Нельзя.

Ближе к вечеру Алле стало легче. Она неплохо поела, и тогда Рая попросила Филиппа помочь снять окровавленную простынь с их кровати. Пока он держал жену на руках, она быстро стянула хлопковую ткань, застелила новую, а ту - сразу бросила в огонь, в печку. Уложив супругу на чистую постель, Филипп сел рядом: - Как же я за тебя испугался… - прошептал он, держа ее за руку, - в какой-то момент мне показалось, что я вас потерял. - Филь, а я точно в положении? Как думаешь, Рая не ошиблась? - Точно-точно! - вмешалась знахарка, войдя в спальню, - Срок у тебя восемь недель. Я тебе больше скажу - это чудо зачато в этих местах, на том самом сеновале, - улыбнулась она, - ты разве не чувствуешь своего ребенка? - Да мне лет знаете, сколько? - ответила Пугачева, - Разве такое возможно? - Все возможно. Вот, - она взяла ее руку и приложила к низу ее живота, - почувствуй. Он живой, хотя еще очень маленький - этот плод вашей любви. Береги его и не делай глупостей. Зачем в кипяток полезла? - Да я просто помыться хотела. Жарко очень, я вся взмокла. - Ну понятно. А потом мы попотели, пытаясь вас с дитем вытащить. Ладно, забыли. Филипп, - обратилась лекарша к нему, - я поставила на крыльцо ведро с водой, иди облейся хотя бы. И ложитесь спать. Только трахаться сегодня не вздумайте! Пока не будет шести месяцев срока - нельзя! Или вас по разным углам расселить? - Не надо, - ответил Фил, - мы все поняли. - Ну вот и чудненько. Пойдем, - позвала она его, - я покажу тебе кое-что.