Пролог

Истинное счастье — найти среди миллионов лиц одно-единственное, которое отзовётся в сердце трепетом и благоговейной тишиной, став тихой, светлой радостью до конца жизненного пути. Но всем ли удаётся узреть его в этом бесконечном человеческом море? Сколько людей проходят мимо, даже не поднимая взгляда: торопятся, сомневаются, не позволяют себе остановиться, полностью увязнув в суматохе дел? Сколько тех, кто на мгновение угадывает родную душу в чьих-то глазах, но тут же отворачивается, испуганный собственным чувством? Человек долго отказывается принять его, зачастую не веря во взаимность. Но есть и те, кто, встретив своё счастье, сам же и отпускает его: по упрямству, по гордости, по неверию, по привычке жить в предсказуемой пустоте. Такие люди увядают раньше срока, как цветы, которые не дотянулись до влаги, хотя рядом была река. Вы верите в судьбу? Она всегда стоит где-то на границе между тем, что мы выбираем, и тем, что будто бы уже выбрано за нас. Не строгая правительница, а скорее осторожная путеводная звезда, спрятанная за облаками. Она мерцает тихо, терпеливо, ожидая того самого момента. Она может упорно сталкивать людей на протяжении всей жизни, и только события, время, опыт откроют глаза. Иногда она проявляется в едва уловимых вещах: в своевременно написанном письме, в том, что ты странным образом меняешь маршрут, в человеке, который внезапно оказывается рядом именно тогда, когда тебе кажется, что всё… конец. Это похоже на предначертанность, но всё это лишь дверь, любезно предоставленная жизнью, а вот открыть её или уйти — решать нам. Потому что счастье — это всегда выбор.

Париж, 2001 год

— Мама, я уверена, что тебе понравится эта пьеса, нам просто надо как-то попасть внутрь. Толпа перед театром бурлила, словно живое море, гудела обрывками разговоров и вихрями зимнего ветра. Девушка крепко держала руку матери и осторожно пробиралась сквозь тесную массу. Воздух пах мокрым снегом, шерстью и обещанием волшебного вечера. Они решительно продвигались вперёд, пока девушка вдруг не остановилась. Что-то словно сковывало её движения и невидимая рука тянула назад, где в нескольких шагах от неё остановился автомобиль. Молодой мужчина с платиновыми волосами вышел из него, подняв воротник пальто так, что лишь глаза на мгновение блеснули в свете вечерних фонарей. Он бросил быстрый взгляд на фасад театра и очередь и, замерев, на мгновение задержал его на толпе. Девушка начала поворачивать голову в тот же момент и… — Доченька, давай скорее, пока немного народу разошлось, — раздался голос матери, и она обернулась на него. Мужчина сделал шаг в сторону входа, толпа сомкнулась между ними плотной стеной. Они прошли мимо друг друга, разделённые вихрем людского потока.

Берлин, 2002 год

— Вы говорили, что этот эксперт по артефактам и проклятиям — лучший, и что мне повезло, что он приехал в Берлин читать лекцию. — Так и есть, мистер… — Но, кажется, он склонен пренебрегать подобными встречами, — молодой мужчина перебил своего собеседника и устало вздохнул. — Я жду уже двадцать минут. Мне нужно выполнять свою работу, мистер Дейли. Таких же реставраторов артефактов, как я, достаточно много. И мой заказчик ясно дал мне понять, что обратится к другому, если я не решу проблему в ближайшее время. — Он встал из-за стола. — Спасибо, что проявили участие, но я обращусь к местному эксперту, иначе мой заказ отдадут другому. — Но-о… Не дав договорить мистеру Дейли, мужчина поспешил к выходу быстрым, размеренным шагом. В тот самый момент, когда он отворил центральную входную дверь и вышел, через боковой вход вошла девушка в твидовом пальто, по дороге снимая красные перчатки. Она направилась прямиком к мистеру Дейли. — Простите за опоздание. Я не ожидала, что будет интервью после лекции. А где…? — К сожалению, он вас не дождался, мисс. Мне жаль, случай с артефактом действительно был интересный, и это проклятие, я уверен, вы сняли бы быстро, но… — Кто-то оказался слишком нетерпеливым. Девушка хмыкнула и присела за столик, намереваясь выпить хотя бы кофе, не подозревая, что она упустила что-то очень важное в своей жизни.