Зеленый и черный

***

зеленым кислотным дождем черный ночи квадрат на вафли бетонные день за днем сыпался, рушился. звенел в стеклах луж и разбитых экранах надежд великой скорби раскат. я — сын канав, сырых подземелий вчера солнца ослепительный узрел ожерелий. вчера синий и сладкий пломбир февраля ли? апреля? — вдохнул — миг — и туча закрыла: солнечный луч от катаракты глаз моих ускользнул. и все не мог себе втолковать: что в лунной сонате бетховен хочет мне рассказать? в чем загадка плетений лунных аккордов? что в мелодии этой нашли сотни народов? лишь когда в пустую глазницу окна заглянула пыльного света волна я тайны неуловимой посланье ощупал: — дроны, танки, ракеты, — ожидания горечь, волнение, — мяч, юность, соцсети и кеды; все ты объял и предвидел, безвременный музыки купол! баннер рекламы — диагонали всех радуг сгоревших, осталась лишь зелень кислотная и липкая темень, — должна была быть, а теперь! встречай, мира огрызок, забредших! как родную встре4ай их песню-весну! мы школу отстроим, стадионы вернем! и будем, как в прежнее время учиться, смеяться, завывать неряшливый рок! только память о вас — людях, ушедших в века призвана громким молчанием звать, — я клянусь под прицелами тварей внезéмных: память о вас, надеждах ваших в искусстве и муках, в сердце своем охранять как стражник последний, как мать... и мольбы моей пламя верю я, устоит. ветер знамя веры моей расклюет и растащит. но луч весны на флаге моем всему мира огрызку символ надежды оставит. мы школу отстроим, стадионы вернем! и будем, как в прежнее время учиться, смеяться, завывать неряшливый рок! только память о вас — людях ушедшего века призвана громким молчанием звать, — в слезах я клянусь под прицелами тварей внезéмных от дыхания и равнодушия новой эпохи вас в сердце своем охранять

??.??.????