Часть 18 — «Имя»

      Десантный корабль подлетел к Орбитеру. Манипуляторы схватили остов некромеха, убрав его в грузовое отделение, и Лисет смог пристыковаться на свое место. Ордис выровнял давление и открыл аппарель.       Сарина еще раз осмотрела рану и вновь проверила, туго ли затянут жгут. Временно заменявший его ремень теперь лежал на столе вместе Регулятором. Куртка и стул, на котором сидел Риз, были заляпаны его кровью.       Сарина сдвинула воротник.       — Вены синие, — в ее голосе чувствовалось напряжение. — Стимулятор тот же использовал?       — Да… — ответил Риз.       Уцелевшей рукой он держался за стул. Голова у него кружилась так, словно весь корабль поместили в центрифугу. На мир он смотрел будто бы издалека, но все еще оставался в сознании. Учащенный пульс стучал в висках.       — Тебя убьет не меч, а эта дрянь, — сказала Сарина. — Надо ее нейтрализовать и заодно выровнять сердцебиение. Жди здесь и не двигайся.       — Да я вроде никуда и не спешу…       Сарина встала с колена и спустилась по аппарели вглубь корабля-носителя. Риз встретился взглядом с Валькирией, которая сидела напротив него на втором стуле. Ноги она почему-то поджала и уперла подбородок в колени. Походило на новую привычку. Еще на пути к Орбитеру она достала из аптечки нормальный медицинский жгут по указанию Сарины и помогла его наложить.       Ее бывший оператор Дженни… Риз до сих пор не мог выбросить ее из головы. Точнее то, как она сражалась. Большую часть схватки Сарина держала ее под плотным обстрелом, но, когда появился шанс, Дженни выступила… Как-то странно.       Риз отлично знал и по отчетам, и по фотографиям, каким разрушительным потенциалом обладала Мэг. Дженни могла сбежать, когда он настиг ее, могла остановить летящие в нее сердечники, выдернуть пистолет из рук, в конце концов. Но она просто дала себя убить. И, если судить по боевому потенциалу Мэг, то сам собой напрашивался вывод, что магнитное поле, в котором он очутился тогда, было не столь сильным, как могло бы. Как если бы его задело случайно.       «Оставь эти мысли, — сказала ему Лилиен. — Она стала нашим врагом и умерла, как и все ее интриги. Ты бы убил ее сам, если бы Эдвард тебе не помешал».       «Это да…» — отозвался Риз.       «Они предали тебя. Это все, что тебе стоит помнить о них. Больше никаких полумер. Мы избавились от двоих, но другие, и в особенности наш старый приятель, захотят отомстить. Нужно быть начеку».       — Сорок четыре… — подсчитал Риз тихим голосом.       — Что? — спросила Валькирия.       — Если верить словам Эдварда, то до сегодняшнего дня нас было сорок шесть. Выживших с Заримана. Теперь нас сорок четыре.       Валькирия ничего не ответила. Лишь отвела взгляд.       Сарина вернулась быстро. Поднявшись на мостик, она подошла к Ризу и вколола ему в шею шприц.       — Сердце как? — поинтересовалась она, вводя вещество.       — Да как обычно… Надежное… Думал, магнитное поле Мэг собьет ритм. Но нет.       — Я специально подыскала такой имплант, чтобы никакое внешнее воздействие не могло ему навредить, — Сарина убрала шприц и приложила к месту укола кусок марли. — Тем более твое любимое оружие — электромагнитный пистолет. Было бы глупо не учитывать.       — Точно… — выдохнул Риз. — Как-то не подумал об этом.       — Время на рефлексию у тебя еще будет, а сейчас побереги силы. Ты потерял много крови, — Сарина глянула на Валькирию. — Как пакет с физраствором выглядит, знаешь?       — Он прозрачный? — уточнила Ви.       — Верно. Спустишься вниз, цефалон выдвинет ящик из хранилища, достанешь оттуда пакет, иглу с трубкой, телескопическую стойку и еще бутылку в желтой упаковке, — Сарина подхватила Риза под здоровую руку и помогла встать. Обезболивающий эффект стимулятора пока еще действовал, но тупая боль в груди от попаданий пуль уже давала о себе знать. — Принесешь все это в каюту. Остальное я сама достану, как стабилизирую его. Ордис, все слышал?       — Конечно, — отозвался цефалон. — Но, может, еще отлетим от Земли, чтобы не светиться лишний раз?       — Зависни где-нибудь в паре часов полета от Юпитера и следи за любым движением поблизости, — промямлил Риз и поймал на себе взгляд Сарины. — Потом все объясню.

***

      Практически весь оставшийся день Риз только и мог что лежать на кровати под капельницей и наблюдать, как Сарина кружит вокруг него и не дает умереть. Только уложив его, она смогла как следует обработать рану, прежде чем зашить ее и забинтовать. От ноющей боли Риз стискивал зубы, в то время как сердцебиение сбавляло обороты. Благодаря этому Сарина могла постепенно ослаблять жгут, который теперь был затянут поверх куска марли. Пережимать артерию больше двух часов не стоило, если он хотел сохранить то, что осталось ниже плеча.       — Кажется, у меня еще и пара ребер сломана, — прохрипел он, бездумно пялясь в потолок.       Сарина наклонилась и ощупала его оголенную, покрытую синяками и кровоподтеками грудь. Прикосновения оказались болезненными, но диагноз был однозначным.       — Как ни странно, не сломаны, — сказала она. — Максимум несколько трещин.       — Ну… Хотя бы так.       Сарина вколола шприц в инъектор трубки, через которую теперь протекала странно-голубоватая смесь плазмы, и ввела какой-то препарат. Что это было, Риз не спрашивал, потому как полностью доверял ей и ее навыкам.       — Через пару минут болеть будет меньше, — пояснила Сарина и отложила пустой шприц на металлический поднос, где уже лежала горка напитанных кровью повязок. — С этой минуты у тебя начинается отпуск. Дней двадцать, не меньше. Нужно, чтобы рана зажила, потом сделаю и подгоню протез.       — Кстати, по поводу этого…       Сарина его перебила:       — И прежде, чем ты свернешь план твоего лечения в трубочку и выкинешь в мусорное ведро, ты мне должен объяснить одну вещь.       Риз перевел взгляд с потолка на нее.       — Какую?       Сарина выдержала паузу.       — Как ты убил Дженни. Точнее, что ее убило и заодно швырнуло варфрейм, как простую тряпку.       Примерно такого вопроса Риз и ожидал. Однако ответа у него не было. С тех пор как голос Лилиен стал звучать у него в голове, он так и не придумал, с какой стороны подойти к этой теме. Сейчас идей тоже не возникало.       — Самому бы знать, — соврал он.       — Неужели? — Сарина наклонила голову вбок. — У меня сложилось впечатление, что ты вполне осведомлен.       Риз вздохнул. Он счел благоразумным промолчать и отвел глаза. В данный момент соображал он туго и едва ли был способен придумать внятную версию произошедшего или умело притвориться дурачком.       — Образование психиатра я не получала, но шутка про шизофрению в твоем случае явно остается шуткой, — сказала Сарина. — Я ведь помню, как ты ушел в разрыв Бездны тогда. Может, для тебя прошло несколько часов, но в реальности я тебя увидела только через трое суток. И вернулся ты… Немного другим. Взгляд стал увереннее, печаль утраты прошла. Потом этот крик во время соматической связи… А затем ты и вовсе начал дышать огнем, как дракон в человеческом обличье. Мы оба сошлись на том, что это ненормально даже для таких, как ты. Ты ведь не только основателя Корпуса вместе с новыми способностями оттуда вытащил, я права?       Риз уставился на нее и сощурил глаз.       «От нее часто веет холодом безразличия, — шептал голос из пустоты. — Или сладким ядом любопытства. Как правило, опасным для объекта интереса. Но сейчас за ней я чувствую лишь беспокойство. Ты можешь ей довериться».       Сарина глянула на уровень раствора плазмы в пакете.       — К твоему сведению, — продолжила она. — Тому, кто тебя знает, не так уж и сложно отличить, когда ты выпадаешь из реальности из-за воспоминаний. А когда разговариваешь с кем-то по ту сторону.       — Эм…       — Просто хочу сказать, чтобы ты был осторожен с этим, — добавила Сарина. — Чем бы оно ни было. Измерение ужасов тем и славится, что оно любит извращать все, до чего дотягивается, и результат всегда несет угрозу.       «Лилиен и при жизни была для многих той еще угрозой», — подумал Риз, улыбнувшись себе. Однако все догадки соратницы он решил оставить без ответа.       — Может, лучше вернемся к делам более приземленным?       Сарина уперла руку в бок.       — Ладно, давай вернемся. Что конкретно из программы по реабилитации ты хочешь вычеркнуть?       — Где-то… Через четыре дня Парвос устроит встречу с выжившими членами директора на орбите Юпитера. Прижмет бюрократов к ногтю. Нужно, чтобы к этому дню я был уже на ногах.       Сарина покачала головой.       — На ноги я тебя, возможно, поставлю, — сказала она. — Но сражаться ты будешь не в состоянии, это точно.       — Да мне и не нужно, — отозвался Риз. — У Парвоса такая армия за плечами стоит, что только у Королев Гринир может хватить глупости затеять драку. Мне достаточно строить грозную морду перед бумажными крысами. Ну а если же понадобится кого-то пристрелить… В общем, человек не варфрейм — пулю лбом не остановит.       — Члены директора не те люди, которых можно легко оторвать от власти, — напомнила Сарина. — Их ум, алчность и беспринципность пробили им дорогу на самый верх. Такие обязательно сотворят любую глупость, чтобы удержаться на своих местах. Вряд ли они даже вспомнят, что Парвос создал их идеологию.       — Их идеологию? — Риз попробовал усмехнуться и тут же пожалел об этом. Ребра хоть и не были сломаны, но болели адски. — Говоришь так, будто сама не была ею частью.       Сарина махнула рукой.       — Прибыль меня интересовала только как инструмент достижения целей, — ответила она. — В культ я ее не возводила, как прочие. Главные мои пороки относились к другой области. Не съезжай с темы. Зачем тебе ввязываться в эту встречу? Никаких долгов перед Парвосом ты не имеешь.       — Я пообещал Валькирии, что найду способ избавиться от креплений на ее теле. Они не дают ей даже нормально лечь. Но после того, как я окажу Парвосу услугу с его встречей, он будет в долгу уже передо мной. Помимо того, что я вытащил его из пространства ужасов. Он явно ставит многое на этот день, раз решил позвать меня, хотя сам отлично знает, что дипломат из меня так себе. Любая информация об устройстве варфреймов ценится высоко. Пусть попробует ее зажать, когда мы поможем ему начать реконструкцию фракции, которая держит за яйца половину Изначальной Системы.       — Поживем — увидим… — Сарина задумалась. — Валькирия наверняка оценит, что ты снова готов подставиться ради нее, несмотря на потерю руки. Однако придется объяснить, почему одних представителей Корпуса можно рвать на части, а других нет. Она ненавидит их всех.       — Ей есть за что, — ответил Риз. Взгляд его вновь был устремлен в потолок. — Я поговорю с ней. Просто сделай так, чтобы я не был похож на ходячего мертвеца, когда настанет время.       — Ничего не обещаю, Риз, — взяла она поднос. — Только то, что я постараюсь.       Сарина вышла из каюты. Впервые с момента возвращения на корабль он остался наедине с собой. Немало мыслей тревожило его, и даже на простое обдумывание у него не осталось сил. Хотелось просто закрыть глаза и выкинуть все из головы.       Риз попробовал уснуть. И как раз в наступившей тишине одна маленькая, совсем незначительная деталь проскользнула на границе сознания.       Ордис, известный своей болтливостью и излишним вниманием к здоровью оператора, сейчас молчал как рыба.

***

      Снова ходить Риз смог только спустя день. Передвигался он, конечно, не бодрой походкой, однако ноги кое-как переставлял. Не в первый раз он переживал последствия серьезного ранения и уж точно не в последний. Впрочем, лишиться конечности ему довелось впервые.       Если в бою он эмоционально справился с этим на чистом адреналине, то в часы отдыха ощущение неполноценности и беспомощности начало болезненно царапаться где-то ниже горла. Риза это чувство откровенно раздражало. Записывать себя в инвалиды он не собирался. По великой и счастливой случайности за последним выданным Лотос варфреймом скрывалась личность специалиста по аугментациям.       Ризу нужно было сделать сразу несколько важных вещей, поэтому он постарался оторвать себя от постели как можно раньше. В это же время Сарина сняла мерки с его уцелевшей руки и взялась за создание протеза в «кузнице».       — Не думай, что эта рука заменит тебе настоящую, — прокомментировала Сарина, когда Риз подошел к ней, пока она работала за станком. Ей достаточно было вводить нужные параметры, а небольшие манипуляторы, размером с лапу Кавата, ловко деформировали металлические заготовки под нужным углом, пока тонкие лучи лазеров высекали снопы искр.       — Знаешь, как ни странно, и в мыслях не возникало, — холодно ответил Риз и почесал вспотевшее плечо под слоями бинтов. Несмотря на царящую на корабле прохладу, его одолевал жар. Для прогулки по кораблю он натянул запасные полевые штаны и обычную серую футболку.       — Я к тому… — Сарина вручную поправила манипулятор, который загородил ей обзор на заготовки. — Что в бою от нее будет мало толку. Мне понадобится оборудование получше. На этом станке отлично получается ремонтировать оружие, сшивать армированную ткань, но не более. Как разберемся со встречей Парвоса, я запрошу у его адъютанта доступ к их медицинскому оборудованию. Вот там тебе действительно придется полежать, а я смогу сделать протез намного лучше этого и подключить к твоей нервной системе. С ним у тебя будет больше возможностей. Например, чувствовать холод, тепло и прочие тактильные ощущения. Или дать пощечину, от которой человек уже никогда не оправится.       — Ловлю на слове, — улыбнулся он краем рта. — Валькирия сейчас на мостике?       — Да. Изучает Кодекс. Как и договаривались, я сказала цефалону предоставить ей ограниченный доступ. И не стой на ногах слишком долго, дай организму прийти в себя.       — В себя я прихожу, только когда чем-то занят, — ответил Риз и обошел ее.       Схватившись за край проема, он поднялся по аппарели. Валькирия сидела за столом перед полупрозрачным экраном. Колени она все так же поджимала, словно не хотела свешивать ноги. Или лишний раз мешать автоматическому дрону-уборщику, который тихо юлил вокруг стула и счищал с пола оставшиеся пятна крови.       Риз уселся напротив. Теперь стол оказался справа, и он смог о него опереться. Там же находился и экран управления системами корабля.       Валькирия, привлеченная его появлением, повернула голову.       — Как себя чувствуешь? — спросила она.       — Скверно, но пойдет. Сарина сделает мне новую руку, и все будет как прежде. Возможно, даже лучше. А ты… Еще не использовала лазерную очистку?       Риз указал на пятна запекшейся крови на ее теле. Ко всему прочему, стул, на котором она сидела, так же предстояло помыть. Интерьер мостика Лисета в целом ждала влажная уборка, но когда-то потом. А еще каюта…       — Нет, — ответила Валькирия. — Я не знаю, что это, и где оно.       Видимо, Сарина была слишком занята лечением Риза, чтобы подсказать ей.       — Круглая платформа арсенала, — объяснил он. — Встаешь и нажимаешь синюю кнопку.       — Буду знать.       — Ну а раны твои как? — поинтересовался Риз. — Удары по открытым участкам с аугментациями, наверное, больнее всего.       — Все… Зажило, — неуверенно ответила Валькирия, словно только сейчас обратила на это внимание. — Больше не болит.       — Хорошо. Ты отлично сражалась. Это был твой первой бой. Один из самых тяжелых на моей памяти. Но ты не дрогнула, не растерялась.       — Это не хуже того, что со мной уже происходило, — сухо подметила она.       — Верно… — Риз потер лоб. Отогнав норовившие поглотить его воспоминания, он добавил: — Все равно. Дальше будет проще.       — Я тут поискала значение своего имени, — внезапно сменила тему Валькирия и повернулась обратно к Кодексу. Она аккуратно провела когтистым пальцем по экрану, не оставив царапин, и вывела окно с текстом. — В древней мифологии Валькирии были чем-то вроде ангелов. Воительницами. Они выбирали храбрецов, которые пали в бою, и уносили их в подобие Рая для воинов.       — Звучит неплохо, — оценил Риз.       — Наверное. Но, как ты сказал, это имя дали мне Орокин. Я хочу другое. Настоящего я не помню и не знаю, вспомню ли вообще. Поэтому я выбрала сама. Фрея. В легендах она олицетворяла как любовь, так и войну. Мне кажется… Оно больше подходит.       — Значит, Фрея, — одобрительно кивнул он. — Коротко и емко. Хорошо.       — Постараюсь запомнить! — раздался голос Ордиса из динамиков.       Обладательница нового имени сдавленно усмехнулась. Но веселье быстро улетучилось, как и появилось.       — Теперь все Тенно нам враги, — произнесла она, глядя в панорамное окно.       — Примерно так я их и воспринимал последние шесть лет, — ответил Риз. — Просто не сталкивался с ними. Все время ждал, когда Лотос отправит кого-нибудь по мою душу. Как видно, не зря…       Повисла недолгая пауза. Валькирия на выдохе опустила плечи.       — Что будем делать теперь? — спросила она.       Уперев локоть в стол, Риз держал голову на кулаке.       — План не поменялся, — сказал он. — Будем искать способ избавить тебя от этих железок. Мы просто… Отбросили первый вариант. Есть второй. Как ты уже слышала, я вытащил основателя Корпуса из Бездны. Парвоса Грэнума. Через несколько дней он устроит встречу всего директора. Мы ему поможем, а взамен я потребую информацию в качестве платы.       Валькирия замерла, выслушивая его слова.       — Это сделка с дьяволом, — сказала она.       По тону ее голоса сложно было определить, сердилась ли она на него за такую попытку помочь.       Риз улыбнулся.       — Если Ад и существует где-то за границами Бездны, то мы точно не последние в списке на билет в один конец, — заявил он. — Хоть с дьяволом, хоть с самой Бездной — если сделка принесет больше пользы, чем вреда, то тут уже неважно, кому ты жмешь руку. Главное читать мелкий шрифт договора, образно говоря. И держать наготове нож. Так, на всякий случай.       Фрея внимательно глядела ему прямо в глаза.       — То есть ты все-таки ждешь, что этот Парвос тоже окажется предателем?       — Я жду, что он будет действовать в собственных интересах, — парировал Риз. — И как ни странно, он придерживается принципов делового партнерства. Пока он думает, что я на его стороне, мы можем пользоваться его влиянием. Именно так я нашел тебя. Если бы не информация его аналитиков, я бы никогда не вернулся в ту лабораторию, в которую тебя поместили.       «И если бы Лилиен не направила меня к тем обломкам в Бездне…» — вспомнил он, но говорить вслух не стал.       То ли от удивления, то ли от злости Фрея запрокинула голову.       — Получается, я обязана этому корпорату?       — Ничем ты ему не обязана, — заверил Риз. — Я уже за все заплатил кровью. И мне ты тоже не обязана, если хочешь знать. Я освободил тебя потому, что так правильно.       — Чьей кровью? — уточнила она.       — Кровью людей, которые ему мешали. Карьеристы, военные и всякие акулы бюрократии или как их там называют. Слезы по ним лить не стоит, невинных там нет.       В последнем своем утверждении Риз сам испытывал сомнения, учитывая, кого он успел повидать. В том числе еще во времена охоты на Алада. Однако поднимать эту тему он совсем не хотел.       — Выходит, что ты был наемным убийцей, — проговорила Фрея. Как и в прошлый раз, она либо хорошо скрывала осуждающую интонацию, либо в чем-то ему сочувствовала.       — Именно так, — согласился он. — И не переставал им быть. Вся соль в том, что наемным убийцей я стал еще задолго до этого. Примерно с того момента, когда Лотос пробудила меня. По ее воле наемными убийцами стали пятьдесят с лишним неокрепших парней и девчонок. Она приказывает — мы атакуем. Разница в том, что если раньше я сражался по указке этой бесчувственной машины с женским голосом, то теперь я сражаюсь так, как считаю нужным.       — А ради чего ты сражаешься? — спросила Фрея. — К какому результату хочешь прийти, когда все закончится?       Риз нахмурился.       — Честно? — сказал он. — Понятия не имею.       Дрон-уборщик зачистил остатки грязи на стороне Фреи и направился к другой. Когда робот подъехал, Риз остановил его ногой. Примитивный искусственный интеллект попытался покрутиться под ботинком, после чего заключил, что путь закрыт, и перешел к следующему пункту уборки. Дрон развернулся и со стуком скатился вниз по аппарели. В беспокойном молчании Фрея бездумно проследила за ним.       — Я особо не задумывался, как буду жить дальше, — продолжил Риз. — Есть проблемы, несведенные счеты. Вот ими я и занимаюсь. Об остальном стараюсь не думать. Наверное, мне просто все равно, что будет потом.       — Как если бы смерть казалась вариантом не хуже, чем вся оставшаяся жизнь, — выдала Фрея.       Риз посмотрел на нее с удивлением и поджал губы.       — Не совсем, но… — начал он. — Должен признать, что о смерти как таковой я думаю гораздо чаще.       Поняв, что разговор пошел в какие-то темные дебри, Риз переключился на экран управления кораблем и вывел навигационную карту Изначальной Системы. Белый значок Орбитера прятался в поясе астероидов и держал относительно небольшую дистанцию до Юпитера.       Более подходящий момент уже вряд ли представится.       — Ордис, — окликнул он цефалона. — Не видел каких-нибудь кораблей в опасной близости?       — Нет, оператор. Со стороны Юпитера идет много сигналов военных транспондеров Корпуса, однако рядом с нами пока все тихо.       — Ясно, — произнес Риз и вывел перед собой окно подачи энергии.       Первым он отключил возможность отправки любых сигналов во внешний мир. Затем поочередно разорвал связь цефалона со всеми основными системами корабля, оставив лишь регулировку внутреннего освещения и динамики за ненадобностью. За последние годы Риз не переставал учиться управлять Орбитером и в этот раз у него получилось все провернуть без вреда для энергосистемы.       — Оператор?! — встревожился Ордис, его голос зашелся помехами. — Что вы делаете?!       Риз не ответил. Он чувствовал на себе озадаченный взгляд Фреи и все равно продолжал делать то, что должно для их выживания. Раздалось протяжное гудение перенаправленных потоков энергии.       В конце он перевел весь корабль на автопилот для удержания положения.       Сарина поднялась к ним по аппарели.       — Риз? — обратилась она к нему с явным вопросом.       Он повернулся на стуле и поднял взгляд к потолку.       — Что ты успел передать Лотос после отлета из Цетуса? — прямо спросил он.       — Разве вы не запретили?.. — попытался вставить цефалона.       Риз силой стукнул кулаком по столу. Фрея вытянулась на стуле от резкого звука.       — Один раз ты уже шел наперекор моим приказам, — он сделал глубокий вдох. — Я отлично это помню, а они — нет. Даю тебе шанс оправдаться в их глазах. Что ты успел передать Лотос?       Сарина переглянулась с Фреей, словно та была в курсе происходящего.       — Ничего! — отозвался Ордис.       — А до этого? — с нажимом произнес Риз. — Скажи им.       — Я делал все ради вашей безопасности и только!       Сарина секунду подумала и, кажется, поняла ход его мыслей.       — Ордис, — бархатным тоном протянула она, однако теплоты в ее голосе было столько же, сколько и в предельно далеком от Солнца Плутоне. — Не ломай комедию. Не один Риз тут умеет чувствовать, когда собеседник уходит от ответа.       В этом был плюс и минус цефалонов. Несмотря на программы и директивы, они продолжали разговаривать как люди. Соответственно, и поймать их на лжи можно было похожим образом.       — Объясни прямо, что ты делал ради «моей безопасности», — добавил Риз.       — Хорошо… — сдался цефалон. — Я понимаю ваш гнев. Когда Лотос делала запрос, я действительно предоставлял ей информацию о вашем передвижении, но только чтобы уберечь вас! Пока она знала, чем именно вы занимаетесь, у нее не было причин волноваться и преследовать вас!       — То есть он… — обронила Фрея.       — Шесть лет, — процедил Риз. — Он сливал информацию этой твари все эти долбаные шесть лет. Вот так Эдвард, Дженни и Кларк нас и нашли.       — Из-за твоей заботливости твой же оператор едва не погиб, — обратилась к Ордису Сарина, качая головой.       — Знаю! — воскликнул цефалон. — Я не ожидал, что Лотос и уж тем более ваши друзья захотят убить вас! Больше я с ней не контактирую. Мои главные директивы всегда были направлены на обеспечение вашей безопасности, и если бы я им не следовал…       Риз больше не слушал. С помощью экрана он отключил физическую защиту цефалона, поднялся на ноги и сошел по аппарели вниз. Сарина, а затем и Фрея последовали за ним.       С оружейной стойкий он достал Лекс, оставил его на столе, после чего поставил рядом снаряженный магазин и таким образом зарядил его в пистолет одной рукой. Риз упер затвор о край стола, резким движением дослал патрон в патронник и спустился к внутреннему перекрестку корабля. В центре развилки напольный люк отъехал в сторону. Под ним зияла ниша с кристаллом, в котором хранилось ядро цефалона.       — Простите меня, оператор, ведь я…       Не произнося ни слова, Риз подошел и открыл огонь из пистолета. Громкие хлопки выстрелов едва не оглушали в замкнутом пространстве, а раскаленные фрагменты пуль царапали стенки механизма. Один из осколков резанул лоб, однако Риз продолжал жать на спуск, пока не разрядил весь магазин и затвор не остановился в заднем положении.       Кристалл цефалона не разбился. Не добавилось даже трещин к уже имеющимся. Обычный свинец не повредит его, и Риз это прекрасно осознавал. Он просто демонстрировал малую толику того, насколько сильно был взбешен.       Бросив пистолет на пол, он опустился на колено и наклонился. Сарина взяла его за ворот футболки, страхуя от падения.       — Я… В памяти корабля остались все необходимые данные… Надеюсь, что следующий цефалон послужит вам… — голос Ордиса растворился в помехах, когда Риз дернул за аварийных рубильник и фиксаторы высвободили ядро из крепкой хватки.       Риз поднялся на ноги с кристаллом в руке. Сарина отошла на пару шагов и поймала брошенного ей цефалона.       — Выбросить в космос? — кратко поинтересовалась она.       — Оставь, — он закрыл глаза и отдышался. — Пусть пылится. Придется взять управление кораблем на себя, пока не найдем нового. Еще одна причина лететь на эту проклятую встречу.       Риз тронул свежую рану на лбу. Крови было мало — осколок лишь задел его. Фрея стояла в стороне, словно ожидала новой пальбы.       — Посмотри за радаром на мостике, — обратился он к ней. — Зови, если что. А сейчас… Мне нужен отдых.