Суббота.

Поставив тарелки с ужином на стол, прима, наконец-то села. Обычный семейный ужин, за которым обсуждаются планы. Осилив-таки утку и салат, Филипп откинулся на спинку стула, оставив тарелку. - Большое спасибо, очень вкусно, - поблагодарил он. - На здоровье, - улыбнулась Алла и, протянув свою руку, коснулась его руки. Он сжал ее и тоже улыбнулся, - Филь, - задумчиво произнесла она, обращаясь к супругу, - давай на выходные съездим на природу, отдохнем? Побудем вдвоем… Да и Люська выходной просила. Неудобно как-то, человек второй месяц без выходных работает. - Н-да, - ответил Фил, - задолжали мы ей. А ты куда хочешь? На Истру? - Куда угодно. Лишь бы с тобой. - ответила она, подойдя к супругу. Филипп улыбнулся и усадил ее на свои коленки, поцеловал за ушком и прижал к себе. - Аллуся, у меня в субботу… - начал он, но Алла его перебила: - Только не говори, ради Бога, что работа! - Нет-нет, - успокоил Фил ее, - у меня встреча с другом… Надо подъехать, отдать ему кое-что. Но я недолго, обещаю. И потом мы сразу поедем, куда ты захочешь. Честно! - Эх-х, - Алла глубоко вздохнула, вставая с его колен, - я-то уж надеялась… - она заметно расстроилась, - ладно. Если надо, езжай, конечно, к своему другу. - Солнышко мое, - Филипп притянул ее к себе и снова усадил на свои коленки, - ну ты чего? Я быстро. Верь мне, - с этими словами он ласково поднял ее подбородок и посмотрел в глаза, в которых уже образовывались едва заметные слезинки легкой обиды. Конечно, ему не хотелось ее огорчать. Но суббота был крайний срок, когда надо было отдать несколько тысяч условных единиц еще одному кредитору. А говорить об этом он не хотел, — Я люблю тебя. Очень люблю, - Филипп поцеловал ее, смакуя вкус ее сладких губ, на что она отвечала, чувственно целуя супруга. Поцелуи распаляли в них страсть и быстро распространились на зону ключицы и декольте, куда уже пробрались руки Филиппа, пытаясь расстегнуть пуговицы на блузке супруги. Одним ловким движением он оголил грудь женщины, стянув лиф и переместил свои ласки на возбужденный уже сосок, целуя и посасывая столь интимное место. Алла не сдержалась и так томно простонала, что мужчина мгновенно возбудился. Он полностью снял мешающую ему блузку и аккуратно сжал грудь теплой ладонью, поигрался с соском, слегка зажимая его между двух пальцев. Пугачева стянула с него футболку и, приподнявшись, приблизилась, будто намеренно подставляя возбужденную грудь для дальнейших ласк. Наклонилась, поцеловала его в шею, когда он припал своими губами к ореолу ее соска и сжал рукой другую грудь. Запустила пальцы левой руки в его кудрявую шевелюру, поглаживаниями стараясь не поцарапать кожу головы, в то время, как правая рука быстро расстегнула его джинсы. Фил не сдержался и, крепко прижав ее к себе, ухватил и взял на руки. - Хулиганка моя, - улыбнулся он и отнес ее в спальню, перешагнув по пути через валандающийся по полу бюстгальтер, где в остатках одежды уложил жену на постель. - Иди сюда, - Алла привстала и помогла ему стащить брюки, которые казались единственной преградой. Женщина целовала его торс, опускалась поцелуями ниже, намереваясь сделать мужу приятно, но он просто не дал ей такой возможности, мгновенно повалил на кровать и рывком, в порыве сильного возбуждения, стянул с нее остатки одежды. Она притянула его к себе и мужчина, освободив возбужденный член из боксеров, медленно вошел в нее. Фил приглушенно простонал, начав движение. С каждым разом фрикции становились все глубже, чаще, отчего Алла прикусила губу, получая странную на этот раз смесь боли и удовольствия. И все же наслаждение перевесило, когда он продолжил оставлять свои поцелуи на ее эрогенных, столь чувствительных к ласкам, местах. Она громко простонала, чувствуя, как его орган увеличивается от возбуждения еще больше прямо в ней, чувствовала его всеми стенками влагалища, получая пьянящее наслаждение. Их шум запросто могла услышать Люся, но им было не до этого - они увлечены друг другом настолько, что не сдерживали громкость своих возгласов. В самый ответственный момент, когда наивысшая точка удовольствия была так близка, Филипп вдруг остановился. Пугачева до крови прикусила губу от легкой досады. Нависая над женой, он впился губами в ее грудь, языком лаская стоящий сосок, и продолжил в ней двигаться. Всего два движения - и Алла запускает пальцы в его волосы, сильно сжимает, притягивая ногами мужа к себе, чтобы ощутить его в момент оргазма всего целиком, что ему даже стало немного больно. - Ах… - она не сдержалась и громкий протяжный стон разнесся эхом по комнате. Женщина чувствовала, как пульсирует в ней его пенис, выстреливая внутрь струи горячего семени, как разносится болезненная приятная волна сумасшедшего удовольствия, как затуманивается разум. - Аллусенька, - от бессилия еле прошептал Фил, целуя ее за ушко, - моя девочка, любимая… - обильно кончив, буквально залив ее лоно спермой, которая уже вытекала наружу, он хотел выйти из нее, но она инстинктивно сжала бедра, словно не выпуская его: - Побудь еще немного во мне, - попросила Алла, - я тебя умоляю… Фил улыбнулся и, чтобы не свалиться на нее, облокотился на предплечья, целовал в губы, щеки, подбородок, взмокшую шею… Убрал прядь влажных от страсти волос с ее лица. Спустя секунду почувствовал, как мышцы матки слабеют, буквально выпуская его. - Я люблю тебя, - тихо прошептала прима, обняв мужа, - Очень люблю. - И я тебя, мой рыжий котенок, - улыбнулся Филипп, поглаживая жену по щеке. Обняв его, она повернулась на бок и укрылась сбившимся одеялом. Он дотянулся рукой до ночника, погасил его и крепко обняв жену, мгновенно провалился в сон…