Глава 6. Плохая дрессировка

      — Книги ставь в алфавитном порядке. Для гримуаров безымянных авторов отдельная полка наверху. Протирая пыль, будь внимательна со статуэтками. Не перемещай их, не роняй, не ломай, ни в коем случае не прикасайся к глазам. Но самое главное, — Кирман строго посмотрел на нее, — ни шагу наружу. Итак, все понятно?       Вета энергично кивнула.       — Не перемещать, не ронять, не ломать, не трогать глаза…       Кирман нахмурился. Но прежде чем он начал проявлять недовольство вслух, она добавила с улыбкой:       — И не выходить наружу. Знаешь, я ведь не такая глупая. Я понимаю, что колдуны ищут меня.       Он еще несколько секунд пристально изучал ее лицо, затем обернулся и произнес:       — Вернусь около полуночи.       Вета еще раз кивнула, пообещав навести самый идеальный порядок, и только после этого Кирман нехотя спустился по лестнице. Обмануть его было непросто. Тем не менее она с этим справилась.       Вета оглядела комнату. Кучи книг были свалены на столе в беспорядке, скомканное одеяло в агонии корчилось на кровати, на полу в распахнутом виде лежал чемодан с вещами — она не успела его разобрать. Наконец она утвердилась в своем решении. Уборка подождет.       Отыскав в чемодане теплый шерстяной кейп, Вета спустилась вниз. Разноцветные глаза статуэток смотрели на нее укоризненно. Но она быстро миновала их, выждала несколько минут, запахнула накидку и нетерпеливо выскочила за дверь.       — Ай!       Внезапно нечто дернуло ее за воротник и потянуло назад. Вета напряженно оглянулась. И с ее губ сорвался неловкий смешок.       — «Не такая глупая», да? — раздался невозмутимый голос Кирмана.       — Я подумала…       — Значит, указания Старика у тебя вопросов не вызывали. А над моими приходится подумать.       — Нет, это не совсем так… то есть совсем не так!       — Давай пропустим часть с оправданиями и перейдём сразу к сути. Ты не собираешься послушно быть дома, верно?       Вета ненадолго задумалась и ответила:       — Да, не собираюсь. Ты представить себе не можешь, как мне надоело сидеть в четырех стенах! Я даже не знаю, как выглядит город. Я хочу лишь немного прогуляться! Колдуны не успеют меня заметить!       Она вскинула подбородок и приготовилась добиваться свободы всеми правдами и неправдами. Но Кирман окинул ее спокойным взором и неожиданно… отпустил воротник.       — Ясно. Значит, ты пойдешь со мной.       Она застыла.       — Пойду? Так просто?       — Я не могу заставить тебя оставаться в доме. Не запирать же все двери и окна. На кого я, по-твоему, похож? А так в случае опасности ты по крайней мере не умрешь в одиночку. Не самый плохой выход из ситуации, как думаешь?       — Согласна, очень разумный.       — Вот и славно. И еще, — в этот момент тон его голоса изменился, — в дальнейшем постарайся не лгать мне. Это вопрос выживания — и твоего, и моего.       От этих слов Вета невольно напряглась. Но уже пять минут спустя она преспокойно ехала в экипаже, прислонившись к прохладному окну и рассматривая сумрачные улицы Ковенгема.       Выплывавшие из полутьмы здания плотно прилегали друг к другу, их высокие узкие крыши вонзались в небо, как звериные клыки. Иногда мимо проплывали пятна рассеянного желтого света. Газовые фонари капитулировали в войне с туманом, и источаемое ими сияние лишь висело над головами людей, как дорогое, но бесполезное украшение.       — Здесь так влажно. Грязно. И мрачно.       — Рад, что Ковенгем не разочаровал.       — Да, я в восторге! — искренне сказала Вета.       Кирман посмотрел на нее так, будто она внезапно заговорила на незнакомом языке.       По его словам, они направлялись к окраине центрального района города, и вскоре экипаж остановился напротив дома №16 на ничем не примечательной улице.       — Держись рядом и постарайся не разговаривать с другими посетителями, — сказал Кирман у входа в бар с вывеской «Десять Сфирот».       — Почему?       — Ты красивая. Слишком. Чрезмерно. Тебя не сильно смущают мои слова?       Вета покачала головой.       — Прости, но ты совершенно не умеешь делать комплименты.       — На родине Николь таких, как ты, когда-то обезглавливали на площади. Так что не пойми неправильно — это не комплимент, это предостережение.       Она заинтересовалась.       — Кстати, я еще раньше хотела спросить. Откуда Николь родом?       — Из Альштейна. Замечательная страна, жители которой очень берегут свои шеи. Советую тебе брать с них пример.       — Это такой странный способ сказать мне быть осторожнее?       — Нет, конечно, — не согласился он и толкнул дверь в бар. — Как тебе такое пришло в голову?       Их поглотила смесь запахов алкоголя, табака и чего-то приторно-сладкого. В приглушенном свете бра виднелись десятки фигур, зал был заполнен людьми, гулом голосов и звуками тихой ненавязчивой музыки. «Десять Сфирот», по-видимому, обладал большой популярностью среди азартных ковенгемцев. Почти за каждым столом сидели джентльмены и леди с картами, некоторые играли в десятый аркан, но подавляющее большинство выбирало каббалу.       Кирман сразу направился к барной стойке. Вета последовала за ним, ловя на себе заинтересованные и скучающие взгляды посетителей.       — Я бы хотел сделать пару ставок, — сказал он, положив на стол банкноты.       — Вы ошиблись дверью, мистер, — равнодушно ответил бармен. — Ипподром в другой части города.       — Нет, приятель, я не ошибся. Кто сказал, что я собираюсь ставить на лошадей?       Бармен поднял на него глаза. Потом перевел невыразительный взгляд на Вету.       — Мисс, вы тоже хотите делать ставки?       Она не растерялась и уверенно заявила:       — Хочу. Почему нет? Это должно быть весело.       На миг на лице бармена мелькнуло удивление.       Она сказала что-то не то?       — Моя спутница достаточно азартна, — добавил Кирман, держась за лоб так, будто у него разболелась голова. — И не сильно любит животных.       Почему он так сказал? Кошки ей нравятся… да и лошади тоже.       Бармен все же принял их ответ и дернул спрятанный за стойкой шнур. Спустя полминуты в зале появился человек, которого он представил как сопровождающего. Мужчина с безучастным видом повел Вету и Кирмана к двери в углу зала. Они прошли по коридору мимо бильярдных комнат, комнат с разбитыми бутылками виски и следами кровавых подтеков, мимо комнат с закрытыми дверьми. Дошли до самого его конца, где располагалась дверь с надписью «Только для персонала». Сопровождающий открыл ее без слов, и они спустились по лестнице в темноту, пахнущую сыростью, пылью и кровью. Еще в коридоре Вета слышала странные звуки, напоминавшие крики и собачий лай, но теперь ей стало ясно, что это была не просто игра воображения.       Открывшееся пространство дрожало от шума толпы и неистового, злого рычания. На противоположных сторонах просторной арены по сигналу свистка люди в толстых перчатках отворили клетки, и в центр ямы с адским лаем бросилась пара бойцовских псов. Они грызли и рвали друг друга, а зрители за пределами арены возбужденно подбадривали любимцев, будто видели, как собственными зубами раздирают глотки своих врагов.       Сопровождающий подвел Вету и Кирмана к человеку, принимавшему ставки на следующий бой, и развернулся, чтобы уйти. Вета поблагодарила его, но он в ответ только кивнул и промычал что-то неразборчивое. Когда мужчина ушел, Кирман объяснил ей:       — У него нет языка.       А, вот оно что. Непросто ему, наверное.       Кирман сообщил букмекеру, что хочет сделать ставку у своего знакомого Брюса, после чего тот кивком указал на высокого мужчину с грубым лицом, стоявшего у стены в стороне от зрителей. Они пошли к нему.       Минуя арену, Вета старалась не смотреть на собак. Их лай звучал пугающе, а вид окровавленных морд вызывал тошноту. На лице Кирмана читалось отвращение.       — Давно не виделись, Брюс, как поживаешь? — сказал он громиле у стены. — Впрочем, мне все равно. Пропусти нас быстрее. На зверушек мы насмотрелись.       Мужчина смерил их взглядом. Если он и узнал Кирмана, то вида не подал.       — Девушка останется здесь. Покажи свою лицензию и можешь проходить.       Кирман вскинул бровь.       — Мое лицо — моя лицензия.       — Никого не могу пропустить без лицензии. Таковы правила.       На арене пронзительный вой проигравшего сменила гробовая тишина, следом послышалась волна одобрительных криков. Чья-то ставка сыграла. Кирман спокойно смотрел на громилу.       — Ты забыл, как я выгляжу, Брюс? Разве я отрастил бороду? Или бакенбарды? Может, шляпа слишком зарывает мое лицо? А, я ведь без шляпы. Ты не помнишь, как я выгляжу без шляпы, Брюс?       — Помню. Лицензия.       — Значит, ты помнишь, как мы разговаривали с твоей невестой, а, Брюс? Кажется, ее звали Анна? Да, такая милая девушка, — он притворно вздохнул. — Это всегда происходит так неожиданно…       Лицо громилы дрогнуло.       — Черт возьми, просто покажи свою лицензию охотника, Кардек. Где твоя лицензия?       — Я сжёг ее. Кстати, эта девушка пойдет со мной. Ты ведь вспомнил, Брюс? Пропустишь нас ради Анны?       — А ты все такой же говнюк, Кардек, — презрительно бросил мужчина, однако сделал шаг в сторону. Там оказалась очередная дверь.       Кирман открыл ее, пропуская Вету вперед.       — Думал, все будет проще, — сказал он. — Успел забыть, что это за люди.       — А что они за люди?       — Они считают себя элитой. На деле же это просто кучка трусов, которым однажды повезло нарваться на большую проблему и выжить.       Объяснение показалось Вете непонятным. Но был еще один вопрос, на который ей не терпелось узнать ответ:       — Ты правда сжег свою лицензию?       Кирман усмехнулся. Видимо, вопрос его повеселил.       — Сжег. А пеплом посыпал крыльцо перед домом. Чтобы туфли не скользили.       Они достигли места назначения. Комната выглядела довольно заурядно: кирпичные стены, старые плакаты, карта города. Но за простым дубовым столом проводилось собрание, где перед каждым лежал серебряный револьвер. Охотники отреагировали на прибывших незамедлительно.       — Надо же! Мистер Кардек, а мы думали, что встретимся с вами только в аду, — сказал охотник средних лет с серыми закрученными усами. — Сколько лет прошло с тех пор, как мы виделись? Год, два, три?       — Дайте угадаю, — произнес его сосед, хмурый мужчина со шрамом вдоль щеки. — Вдовы и вдовцы в городе закончились, как и твои средства к существованию, и теперь ты решил вернуться к старой доброй малооплачиваемой охоте?       — Нет, мистер Фладд, этого не может быть. Господин Кардек умный медиум и прекрасно знает, как легко увеличить число своих клиентов. Достаточно просто не заниматься малооплачиваемой охотой. Мистер Кардек, разве я не прав? Почему вы молчите? Скажите нам что-нибудь.       — Простите, мистер Фладд, мистер Безант, — смиренно ответил Кирман. — Я забыл записную книжку дома, поэтому молчу и стараюсь запоминать ваши замечательные идеи на слух.       Вета оглянулась на него и сказала:       — Похоже, ты им не нравишься.       — На это есть явные намеки.       — Но почему? Ты ведь не совсем плохой человек. И дом у тебя красивый. И костюмы…       — Ты хотела сказать «совсем не плохой»?       — Нет, кажется, я все сказала правильно.       — Спасибо за такую точную и беспощадную оценку, Вета. Сейчас для нее самое время.       Молодой охотник в дальнем углу прыснул от смеха, его сосед с повязкой на глазу улыбнулся одним уголком губ. Наконец мужчина, сидевший во главе стола, тяжело покачал головой и устремил на Вету и Кирмана суровый и немного усталый взор.       — Приятно видеть, что твое остроумие все еще при тебе, Кирман. Особенно спустя столько лет. Но сомневаюсь, что ты просто так заглянул к нам вместе с этой прекрасной юной леди.       — Мистер Дэвис, вы видите меня насквозь.       — Мы почти закончили обмен информацией и собирались расходиться, так что вы пришли как раз вовремя.       Кирман кивнул. Обведя взглядом присутствующих, он начал с того, что кратко описал случившееся в особняке Андерхилл. Несмотря на первоначальную реакцию, казавшуюся не вполне дружелюбной, охотники слушали его молча и предельно внимательно.       — Значит, вы с напарником натолкнулись на необычного стеклянного доппельгангера, и ты считаешь, что в этом деле замешан минимум один колдун, — подвел итог мистер Дэвис.       — Вы не выглядите особо удивленным. Это не первый подобный случай?       — Шестой за последние три года, — ответил мужчина со шрамом. — Ты безнадежно отстал от мира, Кардек.       — Не будьте так строги с ним, мистер Фладд. Зато по части накопленного капитала он нас всех далеко обогнал, — хмыкнул рядом сидящий охотник.       Вета дернула Кирмана за рукав.       — Чем ты не угодил этому усатому мистеру?       — Этот усатый мистер когда-то был лучшим медиумом в Камее. Честно говоря, не знаю, чем я ему не угодил, — он развел руками. — Его напряженный график должен был значительно разгрузиться после того, как место лучшего занял я.       — Господа. Оставьте разборки на время после собрания, — резким голосом вмешался мистер Дэвис. — Кирман, возвращаясь к делу, мы уже установили, что во всех известных случаях появление доппельгангеров связано с деятельностью колдунов.       — Ордена, если точнее, — сказал охотник, который прежде не сумел сдержать смех. — Эти доппельгангеры — не обычное проклятие. Они чем-то похожи на оборотней-химер. Напоминают знакомую нечисть, но не совсем. Их тела сделаны из стекла, а не из глины, они прочнее и быстрее восстанавливаются и, что примечательнее всего…       — Поведение, — сказал Кирман.       — Да, абсолютно нетипичное поведение.       — Хорошо. Значит, вы уже занимаетесь этим делом?       В этот момент комнату наполнило странное молчание. Охотники переглянулись между собой, после чего мистер Дэвис сказал:       — Кирман, этим делом занят Александр Келли.       Мистер Келли?       Вета шокировано посмотрела на Кирмана, ожидая увидеть примерно ту же степень удивления, но он лишь тяжело вздохнул.       — Ты знал об этом?!       — Вероятность была, — мрачно отозвался он.       — Александр давно не появлялся на собраниях, — сказал мистер Дэвис. — Я знаю, что вы с ним не ладите, но, если хочешь больше узнать о деле, тебе следует навестить его.       — Не поверите, но я уже это сделал, — Кирман устало отошел от стола. — Вета, не расскажешь, что произошло? Меня достало говорить о колдунах и моем проклятом бывшем учителе.       Она повторила охотникам то же самое, что недавно рассказывала Стефану, но в этот раз ее слова вызвали совершенно иную реакцию. В глазах охотников не было ни следа сочувствия, а когда речь зашла о ритуале, из-за которого она потеряла память и стала полутенью… в них появился едва заметный холодок. Словно прежде они видели перед собой обычного человека, но теперь рядом с этим фактом был поставлен знак вопроса.       — Не помнишь ни друзей, ни семью, ни свой дом? — спросил мистер Фладд. — А что насчет места, откуда Александр Келли тебя вызволил?       — Воспоминания того дня очень смутные, значительную часть времени я была без сознания. Помню только красную комнату, кровь, холод — и больше ничего.       Он смотрел на нее так, будто не верил ни единому слову. Вета повернула голову, ища Кирмана. Он неподвижно стоял в стороне, погрузившись в свои мысли, но, заметив умоляющий взгляд, вернулся к столу.       — Как видите, ситуация непростая, — сказал он. — В первую очередь нужно заняться поисками Келли, заодно разберетесь с доппельгангерами. Мой напарник, конечно, глуповат, но за Барретта он зацепился верно. Расследование надо начинать с него. Что касается Веты…       — Стой, Кирман, — спокойно вмешался мистер Дэвис. — План отличный, но почему ты говоришь так, будто заниматься этим будем мы?       Кирман поднял голову и скрестил руки на груди. Вета догадалась, что он едва сдерживает раздражение.       — Слушайте, Старик давно гоняется за Орденом. Он устал, вымотался и угодил в неприятности из-за того, что, кроме него, в Ассоциации никто этим заниматься не желает. Согласен, с колдунами опасно иметь дело, но сейчас ему нужна ваша помощь.       Мистер Дэвис положил перед собой сложенные вместе ладони и вкрадчиво произнес:       — Кирман, ему нужна твоя помощь, не наша.       — Я вышел из игры. Больше я не приближусь к Ордену.       — Мы тоже вышли из игры, — усмехнулся мистер Фладд, скривив шрам на щеке. — И гораздо раньше, чем ты, щенок.       Кирман устремил на него закипающий от негодования взгляд. Потом посмотрел в лицо каждому охотнику.       — Ясно. Вы просто трусы, а я вдвойне чертов трус, это вы хотите сказать? Да вы, ребята, отлично устроились, — но тут он вздохнул, отступил и поднял обе руки в знак поражения. — Моя вина. Забыл, с кем имею дело. Но за ней-то вы присмотреть можете?       И он указал на Вету ладонью.       Из-за стены послышались раздосадованные выкрики и свист. Кого-то снова растерзали в яме, но теперь ставки публики не сыграли.       Прежде чем охотники успели ответить, Вета спросила:       — Я тоже одна из проблем, от которых ты хотел избавиться?       — Да, — легко признал Кирман. — Но, поверь, каждый из этих людей справится с твоей защитой лучше, чем я.       Несколько секунд Вета задумчиво рассматривала его лицо, пытаясь прочитать хоть что-то из его мыслей. Ничего у нее не вышло, но пауза вышла внушительная.       — Я отказываюсь, — сказала она. — Я не хочу, чтобы меня защищал кто-то из них.       Кирман явно не ожидал такого поворота событий. Он кашлянул и настолько растерялся, что заговорил почти вежливо, тщательно подбирая слова:       — Нет, они, конечно, не создают впечатление приятных личностей, но могут стать довольно надежными, когда дело касается безопасности…       — Кирман, каждый из них прямо сейчас готов всадить мне в голову пулю. Просто чтобы проверить, человек я или не совсем.       — Они всегда настороже, такими и должны быть охотники. Это только говорит в пользу их способностей… Ну, что вы молчите, объясните ей, — нетерпеливо попросил Кирман.       В это время мистер Фладд, от скуки вертевший револьвер на пальце, откинулся на спинку стула и произнес:       — Вообще-то, она права. Она полутень. С тобой и Александром мы давно знакомы, но таким, как она, доверять нельзя.       — Вот видишь? — сказала Вета. — От меня так просто не отделаться.       Остальные охотники так или иначе согласились с мистером со шрамом. Кирман выслушивал их, опустив голову, с видом человека, которого предал целый мир. Очередная попытка избавиться от проблем полностью провалилась. Вета утешающе похлопала его по плечу. Она даже не могла на него сердиться — так опустошенно он выглядел.       — Извини, Кирман. Мы немногим можем помочь, когда дело касается Ордена, — сказал мистер Дэвис.       — Обязательно вспомню ваши слова, когда буду подыхать от лап какой-нибудь химеры в темной подворотне, — ответил Кирман, направляясь к двери.       — Передавай Александру, что мы все его должники.       — Передам, — пообещал он, повернул ручку и обернулся. — А когда он польет нас всех помоями, я с удовольствием передам это вам слово в слово.       Мистер Дэвис не то чтобы улыбнулся, но на его усталом лице появился слабый намек на улыбку.       Ни Вета, ни Кирман не собирались задерживаться у арены и сразу двинулись к выходу, однако внезапно дверь сзади снова открылась. Двое молодых охотников догнали их. Один, тот, что с повязкой, увел Кирмана в сторону от толпы, а второй остался с Ветой.       — Сэмюэль Марлоу, можно просто Сэм, — представился он и указал себе за спину. — Тот тип рядом с Кирманом — мой брат, Реймонд. Он расскажет ему кое-что, может, это будет полезным, а может, нет. Он выглядит грозно с этой повязкой, а?       — Нет. Совсем не грозно.       Сэм рассмеялся:       — Да, он вообще-то мягкий парень. — Его смех быстро стих. — Прости, мы бы помогли вам, но в прошлом месяце Реймонд потерял глаз. Из-за одного из них.       Они замолчали на несколько мгновений. Вета спросила:       — Вы выслеживали кого-то из Ордена?       — Нет, это была случайная встреча, — ответил он. — Нам не повезло.       В этот момент рассеянная толпа зрителей внезапно стянулась к краю арены. Люди притихли. Вета невольно обратила внимание на бой.       Огромный бульдог, вцепившись в шею такому же большому сородичу, бешено мотал головой, разбрызгивая кровь. Затем он внезапно рухнул на землю и… расшиб череп оппонента. Толпе это понравилось. Она заревела от восторга.       — Противное зрелище, — сказал Сем. — Потороплю брата.       — Хорошо.       Сэм ушел, а Вета продолжила смотреть в центр арены. Бульдог поднял морду и обвел взглядом окрестности. Бывают хорошие собаки с умными глазами, но у этого пса был совсем иной взгляд, бездумный, пустой. Он остановил его на Вете, и несколько секунд они смотрели друг на друга. Вдруг она оцепенела. Пес напряг свое мускулистое тело, сделал пару шагов и прыгнул на проволочное ограждение арены, из-за чего оно затряслось со звуком, похожим на слабый звон бубна.       Люди бросились от арены в панике, а бульдог сделал еще один прыжок и оказался по другую сторону ограды. Он пригнул голову и стал приближаться. По его морде на пол стекали слюна и кровь. Он готовился к новому прыжку.       Бульдог напомнил ей оборотня. Такой же страшный, такой же отвратительный. Но справиться с ним было легко. Тень уже накрыла его голову, достаточно вспомнить какую-нибудь команду…       — Умри, — едва дыша произнесла Вета.       Пес остановился. Затем медленно, преодолевая сопротивление мышц и суставов, повернул голову. Потом еще немного. Еще. И еще чуть-чуть, пока не послышался хруст позвонков.       Что-то пошло не так.       В тишине бульдог упал на пол замертво.       Это была простая безобидная команда: пес ложится на спину, забавно поднимает лапы кверху и смотрит на хозяина в ожидании лакомства.       Но что-то пошло не так.       Ее окружали ошарашенные лица. Кто-то схватил Вету за запястье.       — Идем, — сказал он.       Вета не сдвинулась.       — Идем, — процедил он сквозь зубы и потащил ее через толпу.       Поняв, что это Кирман, она слегка пришла в себя. Они добежали до лестницы. Там он остановился, оглянулся на пса со свернутой шеей, на людей, а потом на нее. Ледяной взгляд сковал ее на месте.       — Зачем ты убила его?       — Я не хотела, команда была…       — Больше не используй эту команду, — оборвал он. — Подобное раньше случалось?       Она помотала головой.       — И не должно повториться. Это сделала твоя Тень. Контролируй ее, поняла?       Вета дважды кивнула, хотя не представляла, как можно контролировать то, с чем даже нельзя поговорить. Затем они поднялись наверх и как можно скорее покинули бар.       С того дня Вета больше не называла себя дрессировщицей.