. На диван возле Сириуса плюхнулся Джеймс, искоса взглянув на друга. – Ты снова мешаешь Сайле готовиться? – похлопав Блэка по плечу, спросил он. – Нет, что ты. Всего лишь зарабатывал себе очередную смертную казнь, – ухмыльнулся тот. – Вот сейчас, например, голову отрубят. – Между прочим, на вашем месте я бы тоже готовился. У нас скоро экзамен по трансфигурации, – вмешался Римус, появившись словно из воздуха. – О да, два сапога пара, – протянул Сириус. – Он – зануда и зубрила, она… – парень вдруг осёкся, подбирая слова, чтобы случайно не назвать её «Та ещё сучка». Но так и промолчал. – Ну, в общем, суть вы поняли. – Кажется, я знаю, что ты хотел сказать, Бродяга, – сдерживая смех, похлопал его по плечу Джеймс. – Тсс, это будет наша тайна, – подняв палец вверх, серьёзным тоном сказал Блэк, а потом расхохотался, заразив смехом остальных. Так проходили обычные будни пятерых мародёров. Кто-то скажет что-то смешное – а остальные будут держаться за больные животы от смеха. И главное, что все понимали друг друга с полуслова. Миллер знала, что хотел сказать Сириус, она не обижалась. А на что? Тут же даже не прикопаешься: вроде и обзывать хотел, но не сделал же – и повернул в шутку. Да всё, что связано с этими двумя людьми, всё превращается в шутку.

***

Прошла неделя с того вечера в гостиной. Сайла собиралась ко сну. Она распустила волосы и уже переодевалась, когда в спальню девочек ворвалась Авилин – сокурсница и соседка Сайлы и Лили Эванс. – Что случилось, Ави? – первой нарушила тишину Лили. Сайла повернулась к подругам, скрестила руки на груди и уставилась на Боунс, ожидая рассказа. – Он пригласил меня на свидание! – размахивая руками, выпалила Авилин. – Кто? – хором отозвались девушки и переглянулись. – Сириус, конечно! Кто же ещё? – бухнувшись на кровать и зарывшись лицом в подушки, ответила Боунс. Сайла хмыкнула и вернулась к делу. Всё ещё стоя без штанов, она, одеваясь, бросила через плечо: – Сириус, говоришь? Можешь даже не идти. Вы расстанетесь через неделю, а то и раньше, – усмехнулась Миллер. – А тебе-то какое дело? Даже если и расстанемся – что с того? Сайла ничего не ответила. Она легла в постель и с головой укрылась одеялом. Ей всегда нравилось прятаться так ещё с детства. – Ну вот зачем она начинает? – прошептала Боунс Лили. – Не знаю. Но на твоём месте я бы к ней прислушалась, – тихо отозвалась Эванс. – Она всё же лучше знает Блэка. И поверь, он действительно использует девушек. – Да брось, Лили! – шёпот Авилин стал грубее, но всё ещё сдержанный. – Даже если и будет использовать, он ведь будет встречаться со мной. А это уже что-то значит. – Значит. Но не для Сириуса, – вмешалась Сайла. – Делай что хочешь, я предупредила. Вскоре комната погрузилась в сон. Подушки были такими мягкими и комфортными, что хотелось закопаться в них и скрыться от всего внешнего мира. Лучше сна ничего не бывает. Даже друзья. Даже чувства.

***

На следующий день пятёрка гриффиндорцев сидела на уроке трансфигурации. Минерва МакГонагалл объясняла материал у доски, а Джеймс уже в пятый раз за минуту уставился на рыжую голову за первой партой. Сайла, сидевшая чуть поодаль, наблюдала, как он буквально «прожигает» взглядом спину Лили. Ну конечно, она ведь такая прилежная, хорошо учится, староста, да и вообще очень красивая. Хотя с другой стороны всё это странно, и можно понять, почему Лили его отшивает. Ну как такая зануда могла понравиться тому ещё проказнику? Сайла действительно не понимала, что чувствует. Ей жалко подругу, которая попадёт под, возможно, очередную шутку Поттера? Или она ревновала его? Но конечно, конечно, как друга! А вдруг он забудет о ней и будет уделять внимание только Эванс? Наконец она закатила глаза и не выдержала: – Может, хватит сверлить её глазами? – вполголоса бросила она, наклонившись к нему. Джеймс моргнул и перевёл взгляд на неё. – Что? – нахмурился он, но тут же ухмыльнулся. – О, Миллер, ревнуешь? Боишься, что я перестану уделять внимание тебе? Не бойся, милая, о тебе невозможно забыть. – С чего бы мне ревновать? – холодно отозвалась Сайла, но лицо её предательски покраснело до самых ушей. Девушка снова уткнулась в перо. – Ну-ну, – поддел он и подмигнул. – Я всегда знал, что ты неравнодушна к моему обаянию. Она фыркнула, сделав вид, что не слышит. Но сердце стучало чуть быстрее обычного. – И вообще, ты слишком льстишь себе, – прошептала девушка как бы между прочим. Весь оставшийся урок девушка просидела с румянцем на щеках. Джеймс, как обычно, поворачивался на заднюю парту к другим мародёрам и чуть не сорвал урок. А Сайла?.. Она, как бы так сказать… Миллер просидела в своих мечтах. Несколько раз её даже профессор отчитала за то, что она не вовлечена в урок. Но как будто что-то вынимало её из реального мира и затаскивало по другую сторону. В мир мечты: вот она в обнимку гуляет с Джеймсом; здесь она счастлива в компании своего парня и друзей. А по другую сторону – не понимала, что с ней творится.

***

Через пару дней, в библиотеке, Сайла снова наблюдала привычный спектакль. Джеймс вёл себя так, будто случайно проходил мимо Лили: то ронял учебник рядом с ней, то громко комментировал заклинания, надеясь привлечь её внимание. Так было абсолютно каждый день. Лили уже и матом его посылала, и что только не делала, но он, как жвачка, прилип к ней и не отлипает. Сириус, развалившийся напротив Сайлы, следил за другом с ухмылкой. – Честно, если бы он хотя бы половину этих усилий вкладывал в учёбу… был бы новым Дамблдором. – Скорее школьным шутом, – ядовито добавила Сайла. – Только и умеет, что паясничать ради одной девчонки. Которой, прошу заметить, на него наплевать. Сириус прыснул от смеха, а Джеймс резко обернулся. – Что ты сказала? – То, что все думают, – спокойно ответила она. – Может, уже хватит позориться? – Не твоё дело, – вспыхнул Джеймс так, что на них шикнула библиотекарша. – Разберусь без твоих комментариев, – уже полушёпотом кричал Поттер. – Да пожалуйста, – Сайла встала, резко захлопнув учебник. – Лишь бы не видеть, как ты позоришь факультет. Она развернулась и ушла, оставив Джеймса кипеть на месте.

***

В гостиной Гриффиндора она рухнула в кресло у камина, стараясь успокоиться. Руки дрожали от злости, но сильнее всего раздражало то, что внутри неприятно тянуло – словно она сама не понимала, на кого злится. На Джеймса? На Лили? На себя? Через несколько минут к ней подошёл Римус. Он сел рядом, молча посмотрел на неё своим спокойным, понимающим взглядом. – Если пришёл читать нотации, то зря, – буркнула Сайла, не отводя взгляда от огня. – Нет, – мягко сказал он. – Просто подумал, что тебе сейчас нужен кто-то рядом. Она чуть заметно улыбнулась уголком губ, но ничего не ответила. В этом молчании стало немного легче. Девушка придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Обычный жест наедине с Римусом. Так сидеть более комфортно: чувствуется плечо друга, который поддержит, даже если вы оба не понимаете за что. – Ну я разве не права? – как бы между прочим спросила Сайла. – Он же действительно выставляет себя дураком перед ней. – Ему нравится Лили. А если бы тебе кто-то нравился, ты бы молчала? – мягко отозвался Римус, поглаживая её по макушке. – Даже если бы и так, он готов кричать об этом всему миру. И это его выбор. – Я бы молчала, – тихо ответила она. – Лучше хранить чувства в себе, чем опозориться перед тем, кого любишь. – Почему ты так категорична к его чувствам? – приподняв бровь, спросил Люпин. – Потому что он будет проводить с ней всё время и забудет о нас, о мародёрах, – выпалила она, сама не понимая, зачем это сказала. Что ещё ей добавить? Что не может разобраться в собственных чувствах и именно поэтому злится? Нет. Пока она сама не поймёт, что это за боль, она ничего не скажет. Только вот как теперь помириться с Джеймсом?.. – Сайла, ты не права, стоит поддержать его, а не нагнетать ещё больше, – спокойно отозвался Римус. – Ему и так непросто смириться, что его может кто-то не подпускать к себе. Представь: Джеймс, один из тех, кто за секунду может подцепить к себе кучу девушек, не может заполучить одну единственную, – с лёгкой улыбкой сказал Люпин. – Нужно с ним поговорить, – прошептала она еле слышно даже для самой себя. – Правда, я не знаю, что говорить, – девушка подняла голову с плеча друга и просто села рядом. – Что я злюсь на себя, а срываюсь на него? – Даже если так скажешь, он точно перестанет тебя игнорировать. Главное ведь – извиниться и признать свою неправоту. Так ведь? Девушка посмотрела на друга и слегка кивнула. Он был прав. Тем более у них скоро будет тренировка, и там подловить его будет легче, а значит, и разговор удастся.