19. Падшие

«Дантуин... Такое ощущение, что я не был там целую вечность, а на самом деле прошло всего несколько месяцев... — Реван глядел на планету с некой ностальгией. — Само созерцание этого мира успокаивает...» Вскоре Эбеновый Ястреб приземлился в джедайском анклаве. Мишен была взбудоражена перспективой увидеть новую планету, а Кандерус презрительно наблюдал за ней со стороны, хотя и был рад больше не слушать ее стенаний по поводу Тариса. Сразу после посадки корабля Бастила умчалась говорить с Советом, а остальные разбрелись кто куда. Кандерус съязвил, что его заперли в анклаве, и сбежал, упомянув в разговоре с Реваном и Картом, что пойдет искать место, где можно выпить. Мишен с Залбааром остались возле посадочной платформы и стали заговаривать зубы путешественникам в попытке их обчистить. Карт отправил по защищенному каналу сообщение Военному Совету Республики и получил приказ продолжать сопровождение Бастилы. Реван предпочел полежать на койке, понимая, что скоро предстоит неприятное общение с Советом. «Как меня угораздило подумать, что здесь будет спокойно... Учитывая мое везение, где-то тут, должен быть Врук», — фыркнул он и, повернувшись на другой бок, накрылся одеялом, погружаясь в беспокойный сон. ========================= Бастила медитировала на нижнем уровне анклава, пока четверо членов Совета Джедаев тихо обсуждали свои дальнейшие действия в связи с последними событиями. — Ему опять что-то снится... — сказала Бастила и сосредоточилась, от чего ее веки задрожали. Члены Совета умолкли и стали ждать, когда она опишет увиденное. Бастила ошеломленно ахнула: — Так ясно... — выдохнула она, с трудом удерживая связь открытой. Ревану снилось, что он нашел на Дантуине первую Звездную карту и убеждает Малака прийти за ним. Бывший джедай вздрогнул — даже в бессознательном состоянии он понял, что за ним наблюдают, и ему это не понравилось, кем бы ни был соглядатай. — Значит, хочешь увидеть мои воспоминания? — зарычал он во сне. Бастила широко распахнула глаза, получив представление о том, что терзало человека, которому она так сочувствовала. Хватая ртом воздух, она подняла голову и увидела, что над ней стояли Врук с Дораком и тихо переговаривались: — Этот опыт мог бы нам пригодиться! — сказал Врук своему коллеге. Мастер Дорак помотал головой: — Все, что скрыто в глубинах расшатанной психики Ревана, лучше пусть там и остается. Жар вышел вперед и встал между Вруком и Дораком. — Нам известно, что Звездная Кузница существует и что ситхи используют ее для производства оружия, но мы не знаем, где она находится и какова ее мощность. Реван всегда был осознан и захватывал богатые ресурсами миры; в то же время Малак, похоже, сжигал все на своем на пути. Судя по действиям Малака... подозреваю, что Звездная Кузница очень даже реальна, а не какой-то выдуманный миф. — Мы должны узнать больше об этой Звездной Кузнице, — согласился Мастер Вандар хриплым голосом. — Он обратил взгляд желтых глаз на Бастилу и медленно кивнул. — Его надо обучить как джедая... Нам понадобится его сила, чтобы сокрушить Малака. Бастила засомневалась: даже если бы Реван научился управлять своей силищей, вряд ли убожество, которое от него осталось, имеет хоть какие-то шансы против Малака. Для этого нужны годы тренировок. Она вздрогнула и безразлично кивнула. — Да, Мастер, — невозмутимо ответила Бастила, хотя мастера заметили ее смятение. — Помни, что это не Реван, — заметил Жар. Врук сердито заворчал: — Нет, это Реван. Насколько нам известно, Реван может прятаться в его подсознании и ждать подходящего момента, чтобы разрушить барьер. — Мастер Врук! — закричал Дорак, перебивая своего коллегу, но Бастила успела услышать конец фразы. — Какой еще барьер? — вкрадчиво спросила она. Вандар тяжело вздохнул, а Врук сердито уставился на стоящий рядом цветок, как будто это он был виноват. Он покачал головой и решил ответить: — Реван не повредился рассудком из-за ранения. Он вообще не терял разум. На секунду лицо Бастилы приняло нечитаемое выражение, которое сменилось растерянностью. — Но... мне сказали, что... Врук помотал головой. — Это не соответствует действительности. На самом деле Дарт Реван может вернуться, так как до сих пор существует в подсознании Таурина Катарна. В течение двух лет, пока мы наблюдали за его службой в республиканской армии, он делал вещи, которым его не учили и которые не были запрограммированы... Он делал то, что сделал бы Реван... Врук пристально посмотрел в глаза своей падаванше и увидел, как замешательство на ее лице сменилось гневом. Яростью. — ЧТО?! — заорала Бастила. Вандар вздрогнул, а Врук лишь сощурился и пожурил ее: — Держи себя в руках, падаван! Бастила пыталась успокоить сбившееся дыхание и мысленно повторяла Кодекс Джедаев. — У нас не было выбора, — с грустью произнес Жар. Гнев Бастилы тотчас сменился возмущением: — То есть вы его убили? На лице Жара отразились страдание и вина, а Дорак ответил: — Нет, заточили. Ни один джедай не в силах разорвать путы, которыми Мастер Эйтрис сковала его разум... — Эйтрис? — опешила Бастила. — Вы хотите сказать, что Совет Джедаев не просто умышленно приговорил человека с смертной казни, но и сам исполнил приговор, а то, что от него осталось, жестоко растерзал, как бешеные псины? Врук с Вандаром переглянулись, и Вандар взмахом руки ввел Бастилу в глубокий сон, чтобы она больше не могла поддаваться эмоциям. — Плохо дело ... — прошипел разъяренный Врук, — надо было убить его. Вообще не надо было обучать этого мандалорского выродка. Вандар пристально посмотрел на лежавшую без сознания Бастилу и снова взмахнул рукой. — Забудь об этом, девочка... Врук разинул рот в изумлении. — Ты что это делаешь с моей ученицей? — воскликнул пожилой Мастер-джедай. Вандар как ни в чем не бывало повернулся к нему, сузив глаза. — Что надо, то и делаю. В этой войне уже не одна тысяча членов нашего ордена пала на Темную сторону, и я не хочу потерять еще одного. Она забудет об этом споре. Врук замолчал и принялся успокаивать себя. Вандар поступил благоразумно: он ощутил смятение Бастилы и понял, что оно представляло опасность. — Ни один из нас не должен больше говорить на эту тему, — тихо сказал Дорак. Остальные трое мастеров молча согласились. ================================== Проснувшись, Реван увидел в своей каюте Мишен, которая глядела на него с лукавой ухмылкой, которая ему не понравилась. Он нахмурился и резко спросил: — Чего? Мишен улыбнулась еще шире и пропела: — Вставай! Пойдем на встречу с Советом Джедаев! Реван скривился. — Зашибись... Он едва успел натянуть мантию, как Мишен потащила его к трапу Эбенового Ястреба, а он устало поплелся за ней. Карт уже ждал их, уткнувшись в свой датапад. Оторвавшись от планшета, он мрачно оглядел Ревана. — У тебя такой вид, как будто ты попал под аэроспидер. Стресс от снившегося кошмара, внезапное появление Мишен и перспектива стоять перед Советом, изображая уважение, в совокупности причиняли бывшему Лорду Ситхов физические страдания. — Я плохо спал... Карт фыркнул и обратил внимание на растрепанный вид Ревана. — Знаешь, если подумать, Бастила утром тоже выглядела неважно... Накануне вечером Бастила пришла спать на Эбеновый Ястреб, а с утра ушла примерно в таком же виде, как Реван. Реван со стоном потер переносицу и спросил: — А ты вообще когда-нибудь спишь? Карт ухмыльнулся, а Мишен засмеялась. — Пожалуй, нет... Просто сижу в кабине и предаюсь паранойе, — пошутил Карт, но Реван с Мишен лишь смущенно улыбнулись. Карт нахмурился. — Да ладно вам, расслабьтесь. Они переглянулись и заржали: — ТЫ предлагаешь нам расслабиться? — ответила Мишен сквозь хохот. Реван первым перестал смеяться и глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. — Ну, приступим. Давайте уже покончим с этим, а то у меня нет желания весь оставшийся день слушать речи Мастеров-Джедаев о кодексе. Карт перестал хмуриться и с ухмылкой ответил: — По крайней мере, не один я так думаю. Реван покачал головой и пошел вслед за Картом, а Мишен буквально бегала вокруг них. Бывший Темный Лорд увидел Залбаара, который разговаривал с твилеком возле ангара и выглядел обеспокоенным, но не придал этому значения и пошел дальше по знакомым коридорам анклава, но вдруг услышал возмущенный оклик: — Как ты смеешь глумиться над нашим Орденом, нося эту одежду! Реван опустил голову, оглядел свою мантию темного джедая и перевел взгляд на русоволосую падаваншу, сверлившую его пронзительным как вибронож взором. — Прошу прощения, в последние две недели я постоянно изображал Лорда Ситхов и у меня не было времени сходить в магазин, — огрызнулся он и прошел мимо джедайки. Увидев, что назревает перепалка, Карт отошел в сторону, а Мишен кинулась рассказывать, что с ними случилось в последние две недели. Выслушав ее, Белайя помрачнела и тихо ответила: — Ясно... Извините... Мой учитель часто говорит, что мне не хватает такта и терпения... Не дослушав, Реван кивнул и сказал, что вышло недоразумение, а сам мысленно усмехнулся: «Ха, знала бы эта джедайка, кем я был»! ====================================== Ревана распирало от гордости, он вышагивал по коридору и чуть не столкнулся с Бастилой. Она смущенно посмотрела на него и тихо поговорила: — Совет желает поговорить с тобой прямо сейчас, Таурин... Ее мягкий тон насторожил Ревана: обычно она орала на него, будь он Таурином Катарном или Реваном Бладрейвеном. — Что случилось? — с опаской спросил он. Бастила лишь нахмурилась и жестом позвала его за собой, не желая обсуждать с ним решение Совета. Она обернулась к нему и вздохнула. Когда она утром разговаривала с Советом, ей прочитали нотацию об опасности связи в Силе с Реваном и ее эмоциональной реакции на него. В отличие от него, она знала, что джедаеи не дадут ему выбора. — А, так это ты спас Бастилу... — начал Жар. Бастила стояла рядом, глядя то не Совет Джедаев, то на Ревана. «Сила, хоть бы он согласился...» Она сама не знала, почему ее так пугало то, что сделает Совет, если Реван откажется, но подозревала, что это будет не то, чем можно гордиться. Совет продолжал что-то бубнить, и Бастила заметила, что Реван прячет скуку. — Ну давайте уже выкладывайте! — рявкнул Реван после того, как Вандар с Жаром начали повторять одно и то же. Врук фыркнул и закатил глаза. — Они хотят обучать тебя как джедая, — выпалила Бастила. Врук посмотрел на нее со злостью, остальные — оценивающе. — А какой вам резон обучать рядового республиканского солдата? — подозрительно спросил Реван, хотя в глубине души помирал от смеха. Врук, который, похоже, видел его насквозь, побагровел как ситский меч. — Вы с Бастилой связаны в Силе... Такое бывает редко, и мы хотим убедиться, что ты не опасен для нее... или она для тебя... — принялся залечивать его Жар, пока Врук не вспылил. Реван усмехнулся, и Мастера переглянулись — они узнали эту усмешку. — Извините, я так не думаю... ну... — Реван помолчал какое-то время, сбивая с толку Мастеров-Джедаев. Бастила пристально глядела на него, сузив глаза. — Вы врете. — ЧТО?! Да как ты смеешь! — заорал Врук, и Реван фыркнул. — Джедаи врут. На самом деле вас интересует Звездная Кузница, о которой говорили Реван с Малаком. Когда посреди Зала Совета всплыла правда, гнев Врука поутих. Бастила содрогнулась от слов Ревана и от леденящей злобы, которая ощущалась в его тоне. Произнося эти слова, он как будто помнил свое прошлое. — Если будете честны со мной, я рассмотрю предложение стать вашим холопишкой, а пока я солдат Республики и... — И подчиняешься приказу Военного Совета Республики помогать джедаям любым возможным способом, — с усмешкой перебил его Врук. Увидев эту торжествующую ухмылку, Реван выматерился себе под нос. — Рад, что вы получаете удовольствие, Мастер-Джедай. Улыбаться как дурак определенно лучше, чем выглядеть так, будто у тебя запор. Знаете, от него существуют таблетки. Члены Совета недоуменно уставились на него, а Врук злобно зарычал и вылетел из Зала Совета. «Знаю, что поплачусь за это, но оно того стоило»! Реван обернулся и увидел, что Дорак еле сдерживался от смеха, а Жар и Вандар улыбались. — Пожалуй, соглашусь с вами, ученик Катарн, — тихо проговорил Жар, чтобы не навлечь на себя гнев ученицы Врука, который она обрушила на одного Ревана. — Как ты смеешь оскорблять моего Мастера?! — воскликнула она, сжав кулаки от злости. Реван выругался. «Забыл про это». Взгляд Бастилы стал еще более свирепым, она угрожающе ткнула в Ревана пальцем и прошипела: — Ты и я, в тренировочном зале. Реван обернулся и увидел, что остальные Мастера-Джедаи смотрели на него с сочувствием. Дальше была дуэль не из тех, которыми Реван гордился: он проиграл всухую. «Да уж, вибронож — это не световой меч», — мысленно выговаривал он себе. Очевидно, за пять лет, прошедших после его последней дуэли с Бастилой, она стала фехтовать лучше. «Она, конечно, уже раз продырявила меня, но мы тренировались, а я был нездоров...» Реван вздохнул, смирившись с тем, что Бастиле удалось его удивить. «Пожалуй, и хорошо, что я проиграл: было бы странновато, если бы я побил джедайскую девушку с обложки». ==================================== Реван молча ждал, пока целители залечивали его раны, и взглянул на Бастилу, которая смотрела на него пристально и немного обеспокоенно. Он оскалился, и Бастила, поняв свою оплошность, злобно зыркнула на него. — Пара недель тренировок, Бастила, и я возьму реванш. В ответ она ухмыльнулась так, что у него по спине пробежал холодок. — Посмотрим, насколько ты мне ровня, — ответила она, выскакивая в коридор. — Эй, подожди! — крикнул Реван, протиснувшись мимо целителя Мон Каламари и кинувшись за Бастилой. Та замедлила шаг и подождала, пока он ее не догнал. — Ты неплохо фехтуешь, где научилась? — спросил Реван. Бастила посмотрела на него так, будто он сказал, что Малак — его отец. — А это не очевидно? — спросила она, обведя руками окрестности. Реван нахмурился. — Ну... я знаю пару джедайских форм боя на мечах и могу сказать, что у тебя она... продвинутая. Бастила слегка улыбнулась. — В последние пять лет я тренировалась с лучшими мастерами Ордена и брала уроки у самой Мастера Санрайдер. Реван выгнул бровь. «Тогда понятно. Этот гребаный ситский голокрон научил меня только... — он нахмурился, — да и я подрастерял навыки», — добавил бывший Темный Лорд, чтобы уберечь свое самолюбие. — Ух ты, — ответил он вслух, делая вид, что не знает, кто такая Мастер Сандрайдер. Бастила фыркнула. — Ты есть не хочешь? А то я помираю c голоду. — Какое-то время она молча смотрела на Ревана, а затем пошла вслед за ним в столовую анклава. Большую часть трапезы Реван пытался вовлечь Бастилу в разговор, но она пока держала дистанцию. ========================================================= Следующие несколько недель он усиленно тренировался, радуясь, что наконец-то можно было открыто использовать Силу. Его достижения поражали членов совета и многих других джедаев, но Бастила, похоже, совершенствовалась так же быстро, к его удивлению и удовлетворению. «Малость посоревноваться всегда полезно». Бывший Темный Лорд старался как можно меньше пользоваться знаниями традиций и стилей боя древних ситхов, когда побеждал джедаев одного за другим в бою на мечах. В течение этих недель, которые Реван окрестил интенсивным джедайским курсом, Бастила как могла старалась объяснить их связь и развитие его способностей. Карт с Кандерусом бегали по близлежащему населенному пункту, донимая местных жителей и собирая информацию об их среде обитания. Вскоре Реван привык к тому, что Бастила всегда готова прийти на помощь, и не видел причин не воспользоваться этим, чтобы пробиться сквозь стену высокомерия, хотя и не нуждался в помощи. С искренней улыбкой он вспоминал, как пару раз умудрился по-настоящему рассмешить ее. Этого было достаточно, чтобы отбить у него желание улетать с безмятежной планеты. Спокойные деньки закончились для Темного Лорда, когда через месяц после начала обучения его вызвал Совет. К его удивлению, Врук больше не проявлял открытую враждебность, а лишь глядел на него с нескрываемым недовольством. — Зачем вы меня вызвали, Мастера? — спросил Реван, уже понимая, что будет дальше. Как он и предполагал, его отвели в зал с рабочим столом, за которым он должен был собрать световой меч. Выбрав лазурный клинок Стража — отчасти потому, что он раньше им был, но главным образом из-за того, что цвет кристалла напоминал ему бездонные глаза Бастилы, — Реван быстро собрал себе меч и поплелся обратно в Зал Совета, чтобы получить задание для последнего испытания. «Стопудово опять отправят в эту долбаную пещеру...» Он удивился, когда Совет сказал, что он будет расследовать, что за присутствие темной стороны в соседней роще пагубно влияло на поведение кат-собак. Поклонившись, Реван повернулся к Бастиле и с удивлением увидел ее виноватое выражение лица. — Ты должен сделать это сам, ученик, — объяснил Жар, заметивший это. Реван кивнул и уловил обеспокоенность во взгляде Бастилы, хотя на лице она не отражалась. — Похоже, это не будет легкой прогулкой... ===================== Реван завернул на Эбеновый Ястреб и взял второй световой меч, спрятав привычную рукоять под черный плащ. Ему предложили заказать новую мантию, но, к большому разочарованию Совета, он предпочел черную, вроде той, которую носил на Тарисе. «Еще бы красный кристалл найти, — подумал он и усмехнулся — это определенно завершило бы образ, к которому он стремился. Такую одежду носили как джедаи, так и ситхи, а багровый клинок сочетался бы с обеими сторонами. — Наверное, придется это сделать до тех пор, пока все закончится. — Он вдруг вспомнил о Вонгах. — Сила, надеюсь, они там же, где и были, когда я видел их в последний раз...» Сосредоточившись на задании, которое ему дали, он по-быстрому велел Мишен и Залбаару найти Карта с Кандерусом и отправился в пригород. За пределами анклава мандалорского джедая засыпали таким количеством просьб и вопросов, что у него разболелась голова. Игнорируя просьбы, большинство из которых были незначительными, Реван направился к единственному месту на планете, излучавшему настолько интенсивные злобу и ненависть, что за этим могла стоять лишь Сила. Бывший Темный Лорд Ситхов пристально посмотрел на сидевшую перед ним молодую женщину. От нее исходили гнев и горечь, от которых он бы задохнулся, если бы сам когда-то не был на темной стороне. Заглянув сквозь злость, Реван ощутил отчаяние и грусть женщины, служившие топливом для пылающего в ней гнева. Он постепенно раскрыл свое присутствие в Силе, и сразу же два кошачьих глаза открылись и устремили на него безразличный взор. Кошачий силуэт грациозно вышел из позы для медитации, поднялся на ноги и медленно направился к нему. — Я стану твоей погибелью! — крикнула катарка, поднимая красный клинок, пылавший яростью ее души. Реван увидел, что она вскинула руку и направила на него волну Силы, которая не подействовала, но его удивило, что cтоль молодая женщина обладала такой мощью. Она выглядела на восемнадцать-девятнадцать лет. Одета была просто, но не по-джедайски, а желтые глаза гневно сверкали. «Катары всегда были эмоциональной расой». С момента, как Реван увидел эту женщину, он знал, что не сможет ее убить. Боль, от которой она страдала, злоба и тьма напоминали то, что он сам испытывал, когда потерял надежду. Катарка сделала выпад, направив клинок ему в грудь. Реван неохотно выхватил меч, который собрал пару часов назад, и заблокировал яростную атаку. Она была хороша. Катарка отскочила на одну из развалин и грациозно перепрыгнула через него, пролетев над головой. Реван одобрительно кивнул — она тоже была сильна. — Зачем ты на меня кидаешься?- спокойно спросил Реван, но катарка не ответила и продолжила неистовые атаки. Реван увернулся от ее удара так, что клинок лишь слегка зацепил его плащ. Он шагнул вперед, изображая выпад, а когда она выставила блок, поднырнул под ее клинок, развернулся и ударил по ногам. Катарка соображала быстро и заметила его маневр. Она перепрыгнула его меч и с воплем ударила изо всех сил. Ревана отражал ее атаки, хотя это было не просто, и молча одобрительно кивал. «Несколько лет назад я мог бы взять ее в ученицы...» — рассуждал бывший Лорд Ситхов. Он отбивался от катарки уже почти час. Она начала уставать, но не сдавалась. Решимость молодой женщины внушала уважение. После того, как почти час их сопровождал лишь звук скрещивающихся клинков, Реван заговорил: — Ты имеешь полное право злиться. — Ты ничего обо мне не знаешь! — презрительно бросила катарка. В ее свирепом взгляде начали отражаться боль и вина. Увидев это, Реван опустил меч, отказываясь сражаться, и стал ждать, пока женщина, тяжело дыша, сделает то же. Юхани подняла глаза на своего противника и разозлилась: он даже не вспотел. Тем не менее, в его взгляде не было снисхождения или насмешки — он смотрел на нее с любопытством. — А ты сильна... — тихо сказал Реван. Юхани насторожилась, но не увидела глумления в этих словах. — Я посветила себя Темной стороне! Я сильнее, чем ты можешь себе представить! К ее изумлению, джедай в темной мантии лишь утвердительно кивнул. — Да... ты сильнее, чем я думал, но ты не посвятила себя Темной стороне. Услышав это, Юхани растерялась и молча уставилась на него. Воцарилась гробовая тишина, было слышно лишь гудение ее клинков. Через пару минут Реван, который стоял и пристально смотрел на нее, спросил: — Как тебя зовут? — Юхани. Эта роща — мое место Тьмы, она принадлежит мне! — проворчала она в ответ. — Ладно, Юхани, я Реван. Женщина какое-то время пристально глядела на него, а затем ее глаза округлились: она его узнала. Темный Лорд позволил ей просканировать свой разум и даже выдал пару образов своих преступлений. Катарка побледнела и попятилась назад. — Как... как такое возможно? Реван вздохнул и глянул на меч Юхани, который до сих пор был включен. — Я хочу разговаривать с тобой на равных, Юхани. Катарка насторожилась, но кивнула и дезактивировала багровый клинок. Реван последовал ее примеру и посмотрел на нее, скрестив руки на груди. — Какие бы преступления ты ни совершала, они бледно выглядят на фоне того, что я мог сделать за один день, пока был Темным Лордом и правил ситхами. Я лишь прошу тебя хранить мою тайну и рассказать мне о себе... Юхани, которая до сих пор пребывала в недоумении, кивнула и нерешительно заговорила: — Я... я тренировалась со своей наставницей Мастером Кватрой... и разозлилась... Я... убила ее в гневе... — злоба молодой женщины пропала, оставив лишь недоумение, боль и раскаяние. Увидев, как сильно она сожалела о содеянном, Реван поморщился. — Я как-то слышал о Мастере-Джедае, которая была ранена во время тренировки с ученицей... — начал Реван. Юхани пристально посмотрела на него полными слез глазами. — Ранена, а не убита... — договорил он. Юхани сразу стало отпустило: плечи расслабились, она облегченно выдохнула, а затем снова устремила взгляд кошачьих глаз на Ревана. — Что... но как ты можешь быть Реваном? Джедай огляделся вокруг и заметил груду обломков, которая выглядела удобно. Он сел на них и тяжело вздохнул. — Совет Джедаев захватил меня в плен и заставил постоянно вспоминать все мои злодеяния. Потом один из них освободил меня, и теперь я стараюсь исправить свои ошибки... Сила, как же их много... — он вдруг умолк, и в этот момент Юхани разглядела его мучения. — Я позволил Темной стороне затуманить мне разум и не соображал, что делал. Позволил ей превратить меня в дьявола... — Юхани посмотрела в карие глаза Ревана, полные эмоций. — Не допускай, чтобы это случилось с тобой, Юхани. Она опустила голову. — Но... как мне вернуться к ним? — спросила она, не желая видеть выражение лица Темного Лорда. Реван на минуту прикрыл глаза и задумался. — Гнев, страх, отчаяние, ненависть, печаль. Ты должна научиться осознавать эти чувства... но не игнорировать и не скрывать их. Примирись с собой. Ты не совершила ничего непростительного. Стремись стать лучше, взращивай в себе достоинство и сострадание — так ты покажешь им, что освободилась от темных эмоций. Юхани с минуту размышляла над его словами, понимая, что в них крылась истина, а потом задумчиво покивала. — Но ты должна спросить себя... хочешь ли вернуться к джедаям? Юхани опустила голову, задумавшись. — Да... Реван кивнул и спросил: — Даешь слово, что никому не расскажешь, кто я такой? Она захлопала глазами и подозрительно глянула на него. — Что ты задумал? — Да ничего особо ужасного. Просто хочу найти Малака и заставить его страдать... Похоже, джедаи — самый быстрый способ этого достичь. Юхани, казалось, была согласна с его доводами. — Как ты можешь просить меня не рассказывать им? Это же... Реван выгнул бровь. — Ты забываешь, что один из высших чинов Совета просил меня никому не говорить... Катарка со вздохом кивнула: — Реван, я даю слово, что сохраню твою тайну. Реван удовлетворенно кивнул: катары редко нарушали слово, и он чувствовал, что эта женщина не предаст его доверие. — Спасибо, Юхани. Она склонила голову, а потом вдруг странно на него посмотрела. — Что? — спросил он. Она поинтересовалась с легкой улыбкой: — Как мне тебя называть? Не думаю, что Реваном будет... уместно... Он засмеялся. — Зови меня Таурин Катарн... если сможешь это терпеть. Мне претит врать и скрываться... но так надо. Он серьезно посмотрел на Юхани. — Нельзя, чтобы хоть кто-то узнал, кто я такой... Она кивнула. — Я же дала слово, что не скажу, Реван. =================================== Еще немного поговорив с Реваном, Юхани пошла в анклав. Реван же какое-то время любовался красотами Дантуина, позволив себе расслабиться под теплыми лучами местного солнца. Его покой нарушил писк наручного комлинка. — Да? — раздраженно ответил он. — Таурин, это Карт. Мы с Кандерусом находимся по этим координатам, и нам бы не помешала твоя помощь... — Каким еще нахрен нам?! — гаркнул Кандерус на заднем плане, и Карт тяжело вздохнул. — Мы выследили пару мандалорских пиратов, которые терроризируют местных. Кандерус хочет с ними сразиться, и я не то, чтобы против. Реван нахмурился: если Кандерус решил поубивать мандалорцев, то они должны быть полным убожеством. — Ждите меня там. — он злобно зарычал, вытащил световой меч и бросился по указанным координатам.