4

— Хочешь сказать это единственный вопрос, который тебя интересует? — устало вздохнув, она со скептецизмом мельком осмотрела его и уведя взгляд закатила глаза. — Похоже смерть сильно вдарила тебе в голову, раз ты решил, что я узнала в тебе не тебя, по двум жалким критериям, — Люпин все никак не мог понять о чем она, Джейн же была готова биться головой о стену. — Ладно, я похоже забыла упомянуть, я умерла, Римус, и если бы не твое лицо в первые пару дней как ты очутился тут, я ничего бы не узнала, потому что я ходила точно так же. — Оглянувшись по сторонам, она палочкой впоймала огонек летавший меж их, сделала шаг и обернувшись через плечо договорила. — Ну я пошла, а ты пока подумай, но сильно не задерживайся, — и указала пальцем на запястье, в то место где должны быть часы. Мозг кипел от формируемых одной за другой мыслей. Какова вообще вероятность, что спустя столько лет он попадет сюда и встретит Джейн, для которой прошло одно мгновение? Все сущее издевается над ним, не иначе, потому что даже в предсмертном бреду, в голову такое не приходит. Она ушла и оставила после, только шлейф нескончаемых вопросов и небольшое верование в лучшее, ведь теперь он не один. Только пока не известно хорошо это или плохо. Хотелось догнать ее и остановить, рассказать жизнь, прожитую без нее, объясниться, не зная о чем. Но даже выйдя через несколько секунд после того как она, коридор был пуст, ни следа, не отдаленных шагов. Он хотел быть понятым другими, хотя не понимал сам себя. В груди разрасталось и начинало цвести, от странного чуства стало тяжело дышать, словно толща воды давила сверху. Был ли шанс, что не только они выжили таким странным образом. Это не давало покоя. Сириус, Джеймс? Слишком переменчивые и от малейших изменений жизни, их лицо транслировало на всю округу сложившуюся обстановку. Не Римус, Джейн, чуткая к людям заметила и непременно сказала. Верно? Но почему они? Не самые сильные и мудрые волшебники, особенно в возрасте шестнадцати лет. За ними бдит Министерство Магии, им и колдовать за пределами школы запрещенно, а сражаться с темными силами погубившими многих, великих. Звучало как чушь. Впрочем, зная характер Поттер, плевать она хотела и на Министерство, и на всех остальных , если не придержать ее поползновения, уже завтра полезет в гущу событий. И в данный момент Люпин и не знал, кому будет хуже от этого ... Солнечный свет яркими лучами заливал большой зал. В раннем часу утра, что несвойственно мародером, они сидели за завтраком. Лунатик пробыв пол ночи в своей голове, старался отвлечься от мыслей идущих на таран. Поэтому он перекидывался идеями для новых свершений с Сириусом. Почти удалось уговорить его не затоплять подземелья слизеринцев, как к ним в разговор ворвалась Поттер, только влетевшая в зал. Вбегая с таким запалом, расталкивая первокурсников, что как кегли сложились потянув друг дружку на пол, сваливаясь в кучу из рук и ног. — Я его забираю, — деловито произнесла Поттер и схватила руку Римуса вытягивая со скамейки. Джеймс сидел недалеко, но отчего то клювал носом, грозясь вот вот упасть им в кашу, ему совершенно не до их перебранки. А Сириус, кого наглым образом перебили, подобрался и состроил свое фирменное, нарочито недовольное лицо. Рядом сидящим оставалось лишь наблюдать. — Куда это? — Блэк дернул Лунатика обратно и приподняв брови, недовольно испипелял Джейн взглядом. Люпин вновь сел на скамейку. Данное соперничество в форме кто кого переорет или замудреннее оскорбит можно наблюдать так же долго, как горит огонь, течет вода и бла бла бла, добавлял от себя Римус. Ни раньше, ни тем более сейчас ему это не нравилось. Слышать постоянный ор превышаюший допустимые децибелы невыносимо до крови из ушей. А оказываться меж двух огней и того хуже. — У нас дела, — важно проговорила, цокнув в сторону соперника по перетягивания каната — в роли Римуса Люпина. Эту игру он никогда не любил. — Что вы там замышляете, — по змеиному прошипел Бродяга, — да еще и без нас. — Он сделал измуленное лицо, что так и говорило как они посмели делать что либо, без присутствия его величества! Джейн достала палочку и ткнув ее в соперника ударила током, отчего он вздрогнул и все таки отпустил. — Не твоего ума дело, — схватив Лунатика по крепче, словно Блэк мог вскочить и снова потянуть Римуса, она быстрым шагом пересекла зал и вышла. Уже шагая по коридорам он спросил: — И что же у нас за дела? — Неотложные, — набира скорость Джейн завернула к лестнице. Они небольшй компанией поднялись на восьмой этаж, шли так быстро, что когда Поттер резко остановилась Люпин прошел еще пару шагов. Находясь в отдалении он старался отдышаться, от непредвиденного марафона. Похоже Поттер была права и военный запал из него ушел, раз пробежка заставляла вкушать необходимый кислород дольше обычного. Рассматривая далекий коридор взгляд уперся в картину: мужчина на ней пытался обучить троллей балету, что для него окончилось печально, те начинали колотить его. Вернув внимание Джейн, кто видимо внимая влиянию Блэка или даже ее брата, что не был далек от этого, стала загадочной, с прошлой их встречи, где тоже говорила загадками и до сегодня ничего не объяснив утащила его черт знает куда. Она прошла мимо пустой стены три раза туда-обратно, бормоча себе под нос. Остановилась, перед только очерченной дверью, что начинала появляться, словно вырисовывалась рукой художника. Римуса осенило где же стоило вчера искать спутницу. Молча подойдя к оформившейся двери, Поттер обернулась через плечо и потянула ручку зайдя внутрь. Люпин последовал за ней. Внутри Выручай-комнаты было светло за счет камина противополножного входу и множеству свечей расставленных на всевозможных прверхностях. По стенам росли книжные полки, настолько высокие, что рядом стояла лестница. В центре на большом круглом ковре стоял такой же круглый стол с двумя креслами, на столе лежала раскрытая книга, словно случайно оставленная хозяином, похоже так и было. Джейн тут же прошмыгнула к полкам и взобралась на лестницу, она скидывала книги себе за спину, которые плавно летя приземлялись стопкой к другой книге. Римус все так и стоял у закрытой двери не зная куда себя деть. Вчера оставшись одним у него было море вопросов, сейчас же они в этом море не плавали на поверхности, а тянулись ко дну. Наконец закончив, Поттер спрыгнула с лестницы грозясь переломать себе ноги, и направилась к столу паралельно ворча на Лунатика, что бы тот не стоял без дела. Сдвинув кресла ближе она села и выудив из высокой стопки увесистый фолиант, открыла его листая сразу на десятки страниц вперед. Будто найдя, что искала она в итоге отодвинула книгу. Неожиданно придвинувшись к рукам на столе сложенным лодочкой, Джейн начала прожигать его взглядом. Спустя пару минут ей это надоело и вскинув руки она крикнула: — Ну? Римус понятия не имел что ему делать. Следуя видимым только ей ориентирам, Джейн иногда забывала, что не всем известно о чем та думает. Видя замешательство на лице опонента, Поттер скатилась по креслу едва не ложась, видимо показывая свою степень разочарования. — Рассказывай, — с большим усилием не закатывая глаза, она опять начала сползать с кресла. — Что ты имеешь ввиду, Джейн? — Люпин понятия не имел о чем он должен рассказать. Не ее вчера оставили в темном углу с ворохом вопросов. — Ну про меня все понятно, — она поставила перед его лицом ладонь загибая пальцы, — Умерла в девятнадцать, очутилась здесь, мило поболтала с Дамблдором. — скептически осмотрев оставшиеся два пальца убрала руку. — А вот ты сполшная загадка. И мы вообще-то торопимся, так что рассказывай. — О ну хорошо, — Люпин принял правила игры и тоже выставил руку. — Умер в тридцать восемь, очутился здесь, не поболтал с профессором и пиздец как в замешательстве. Требовать то, чего не делаешь сама стало новой чертой младшей Поттер, раз она считала, что выдавив из себя всем известные крохи фактов и нагнав вчера только больше вопросов, он останется удволетворен. 1:0 В игре он победил, рассказав на палец больше. — Видимо стаперский гонор остался с тобой навсегда, — выдохнула Джейн с сожелением. — Ладно, я поняла. Ты зол. — Увидя лицо напротив она улыбнулась, — хотя я сказала бы по другому. — И что с того? — выплюнул слова он сжал губы, запал Поттер это и на грамм не уменьшило. — А то. Переставай корчить рожу и рассказывай, потому что как мы выяснили между нами двадцать лет и я ничего об этом не знаю. — Ни одна ты, — Римус вздохнул убрав падавшую на лоб челку. — Что ты знаешь? — Ничего в том и дело. — Люпин удивлялся как кресла остались целы, Джейн вновь начала ерзать, перекинула ноги через подлокотник, уселась окончательно. — Если начинать издалека, то помню как в меня летит зеленая вспышка, момент и меня будет Сириус в поезде. Практика показывает, что не одна я так очутилась здесь. — Вдруг она замерла, застыв взглядом на чем-то в далеке, на ее лице появилось нечитаемо выражение. Спустя мгновение она повернулась к нему с горящими глазами. — А что если, всех кого убили последователи черной метки, здесь? — обведя пальцем по кругу, приподняла брови так и застыв с поднятой рукой. Было бы славно, промелькнуло в голове Люпина и тут же пробежало тысяча доводов почему это невозможно. Возможно Поттер все же читала мысли. — Нет, маловероятно, — с грустью проборматал он. — Но .. — Нет Джейн. Ты бы заметила, я очень сомневаюсь, что Сириус держал бы себя в руках. — Он умер!? — вскрикнула Поттер. — Вот поэтому ты должен мне все рассказать, а не быть обиженнкой из-за того, что я не говорю чего сама не знаю! Давай начинай, хватит тут вопрос-ответов и загибания пальцев. — Ладно. — он горько улыбнулся. Сейчас в отдалении от ужасов жизни магического сообщества будущего, это все казалось сном. Просто кошмаром от которого он проснулся. Римус носился из крайности в крайность, то силясь вообще не вспоминать об этом, то порой так зацикливался, что кто нибудь да и ловил его с застывшей ложкой у лица. Джейн Поттер, насколько он мог судить, очень идейный человек и заключалось все это в том, что сию минуту пришедшее ей в голову осуществлялось по мере возможности средств. Значило это лишь одно, реакция на предательства и смерти родных, которые он до сих пор не мог принять и скорбел, даже когда погибшие окружали его, она примет так, что в итоге выйдет боком всем. В далекие и одновременно близкие для них годы, клич пожирателей и подорванные жизни соратников будили в Поттер яростный настрой, она с усердием носилась в битвах, яростно сражалась не щадя ни себя, ни тем более других. Винить за это ее нельзя. Кто-то возможно и мог, но не он. Сейчас Джейн не обремененная силами держать себя в руках кинется на Петтигрю с чем угодно, даже если отобрать ее палочку. Хоть и в своих силах против разгневанной Поттер он сомневался. Впрочем и смысла держать от нее секретов не было. Рано или поздно тайное становится явным. Люпин не сомневался, с проницательность девушки и его тараканами, что не дадут покоя, скорее рано. Вероятно Поттер заметила звенящую тишину и подала признаки жизни, скинув с подлокотника ноги, она принялась готовиться к последующей беседе. И когда закончила, Римусу пришлось начать. Рассказ про годы жизни, ощущался словно он читает книгу не имеющую к нему отношения. Джейн же впитывала каждую фразу, не забывая, конечно, перебивать. Быть бесстрасным рассказчиком Люпину нравится, можно подумать будто он и не проживал это сам. Будто смерть как таковая не значилась, а умершие просто герои из далеких событий. Конечно он не стал возлагать на Джейн свой груз, ту долю, что нес многие годы. Прожитого ей и так достаточно для ночных кошмаров, если добавить к этому даже историю, в которой умирает ее семья и друзья, станет слишком много, это единственное, что он мог в малой степени позволить. Спокойно принять к сведенью погибель, она не смогла. С каждым вычеркнутым именем она утопала в кресле сильнее, а взгляд уже выжигал дыру за его плечом. Продолжать он был не в силах, особенно когда дошел, до и так оттянутой всеми правдами ситуацию, обреченную на взрыв. Поняв, что Люпин не закончил, она подняла взгляд. К удивлению в глазах не стояло слез, там ничего не находилось. Лишь обреченность. Брови сведенны к переносице, губы сжаты в твердой манере. Все выражение лица показывало, Джейн готова, готова сделать что угодно, перевернуть мир или же сама снести головы всех пожирателей завтра же, лишь этого не повторить. — Ты. — Джей глубоко вдохнула, собираясь мыслями. На секунду промелькнувшая в ее глазах грусть переменилась ясностью, того что она внесла сама для себя в несложившейся пазл. — Ты рассказал почти про всех, но Питер. Что с ним? — Он, — и с этого момента его сдержанность закончилась. Говорить о покрытых пылью ситуациях, не лишаясь спокойствия легко. Легко и много другое. Вспоминать могилы друзей, сейчас находившихся где-то поблизости. Делиться шрамами, незатянутыми до конца. Но это совершенно другое. Слова сорвались с его губ незатейливо тихо, если рычание рвущее нутро можно описать спокойно. — Петтигрю их предал, — неверяще зашептала Поттер. — Эта крыса их предала! — воскликнула, вскочив с кресла отчего оно опрокинулось. Одержимо говоря себе под нос, Джейн зашагала по комнате с рукой у лица, кружа стервятником над добычей. Вдруг опомнясь, буйно глянула на Люпина и в три широких шага подошла, надвигаясь грозовой тучей. Схватилась руками за кресло нависая. — Скажи, — почти крича она затрясла с огромной силой кресло, — ты же убил его, скажи. — Кара настигла его позже, — он посмотрел в ее темные, округленные от ужаса ситуации глаза в обрамлении длинных ресниц, медленно сглотнул отчего кадык дернулся. Неожиданно для Лунатика глаза сьехали ниже, опустив взгляд на губы. Через мгновение он отдернув сам себя, откинулся в кресле. — Он умер от собственной руки. — Ладно, — вскинув руки Джейн села в подставленное магией кресло, — поделом паскуде. — также запрокинув голову, она задумалась. Осуждать Римуса за потакание своим страхам она не могла. В последнее время жила сама только на этом. Страх был ее завтраком, обедом и ужином, преследуем в ночи. Догадаться и без истории не сложно, жизнь их не берегла, бросая на кочки и ямы, не забывая открутить телеге колесо застряв на месте. Она не грезила теплым финалом. Осознавать свою смерть проще, неизбежное окончание впереди, чужие потрясения и гибели тяжелее. Поттер отвлеченно переключаланно внимание с одной детали на другой и только через продолжительное время осознала, этими деталями был Люпин. Она внимала его черты неизменно молодые, поддавшиеся перевоплащению этого места в того Лунатика, что знала когда-то. Но незаметить переменившиеся детали невозможно. Как Римус мог поверить тем отговоркам. Она хохотнула, как оказалось не мысленно, зеленые глаза встретились с карими, пришлось вновь рассматривать потолок. — Ты на неделе смотрю не скучала, — тихий голос прервал молчание, Римус осмотривал помещение. — За неделю? — недоумевая спросила волшебница, тоже оборачиваясь по сторонам. — Я тут уже месяц, с начала семестра. — Ошарашенное лицо напротив вызвало новый смешок. На следующий день с утра они вновь встретились в выручай комнате. Джейн настояла, в очень яростной манере, что им стоит обозначить имеющиеся данные, желательно письменно. К удивлению Римуса, не один он начал вести записи, Поттер же ни сколько ошарашена не была зная педантичность друга в таких вопросах. Поражение не случится, даже если Лунатик начнет пить воду по расписанию. Прочитав общие заметки начали составлять список. Люпин весь день находился в расстерянности. Прожив всю сознательную жизнь в перманентном состоянии войны, построив личность на уничтожении, он знал лишь о крошках от большого пирога. Сокрытые факты ведомой рукой профессора, сейчас казались упавшими деревьями на пути. Время начинало крениться к закату, а их небольшая команда успела лишь все обобщить. Джейн от небольшого занудства волшебника играла пером, отчего на столе и ее руках остались капли чернил. Римус нещадно вел работу, отвлекаясь только на слишком очевидные движения сбоку. Часы мерно тикали. И когда наконец стрелка указала нужное время, а камин разжегся в предверии вечера, Джейн вскочила провозглася: — Ужин! И не дав Римусу убрать все на места, потянула его прочь из комнаты, оставляя бардак из стопок книг на полу, камине и столе, разбросанных листов и разлитой чернильницы, задетой неосторожной рукой. Первые пару поворотов и лестниц она молчала, спеша вперед к еде, нывший живот и пропущенный обед давали о себе знать уже как пару часов. Замедлилась только заметив отставание Люпина, тот был голоден не меньше, да и умственная на грузка в десяток часов ему скорости не добавляла. Шепча о проделанной работе, Поттер пыталась разузнать о нововведениях, последний час занятая пером, она не заметила несколько страниц, очерченых усталой головой. На что Римус молчал, иногда ворча о бездельничестве и отпихиваясь от тряски за руку. За пару поворотов от большого зала из смежного проема вдруг выскочили Джеймс и Сириус громко смеясь, но увидев их замолчали. Джеймс большими глазами посмотрел на Римуса потом перевел взгляд на Джейн и пораженно уставился в Блэка так, точно его теория подтвердилась. — Пойдемте, — Сириус в плавной манере подошел встав меж их, схватил за локти и потянул вперед. — мы же не хотим опоздать. Неделю напролет они были включены в дело с головой, пропуская приемы пищи, общие посиделки и сон бежали в их штаб. После открытого события предательства Лунатик видел метания Джейн, она тоже не могла перенести общество Петтигрю. Для нее это личное горе, не обида, ее она быстро пережила, гнев заполнил ее и не отпускал. Человек посигнуашийся на жизнь ее брата, на его семью, ходил под мирным небом и жил препиваюче, такого она допустить не могла. Для, пока что, невиновного Питера, устроилась не сладкая жизнь. То неожиданно зелье взорвется, сделанное четко по рецепту, то изжога замучает, то подножку в толпе подставят, в давке упасть обычное дело, со всеми бывает. Лунатик в полной мере чувств ее не осозновал, да и не смог бы. Для него это было раздирающее на части чувства, при взгляде на крысу скребущее где-то за ребрами, он пережил все много лет назад, оставались лишь отголоски. Джейн узнав только сейчас, не могла найти себе места, зарываясь в работу и домашние задания. Действия в его сторону меньшее, что пока она могла себе позволить. Не сомневаясь в ясности ее ума, Люпин все же следил, как бы случайно чего не упало в бокал Петтигрю за ужином, он пока нужен живым. Возможно Римусу казалось, хоть обычно он в своих догадках не сомневался, но каким-то неведомым ему образом Поттер настраивала Джеймса против Питера, а если делал Поттер, значит это же делал Блэк. Несколько раз среди кошмаров ночи ему снились сны, застеленные большей пеленой. В них он словно просыпался среди ночи, всегда смотря в окно на полумесяц среди облаков, лежал несколько минут, но слышал странный шорох, оборачиваясь заставал Джейн. Она тихо шепча спящему брату на ухо смотрела на него, после подносила палец к губам и исчезала. Он не знал, что ему думать, а спросить было всегда некстати. Пока неприязнь или негативное отношение слишком явно не проявлялись, но Питера стало меньше, чему Люпин был рад. Переключаясь с Питера, Поттеру и Блэку нужно чем-то заниматься. Отработки отбирали у них долгие вечера, но в остальное время они были предоставленны сами себе и конечно не могли не заметить частого отсутствия Римуса и Джейн. Бесконечные допросы и подначивания стали их спутниками. Спелись на новой теме они крепче квидича и теперь ходили по пятам. Свободное время в выручай-комнате пришлось перенести в библиотеку за дальним столом, все же с редкими вылазками. И вот когда в третий раз соврав про библиотеку их там не обнаружили, а карта показывала и вовсе, что в школе они не присутствуют, в умах окрепли подозрения. Воскресным ранним утром, когда лучи солнца только начинали освещать окресные луга орашенные росой, Римус пришел в выручай комнату и обнаружил там Джейн. Она в окружении книг, словно безумный ученый, писала в блокнот, не обращая внимания на недавно появившегося гостя. В темноте комнатного спокойствия, удобно устроившись на кресле, Лунатик почти заснул, когда затуманенный разум прервал тихий вопрос: — Когда полнолуние? — В следующую субботу, — не открывая глаз ответил Римус, волшебница лишь промычала в ответ. Услышав шуршание на фоне горевших полен, он еще несколько секунд пробыл в забытье, прежде чем приоткрыть один глаз наблюдая за Поттер. Припав к книге, она внимательно вчитывалась в каждую букву, иногда отвлекалаясь убрать буйные волосы, так и нарочившие закрыть обзор. Изредко Джейн переводила внимание быстро пробегая по другому фолианту. Она едва не легла на стол, вчитываясь в информацию. — Мадам Стебль посадила мандрогоры? — оторвавшись от чтения, Джейн подняла голову, теперь уже смотря на Лунатика. Едва бодрые глаза и синяки под ними охотно рассказывали о проведенной ночи здесь. — Да вроде, — он попытался высмотреть, что изучала сокурсница, но из-за близкого нахождения обложки к столу все никак не получалось. — А тебе зачем? — Мне нужно стать анимагом. — Захлопнув книгу просияла Потер и принялась убирась заставленный стол. Люпин опешил. — Серьезно? Ты вкурсе о т... — Бла бла бла, Рем, я взрослый человек, — скептический взгляд волшебника ничуть ее не сбил, она с усердием принялась впихивать книги в полки и поразмыслив повела руками. — Хорошо была им, и умом осталась. Старперские нравоучения мне ни к чему. Либо помоги мне, либо не мешай. И да, не забывай, чем занимались наши друзья в гораздо младшем возрасте. — убрав последний учебник обернулась. — Пойдем на завтрак, а то мне нормально есть не получиться с листком мандрагоры. Поттер получив завтрак направилась в их башню, рассудив, что никому не помешает отдых. Едва зайдя в гостиную их окликнул Блэк, и не терпя возражений Джейн затолкал их в комнату, барикадируя дверь своим телом. — Ты больной? — заорала Поттер и кинулась к карману достать палочку, но не обнаружив ее, зло зыркнула на Сириуса. Он гордо выпрямясь крутил деревце в руках над головой. Не найдя ничего лучше она пнула его по ноге и сложив руки на груди отошла. — Садитесь — донеслось от зашторенного окна. Обернувшись Римус увидел Джеймса, он стоял аналогично сестре сложив руки. — Что за театральный кружок, идиоты! — уставшая от бесонной ночи, Поттер готова была идти на все ради кровати, даже если придется подраться, даже если с братом. Люпин присел, Джейн упала на кровать рядом. Напротив с важным видом уселись виновники торжества, ни чуть не обременненые чувством стыда за неудобства. — И что же у вас за прятки и перешептывания? — Начал Джеймс. Делать драму из подручных средств, на практике выяснила младшая Поттер, он перенял от Сириуса, что бесило ее до скрежета зубов. — С таким лицом с тобой не только Эванс на свидание не пойдет, ты вкурсе? — Единственный козырь из рукава вытянула Поттер. Из этой ситуации надо выходить, желательно сухим, молчавший Лунатик ей не помогал. А знать им о всем бреде новой реальности пока очень рано. Они с Римусом не успели обсудить все между собой, разговора и не шло, чтобы вводить в курс новые лица. Ахнувший от наглости сестрицы Джеймс, схватил подушку неменуемо подскочив к ней. — А ну ка, — неожидавшая удара, она упала на спину закрывая лицо, — признавайся, — снова летящая подушка, — что вы задумали. — Не надо сваливать на меня происки своей чокнутой фантазии, — пихнув Сохатого ногой в живот она поднялась, убирая волосы с лица и тяжко дыша. Метясь взглядом с Бродяги до брата, представляя как неописуемо сладка будет месть — Лунатик нач.. — Его допытывать не старайся, это все не ваше дело. — Звучишь так словно вы, — Блэк провел по ним взглядом, проказливо улыбнулся — вместе, ну типо, — своими ладонями, как поняла Джейн, он показал их, "клювал" ими друг о друга – Факты говорят за вас. Поттер скривилась,ее раздражал этот атракцион невиданной тупости. Обычно занятые делами или друг другом они не замечали ничего вокруг, а тут заинтерисовались их "делами". Хотя наверное увиди у нее из под носа Римуса, она тоже заметит. К счастью любую ситуацию можно обыграть в свою пользу. — Да, ты прав. — Бестыдно заявила и встала, потянув за собой Римуса, — Ну мы пойдем? И гони мне палочку. Их лица карикатурно поменялись, но Сириус быстро изменился, светясь от радости. — Гони мне десять галеонов, — ткул Поттера в плечо, — А говорил: " Нет, такого не может быть." — пища передразнивал Бродяга. Ночью в пустой гостинной Джейн видела задумчивость Лунатика. Нечитаемое выражение лица в свете камина, взгляд в никуда и потухшие глаза. Утреннее проишествие и недавний разговор вывели их мысли из равновесия. Тем не менее единственное занимающее место в их умах все было об одном. В разных отрывках времени, ситуациях, все это одна история тянущаяся липкой паутиной и уже не понятно из прошлого или будущего. Она приклеилась к ним мертвой хваткой, перебиваясь с одного на другое они утопали в трясине не имея другого выхода. Ответов стало меньше, только новые вопросы обрастающие сорняками и догадками, мучили денно и нощно. Она старалась держать себя в узде, не сходить с ума окончательно, наслаждаться ситуацией насколько возможно. Для нее будущее коротко и неизвестно переменчиво ли. Стоило отбросить все, но в голову лезло и лезло заражающая разум хворь. Она разрасталась, цвела и пахла. Мучая, поджидала в неожиданных местах, а когда появлялась неотпускала так долго, как могла, душила, разбивая руки в кровь. Люпин страдал от нее сильнее, тварь поджидавшая в темных углах отнимала все силы. Выматывала хлеще полнолуния, впиваясь когтями куда придется, терзала пока не насладиться. Вероятно так же как Джейн видела борьбу Римуса, он видел и ее. Спустя несколько десятилетей все изменилось. Даже солнце и то светило иначе. И будущее недоступноее ее взору тревожило, интриговало. Помимо тьмы живущей рядом, оставалось то, что под бурей мглы распускалось пуще прежнего. И Джейн хотела знать об этом. Расспросить все детально, заслушать до дыр старую пластинку, убрать в коробку и время от времени возвращаться к ней. Хотелось до дрожи в пальцах, но тревожить раны, не успевшие покрыться даже корочкой она не могла. Не смела себе позволить. Лунатик прожил жизнь и она не являлась ее частью, возможно к лучшему. Между ними неизменная пропасть, она не затянет свои края, не пропадет, не ожиданно там не вырастет мост... Он все смотрел в запотевшее окно, неотрывно наблюдая за скатывающимися по стеклу каплями. — Лунатик, — тихо позвала Джейн, он дернулся словно неожидая ее присутствия, — Я знаешь, — все подбирая слова, продолжила. — Все что было в прошлом, далеком для тебя и недавним для меня там и останется. Намного проще строить планы без слежки и лишних вопросов, да? — она улыбнулась. — Да, — кивнул Люпин.