Введение (часть 2)

      Однажды ночью, девять лет назад, стажерка Лян Вань проводила плановый обход пациентов на шестом этаже стационарного отделения Первой больницы при Пекинском университете. 　На самом деле она уже закончила свой обход, но причина, по которой она все еще слонялась здесь, заключалась в том, что на этом этаже находился особый пациент.       Фамилия пациента была Чжан, и она обратила на него внимание, когда он впервые попал в больницу. Причиной тому было то, что его лечение и уход осуществлялись специализированным персоналом, а в будни его опекали совершенно другие люди. Эти люди сильно отличались по характеру и производили впечатление загадочных личностей. 　Близкие обычного пациента, как правило, демонстрировали две основные реакции: либо они были подавлены тяжестью заболевания, либо проявляли чрезмерный оптимизм, избегая мыслей о будущем. В любом случае, их первостепенной заботой оставалось само состояние больного.       У пациента по фамилии Чжан подозревали черепно-мозговую травму, приведшую к потере памяти, и было легко заметить, что у всех, кто его навещал, были старые травмы. Однако она обнаружила, что все эти люди, включая самого пациента, относились к болезни очень спокойно. Все разговоры о ней были осторожны и сдержанны. 　　Во время планового осмотра пациента по имени Чжан она смогла потрогать его руку. Хотя его мышцы не были слишком выражены, плотность волокон была за гранью понимания. 　　Даже мышцы спортсменов вряд ли были такими плотными. Этот, казалось бы, обычный с виду человек, обладал невероятной силой. Наставник объяснил ей, что это явление можно охарактеризовать как «мышцы воли», и их развитие требует длительного периода, в течение которого тело и сознание действуют в тесной, хорошо скоординированной связке. 　Пациент обладал прекрасными физическими навыками и концентрацией. Даже во время глубокого сна он мгновенно просыпался и настороженно реагировал на приближение кого-либо. 　　Больше всего её удивило то, что у этого человека были два невероятно длинных пальца. Если бы они не были намеренно сформированы с раннего возраста, такое было бы невозможно. 　Пациент молчал, а его взгляд был затуманенным и безразличным из-за нарушения памяти. Помимо первоначального любопытства, Лян Вань, казалось, испытывала к нему какие-то странные чувства. После ежедневных обходов она всегда любила заходить к нему в палату и бросать на него взгляды исподтишка. 　　То же самое было и в тот день. Толстяка, который ухаживал за пациентом, не было. Пациент лежал, и она не знала, спит он или нет. Она вошла в палату, машинально взглянула на табличку с именем, затем подошла и решила проверить его зрачки. 　　В этот момент она услышала, как пациент Чжан внезапно что-то произнес. 　　У него была странная привычка спать — в отличие от обычных людей, которые спят долго, его сон был прерывистым. Он часто засыпал, когда на него не обращали внимания, и хотя такой сон позволял ему максимально отдохнуть в периоды повышенной концентрации, он также был особенно вреден для мозга. В результате, после госпитализации, врач дал ему успокоительное. 　　Позже врач обнаружил, что седативные препараты не особо эффективны для этого пациента, поэтому он применил комбинированный препарат, и эффект постепенно стал заметен. Это стало основным планом его лечения. После этого пациент начал подолгу спать и разговаривать во сне, что, по мнению врача, было признаком того, что у него начинает восстанавливаться память. 　　Но его сны, как правило, были бессмысленными, расплывчатыми, и большинство из них даже невозможно было истолковать. 　　Это было единственное предложение, которое стажер Лян Вань услышала очень отчетливо. 　　Сначала эта фраза вызвала у нее недоумение. Она на секунду замерла в раздумьях, опустив взгляд. Тут же пациентка произнесла ее снова, на этот раз совершенно отчетливо. 　　В тот момент Лян Вань не придала этому значения, но поскольку само предложение было странным, она тут же вспомнила его и покинула отделение. 　　Девять лет назад, в тишине ночи, произошел этот инцидент. Никто тогда не осознавал, как отсутствие всего одного предложения сделает разгадку его тайны практически невозможной, погружая событие во все больший туман. В результате, суть всего происходившего, главная тайна, оказалась утерянной для всех.

Люди сильно меняются, сами того не осознавая. Я не хочу становиться таким, но иногда мои собственные решения меня удивляют. Я не так проницателен, как следовало бы, в общении с другими, хотя они и спшат строить обо мне догадки. Меняюсь не я, а а я в глазах других людей. Я не встречаю всё, что должен встречать, с величайшим коварством, но они гадают обо всём вокруг меня с величайшим коварством. Меняюсь не я, а мнение обо мне.

— У Се