Часть 5"Огни в дождях и под солнцем"

Глава: Два года спустя Страна Дождя. Амегакуре. Дождь лил, как и прежде. Казалось, он никогда не прекращается, словно небеса Амегакуре забыли, что такое солнце. Два года назад Наруто смотрел на эти серые небеса с надеждой. Теперь — с молчаливой решимостью. Он вырос. Тело вытянулось, движения стали уверенными, взгляд — тяжёлым, серьёзным. Детская наивность ушла, но в глазах всё ещё горел огонь — тот самый, который Нагато пытался задушить. Он пережил боль, падения, кровь… но не позволил сломать своё «я». «Стану сильным… ради своей мечты…» — шептал он тогда, едва живой, на мокром полу. Теперь эти слова стали его сутью. Тренировки с Нагато и Конан сделали его сильным, но не забрали веру. Он понял: мир жесток, но именно поэтому его нужно менять. Тоби не вмешивался. Иногда появлялся по вечерам, приносил деньги, еду и короткое «живой?». Потом уходил, оставляя Наруто наедине с городом, который не принимал чужаков. Но в этих редких визитах было что-то странное. Холодный взгляд Тоби иногда задерживался дольше, чем нужно. Будто он сам не понимал, зачем приходит. Сегодня был один из таких вечеров, но Наруто не ждал его. Он бродил по мокрым улицам, чувствуя, как вода стекает по капюшону. В руке — несколько монет. Он направился к маленькому кафе на углу — единственному месту, где чувствовал себя спокойно. Именно там он её увидел. Девушка стояла у прилавка, выбирая сладости. Тонкая, в тёмном плаще, с каштановыми волосами, заплетёнными в косу. Её лицо казалось странно светлым среди серого дождливого мира. Когда она повернулась, их взгляды встретились. — Эй, ты тоже промок, — сказала она неожиданно мягким голосом, заметив его мокрые волосы. — Хочешь полотенце? Он растерялся. В Амегакуре никто не предлагал ему заботу. Здесь либо игнорировали, либо презирали чужаков. А она… улыбнулась. — Эм… спасибо, — Наруто взял полотенце, чувствуя странное тепло, несмотря на холодный дождь. Её звали Ая. Она работала в этом маленьком кафе, чтобы помочь семье. Они разговорились. Сначала о мелочах — о дожде, о том, как сложно найти нормальную еду в Амегакуре. Потом глубже — о мечтах, о том, чего им обоим не хватает. Для Наруто это было новым. После каждой изнурительной тренировки он приходил сюда. Иногда просто слушал её, иногда говорил сам. Она умела слушать, а ещё — заботилась: приносила горячий чай, спрашивала, не простудился ли он. Для мальчика, который всегда был один, это было чем-то невероятным. Однажды, вернувшись к себе, Наруто встретил Тоби. Тот появился, как всегда, бесшумно. — Живой? — сухо спросил он. — Ага, — Наруто кивнул и неожиданно для себя добавил: — Знаешь, я сегодня встретил одну девушку… Тоби замер на миг. Под маской мелькнуло что-то, чего Наруто не заметил. — Девушку? — голос Тоби был ровным, но странно холодным. — Да. Она… добрая, — Наруто улыбнулся. — В этом городе это редкость. Тоби ничего не ответил. Только отвернулся к окну, где дождь продолжал стучать по стеклу. Окей, держи начало линии Конохи после таймскипа: Коноха. Утреннее солнце золотило крыши деревни, а над тренировочными площадками уже стоял гул стальных клинков и стук деревянных боккенов. В клане Учиха кипела жизнь: мужчины уходили на патрули, а дети, под присмотром наставников, отрабатывали движения, которые однажды должны были превратиться в смертоносные техники. Сегодняшний день был особенным — открытые совместные тренировки для молодых. На центральной площадке собрались семьи, чтобы посмотреть, как подрастающее поколение учится искусству ниндзя. Шисуи, как всегда, пришёл первым. Высокий, с вечно лукавой улыбкой и лёгким взглядом, он лениво крутил кунай на пальце, пока ждал остальных. Рядом с ним стояла девочка лет шести с большими чёрными глазами и вьющимися волосами, собранными в два хвоста. — Эми, не убегай далеко, ладно? — сказал он, глядя, как сестра пытается поймать стрекозу прямо на площадке. — А если поймаю, можно будет оставить её дома? — серьёзно спросила малышка, прищурив глазки. — Ха! Если сможешь поймать ниндзя-стрекозу, оставим хоть целый рой. — Шисуи хмыкнул и снова вернулся взглядом к подходящим людям. В толпе мелькнул силуэт Итачи. Юноша уже был не тем мальчиком, что два года назад — взгляд стал холоднее, движения плавные, будто выверенные. За руку он держал маленького Саске, которому едва исполнилось шесть. Мальчишка хмурился, глядя на тренировочные манекены. — Брат, а я сегодня с кем буду драться? — спросил Саске, едва они подошли к Шисуи. — Сначала с деревом. Потом с манекеном. Потом — с кем-то полегче, — спокойно ответил Итачи. Шисуи усмехнулся: — Полегче? Ну, тогда не со мной. Эми подбежала к Саске и, слегка запыхавшись, радостно улыбнулась: — Саске! Хочешь потом стрекоз ловить? Саске фыркнул, но щёки чуть порозовели. — Я пришёл тренироваться, а не играть. — Значит, после тренировки, — не отступала Эми. В этот момент на площадке появился человек, из-за которого разговоры в толпе тут же смолкли. Фугаку Учиха. Его строгий взгляд скользнул по детям, и даже Шисуи на секунду перестал улыбаться. — Сегодня будет проверка, — произнёс он сухо. — Каждый покажет, чему научился за это время. Толпа зашепталась. Дети выпрямились. Даже Саске сжал кулаки, пытаясь скрыть волнение. Солнечные лучи скользили по черепичным крышам домов, пробираясь между ветвями цветущей сакуры. Деревня жила своей обычной жизнью: торговцы громко зазывали покупателей, дети играли на площади, а на высоком утёсе гордо возвышались высеченные лица Хокаге. Посреди всей этой суеты бежал мальчишка с яркими глазами и улыбкой шире половины лица. Его звали Менма. Широкий лоб перевязан повязкой с детской кривой надписью "Хокаге", а на спине болталась старая сумка, из которой торчали свёртки с продуктами. – Сегодня! Сегодня я начну тренироваться по-настоящему! – кричал он на весь рынок, размахивая руками так, что какой-то торговец чуть не выронил корзину с яблоками. Несколько взрослых переглянулись и хмыкнули. – Опять этот мальчишка… – проворчала женщина у прилавка. – Говорит, станет Хокаге. Кто ему доверит деревню? Но Менма даже не слышал или делал вид, что не слышит. Его голубые глаза сияли от решимости. Он вбежал на открытую площадь и, закинув руки за голову, посмотрел на лица Хокаге, вырезанные в скале. – Вот увидите! Я стану Хокаге! Самым сильным! Чтобы все в деревне сказали: “Менма – это круто!” – выкрикнул он, улыбаясь так, будто весь мир только ждал этого обещания. Он не замечал косых взглядов, не слышал шёпотов за спиной. В его голове уже звучал звук аплодисме нтов, когда он встанет на вершину и докажет всем: даже тот, кого не признают, может стать героем.