Глава 25. Трупы в пустыне

      Окрестности озера успокоились, и перед глазами раскинулись бескрайние песчаные дюны. Однако песок здесь был редкого белого цвета — почти как снег. Если бы не палящий зной, Ли Цу мог бы подумать, что находится на заснеженной горе.       Ван Мэн греб на плоту, и когда они вытащили его на песчаный берег, У Се предупредил:       — Вытаскивайте плот! Если хайцзы снова поднимется, нам конец.       — Ты думаешь, это озеро — поезд? После того, как высадит пассажиров, поедет дальше? — у Ли Цу возникла безумная мысль.       — Я предполагаю, что это кольцевой маршрут, но не знаю, сколько времени потребуется, чтобы обойти его, — У Се наклонился вперед и зачерпнул горсть раскаленного белого песка, слегка нахмурившись. — В нём есть кварц, как и в песке, откуда мы приплыли. Но почему он такой белый?       — Что такого особенного в белом песке?       — Обычный песок — это измельчённый камень, — У Се отряхнул ладони. — А белый цвет означает высокое содержание кальция. — Только я не припомню никаких аэроснимков этой местности.       — Может, проблема в освещении? С высоты оно не так бросается в глаза, — предположил Ли Цу.       — Аэрофотосъёмка — не туристический снимок на телефон, — У Се раздражённо взмахнул рукой. — К тому же, здесь нет ветра. Совсем.       Ли Цу сделал так, как ему было сказано, и обнаружил, что все было именно так: потока воздуха не было вообще.       В этот момент с берега донёсся крик Ван Мэна, тащившего плот:       — Босс! Идите сюда! Смотрите!       Ли Цу и У Се взбежали на песчаную дюну и посмотрели на край озера. Они увидели Ван Мэна, указывающего на дюну рядом с ними. Песок на дюне сползал, пока он тащил плот, и вся поверхность песка обрушилась, обнажив нечто погребённое под ним.       Ли Цу и У Се подбежали, но плот продолжал сползать всё ниже и ниже. Вскоре из песчаной дюны показался угол старого грузовика. Обрушившаяся часть обнажила кузов, заполненный теми же опасными контейнерами, которые они нашли на дне озера. Трое мужчин начали усердно раскапывать песок, и вскоре показался полуразрушенный грузовик Армии Освобождения. Ржавые пятна, образовавшиеся в пустыне, отличались от тех, что появлялись в других местах, поэтому они могли ясно видеть, что грузовик подвергся коррозии под воздействием щелочи. Многие участки металлического листа были покрыты слоем белой извести, которая осыпалась при прикосновении.       — Смотрите, этот грузовик, должно быть, сломался здесь давным-давно, — пропыхтел Ван Мэн. — И, босс, когда мы на воду спускались, вы мне помогали плот толкать. А сейчас почему в одиночку тащу? Хоть бы подтолкнули!       — Наблюдение за обстановкой важнее физического труда, — не оборачиваясь, ответил У Се. — В пустыне всё ржавеет медленно. Судя по коррозии, он здесь стоит лет двадцать, не меньше.       — Не факт, — встрял Ли Цу. — На уроках говорили, что в пустыне огромный перепад температур. К ночи влага конденсируется — и коррозия ускоряется в разы. Плюс рядом вода. Тот контейнер, что мы в озере видели, наверное, упал тут же и потом течением к нашему оазису прибило.       — Ничего себе, какой ты прилежный ученик, — с лёгким удивлением протянул У Се.       Ли Цу промолчал. Он-то отлично помнил, почему запомнил этот урок: у той преподавательницы была большая грудь и красивое личико, от которого не хотелось отводить взгляд, поэтому он слушал, затаив дыхание. А когда её сменил сухопарый старикашка, всякий интерес к предмету тут же испарился.       — Что-то не так. На такой машине тут вообще нельзя ездить, — Ван Мэн разгрёб кучу белого песка, обнажив сгнившие шины, расплывшиеся под солнцем в бесформенные лохмотья. — Босс, смотрите. Они расплавились на солнце.       У Се кивнул в сторону этих останков, обращаясь к Ли Цу:       — У этой машины — дорожная резина. Она годится только для асфальта. Попадёшь на такой в песок — моментально увязнешь.       — Значит, тут когда-то была дорога? — Ли Цу с недоверием окинул взглядом бескрайнее море песка. — Под всем этим?.. Но это же невозможно откопать. Даже если копать всю жизнь — впереди только новые дюны. Да и песок везде, он всё время осыпается обратно.       — Откуда здесь могла быть дорога? — пробормотал У Се себе под нос, а затем обратился к ним двоим. — У нас и так положение отчаянное. Давайте копать дальше — вдруг откопаем ещё машины и найдём что-нибудь ценное.       Трое мужчин продолжали копать, но прошло всего несколько минут, прежде чем в песке внезапно проступило иссохшее человеческое лицо. Затем песок внезапно осыпался, обнажив полностью высохший скелет.       Ли Цу, никогда прежде не видевший ничего подобного, покрылся холодным потом. К счастью, он не закричал от испуга, но и не осмелился подойти слишком близко. Он посмотрел на двоих других и заметил, что даже Ван Мэну было не намного лучше.       У Се был единственным, кто не выказал ни малейшего признака страха. Он лишь заметил:       — Чёрт, это плохой знак. Смотрите, это военная форма, значит он был солдатом. Он оказался в ловушке и погиб здесь, так что мы в еще худшем положении.       — Он мог и не попасть в ловушку, а возможно, погиб в автокатастрофе, — Ли Цу подумал об оптимизме У Се.       — Невозможно! Откуда в пустыне автомобильная авария?! — У Се потянул тело за воротник и полностью вытащил его из песка. Труп был полностью высушен и обезвожен, однако весил прилично. Сухие кости и кожа оказались не такими лёгкими, как можно было предположить. Под тяжестью У Се споткнулся, и большая горка песка съехала вниз, полностью покрыв их ноги. Он отбросил тело в сторону и сказал двум мужчинам:       — Проверьте карманы.       — Это негуманно, — Ван Мэн всё ещё был немного напуган.       — Он давно мертв, это просто гнилая плоть, — У Се усмехнулся, заметив, как оба его напарника невольно отшатнулись. — Не бойтесь, опасны лишь старые трупы, этот слишком «молодой».       Ван Мэн посмотрел на Ли Цу, который тут же покачал головой:       — Я заложник. Согласно Женевской конвенции, заложники не могут выполнять тяжёлую работу.       — Разве не ты говорил, что тебя сюда пригласили? Я плачу тебе за работу, так что давай обыскивай. К тому же, заложники и военнопленные — это разные вещи, — нетерпеливо крикнул Ван Мэн. — Я тоже не солдат, так что давай, шевелись сам!       — Тогда отдай мне часть своей зарплаты!       — Ладно, в любом случае это копейки.       У Се продолжал откапывать кузов грузовика, выгребая массу песка. Ли Цу ничего не оставалось, как присесть перед мумией, зажимая нос и ощупывая его пальцами.       Он впервые столкнулся с трупом, да ещё и совершенно высохшим. Его первой реакцией было: «Как было бы здорово, если бы я мог рассказать об этом Су Вану!» При этой мысли его страх, казалось, немного утих. Ли Цу осмотрел мумию внимательнее.       На трупе была военная форма, покрытая крупными белыми пятнами, образовавшимися от щелочи. Форма была твердой, как соленая рыба, но горизонтальная полоса на плече все еще была хорошо видна.       — Он носил высокий чин, кажется офицер.       — Офицер? Почему офицер остался в грузовике? Не болтай ерунды, — Ван Мэн неодобрительно покачал головой.       Ли Цу бросил на Ван Мэна косой взгляд и подумал: «Посмотри сам, если не веришь», но не стал возражать. Он продолжил методично обшаривать карманы высохшего тела. Его пальцы скользили по истлевшей ткани, пока наконец в нагрудном кармане рубашки не наткнулись на офицерское удостоверение, ручку и небольшую тетрадь.       Тетрадь предназначалась для рабочих записей, бумага была хрупкой от щелочи. Он не прилагал больших усилий, но места, где его пальцы касались тетради, тут же рассыпались. Ему ничего не оставалось, как выронить её, думая, как хорошо, что здесь нет ветра, иначе бумага превратилась бы в пыль.       Ли Цу переключился на две другие вещи и обнаружил, что две стороны офицерского удостоверения склеены и никак не могут быть разделены, а ручку невозможно вытащить из колпачка.       Ли Цу вздохнул, втайне гадая, не окажется ли он сам здесь в ловушке. Затем он заметил на запястье трупа наручные часы. Трудно было сказать, старые они или новые. Он осторожно снял их, предположив, что это очень дорогие часы, и уж точно не обычные, потому что стрелки все еще двигались и показывали довольно точное время       — Должно быть, это коррумпированный офицер, — сказал Ли Цу мужчинам.       — Ты можешь сосредоточиться на чем-нибудь другом? Посмотри, нет ли у него карты и компаса?       — Судя по состоянию тела, любые документы уже превратились в труху. И карта, будь она при нём, за столько лет наверняка выцвела или истлела — толку от неё не будет.       На этом Ли Цу остановился. Тело само подало сигнал — лёгкая, но отчётливая дрожь в коленях. «Какая разница? — проворчал он, уступая страху. — Отдохну. А там — будь что будет».       Мысль оборвалась на полуслове. Со стороны У Се что-то тяжёлое и мягкое с глухим хлопком врезалось Ли Цу в бок. Это оказался ещё один труп, в такой же истлевшей форме.       Резко обернувшись, он увидел, как У Се, согнувшись, вытаскивает из кабины одну за другой четыре или пять обезвоженных мумий, словно ворох старого тряпья.       — Чёрт побери, да тут, похоже, не один грузовик! — рявкнул он. — Оставь мертвецов, ищи в песке что-то полезное!