Глава 10

Из груди вырвался жалкий тихий хрип и нутро вывернуло наружу, пока острая боль молниеносно проникала в каждую клетку моего тела. Кончики пальцев заледенели и я их не чувствовала. Едва оставаясь в сознании и пыталась удержаться упираясь руками в пол и опустошая желудок на тёмный паркет, шатаясь и чувствуя как теплая и влага стекает по бёдрам. Он стоит надо мной, шумно и раздражённо выдыхает, поправляя волосы, чтобы после этого снова с размаху пнуть по животу. С болезненным хриплым вскриком я упала на пол, отчаянно хватая ртом воздух и понимая, что не чувствую ничего ниже поясницы. Холодные конечности будто не принадлежали мне, и с разбитой губы всё сочилась и сочилась кровь. Перед глазами замелькали звёздочки и согнулась, обхватив себя за живот в попытке унять неприятные ощущения, исчезнуть из этой проклятой квартиры. Просто исчезнуть. Так больно и обидно, что я готова была истошно вопить и дёргаться в истерике, но у меня не было сил.  — Зачем ты так со мной, а, Мисаки? – прошипел он, наклоняясь ниже ко мне и хватая за шею приподнимает голову и резко опускает вниз, ударяя меня затылком о пол.  Я задохнулась от новой вспышки боли, а его рука продолжала сжимать моё горло, перекрывая доступ к кислороду. Я вяло скользнула по его разъярённому лицу мутным взглядом, задерживаясь на красных глазах и широких зрачках, и медленно подняла глаза наверх, глядя в потолок, пока слёзы медленно катились по щекам одна за другой, задевая ссадины и неприятно пощипывая, но это совсем ничего не значило.  — Зачем ты издеваешься над моими чувствами? Для чего ты это делаешь, сука, отвечай?! – он сорвался на крик, но я не могла даже соображать, не то что говорить. Я приоткрыла рот, но так и не смогла ничего произнести, лишь слабо пошевелила губами. А он влепил мне пощёчину и отпустил, поднимаясь, и отходя к двери. В дверном проёме опираясь на косяк наблюдал Аки. И ни одна эмоция на его лице не была похожа хоть на каплю тревоги и сострадания. Ведь его тоже не интересовала перспектива стать «отцом». Но насиловать меня вместе со своим братом было куда веселее, чем думать о последствиях. — Подумай об этом хорошенько. А когда я вернусь, хочу убедиться, что наконец-то вправил тебе мозги. Ведь если я этого не сделаю, ты не станешь нормальным человеком, Мисаки. – бросил он с нездоровым сожалением в голосе так, словно проявлял заботу. А после они оба оставили меня лежать в спальне, на холодном полу, истекающую кровью. Я знала что после стольких ударов по животу и с таким кровотечением я наверняка потеряла ребёнка. Но мне плевать на это. Ведь этой ночью в этой спальне скорее всего я просто подохну. Тишину раздражающе дёргали часы, и взглянув на время я поняла, что всё это продолжается вот уже около часа. Если мне не окажут первую помощь-до утра не доживу. От этой мысли на мгновение я ощутила такое теплое спокойствие. Слёзы застыли в глазах, больше их не покидая, сердце билось медленно и слабо, и каждая минута словно лишала меня жизни. Меня это устраивало. Иначе это никогда не кончится. Мой телефон лежал в паре метров, в кармане кофты, и я могла бы позвонить маме, в полицию. Но если она узнает обо всём подробно, возненавидит меня ещё больше. Поэтому я готова просто тихо умереть и исчезнуть из её жизни прежде чем она успеет окончательно во мне разочароваться. Но я так хочу жить. Я не хочу умирать. Хочу почувствовать жизнь на вкус, осуществить все свои мечты. Хочу успеть узнать какое на ощупь счастье. Я тихо всхлипнула, обессиленно пытаясь приподняться, но это было невыносимо больно и сложно. Но мне всё же удалось доползти до кофты и холодными трясущимися руками набрать номер полиции. Я едва могла пошевелить языком и подробно описала где нахожусь, как зовут людей, которые причинили мне вред. Указала, что истекаю кровью и уже не могу даже нормально разговаривать. И я всё ещё помню как мучительно долги длились эти двадцать минут. Помню, как болезненно в ушах звенел шум и крики, когда наконец приехала полиция, а я лежала без сознания. Помню каждый день суда, каждый допрос следователя, помню как долго лежала в наркологической клинике, помню слёзы матери и её молчание. Помню как мне сообщили о бесплодии. Помню как не выходила на улицу почти год. Помню каждую паническую атаку. Помню весь этот ужас так, будто это было вчера. И вот в каждом своём кошмаре я лежу вся в крови на полу у его ног, пока он оглядывает меня своими глазами так, словно любуется произведением искусства. Поднимаю на него острый взгляд со всей ненавистью и обидой. Я всё это помню, и не забуду. И мне интересно лишь одно. Я каждый раз спрашиваю это у него в своих снах. — Чосо. А ты... помнишь?

***

Ран разбудил меня утром, сообщив что уходит на работу, а после попросил дождаться его вечером. Я вяло согласилась на все его слова, лишь бы поскорее вновь уснуть. Окончательно я встала уже после двух часов дня, но даже так отдохнувшей я себя не ощущала. И даже чудесная кровать и Хайтани рядом не смогли этого исправить. Как и тёплый душ. Одолжив халат Рана, который почти тащился по полу из-за нашей разницы в росте я всё же решилась на перекус. Он заботливо оставил на столе полупустую пачку сигарет, которые я вчера курила, и после «завтрака» я надолго зависла на балконе, нервно опустошая запасы курева одну за другой, в надежде что это успокоит, но в конечном итоге после третьей меня замутило, и так и оставив пачку на балконе я вернулась в квартиру. Чосо не оставит меня в покое, я прекрасно это понимала. И вчерашняя наша встреча буквально дала мне понять, что ничего хорошего меня не ждёт. Ведь он уверен, что это я поломала ему жизнь, хотя он легко отделался засчёт своих связей. Мало того, что ему изначально дали срок меньше, чем предполагалось, так ещё и вышел он раньше. И несмотря на запрет о приближении, не постеснялся явиться ко мне лично. А это значит, что снова обращаться в полицию смысла нет. Его брат и вовсе остался безнаказанным, и все эти годы периодически пересекаясь со мной не упускал возможности напомнить, что эти двое когда-то присутствовали в моей жизни. Я неосознанно провела параллель между ними и братьями Хайтани, и осознав, что жизнь точно ничему меня не учит я горько усмехнулась, раскинувшись на диване и откидывая голову назад. Настолько всё это было абсурдно. Оставшееся время я провела в телефоне, старательно выискивая выгодные и хорошие варианты съёмного жилья, потому что твёрдо решила, что съехать от мамы и сестры будет самым лучшим решением в данный момент. Давно пора было его принять, однако что-то крепко меня удерживало в стенах родного дома. Но это было точно не что-то родное и приятное. Скорее обычный страх и неуверенность в завтрашнем дне. Ран вернулся домой только после десяти вечера. Я лениво поднялась с кровати, лучше запахнувшись в его халат и не спеша вышла из спальни в гостиную, встречаясь с ним нейтральным поверхностным взглядом. Только вот он был не один. И мой потрёпанный внешний вид явно ударил в глаза обоим братьям. Видимо видеть меня с не уложенными растрёпанными волосами, без макияжа и с синяками под глазами для Риндо было более удивительно, чем для Рана. Потому что старший не задержал на мне взгляда больше пары секунд, лишь приветливо усмехнулся, а вот Риндо изучал меня глазами подольше, о чём-то глубоко задумавшись, но в какой-то момент очень быстро потерял к этому интерес. Ах, точно. Дело не во внешнем виде. Наверняка дело в том, что он встретил меня дома у своего брата. Вторая наша общая встреча на троих, боже, сейчас лопну от счастья. — Я был уверен, что ты свинтила домой. – с ленивой улыбкой бросил Ран, укладывая пиджак на спинку кресла. Я пожала плечами и присела на стул у барной стойки, обхватив руками кружку с уже холодным кофе, который сделала себе ещё днём, но так и не допила. — Ты сказал дождаться тебя. — А ты всегда делаешь то что тебе говорят?  – с издёвкой усмехнулся Риндо, упав на диван и устало откидываясь на спинку. Я бросила на него острый взгляд и скептично приподняла бровь. Ран же принялся за приготовление кофе. — Нет, сегодня исключение. Я как раз собиралась возвращаться. – на мой недовольный тон он лишь самодовольно хохотнул, словно я сказала что-то действительно забавное. — Не торопись. Вместе поедем, я ненадолго здесь. Подкину тебя до дома. – на его предложение я неоднозначно повела плечом, но отвечать что-то конкретное не стала. Не сейчас, у меня не было желания от слова совсем. — Ран, не одолжишь машину? – он обратился уже к брату, и тот, сунув руку в карман брюк, достал ключи от своей машины, и бросил их Риндо. Тот ловко поймал их и убрал уже к себе. Кофе как раз был готов. Они уселись друг напротив друга, один в кресло, другой на диване и завели едва понятный мне разговор, по всей видимости, касаемо работы. Меня это не интересовало, и я продолжала сидеть в стороне, за барной стойкой и допивая свой кофе лениво листать объявления на сайте аренды жилья. В какой-то момент их голоса стихли и ощутив напряжение я медленно подняла на них взгляд, встречаясь с их заинтересованными лицами. Ран выглядел особенно довольным, только вот понять причину я не могла. Или сейчас просто не хотела. Но на его смешок я лишь вопросительно изогнула тонкую бровь, чуть наклонив голову набок.  — Что тебя так рассмешило? – наверное, мой голос звучал тихо и напряжённо, что совсем не было похоже на обычное поведение рядом с Хайтани.  — Не хочешь присоединиться к разговору? – Риндо бросил на него такой скептичный насмешливый взгляд, а я тихо выдохнула, делая небольшой, и, уже последний глоток кофе. — Думаю, нам не о чем говорить. – незаинтересованно бросила я, не желая цепляться за его игривые провокации. Но его уж слишком самодовольные глаза опасно сверкнули. — Разве? А мне кажется, было бы неплохо поболтать. – он вальяжно откинулся на спинку кресла игнорируя лёгкое недопонимание в остром взгляде Риндо. Я слезла со стула и ухватила свой телефон, делая пару в их сторону. — О чём, например? — Например.. – я мгновенно распознала в его намёках явное намерение начать разговор, который сейчас я точно не хотела бы развивать, или же он просто посчитал что будет забавно пошутить над тем, что перед ними обоими стоит женщина, которую они по очереди трахают, в зависимости от ситуации. Мне же это смешным нп показалось ни на секунду и закатив глаза, я шумно выдохнула. — У меня нет желания это обсуждать, только чтобы удовлетворить твоё ребячество, Ран. – кинула я, разворачиваясь и направляясь обратно в сторону спальни. — Я пока что начну собираться. – предупредив Риндо, я скрылась с их глаз, не став дожидаться ответа, однако Ран появился в комнате следом за мной, закрывая за собой дверь. — Так о своих грандиозных планах ты решила рассказать только мне? — О чём это ты? — Мне интересно знать, понимает ли Риндо ситуацию, в которой мы втроём находимся? – не убирая с лица своей кошачьей довольной улыбки он опирается плечом на шкаф, пока я натягиваю своих джинсы, стоя к нему спиной. — Не сложно догадаться. – бросила я, взглянув на него через плечо, а Хайтани подошёл ближе, прижался к моей оголённой спине, обхватил руками со спины, и одной прижал к себе за талию, а другой скользнул по груди, к шее, несильно её обхватив и утыкаясь носом куда-то в волосы, за моим ухом, обдавая кожу приятным жаром его горячего дыхания. — Тогда, может стоило встречать меня без халата? Он, итак, всё уже видел, разве нет? — Не сегодня, Хайтани. Ты слишком несерьёзно относишься к ситуации. – я держалась стойко, хотя должна признать, что сейчас хотела бы остаться с ним на ещё одну ночь. Но я развернулась к нему лицом, внимательно вглядываясь в его горящие глаза. — А как мне стоит к ней относиться? Ты спишь со мной, с моим младшим братом, и хочешь чтобы это превратилось в подобие отношений? Или ты хочешь чтобы это бы секс без обязательств? Но как же такс ты ведь хочешь верности в этих «отношениях», я прав? Но какая верность в отношениях на троих? Твои желания не понятны даже для тебя, это меня и забавит. — Не надо видеть во мне весёлое развлечение, Ран. – я отпрянула, быстро натянула свой топ и ухватила сумку, остановившись на нём насмешливым взглядом. — Раз тебе так сложно понять меня, можешь не напрягаться. Твой братишка поймёт. – я неосознанно расплылась в довольной улыбке и игнорируя смену эмоций на его лице, смазано чмокнула его в щёку и пока он замер в одном положении, покинула его квартиру в компании Риндо. Пока мы ехали я молчала. Голова уже гудела от всего, что в ней обдумывалось, поэтому в какой-то момент я всё же решила отвлечься хотя бы на короткую беседу. — Риндо, я не могу больше работать на первом этаже. – он вёл не так аккуратно и плавно как Ран. Слишком резко входил в повороты, подрезал другие машины, и часто менял скорость, что начинало меня чуток раздражать. Кажется, сейчас всё меня раздражало. — Придётся. Уверен, веских причин нет. — Что? — У нас нехватка танцовщиц на первый этаж. У тебя есть опыт, ты отлично справляешься с работой. Зарплата у тебя та же, количество смен тоже, так в чём дело? – как ему сказать о том, что теперь Чосо будет вылавливать меня на сменах, если я буду танцевать на первом этаже, в общем зале? — Дело в том, что я изначально была распределена на VIP-зал, про первый этаж уговора не было. — В трудовом договоре не прописано такое условие. Ты работаешь там, куда назначат, отсекай свою привычку диктовать мне требования, забываешься. — Пожалуйста, поставь кого-нибудь вместо меня? Почему именно меня перевели на первый этаж? — А что тебя так беспокоит? Если переживаешь о том, что это помешает чаще липнуть ко моему брату, то это не причина. — О себе не забывай. – хмыкнула я, с недовольным вздохом отвернувшись к окну. Он выглядел совсем невозмутимым. И после моего грубого ответа выдержал приличную паузу. — Ну так, не скажешь напрямую причину? – осознание мягко скользнуло одной короткой мыслью в моей голове и я еле слышно усмехнулась. — Ты любишь вынуждать людей говорить о том, что, итак, сам знаешь. — Потому что я хочу научить тебя быть со мной откровенной. Меня не интересуют связи с человеком, который не внушает доверия. А ты продолжаешь старательно нагонять на себя лишние подозрения. – я повернулась к нему, скинув брови и всплеснув руками хлопнула себя по ногам. — Ты, итак, всё знаешь. Я достаточно подробно рассказала всё в прошлый раз. А в том, что к тебе в клуб ныряет бывший коп, который явно хочет меня добить, моей вины нет. Что ты хочешь услышать? Мольбу о помощи? Я так унижаться не стану, не надейся. – он пожал плечами, вновь слишком круто сворачивая на перекрёстке. — У меня нет желания и причин влезать в твои проблемы, поверь, мне есть чем заняться. Я лишь хочу слышать от тебя всегда прямой ответ, без тысячи отмазок и увиливаний. Это раздражает. — Как скажешь. – я устало прикрыла глаза и откинулась на спинку сидения, а его ладонь опустилась на мою ногу и сжала, не собираясь отпускать. — Хватит дёргаться. Хочешь ко мне? — Не сегодня. — А что, Ран не смог поднять настроение? – его издёвка прозвучала так эмоционально, что я даже слегка удивилась. — А ты действительно хочешь поговорить о том, хорошо меня трахает твой брат, или нет? – я обдала его скептичным взглядом и коснувшись своими глазами моего лица лишь на секунду, он вновь отвлёкся на дорогу. — Я и без тебя всё знаю. Уж точно не лучше, чем тебя трахаю я. – светофор сменился на зелёный, и Хайтани резко и грубо тронулся с места, от чего я недовольно поморщилась. — Ты паршиво водишь машину. — Я редко езжу за рулем. К тому же, она не моя. Я плохо с ней знаком. Зато ты, по всей видимости отлично. — Ты не представляешь насколько. – его попытка меня подколоть пролетела в ноль, лишь позабавив. — Примерно представляю. Так куда едем? — Домой. – мягко разжав моё бедро он едва успел скользнуть чуть выше, но одной фразой я быстро осадила его настойчивость. — Каждый к себе. Он бросил на меня глубокий взгляд, задумался о чём-то с лёгкой улыбкой на губах и негромко засмеявшись, отвернулся, возвращая внимание на дорогу, но, несмотря на мой грубый отказ, руку всё же не убрал. Дома я была уже через минут десять, тихо скользнула в свою спальню и включив свет, быстро переоделась, падая на кровать и устало выдыхая. Тихий стук в дверь отвлёк меня от головной боли и я медленно перевела взгляд на порог своей спальни. Приоткрыв дверь и застыв в проёме на меня с тенью печали смотрела Мива. — Привет? – бросила я, приподнимаясь на локтях и глядя на сестру. Она так и замерла на месте, а я кивнула на свою кровать, приглашая войти. Прикрыв дверь, она подошла и села напротив меня, прожигая расстроенным взглядом. — Я думала, что ты ушла из дома из-за ссоры с мамой. – поджав губы, я увела глаза в сторону, но не став расстраивать её больше, села, сложив ноги в позе лотоса и натянуто улыбнулась. — Я была у подруги. Но, я и правда скоро съеду. Ты не подумай, это не из-за мамы. Мне уже пора жить самостоятельно. – в её синих глазах скользнул страх и беспокойство, но я поспешила её утешить, уложив руку на её колено. — Не переживай, ты сможешь всегда приходить ко мне в гости, и оставаться на выходных. Я тебя не бросаю, малышка. Просто... – она вдруг вскочила и обхватила меня руками, крепко прижимаясь, словно испуганный котёнок, а я лишь замерла в растерянности глядя перед собой. — Ты только обещай, что не оставишь меня одну. – я приоткрыла рот, но так ничего и не сказала, мягко обнимая её хрупкое тельце. Мива очень нежный ребёнок. С самого детства я занималась её воспитанием, и была с ней почти всегда, поэтому она была ко мне очень привязана. Её страх быть брошенной самым близким человеком я понимаю. Но... могу ли я обещать ей это, не представляя, что меня вообще ждёт в будущем? — Обещаю. – я уткнулась губами в её макушку, чувствуя как быстро бьётся детское сердечко. И моё.

***

Неделя прошла слишком быстро. Пальцы покалывал мороз, как и оголённые ноги. Пальто на полуголое тело не грело, даже после того как я час извивалась в духоте первого этажа. Нервно извлекая из пачки уже вторую сигарету я полезла в карман за зажигалкой, однако мелькнувшее перед носом пламя отвлекло меня. Я медленно подняла уставший взгляд на мужчину напротив. На этот раз ни удивления, ни страха на моём лице. Лишь горькая усмешка. Я ведь знала, что он придёт снова. Молча достаю из кармана свою зажигалку и игнорируя предложенный им огонёк, подкуриваюсь самостоятельно, глубоко затягиваясь и бегая по лицу Чосо поверхностным взглядом. Он был красив, брутален, высокий. Крепкое красивое тело, приятный голос. Но такой гнилой и ядовитой натуры, что рядом с ним я чувствовала себя как на скотобойне. — Рад, что ты перестала дёргаться при виде меня. – он убрал зажигалку в карман пальто и оценивающе оглядел меня с ног до головы. Конечно, я ведь всё ещё в эротическом костюме, в высоких сапогах, небрежно запахнутая в пальто. Мечта насильника. — Я не стану тешить твоё самолюбие. — Это не тебе решать. — Что теперь тебе от меня нужно? Смотри, я стала стриптизёршей, виляю задом, чтобы заработать, не могу иметь семью, и ненавистная позорная дочь. Мы уже, кажется, в расчёте? – изогнув бровь, стряхиваю пепел, и тот мягко падает на снег. — Ты, итак, нахуй не нужна была своей мамашке. А вилять задом для тебя не так уж и плохо, ты же всегда была готова на любую грязь, лишь бы развлечься. Расскажи мне, как плохо живёшь, учитывая, что я всё ещё не прикончил тебя, дрянь. – хохотнув, он выдернул из моей руки недокуренную сигарету, бросил на снег, и кивнул в сторону парковки за стеной заднего двора, который использовали как курилку и место приёма товара. Различного характера. — Поехали, напомню тебе славные деньки, когда ты под дозой ползала у меня в ногах, лишь бы я выебал тебя. От всей этой грязи, что лилась их его рта меня замутило, но желания истерить и бороться с его эгоизмом и жестокостью у меня не было. Я ведь сама загнала себя в угол, и теперь пытаться искать виноватых смысла нет. Ведь вся ответственность изначально была на мне. Не будь я так глупа тогда, сейчас меня здесь не было. И его не было. И на его «предложение» прямым отказом я отвечать не торопилась. Лишь продолжала смотреть на намокшую от снега сигарету пустым взглядом. — М-м, Аки рассказывал, как видел недавно твою младшую. Она сильно подросла за три года. Сколько ей сейчас? Двенадцать? Тринадцать? – с самодовольной хищной улыбкой он продолжает пилить меня требовательным взглядом, пытаясь надавить на все мои больные точки. Но это было лишним, ведь я, итак, без его грязных манипуляций знала, что сейчас у меня нет выбора. — Не напрягайся, я и без этого всё поняла. Жди у машины. – так больше и не взглянув на него, я скрылась в раздевалке, быстро переодеваясь и спешно собирая свою косметику обратно с сумку, под изумлённый взгляд коллег. — Акияма, ты в порядке? Ты побледнела. – с тревогой в мягком голосе спросила Саю, но я лишь натянуто улыбнулась, махнув рукой. — Устала, поеду домой. – я спешно покинула раздевалку и вышла через заднюю дверь. Чосо ждал меня у машины, как я ему и сказала. Я уже хотела перейти дорогу, но мне перегородила дорогу знакомая машина. Из авто вышли двое, Риндо и ещё один мужчина, с белыми длинными волосами. Я не раз видела его в компании Хайтани, и даже как-то раз услышала что его называли Коко. Как только они покинули машину, водитель сразу же отъехал, и я, не став тормозить, продолжила свой путь, проходя мимо Хайтани и его знакомого. Риндо ни на секунду не замедлился, но заострил на мне свой взгляд, в то время как я не уделила ему даже секунды, пройдя мимо и усевшись в авто ухмыляющего Чосо. Я не смотрела в сторону Хайтани, но чувствовала тяжесть его взгляда, которая не уменьшалась пока мы не завернули за угол и не скрылись с поля его зрения. Всю дорогу мы провели молча. Во мне не было ничего. Я не чувствовала обиду или страх, ненависть или печаль. Казалось, что мой мозг практически отключился, лишь бы не травмировать меня этим человеком снова. Он завёл меня в свою квартиру, в которой я не была с того момента, как отсюда меня увезли в больницу на скорой. Еле живую. А сейчас я пришла сюда сама. Чтобы отдаться чужой воле, которая была сильнее моих обид. Я чувствовала себя беспомощной, обречённой, и была готова смириться. Но лишь до того момента, когда он толкнул меня к кровати, нависая сверху. Словно очнувшись моё сердце заколотилось с нереальной скоростью. Мгновенно намокшие глаза забегали по комнате и замерли на прикроватной тумбе, где валялась смятая купюра и пакетик с очевидным содержимым. Я заострила взгляд на белом пятне, шумно и с трудом сглотнув. Чосо проследил за моим вниманием и громко захохотал, сползая на край кровати. Он прекрасно меня понял. И знал что для него будет только веселее трахать обдолбанную девку, чем пытаться бороться с трезвой. А мне будет легче принять ту истину, от которой я так хотела бы сбежать. И вот она реальность. Зуд в носу, давящее на голову ощущение, растекающаяся по телу горячая эйфория. Его грубые касания, и болезненность от каждой хватки. Резкое проникновение и мои руки рефлекторно пытающиеся его оттолкнуть. Всё как во сне. В глазах всё плывёт, и моя тушь стекает по щекам, оставляя чёрные полосы. Он резко переворачивает меня на живот, входит до упора и я хрипло вскрикиваю, а он хватает мои волосы и утыкает лицом в подушку, второй рукой больно заламывая руки и сжимая кисти до хруста. Мой мутный взгляд в одну точку, пока он активно долбится в меня с особым удовольствием наблюдая как я молча плачу, перестав сопротивляться. Шум собственного пульса в ушах и его неразборчивые слова. Жар внутри меня, вытекающий по внутренней стороне бедра пока он довольно выдыхает и падает на кровать. Я пролежала так, кажется, несколько часов. Он отрубился на другом краю кровати. Облизнув медленно пересохшие губы я с трудом сползла на пол, пытаясь одеться. Как попало натянув брюки и свитер я поплелась в коридор, забрала сумку, пальто и выскочила в подъезд. До дома шла пешком, один чёрт недалеко. Тело всё ещё дрожало, может из-за наркотика, может из-за холода. Ни одного человека на улице, и я очень этому рада. Попадаться кому-то в таком виде не было никакого желания. Около своего подъезда я села на нижнюю ступеньку и трясущимися руками попыталась подкуриться, но сигареты одна за другой выпадали из замёрзших немых пальцев на укутанную снежной пеленой землю. После второй я швырнула пачку куда-то в снег и громко всхлипнув уткнула лицом в колени от всей души зарыдав. И даже сейчас я чувствовала себя загнанной в угол зверушкой, на которую смотрят со всех сторон. Это чувство чужого обжигающего взгляда не покинуло меня даже сейчас, когда я наконец поддалась собственной слабости. И эта грязь.. Этот страх и слабость никогда не покинут меня. Мой личный нескончаемый кошмар.