Тайные пристрастия, явные интересы

Мия.

В офисе редакции «Сверхъестественное сегодня» было особенно приятно находиться, когда все коллеги разошлись по домам, не забыв захватить с собой шумные разговоры, отвлекавшие от работы. И пусть со временем у меня сложились приятельские отношения с каждым из них, работать в одиночестве мне всё ещё привычнее. За окном шумел любимый город N., создавая идеальную симфонию для написания статьи. Пальцы отбивали по клавишам ритм будущей сенсации. По крайней мере, я надеялась на положительную реакцию мистера Боу и читателей. Темой моей новой статьи стало недавнее исчезновение группы студентов. Они отправились на геологоразведку в загадочную маленьку страну Беловакию и не вернулись. Оказалось, что в этой стране нет полицейских, а потому расследование и поиски затянулись, ведь чтобы прошерстить огромную территорию леса и гор, было необходимо собрать не один поисковый отряд. Местные помогали неохотно, твердили только о том, что их забрал призрак графа. Среди местных жителей Беловакии из уст в уста передается легенда о хозяине замка, что величественно возвышается среди гор — говорят, им был никто иной, как граф Орлок, прозванный среди людей «Дракулой». Своё прозвище он получил за кровожадность по отношению к врагам: некоторые утверждали, что собственными глазами видели, как он впивается в шеи людей и выпивает их кровь до последней капли. Слагали байки и о человеке, который сумел его обхитрить, запереть и оставить иссыхать плотью в собственной обители. Однако, по преданию, дух графа пробудился и теперь мстит за своё заточение. Любопытные туристы, рискнувшие отправить в горный поход, пропадали. Случай со студентами — далеко не первый. Был ли это злой дух вампира или городские жители сами поддерживали правдивость сказаний — неизвестно. Известно, что следы заводили полицейских в тупик, а горожане тщательно оберегали честь друг друга, не давая поводов усомниться в ком-либо из соседей. Последними пропавшими оказались студенты-геологи из города N. Крошечная заметка на одном из новостных сайтов гласила, что их тела нашли близ города Вержховице. Предположительно они стали жертвами нападения диких животных: тела растерзалии обескровили. Ни очевидцев происшествия, ни улик — только трупы с отметинами на шеях. Эта история задела во мне что-то личное: мы были почти ровесниками и мне захотелось увековечить память о них, рассказать больше, чем просто короткая отписка в криминальной хронике. Мне захотелось привлечь внимание к пропажам людей и самой выяснить, что же творится в этой стране. Время близилось к полуночи, когда я, опомнившись, едва не подскочила из-за стола с мыслью о том, что не перевела телефон из беззвучного режима и, вероятно, уже стала причиной раздражения Виктора. Перед глазами возникла картина наших ссор, ставших нередкими в последнее время. Ему не нравится, что работа поглощает всё моё время и я нарушаю его требование быть всегда на связи и готовой сорваться к нему по первому зову. Поначалу это выходило случайно: я забывала телефон дома или в кармане верхней одежды, пропуская его звонки и сообщения. Но после нескольких таких случаев, испытав на себе его гнев и ту страсть, что следовала за ним, я позволила себе дразнить его вполне осознанно. Да, это не нормально и не здоро́во, но, боже, как же мне нравится видеть его неподдельные эмоции, когда он не сдерживается и мечется на грани — между желанием придушить меня и просто желанием меня. Наблюдать, как его холодная сдержанность даёт трещину и сыплется к моим ногам. Осознаю ли я, что это опасно? Да. Ведь он не просто вампир, а один из сильнейших — князь своего народа. Но, вместе с тем, я не могу отказать себе в этой сладкой муке для нас обоих. На экране высветилось пять пропущенных звонков от Виктора и одно сообщение: «Я еду в редакцию, и лучше бы тебе быть там, Мия». Не сумев сдержать улыбку, я направилась в уборную, чтобы привести себя в порядок. Поправив макияж, я распустила и слегка взъерошила волосы, распылив на них любимый парфюм Виктора. В голове выстраивался план, как в этот раз усмирить его негодование. Эти мысли будоражили: я не знала, в какой именно момент мы оба опомнимся и либо прекратим эту игру, либо вовсе — наши отношения. Второго мне не хотелось, но и от первого я не была готова отказаться. На лестнице послышались шаги, и через пару секунд дверь офиса распахнулась. На пороге стоял Виктор. В руках у него была длинная, сложенная в несколько раз алая лента. — Ты заставила меня нервничать, — в его голосе слышалась угроза, но мне не было страшно. Напротив, я ощутила возбуждение от вида его небрежно растрёпанных угольно-чёрных волос, не до конца застёгнутой чёрной рубашки, что так шла ему, от его испепеляющего взгляда, пожирающего мою фигуру в полумраке. — Что ты скажешь в своё оправдание в этот раз, Мия? Мне до чёртиков нравится, как моё имя звучит из его уст: хрипло, кратко, с вызовом — будто сочетание именно этих звуков делает его, всегда серьёзного и сдержанного, безрассудным. Шагнув ближе, я со всей напускной покорностью протянула ему сложенные вместе тыльной стороной запястья. Не медля ни секунды, он завёл их мне за спину и стянул алой лентой, обездвижив. Я сделала вид, что мне стыдно, словно я боюсь взглянуть ему в глаза. Игра началась. — Отвечай, — потребовал он, переходя на шёпот. Оставаясь за моей спиной, приподнял мой подбородок так, чтобы я смотрела на него через плечо. — Виктор, я заработалась, совсем забыла про телефон… Он остался на беззвучном, и я не заметила, как просидела за статьёй несколько часов, — старательно изображаю муки совести, невинно хлопая ресницами и слегка прикусывая нижнюю губу. — Но ведь я уже столько раз просил тебя быть внимательнее, — его пальцы аккуратно сдавили мою шею, притянув ближе, но голос ласкал слух, а неровное дыхание над самым ухом вызывало волну мурашек по всему телу. — Ты снова ослушалась. — Прости, я… Наверное, я заслуживаю наказания за свою неосмотрительность? — Ты ещё сомневаешься в этом? Не ответив, я подошла к столу и наклонилась, ложась животом и грудью на прохладную поверхность. Не заставив себя долго ждать, Виктор вплотную подошёл сзади, скользя ладонями по моим ногам, и приподнял тонкую ткань платья. Очерчивая касаниями мои ягодицы, он сжал их, заставив меня издать короткий стон. — Сделай это… Пожалуйста, Виктор, я так хочу, — подаваясь навстречу его прикосновениям, я и правда была готова молить о продолжении. Всё внутри сжималось от неспешности его движений. Я жаждала испытать на себе его властность, его желание нераздельно владеть мной. — Чего ты хочешь, Мия? — его пальцы проникли под бельё, скользя вдоль влажного клитора. — Этого? — Да, — не сдержавшись, сорвалась я на громкий стон, стараясь притянуть его к себе ближе, насколько это возможно со связанными руками. — Или этого? — второй рукой он приподнял меня за талию, зубами стянул бретельки с моих плеч и тут же покрыл их хищными поцелуями. — Я хочу тебя, — почти хнычу, изводясь в истоме жгучего возбуждения, до которого он довёл меня слишком быстро. Я сходила с ума от того, что он творил с моим телом и рассудком. Наспех расправившись с одеждой, он вошёл в меня, задавая ритм нашей страсти судорожными, нетерпеливыми толчками. Офис наполнился непривычными для этих стен звуками нашего тяжёлого дыхания, шлепков кожи о кожу, а затем поплыл, рассыпаясь на глазах, когда оргазм настиг безумной волной, разделившей нас лишь на несколько мгновений. Отдышавшись, мы помогали друг другу привести себя в порядок, поправляя одежду и волосы. Мы действовали слажено, как сообщники нашей непристойной похоти, что с каждым разом стремилась переступить новые границы дозволенного и привычного. — Ты толкаешь меня на безумные поступки, — сказал он, бережно обхватив моё лицо ладонями и целуя поочерёдно раскрасневшиеся щёки. — Когда-нибудь нас застукает твой начальник, и тебе несдобровать. Учти, я буду только рад твоему увольнению. Привяжу тебя к себе, и больше никакой журналистики. — Мистер Боу поймёт, увидев тебя, — с этими словами я выразительным взглядом окинула его с ног до головы. — А что до журналистики — разве у вампиров не принято разделять интересы своих пассий? Или хотя бы поддерживать? — Ты знаешь, что я придерживаюсь довольно консервативных взглядов на многие вещи, — задумчиво окинул он взглядом стол, ставший нам отличной заменой кровати в этот вечер. — Но в этот раз я просто пошутил. Конечно, нас никто не застукает — я услышу их шаги задолго до появления на пороге. Смеясь, мы проверили офис на предмет беспорядка и отправились домой к Виктору. По дороге мы говорили о моей статье, о легенде про графа Дракулу, которая действительно имела историческую основу, ведущую корнями к кровожадному графу, жестокому не только с врагами, но и со своими слугами. Говорят, он был искусен в разного рода пытках: сажал провинившихся на кол, обескровливал их и принимал ванну в их крови, пил кровь детей чтобы обрести бессмертие. Он считал, что кровь невинных созданий — это эликсир, дарующий вечность тому, кто осмеливается испить её. Был ли он вампиром или просто безумцем, и является ли им тот самый граф, чей замок возвышается среди гор Вержховице, не знали наверняка даже сами вампиры. Вернее, вампиры нашего времени, считавшиеся молодым поколением. К ним относился и Виктор, хотя и был старше многих. — Я вот чего не понимаю: эти студенты — единственные чьи тела обнаружили, — не унималась я, действительно не выпуская этот вопрос из головы с самого начала изучения происшествия. — Посуди сам, Вик, все пропавшие до них туристы до сих пор считаются пропавшими без вести. А их нашли и, судя по всему, довольно быстро. — Это действительно интересно. Но ты ведь понимаешь, что легенда может быть лишь прикрытием грязных дел самих местных? У них ведь даже полиции нет, чтобы вести дела о пропажах людей. К тому же не стоит совсем отметать, что действительно это могли быть нападения животных — такое иногда происходит. — Прошу, давай съездим туда? Увидим собственными глазами этот замок, прогуляемся в горах. А вдруг там действительно живёт одинокий кровожадный вампир? — На той земле я не имею власти. Это может быть опасным путешествием, если местные кланы сочтут его вторженим. Если, конечно, там вообще есть кто-то из наших… — Вот именно! Давай узнаем это наверняка? Ведь эта информация может оказаться полезной и для тебя. О твоей силе и влиянии ходят не меньшие легенды, чем о Дракуле, я уверена. Вряд ли хоть кто-нибудь решится противостоять тебе. В конце концов, мы ведь можем прикинуться простыми туристами, разве нет? — не унималась я, готовая привести миллион доводов в пользу необходимости поездки. — Ты маленький манипулятор, Мия, — хмыкнул он, легко щёлкнув меня по носу. — Я подумаю, как сделать наше путешествие в Беловакию безопасным.