Часть 21 — «Директивы»

      Что больше всего Велу не нравилось в больницах, так это пресная еда. На зарплату проектировщика экономических систем он мог позволить себе многое. Вот Вел и позволял, пока печень и поджелудочная не сказали «обойдешься». Но зато после установки новых органов, если к тому времени его не уволят, конечно, он сможет наслаждаться редкими корпоративными попойками с утроенной силой. Это был первый плюс его больничного отпуска. Второй — мягкий диван в комнате реабилитации. И третий, он же самый главный, — Вел наконец смог вырваться из общества коллег. Вела от них тошнило, и терпеть их он мог только после заливания в себя минимум литра крепкого алкоголя и до момента, пока его не начинало тошнить по-настоящему.       Помимо прочего, в больнице его ждал приятный сюрприз. И не абы кто, а главный бухгалтер кораблестроительной верфи Проксимы Плутона! Звали его Джаред. Какие-то проблемы с нервной системой загнали его в ту же больницу премиум-сегмента, что и Вела. Перспектива дружбы с таким человеком обещала мощный карьерный толчок. На хромой козе к такому не подъедешь, тут требовался подход. Больше своих коллег Вел ненавидел свою работу, однако он хорошо в ней разбирался и знал, как блеснуть накопленным опытом, чтобы создавать впечатление высококлассного специалиста.       Начало было положено. Ровно в четыре часа по локальному времени космической станции большую часть ходящих пациентов собирали в комнате реабилитации, чтобы они могли подышать свежим, насыщенным кислородом воздухом. Те, кому позволяли здоровье и отсутствие лени, могли заняться пробежкой или другой физиотерапией. Спортсменов здесь не водилось, поэтому все были заняты тем, что восстанавливали силы, пока была такая возможность. Когда больничный закончится, работа и дурные коллеги выжмут из тебя все без остатка.       Впрочем, недавно нашелся один псих. Сейчас он как раз наверстывал очередной круг по беговой площадке. Видимо, начитался в книжках об «успешном успехе», что физическая нагрузка помогает снизить нагрузку умственную. Вел эту теорию не проверял, но считал дураками тех, кто в нее верит. Как можно снять усталость головы, заработав себе физическое истощение? Чушь!       Вел себя дураком не считал. Весь отведенный час он сидел на одном диване с Джаредом и делился тонкостями экономических информационных систем. Он и его сотрудники, грубо говоря, были пользователями того типа продукта, который Вел разрабатывал.       Джаред с важным видом слушал и кивал, изредка вворачивая краткие вопросы. Последний из них звучал так:       — Сможешь потом как-нибудь заглянуть в наш офис и посмотреть нашу систему?       Вел чуть было не вскочил с дивана от радости. Вот он! Первый шаг на новую должность. Да еще где — на Проксиме Плутона! Коллеги повесятся на собственных галстуках от зависти.       Все эти эмоции Вел, как он думал, виртуозно скрывал и потому ответил в той же спокойной, задумчивой манере.       — Сделаем.       На этом разговоры о работе прекратились и перешли в русло серых больничных будней. Отдых отдыхом, однако местный распорядок вовсе не был курортским. Джаред с легкостью согласился, что в их расписании не хватает изюминки. Как раз в этот момент Вел состроил загадочную улыбку, оглянулся по сторонам и вытащил из заднего кармана маленькую алюминиевую флягу.       Открутив крышечку, Вел протянул руку Джареду. Тот понюхал.       — Бренди? — уважительно осведомился он. — Здесь же нельзя.       — Баба моя спрятала в передачке, — ответил Вел. — Знает, что мне нужно в трудную минуту.       Не говоря худого слова, Джаред взял с кофейного столика пластиковый стакан и вылил остатки воды на ковер. Вел поступил так же и наполнил их сосуды живительной жидкостью, пока местные санитары были заняты тем, что выкатывали людей в инвалидных колясках на «прогулку».       Джаред поднял стакан:       — Ну… За жен и любимых женщин. И за то, чтобы они никогда не встречались.       Вел был заметно моложе, и его пока не настигла беда под названием «свадьба». Он притворился, будто понял глубинный смысл тоста.       — Именно! — сказал он, и они чокнулись стаканами.       Через минуту-другую настроение заметно улучшилось. Вел осознавал, что под вечер печень ему жестоко напомнит о себе. Благо через два дня она все равно шла под замену, а хорошая должность на дороге не валяется.       Новые перспективы поднимали и тягу к общению. Вел сразу нашел выход. Занятый пробежкой человек с протезом вместо левой руки остановился после очередного круга и оперся о колени, чтобы перевести дыхание.       Вел пихнул локтем Джареда, словно они были старыми друзьями, и кивнул в сторону незнакомца:       — Чего это он бегает?       — Не знаю, — отозвался Джаред. — Похож на военного. Но протез выглядит слишком качественным для зарплаты наемника. Надо спросить, откуда он.       — Согласен, — Вел поднял руку. — Эй! Спортсмен! Как успехи?       Незнакомец отреагировал не сразу. Сперва он выпрямился, вытер со лба пот. И лишь затем он искоса посмотрел на развалившихся на диване корпоратов.       — Тебя как звать? — спросил у него Вел.       Ответа не последовало. Казалось, что мужчина задумался о чем-то своем.       — Контуженный, может, — шепотом предположил Джаред.       В глазах незнакомца что-то переменилось, и на лице медленно расцвела жуткая улыбка. От ее вида Вел почему-то резко перехотел с ним общаться.       «Спортсмен» подошел неспешно. Он взял стоящий рядом стул и поставил его спинкой вперед напротив их дивана.       — Марк, — кратко представился он, оседлал стул и сложил руки на спинке.       — Я — Джаред. Моего соседа зовут Вел. Мы наблюдали за вашей пробежкой, и нам стало интересно, где вы работаете.       Ледяная улыбка не изменилась ни на миллиметр.       — А с какой целью интересуетесь? — задал он встречный вопрос.       — Праздное любопытство.       Голова Марка была наклонена немного вбок. Велу это напомнило одного кубрадона из телепередачи, где к нему хотел подойти незадачливый турист. Последний, к слову, остался без половины ладони и четырех пальцев… За один укус…       — Вам тут скучно? — спросил он.       — А кому нет? — отозвался Джаред расслабленным тоном.       — Твоя правда, — без предупреждений Марк выхватил у Вела флягу аугментированной рукой, понюхал и опрокинул остатки содержимого в себя.       Корпораты смотрели на эту выходку с немым интересом. Вел был возмущен до глубины души и заинтригован одновременно. В конце концов он решил промолчать. Жизненный опыт подсказывал, что ругаться с подобного вида людьми не лучшая затея.       — Значит, ищете, чем бы себя развлечь? — Марк закрутил крышку и убрал флягу в задний карман штанов. Вел так же не нашелся, как бы выразить протест. Под пристальным взглядом темно-зеленых глаз все инстинкты офисного клерка вопили держать рот на замке. Он уже бывал в компании плачевно известных наемников с Цереры и совсем не желал повторять опыт, когда ему не хватило ума помалкивать.       — Есть идеи? — Джаред совсем не выглядел смущенным. Возможно, причина крылась в более совершенных навыках лицемерия. Вел уже начинал завидовать его мастерству. Или, возможно, главный бухгалтер просто привык иметь дело с душегубами? Вот он — настоящий лидер!       Марк начал ритмично постукивать искусственными пальцами по спинке. Протез заменял ему всю левую руку вплоть до самого плеча и выглядел весьма технологичным в своей аскетичности. Ничего лишнего. Матовый цвет темно-синего полимера, стыки пластин защищали сгибы и внутренние механизмы. И сила, с которой он вырвал флягу из рук Вела, показывала, что аугметика была спроектирована совсем не для показухи.       — Есть одна, — Марк оглядел кофейный столик. — Нам понадобится нож.       Вел почувствовал, как у него вспотели ладони.       — Та-ак… — протянул Джаред, явно заинтересованный.       — Ведерко самого крепкого пойла, — добавил Марк. — Или чистого спирта в нашем случае.       Каким образом хотя бы в теории им удастся обокрасть больницу премиум-сегмента, Вел даже спрашивать не стал. Он был до того заинтригован, что уже готов был списать все свои переживания, лишь бы выяснить, что же это за «игра» такая. А именно игрой для корпоративов и попахивало. В голове он уже представлял, как заставит участвовать в этом своих нелюбимых коллег. Чем бы это ни было.       Внезапно прозвучало голосовое оповещение станции.       — Пациенту с фамилией Карзола просьба немедленно вернуться в свою палату, — в этот раз через микрофон говорила совсем другая женщина, нежели та, которая озвучивала все уведомления до этого. Интонация нового голоса Велу не понравилась в той же степени, что и новое знакомство.       Марк с прищуром уставился в потолок. Казалось, будто его совсем не удивила неожиданная смена диктора.       — Полагаю, это вас вызывают? — спросил Джаред.       — Да, — произнес Марк, хлопнул аугментированной рукой по спинке стула и поднялся на ноги. — Похоже, что так.       — В таком случае, рад был знакомству.       Марк бросил на него нечитаемый взгляд. Недобро усмехнувшись, он направился по ковровой дорожке в сторону медицинского блока.       Вел вышел из оцепенения и вскочил с дивана.       — Так что же потом? — громко спросил он. — Нож, ведро бухла и?..       К его величайшему разочарованию, этот вопрос остался без ответа. Марк его проигнорировал.       Горько вздохнув, Вел опустился обратно на диван и пригладил взмокшие от волнения волосы.       — Чутье мне подсказывает, что он как-то связан с Прецедентом Грэнума в Облачном Городе, — сказал Джаред. — Только такие люди могли ввязаться в противостояние с Директоратом. За деньги, само собой. Это объяснило бы дорогой протез.       О да. Знаменитый «Прецедент Грэнума». Событие галактического масштаба, которое якобы разделило историю Корпуса на до и после. Вел что-то там слышал про него, но все сводилось к тому, что Основатель просто вырезал весь Директорат и узурпировал власть. Эхо той бойни еще долго будет греметь на корпоративных застольях, да только жизнь Вела от всего этого никак не поменялась. Все шло своим чередом — деньги поднимаются наверх, а дерьмо катится вниз.       — Да там половина Корпуса была замешана, — пробубнил он.       На фоне пережитого Вел совсем не обратил внимание, что экран мини-планшета на его запястье мигал красным кругом уведомления. Он и забыл, что поставил беззвучный режим.       В полученном сообщении содержался приказ об увольнении.       Вел растерянно раскрыл рот. Случилось именно то, чего он и опасался — рядовой сотрудник, который не выполняет свою работу, вне зависимости от обстоятельств, компании просто не нужен. Тем более, когда ему расписали такую характеристику… Наверняка та рыжая сука из отдела кадров постаралась. Она ему припомнила буквально все.       Заметив, что в планшет молча поглядывал Джаред, он поспешил выключить экран. Главный бухгалтер насмешливо улыбнулся.       — А ты тот еще затейник, Вел, — после этих слов он откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. За свое рабочее место Джаред явно не переживал и спокойно тратил больничное время на то единственное, чего ему будет не хватать в дальнейшем.       Где-то внутри Вел чувствовал, как надежда трагически проигрывала осознанию, что его перевод на Проксиму Плутона не состоится уже никогда.

***

      Риз вошел в лифт, достал из кармана электронный пропуск и приложил к пульту. Автоматика считала чип и отправила лифт на нужный этаж.       На время лечения Сарина заняла ему одиночную палату, которая предназначалась для особо важных пациентов. И дело было даже не в презрении Риза к «счетоводам» — он не из брезгливых, согласился бы и на общие палаты. Причина крылась в желании Сарины, чтобы ее видело как можно меньше людей. Хотя каким образом слухи не распространились по всей орбитальной больнице Нептуна в первые же пять минут, Риз мог только гадать. Одной осведомленности здешних врачей и работников стыковочного ангара уже было много. Любой из них легко мог сдать их кому-нибудь взамен на щедрую оплату. Никто здесь не вызывал доверия. Особенно у Сарины с ее опытом корпоративных интриг.       Если бы не строгие правила, Риз вообще не выходил бы в люди без оружия. Но видимость приличий соблюдать надо было.       Покинув лифт, он вытащил отобранную флягу из заднего кармана аугметической рукой. Сделал он это не глядя, на ощупь. Сарина хорошо постаралась над протезом, благодаря чему Риз действительно мог чувствовать, чего касается. Но посылаемые аугметикой ощущения отличались от настоящих, напоминая больше покалывание. К этому можно привыкнуть. Но, скорее всего, это никогда не даст ему забыться.       Флягу он выбросил в мусоропровод и пошел дальше по коридору. Всего палат на этом этаже было шесть. Все они, за исключением его собственной, пустовали. Риз подошел к двери с номером четыре. Сканеры считали владельца и открыли проход.       Риз думал, что его будет ждать Сарина, однако вместо нее он увидел Фрею. Причем в очень странной ситуации. По какой-то причине она вцепилась всеми четырьмя конечностями в потолок и висела таким образом не хуже люстры.       Заметив его появление, она задрала голову, смотря на него сверху вниз в перевернутом состоянии.       — Не обращай на меня внимание, — произнес Риз, не скрывая недоумения. — Каждый сходит с ума по-своему.       Он прошел мимо, взял со стола бутылку воды и сделал несколько глотков, чтобы разбавить выпитый ранее алкоголь.       Фрея отцепилась от потолка сначала когтями на ногах, а затем и на руках. На пол она приземлилась с тяжелым стуком, но весьма умело сохранила равновесие.       — Просто хотела проверить, получится ли, — оправдалась она.       Риз кинул взгляд на оставшиеся следы от когтей.       — Надо будет взять маркер и написать «Привет обслуживающему персоналу», — прокомментировал он. — Заскучала на Орбитере?       — Сарина сказала, чтобы я ждала ее тут.       Риз изогнул бровь.       — Обычно, когда у нее на кого-то планы, это не к добру, — высказал он полушутливым тоном.       Риз, как минимум, выяснил это на себе — для установки более совершенного протеза Сарина отхватила все, что осталось от левой руки вплоть до плечевого сустава. Не сказать, что полученный результат не стоил того, теперь аугметика была прочно связана с его телом и нервной системой. Однако до операции он не услышал ни слова о дополнительной ампутации. Но «врачу» виднее.       — Как рука? — спросила Фрея.       Риз глянул на свою аугметическую ладонь и сжал кулак.       — Весьма неплохо, — отозвался он. — Сарина предложила внедрить какое-нибудь оружие по типу клинка, но я отказался. Не восхищала меня перспектива случайно пробить себе голову, когда захочу нос почесать. Протез прочный и надежный. Мне этого достаточно.       Дверь в противоположном конце палаты открылась. Сарина зашла к ним тем же путем, которым, вероятно, пользовались сотрудники больницы для прямого доступа к пациентам. В руках она держала планшет.       — У нас есть хорошая новость, — тут же начала Сарина. — Через день к нам прилетает помощник адъютанта, чтобы предложить нового цефалона. По его словам, цефалон работал на военном корабле Орокин в годы Великой войны, поэтому он знает, как обращаться с нашей техникой, и никаких протоколов, которые связывали бы его с Лотос, в нем не прописаны. Это единственное, что адъютант может предложить, согласно твоему запросу.       Риз присвистнул.       — Для них он, считай, реликвия, — отметил он. — Щедро. Но помощник прилетит только завтра, а сейчас для чего вызвала? У меня была физиотерапия.       — Чтобы оторвать тебя от тех корпоратов, — невозмутимо ответила она. — Видела вас через камеры. В твоем случае подобные беседы никогда добром не заканчиваются.       Фрея посмотрела на Риза. Тот состроил кислую улыбку.       — А зачем тебе я? — спросила она у Сарины.       — Твои крепления. Мне нужно сделать компьютерную томографию рук и шеи. Все мы тут пониманием, что если адъютант Основателя каким-то чудом раздобудет нужную информацию, то заниматься твоим лечением придется мне. И нет, можешь не волноваться, о тебе в этой больнице ничего не останется. Я уже отключила кое-какой поток данных в их оборудовании. Механически. Мне, конечно, хотели помешать, но со мной сложно спорить.       Сарина развела руками.       — Факт, — сказал Риз. — Когда выпишешь меня, доктор?       — Если не возникнет никаких осложнений, — а они могут возникнуть, даже без учета того, что ты раньше времени пренебрег моими рекомендациями сохранять постельный режим, — то завтра я проведу последнюю диагностику. После этого можем улетать. При условии, что выданный нам цефалон окажется рабочим. Учитывай, что вместе с отлетом закончатся уколы местной анестезии, и ты не сможешь так бодро рассекать по палубе еще около месяца при всей моей помощи.       — Потерплю, — ответил Риз и зевнул. — Чем скорее исчезнем, тем лучше.       Фрея кивнула. Сарина хмыкнула:       — В принципе согласна. Ты, — указала она на Фрею планшетом. — За мной.       — Ладно.       Сарина вышла через ту же дверь, которую и зашла. Фрея ушла вслед.       Оставшись наедине, Риз уставился на мелкие углубления в потолке.       — Надо все же поискать маркер, — пробубнил он в пустоту.

***

      Выходить на люди ей было не по себе. Особенно, если это были представители Корпуса. Проходящие мимо врачи и фельдшеры поглядывали с опаской на нее и на идущую впереди Сарину. Другие же пропускали их, прижимаясь к стене и опуская вдумчивые взгляды. Казалось, что стоит им пройти мимо, как доктора забывали о существовании столь опасных чужаков в своей больнице.       Фрея могла только гадать, как звучало распоряжение, в котором им было велено подчиняться даже не абсолютно чужому человеку со стороны, а варфрейму — живому оружию, которое воевало с Корпусом годами. Лица людей, получивших такой приказ, представить было еще сложнее. Впрочем, удар судьбы мог быть смягчен блаженным неведением по поводу настоящих деяний их гостей.       Вопросов люди практически не задавали. Возможно, их останавливал страх. Возможно, жесткая иерархия. Или все вместе. Фрее не было их жалко, но и презирать их она не могла. Все-таки они спасали жизни так или иначе.       Сарина остановилась перед дверью в кабинет. На входе ее ждал русый мужчина в белом халате. За прямоугольными линзами очков серые глаза таили вековую усталость и едва сдерживаемое раздражение. Свисающий с шеи бейдж гласил, что это был заведующий больницы.       — Ваше время с тринадцати десяти до тринадцати сорока, — сказал он, указывая на настенные часы напротив двери. — Ни минутой больше.       — Мы недолго, — Сарина невозмутимо прошла мимо него и открыла дверь.       Фрея встретилась с врачом взглядами. Неприязнь заведующего была неприкрытой. Не исключено, что пациентами его больницы могли быть люди, которые пострадали от таких, как она, и при этом умудрились выжить.       Но тут Фрея заметила, что за спиной врача на скамейке сидели трое мужчин. Все в гражданском. Все трое смотрели на нее с вытаращенными глазами.       Похоже, за ней была очередь.       — Ты идешь? — спросила Сарина из кабинета.       Фрея поспешила пройти внутрь и прикрыла за собой дверь.       Аппарат компьютерный томографии выглядел странно. Она ожидала увидеть массивный аппарат с выдвижным столом, однако вокруг кушетки была скелетная арка с минимумом выпирающих проводов.       Постойте… Откуда взялись ее ожидания? Разве она видела что-то подобное в прошлой жизни? Если так, то какие ощущения навевали эти воспоминания?       Фрея попробовала ухватиться за туманный образ, однако быстро поняла, что никаких эмоций он в ней не вызывал.       Сарина уже была в комнате управления за прозрачным окном.       — Ложись и постарайся держать руки вдоль тела, — раздался ее голос из динамиков.       Фрея уселась на кушетку и взяла лежащий там валик. Растянувшись поверх простыни, она положила его себе под голову так, чтобы ошейник не впивался ей в кожу. И все равно она инстинктивно изгибала шею, чтобы ослабить давление.       — Если расслабиться не получится, попробуй хотя бы не шевелиться, — произнесла Сарина и активировала аппарат.       Скелетная арка пришла в движение и остановилась над головой. Начавшийся ритмичный писк почему-то напоминал сигнал приема связи в корабле Риза. Можно было представить, как система принимает десятки сообщений за секунду.       — Какой-то болван оставил свой кофеин на рабочем месте, — из динамиков раздался вздох Сарины. — Руку бы отдала, чтобы вновь иметь возможность пить эту бурду.       Когда арка перестала пищать и стала опускаться к рукам, Фрея выгадала время, чтобы заговорить.       — Кем ты раньше была? — спросила она. Этот вопрос назревал у нее давно, но сомнения останавливали ее. Необычная осведомленность Сарины о внутренних нюансах Корпуса не могла возникнуть на пустом месте.       — Врачом-убийцей.       Ответ был настолько сухим, что Фрея на секунду заподозрила в ней раскаяние. Однако, взвесив в уме тон ее голоса, она поняла, что все было куда сложнее.       Арка томографа остановилась над вживленными в руку креплениями и начала издавать тот же быстрый писк.       — Работа была вполне официальной, — неожиданно продолжила Сарина. — Сказала бы, что я сожалею о содеянном, однако это была бы наполовину правда. Мне жаль потраченного времени. Цель всей жизни не оправдала себя. Как ни странно, осознание пришло не слишком поздно. Тогда еще можно было уйти. Глупость была в том, что я не смогла бросить все на полпути. Упертость не позволила. Да и куда можно было податься? Кто угодно мог предать твое доверие, в той системе это было нормально. Я достаточно заучила этот урок на чужих примерах. На своем тоже. Оставалась только карьера.       Томограф закончил со сканированием и вернулся в исходное положение. Фрея села и устремила внимательный взгляд на Сарину за прозрачным окном.       — Ты была частью Корпуса, — проговорила она, с трудом скрывая осуждение.       — Была, — с легкостью призналась Сарина, не отрываясь от работы за компьютером. — Теперь нет.       — Риз знает?       Сарина подняла голову.       — Сама как думаешь? — задала она встречный вопрос и вернула взгляд к экрану перед собой.       Действительно. Достаточно было лишь вспомнить недавние события, чтобы прийти к логичному выводу.       Фрея встала на ноги и подошла к разделявшему их окну:       — Но почему ты заодно с ним? Ты не кажешься сентиментальной. Что тебя держит?       Сарина мрачно усмехнулась. Она вытащила из разъема переносной носитель данных и выключила компьютер.       — Он мне тот же вопрос задавал.       — И что ты ответила? — продолжила напирать Фрея.       Лицо Сарины скрывала маска, и считывать ее эмоции было весьма непросто. Но где-то на подсознательном уровне чувствовалось, что она улыбалась.       — Кто-то же должен прикрывать тебе спину.

***

      — Делаем ставки, — сказал Риз. Он стоял со скрещенными руками перед окном в ангар, где челнок Корпуса выполнял посадку. — Попытаются ли нам подсунуть шпиона или нет.       — Думаю, мы все единого мнения, — ответила Сарина. — Не вижу смысла спорить.       Стоящая сбоку Фрея кивнула, а потом вспомнила, что общее внимание было приковано к кораблю.       — Что сделаем с посланцами, если опасения оправдаются? — поинтересовалась она.       — Хороший вопрос, — произнес Риз с каменным лицом. — Будем импровизировать.       Кондор с выпущенными шасси опустился на палубу. Створки ангара закрылись, внутреннее пространство начало заполняться воздухом. Через считанные минуты над гермодверью загорелись зеленые огни.       Первым смотровое помещение покинул Риз. Сарина и Фрея последовали за ним.       К прибывшему кораблю подскочили техники и подключили кабель питания. Кондор распахнул боковую аппарель, и на металлический пол ангара ступил знакомый старший помощник из отдела кадров.       — А-а! — радостно заулыбался он, вскидывая руки. — Главный возмутитель спокойствия Риз! Приветствую-приветствую.       — Привет, Армис, — отозвался Риз без лишнего энтузиазма. — Смотрю, в тебе смелости прибавилось. Тебя что, повысили?       — Еще как! — Армис Ульта закивал, словно болванчик. — После наших приключений в Облачном городе меня назначили на пост ассистента адъютанта Основателя!       Риз едва не прыснул от незамысловатого названия должности. Почему-то он был уверен, что формулировка была вполне официальной.       — Надеюсь, хотя бы я больше не числюсь в вашем штате? — спросил он.       Армис состроил такое лицо, будто бы у него попросили в долг большую сумму денег, а отказать было бы невежливо.       — Согласно директиве, номер которой я забыл запомнить, вы добровольно ушли в отставку с сохранением всех активов и личного имущества, — ассистент пожал плечами. — Ни того, ни другого за вами не числилось. Как обстоят дела на неофициальном уровне, мне неведомо.       — Похоже, теперь все снова по-старому, — Риз кивнул на Кондор за его спиной. — Привез?       — Ах, да! — воскликнул Армис. — Ваш цефалон. Прошу за мной.       Вместе они зашли в грузовой отсек корабля. Сарина осталась у аппарели и наблюдала снаружи. Позади нее Фрея внезапно отвернулась, предпочитая не смотреть на корабль вовсе.       Армис открыл техническую панель со стороны кабины пилота. За ней скрывался зафиксированный кристалл знакомой формы. Риз смотрел на это секунды три, прежде чем до него дошло, что разъем был вполне рабочим.       — И давно у вас Кондоры с цефалонами летают? — спросил он.       — Этой модели меньше года, — с гордостью заявил Армис. — Предназначена для обслуживания высокопоставленных лиц.       Ассистент дернул небольшой рубильник возле креплений. Системы корабля загудели, как если бы энергопотребление резко возросло.       — Сейчас пилот подтвердит включение, и вы сможете поговорить с цефалоном через корабль, — сказал Армис. — Мы заранее ограничили ему доступ к системам Кондора, так что если он вдруг взбунтуется, ничего страшного не произойдет. Наши техники давно пытались склонить его к сотрудничеству, но, увы, у них ничего не вышло. Для этого цефалона мы по-прежнему безмолвные слуги Орокин. Его пытались перепрограммировать, но системы защиты оказались выше нашего понимания. Поэтому мы отдаем его вам. У вас больше шансов на успех.       Риз внимательно выслушал его, стараясь уловить подвох. Пока все звучало убедительно. По крайней мере, на словах.       — Включаю! — прокричал пилот из кабины.       Со стороны казалось, что ничего не происходило. Риз стоял и ждал. Прошло около минуты. Армис начал чесать голову в задумчивости.       — Насколько мне известно, он сразу должен оповещать об ошибке авторизации… — сказал ассистент.       — Камеры цефалону доступны? — спросил Риз, глядя на объектив, через который пилот мог видеть происходящее в грузовом отсеке.       Армис пожал плечами.       — Идет восстановление базы данных, — прозвучавший из динамиков корабля голос оказался низким и резонирующим. Ассистент от неожиданности вздрогнул. — Восстановление: завершено. Коды доступа: получены. Ручное управление кораблем: заблокировано.       — Э-э-э! — раздались возмущенные возгласы из кабины пилота. — Куда?!       Риз с усмешкой глянул на растерянного Армиса, а затем поднял глаза к внутренней камере.       — Тебя как звать? — спросил он.       Объектив за прозрачной линзой сузился, фокусируясь.       — Провожу авторизацию, — загрохотал цефалон. — Биометрические данные: совпадение девяносто восемь процентов. Авторизация: успешна. Тенно. Телохранитель Орокинской семерки. Имя: неизвестно. Текущий варфрейм: неизвестно. Статус: неизвестен. Требуется обновление данных. Начинаю поиск…       — Наши техники ни разу не подключали его к кораблям, — проворчал Армис. — Видимо, нашел лазейку.       Насколько можно было судить, пока что цефалон вел себя на ровне с Ордисом. Тот тоже умел взламывать все известные системы Корпуса и при этом умудрялся объяснять свои хитрости так, что даже Риз понимал отдельные детали. Но общие принципы для него оставались слишком запутанными.       — Имя: Марк, — продолжил цефалон. — Фамилия: Карзола. Приемлемо. Я — цефалон Сай.       — Рад знакомству, — ответил он. — Только один момент. Данные ты сейчас из систем больницы достал?       — Именно.       Риз переглянулся со стоявшей снаружи Сариной.       — Вот ведь паскуды, сказал же ничего не записывать… — он вздохнул. — Придется перекинуться парой слов с заведующим… В общем так, Сай. Марк Карзола — фальшивка, чтобы корпоратам настоящие данные не раскрывать. На самом деле меня зовут Риз. Но пока мы здесь, можешь называть меня, как написано там. Теперь к главному.       Прежде чем продолжить, Риз скосил недобрый взгляд на Армиса.       — Что? — озадаченно спросил он.       Ничего такого. Единственное, он и пилот Кондора, очевидно, будут греть уши весь разговор. И потом все услышанное наверняка расскажут кому попало. Впрочем, ничего сокровенного они не узнают. Достаточная причина для Риза, чтобы не выпереть Армиса и пилота из их же корабля.       — Если Лотос прикажет тебе что-то сделать, ты подчинишься? — обратился он к цефалону.       — Лотос — защитник резервуара переноса на Луне. Она командует Тенно. Я — не Тенно. Я не подчиняюсь ее приказам.       Начало неплохое.       — А если, допустим, другой Тенно скажет тебе раскрыть мои координаты? — продолжил Риз. — Как ты поступишь?       — Чтобы принять такой запрос и иметь доступ к навигационным системам, я должен быть действующим цефалоном военно-космического флота, — ответил Сай. — Я не являюсь подходящим цефалоном.       — Это еще почему?       — Мои директивы… — из динамиков раздалось электронное стрекотание. — Обнаружено тринадцать системных ошибок. Выполнить миссию. Сохранить команду. Я… не справился.       А вот это уже интересно.       Пока Армис был занят тем, что в очередной раз чесал голову, Риз облокотился о внутреннюю панель корабля.       — Случилось что-то конкретное? — прямо спросил он.       — Прошло… много времени, — вновь раздался электронный стрекот. — Армада Владеющих Разумом пробила оборону внешнего Терминуса. Нам поступает приказ обезглавить флот. Уничтожить корабль-носитель класса Тугара. Я управляю системами Рейлджеком серии Сигма. Мой экипаж: Сухин, Кроди, Зада. Лучшие из лучших. Мы — семья. Последняя надежда переломить ход войны.       — Всего один корабль на три члена экипажа против такого исполина? — с придыханием прошептал Армис.       Звучало это и правда безнадежно. Удивительно, что цефалон вообще уцелел, не говоря уже о том, чтобы продолжать функционировать спустя тысячелетие.       — Цель — открытые порты торпедных аппаратов за верхним хребтом. При точном попадании внутри прочной оболочки последует детонация. Зада делает петлю над кораблем-носителем. Турели под управлением Сухина выжигают истребители. Кроди предупреждает о перегрузке щитов. Цель в зоне видимости. Сухин перенаправляет всю доступную энергию на конденсатор артиллерии Тунгуска. Цель захвачена. Сухин нажимает на спуск. Ничего не происходит. Орудия: отключены. Двигатели: отключены. Щиты: отключены. Прямое попадание вражеской турели уничтожает обзорный пост Сухина. Разгерметизация уносит фрагменты обшивки и останки в пустоту. Кроди пытается восстановить подачу энергии, но выстрелы из пушек истребителей пробивают корпус. Взрыв уничтожает инжинариум и левый двигатель. Корабль уходит в штопор. Зада кричит мое имя. Через секунду выпущенные кораблем-носителем торпеды попадают в носовую часть. Зада перестает существовать. Я думаю… В последний момент она поняла, что это был я.       Последовал новый стрекот. Голос цефалона стабилизировался. Несмотря на то, что история не казалась фальшивкой, сомнений у Риза только прибавилось.       — Зачем ты отключил системы корабля? — задал он очевидный вопрос.       — Директивы, — повторил Сай неизменным голосом. — Выполнить миссию. Сохранить команду. Чтобы сохранить команду, миссия должна быть провалена. Чтобы выполнить миссию, команда должна погибнуть. Команда живет, чтобы выполнить миссию. Почему мне дали такие указания?       — Типичной случай сбоя в самый неподходящий момент, — подвел неутешительный итог Армис. — Прискорбно. Теперь понятно, почему он отказывался работать.       — Цыц, — Риз смерил ассистента строгим взглядом, а затем вновь повернулся лицом к объективу камеры. — Кто задал тебе такие директивы?       — Во мне сохранены фрагменты бортового журнала. Последние указания поступили за шесть минут до прямого столкновения с вражеским флотом, — ответил Сай. — Лично мне.       — То есть тебя на ходу переписали? — вскинул бровь Риз.       — У меня нет данных. Весь список предыдущих приказов и директив был удален из моей памяти. Мне не с чем сравнить. Я ненадежен.       Неожиданно на борт поднялась Сарина и посмотрела в ту же камеру, что и Риз.       — А в твоей памяти осталась хотя бы часть того, что ты получил? — задала она вопрос. — Или детали отправителя?       — Нет, — кратко отозвался Сай.       Сарина покачала головой.       — Похоже, кто-то очень влиятельный устроил ему системный сбой и подчистил за собой следы, — заключила она. — У кого был настолько высокий уровень допуска?       — Чтобы изменить корневые установки цефалона во время исполнения миссии? У Орокин, — сказал Армис. Поймав на себе взгляды собеседников, тот прочистил горло и, состроив умное лицо, начал загибать пальцы. — Еще у главнокомандующего военно-космического флота Тетрарха и… Как там его… Исполнителя Балласа? В теории. Хотя подождите, он же Орокин. Тогда он остается под пунктом один. Может быть еще кто-то, но я про таких не читал. Получается, всего восьмеро.       — А я все гадал, где я эту хрень про исполнителя слышал… — Риз сдержался от порыва сплюнуть на пол и переглянулся с Сариной. — Кому из них могло быть выгодно, чтобы Владеющие победили? Конечно, эта трагедия не стала последней соломинкой, но все же. Перспектива, что машины вырежут людей под корень, была вполне реальной.       — Только безумцу, — безапелляционно заявила она.       Риз кивнул и поднял взгляд на камеру. Похоже, над этой загадкой им еще предстояло поломать голову, однако сейчас главная цель разговора заключалась совсем в другом. Им позарез нужен был цефалон, способный управлять древней техникой Орокин.       — А что сейчас с теми директивами? — спросил он. — Они еще действуют?       — Миссия… — голос Сайа зарябил, словно ему было противно говорить это. — Была выполнена. Полученные указы больше не имеют силы.       Риз сцепил зубы и нахмурил брови в раздумьях.       — По идее, все, кто может повторить подобное, мертвы уже больше десяти веков, — произнес он в пустоту перед собой.       — Доверим наши жизни цефалону, который один раз уже убил свой экипаж? — спросила Сарина, склонив голову набок.       — А есть другие варианты?       — Один лежит, пыль собирает.       — Только не надо мне тут Ордиса вспоминать! — Риз рассек воздух ребром ладони. Остальное он выговорил быстро, вполголоса, закипая от злобы. — Если еще хоть слово от него услышу, я точно выброшу его в космос навстречу звезде по имени Солнце!       Риз прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Огонь гнева уже вспыхнул, и его энергию оставалось обратить лишь на достижение поставленной цели.       — Сай, — начал он. — Моему Орбитеру нужен новый цефалон. Меня не волнует, считаешь ли ты себя пригодным для дальнейшей службы в свете случившегося или нет. Твой экипаж погиб по вине того, кто изменил цели твоей миссии. Кто бы он ни был, его больше не существует. В этом я уверен совершенно точно. Еще я уверен в том, что в нашу Систему движется новый флот Владеющих Разумом. Это факт. Рано или поздно мы с ними столкнемся, и тогда нам понадобится вся возможная помощь. Зада, Сухин и Кроди отдали жизни в борьбе с ними. Скажи мне, Сай. Ты будешь и дальше винить себя в их смерти, горевать в одиночестве и называть себя недостойным службы? Или поможешь подготовиться и почтить их память через уничтожение металлических тварей?       Из динамиков раздалось негромкое резонирующее гудение. Однако оно имело совсем другое звучание, более уверенное. Оно походило на гул заряжаемого орудия.       — Главное задача этого цефалона — защита Изначальной Системы от угрозы Владеющих Разумом, — отозвался Сай. — Чтобы выполнить задачу, нужен новый корабль. Нужен новый капитан. Тенно может стать новым капитаном.       — Хорошо, — сказал Риз. — И еще пара вещей, которые ты должен знать. Мы не служим Орокин. Их цивилизация сгинула вместе с ними. А Лотос этому поспособствовала. Она — одна из Владеющих Разумом. Мимик. Она — враг. Как и все остальные Тенно, которые ей подчиняются. Это ясно?       Фокусные шторки внутри объектива расширились и затем вновь сузились.       — Информация получена, обработана и сопоставлена с текущими данными и архивами высокого уровня допуска, — отчитался цефалон. — Противоречий: не обнаружено. Информация принята.       — Подчиняться ты будешь только мне, — Риз наклонился, чтобы посмотреть на оставшуюся в ангаре Фрею. Резким, но коротким движением головы он подозвал ее к себе.       Неуверенным шагом она поднялась по аппарели и зашла к ним в грузовой отсек.       — И моим приближенным, — добавил Риз. — Сарине и Фрее. Никому, кроме нас троих, неважно, насколько высоко будет стоять тот, кто попытается вмешаться в твою работу. Никого из твоих командующих больше нет в живых. Все, кто попытается ими представиться, — лжецы. Это тебе ясно, цефалон Сай?       Звеневшие твердостью стали слова вызвали новые движения окуляра камеры.       — Предустановки новой миссии обновлены и зафиксированы. Цефалон Сай готов к работе.       Наконец Риз позволил скупой, жестокой улыбке проступить на лице.       — Хорошо, — повторил он и потянулся к рычагу возле креплений кристалла, чтобы высвободить его.       Остальное Риз собирался обсудить с ним позже. Без лишних свидетелей.