Часть 2

      4:13. Они подъехали к Парку Линкольна. В свете фар от машин и хаотично передвигающихся фонариков было очень оживленно и сумбурно. Парни включили свои фонари на телефонах, надели нагрудные бейджи, взяли перчатки, одну большую сумку и вышли, захлопнув за собой двери машины. Пробираясь по тёмной дорожке, Вилхелм приблизился к Паулю, обняв его мягко за талию и подтащив к себе. Брюнет понял, что партнёр переживал, что тот мог оступиться или ещё что, но тем же был тронут такой невесомой заботой. Он промолчал и накрыл его руку своей ладонью, успокаивая блондина и давая понять, что всё хорошо, что он рядом и ничего не случится. В этот момент парни уже достигли центра Парка. По середине, где находился большой красочный фонтан с гобеленами, лежал труп девушки. Его освещало несколько мощных прожекторов и ламп IP66. В этом месте фонари от телефонов особо не помогали, так как было освещение словно на дворе стоял день. Полицейские шаркали за спинами следователей и дознавателей, которые стояли как в копанные перед трупом. Пауль и Вилхелм подошли и выключили свои фонари. Поздоровавшись со всеми, они начали натягивать перчатки и осматривать место преступления. Рвотные позывы, которые они испытывали на практике два года назад, больше не проявлялись. Если бы такую картину ребята бы увидели в первый день своей практики в университете, то обязательно бы желудок выкрутился наизнанку, и питательный завтрак моментально бы выскочил через все отверстия, которые бы нашёл. Сначала это было бесконтрольное действие, о котором очень часто рассказывали на лекциях. Но теория-то теорией, а практика – это совершенно другой мир. Им было настолько стыдно, что сначала парни подумывали, что, может быть, это всё-таки не их сфера, не их дело всей жизни. Но, когда они начали приглядываться к другим студентам, один за одним прогибался под таким же давлением рвотного рефлекса. Позже они привыкли к этому. Наверно, постоянная практика сделала своё дело. Сначала это было невыносимо, желудок болел, аппетита не было вовсе. Пауль похудел на 10 кг сразу, а Вилхелм держался. Но даже такой крепыш имел свой предел. Спустя время и он потерял 5 кг живого веса. Время шло, организм привыкал к тому, что осязали глаза. Потом во время наглядных лекций уже никто не выбегал из аудитории, а наоборот покупали перекус, чтобы было более занятно во время процесса. Пауль тогда начал проявлять феноменальные способности. Ректор произнесла такую мысль, что из него выйдет поистине выдающийся судмедэксперт. Она старалась посылать его на все выездные практикумы, после которых он возвращался ещё более вдохновлённым и умелым. Вилхелм, конечно, в знаниях ему сильно уступал. Всё-таки спортивные дисциплины ему давались намного лучше, чем работа головой. Однажды брюнет предложил ему сменить специальность, оставаясь при этом в одном университете. На что был дан категоричный отказ. Пауль понимал, что иногда нужно разделять любовь и дело, но Вилхелм настаивал на своём, и шутя произносил всегда, что он будет красивым фоновым изображением при работе мозга своего любимого. Но не всё было так плохо. Блондин усердно учился по мере своих сил. Даже, когда Пауля не было рядом, когда тот выезжал в командировки, он старался больше обычного, читая методичку и изучая дополнительные иностранные сайты криминалистики со сносками. Хотя, когда приезжала его вторая половинка, он делал вид, что всё время занимался фигнёй, катался на сёрфе и отдыхал с друзьями. Пауль в душе в это не верил, потому что он всегда замечал тёмные круги под глазами на красивом лице Вилхелма от бессонных ночей, его исписанные тетради с заметками, стикеры по всему ноутбуку и чёрные чернила на его ладонях, где он делал кодовые записи чисел. Он постоянно был тронут таким старанием, сердце дрожало от любви к этому человеку, кровь пульсировала быстрее от осознания его важности в жизни Пауля. Вилхелм же в свою очередь понимал, что должен всегда следовать за ним, не отставать ни на шаг, чтобы Пауль далеко не ушёл, нет, не убежал от него, так, чтобы они шли вместе по жизни, рука об руку. Но, порой, это так тяжело, что блондин ругал себя за неумение грамотно и правильно мыслить. Поэтому он решил, что, когда партнёр его не видит, он будет заниматься в два раза больше, достигая его каждый раз заново. От чего его сердце трепетало неудержимой любовью и обожанием. - Пауль Хоффманн и Вилхелм Герц, мы рады, что вы приехали! – воодушевился один из следователей, который встал между ребятами. - Уважаемый Крис Родманд, мы приехали сразу по вашему звонку, - непримечательно высказался Пауль, не отрываясь от трупа. - Её обнаружили зеваки, которые часто ночевали в этом Парке. Сказали, что утром и днём всё было тихо, но когда они отлучились и вернулись почти ночью, то обнаружили её здесь. - Поточнее, - перебил его блондин. - Точнее сказать не могу, поэтому вас и вызвали. Посмотрите, пощупайте, как вы обычно это делаете, и скажите всё нас интересующее.       Парни надели маски. Вилхелм открыл сумку и взял планшет для записей предварительного осмотра. Пауль сильнее натянул перчатки, удостоверившись, что каждый палец плотно сидит в силиконе, и придвинулся ближе к девушке, усаживаясь на корточки. Одно колено уткнулось в парковую плиту, что дало ему чувство комфорта от ощущения опоры. Он приподнял её голову, которая была откинута назад. Лицо было всё в гематомах и кровоподтёках. Сломанный нос немного сошёл с места, на первый взгляд это можно было и не заметить. Из шеи торчал штырь. Все комментарии брюнета Вилхелм фиксировал с их общей скоростью, как они работали в привычном едином ритме. Следователи и дознаватели удивлялись такой синхронности, что даже некоторые из них не могли добиться такой идеальности спустя двадцать лет. Пауль продолжил. Он отметил синяки на ключицах, но не сильные. Плечевые кости по ощущениям были сломаны, но руки ещё двигались – окоченения еще не наступило. Значит девушка умерла не так давно. Предварительно высчитав время, Пауль указал пальцами, что скорее это произошло 1 или 2 часа назад. Блондин всё зафиксировал и отложил записи. Он подошёл к Паулю и присел рядом. Они с двух сторон взяли аккуратно девушку и положили её на бок. Предстояло самое тяжёлое и неприятное. У девушки был вспорот живот – от самого низа, где начиналась лобковая кость, до верха, где находилась грудина. Брюнет отметил, что разрез сделан очень профессионально, но на скорую руку, поэтому местами работа была беспорядочна. Кишечник был весь вывернут и опоясывал девушку, как дорогой брендовый ремень по фигуре. Вилхелм попытался его раскрутить в обратную сторону, но он не поддавался. Крис резко отошёл, чувствуя рвотные позывы. Следом потянулся Харрис (следователь №2 по делу) и Джонсон (следователь №3 по делу). Дознаватели с минуту ранее отправились к полицейским. Резко ребят окутала тишина. - Он завязан у неё около бедра. Ничего себе какой длинный… - Пауль, если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты сейчас заигрываешь со мной. - Было бы странно, не так ли? – ехидно усмехнулся про себя брюнет, растягивая рёбра и заглядывая внутрь. - Девушке предварительно 20-25 лет. Белая. Брюнетка. Скорее всего это убийство. - Ух, ты! А я думал, она так решила порелаксировать! – пытался подавить смешок Пауль. - Но всё же, это странно. Посмотри. Разрез на 100% не отточен, как если бы это был профессионал. Хотя на первый взгляд, я подумал, что так и было. Здесь есть неровные участки, значит либо пила была незаточенная до конца, либо человек дорезал ножом. - С чего такие выводы? Как раз такие неровности могут указывать и на ножовку, и на болгарку. Не забывай и про термическую резку. - А если это механическая резка или резка ленточной пилой? Сейчас мы много сказать не сможем, необходимо её вскрывать полностью. - Тебе недостаточно того, что ты сейчас видишь? - Конечно! Предварительно мы её осмотрели, теперь на столе нужно рассмотреть тело более тщательно. Не каждая смерть сопровождалась таким путём истязания, которое мы с тобой изучали. - Какой же ты у меня классный, малыш! – Пауль сузил глаза в умилении. Он слушал каждое его слово, от чего в животе трепетали бабочки. - Ты меня проверяешь, как на экзаменах? – грустно хмыкнул блондин. - Нет. Я просто вижу, насколько ты сильный и целеустремленный парень. Я бы не смог любить кого-то ещё, это был бы полнейший абсурд.       Сердце Вилхелма подскочило до глотки. Он не мог никак сглотнуть, уставившись в эти чёрные блестящие глаза. Парень знал, что ранним утром они будут такие голубые, что его лицо станет отзеркаленным в сию же секунду. Но сейчас они бездонно-чёрные, они смотрели на него с такой любовью, что блондин не удержался, уперся коленями в плитку и наклонив тело, прикоснулся к губам брюнета. - Никогда не видел, чтобы проявление любви было в такой романтической обстановке, - Крис засмеялся, а парни покраснели и отстранились друг от друга. - Не обращай просто внимания. Мы предварительно закончили. Завтра подъезжай к 10:00. Сегодня мы её заберем и сделаем диагностику. Далее я напечатаю заключение. Весь предварительный осмотр тебе продублирует Вилхелм сейчас. - Ох, парни, чтобы я без вас делал. Мы собрали все улики, которые были в округе, взяли все объяснения со свидетелей, так что нам тоже здесь больше делать нечего. Поезжайте домой, а труп заберёте из морга позже. Пусть и другие медики поработают. - Хорошо, так и сделаем, Крис. - Ох, ребят, как же вы мне нравитесь. Давно я не видел столь «живых» профессионалов, и такие молодые ещё. Завидую вам.       Парни переглянулись и улыбнулись на столь воодушевляющее заявление. Они пожали руку следователю Крису Родманду, остальным махнули рукой. Не было смысла всех обходить, уже и так все устали. В ту ночь ребята так и не смогли уснуть. Они перебирали все возможные варианты предварительного убийства, пыхтя и перебивая друг друга. Во время бурной дискуссии Пауль лежал на животе Вилхелма, жестикулируя руками в воздухе. Его волосы беспорядочно раскидались, и блондин аккуратно их теребил сквозь пальцы. Его умиляла картина, с какой яростью брюнет описывал всевозможные предпосылки к смерти, виды убийства, и как ему понравилась эта постановочная картина в Парке. Пауль был уверен, что человек, который совершил подобное, не просто хотел убить, а хотел именно привлечь внимание к своей персоне, выделяясь на фоне остальных преступников. Так заморочиться с прямой кишкой, что даже Вилхелм не смог её развязать. Это определённо вызов! Вызов его мышлению, способности думать в нестандартных случаях, это своего рода квесты, которые так любил Пауль. Он даже подумал, что этот перфоманс был специально для него, но сразу откинул эту идею, усмехнувшись. На протяжении всего времени блондин не отрывал от него взгляда, в последствии он даже немного замолк, как много идей было у его партнёра. Слушая битый час его монолог, он ликовал в душе. Он был просто возбужден даже от того, насколько бурная фантазия у брюнета. Ликовал от того, что настолько потрясающий парень лежал в его постели.

***

      Будильник прозвучал вовремя. На часах по стойке смирно отчеканилось 9:00. Парни нехотя переглянулись, понимая, что новый рабочий день принесёт с бурным вожделением очень сильную головную боль. Особенно Вилхелму. Мало того, что он до жути не любил запутанные дела, да он даже кроссворд разгадывал с валерьянкой, так нужно было быть готовым к тому, что Пауль будет увлечён этим делом 24/7. Достав снова две свежие рубашки, блондин аккуратно положил на заправленную кровать отглаженные джинсы, две футболки под рубашки, бейджи и тёмные носки. Он молча взъерошил и так растрёпанные волосы брюнета, и спустился на первый этаж. Приготовив свежемолотый кофе, он снова вернулся в их спальню, также молча передавая ароматную кружку своему партнёру. - Тебя что-то беспокоит? – Пауль глотнул горячего напитка, не отводя взгляда от парня. Он неуклюже натягивал носок свободной рукой, никак не достигая конца. - Нет. Совсем ничего. – Вилхелм фальшиво улыбнулся и стал одеваться, поставив свой кофе на тумбу.       Ребята немного разгулялись. У них была привычка чистить зубы и умываться, когда они был полностью одеты. Скорее это была привычка Вилхелма, на что брюнет просто выработал автоматическую идею-фикс всё за ним повторять. Он так и привык, наклоняясь с бейджиком, немного мочить ворот своих рубашек. Парень знал, что блондин будет после этого брать сухие салфетки, ругаться, но так аккуратно и нежно протирать его, что дух захватывает.       В 9:45 они сели в машину. До работы добираться было совсем близко, но им необходимо было забрать труп из морга. Поэтому время растянулось до получаса. Во время движения Пауль еще раз кардинально проанализировал все записи блондина. Он точно знал, что Вилхелм записывал всё от корки до корки, ничего не пропуская. Слишком дотошная натура, хотя его внутреннее «я» никогда этого не признает. Еле слышно хмыкнув про себя, парень бил указательным пальцем по второй и третьей строчкам. В голове он уже выстраивал целую пошаговую стратегию в работе с этим делом. Что-то не вязалось, брюнет не мог понять, что именно, так как детального вскрытия он ещё не делал, но уже знал, что пазл так легко не соберётся.       Они въехали на территорию морга. На пороге стояла высокая женщина в белом халате практически в пол. Она начала радостно махать парням, выходящим из припаркованного внедорожника. Ребята улыбнулись ей одновременно, и Пауль поднял руку в знак приветствия. Женщина не стала ждать, когда они к ней подойдут, и сама направилась в их сторону. - Ну и ночка! – начала женщина. Она была хороша собой. Её ассиметричная стрижка подчёркивала хитрые лисьи глаза, которые были выведены аккуратной стрелкой. Пухлые алые губы приоткрывались, каждый раз, когда на неё бросал свой взгляд Вилхелм, она забывала, как дышать. Протиснувшись между ребятами, она схватила их под руки и повела за собой. Пауль про себя смеялся, наблюдая, как женщина тёрлась боком об Вилхелма, на что тот, постоянно закатывал глаза и подмигивал брюнету. - Мисс Кларк, вы всё подготовили? – прервал её «невидимые» развратные потуги Пауль. - Да, наши ребята перевезут её сейчас в ваш главный отдел. Я сделала также отчёт о приёме. Он у главного. – она посмотрела на Вилхелма украдкой. - Чем быстрее её привезут, тем быстрее Крис получит заключение. - Ох, уж этот старый пёс! Не даёт вам совсем отдохнуть! Только и слышу, что чтобы ни случилось, то вас всегда вызывают на помощь. Вы как Чип и Дейл! – женщина рассмеялась. Её прическа немного взметнулась вверх от смеха, раскрывая соблазнительные черты у ключиц. Её кофточка под халатом немного съежилась на груди, показывая неподдельный её объем. Ребята сзади неё переглянулись и хмыкнули под нос. Неожиданно Пауль вырвался из цепких рук шатенки и направился в кабинет главного патологоанатома. Войдя в кабинет без стука, он застал рослого крупногабаритного мужчину в компании с фляжкой. Тот вздрогнул и немного пролил себе на лаковый ботинок, но флягу не убрал. - А, это ты, - начал мужчина. - Однажды тебя выгонят с работы за это, Чакки. И тогда я больше тебя не буду ни прикрывать, ни защищать перед вышестоящими. - Пауль, ты мне как сын! Неужели всё, что было между нами, сейчас лишается какого-либо смысла? – Чак взмолился и сделал страдальческое лицо, чередуя негодование и глотание алкоголя. - О чём ты говоришь? Ты всего лишь был моим наставником на первом году обучения! – зарычал брюнет. - Ну, я и говорю! Мы через столько прошли, сын! - Блевать охота. Если бы Вилхелм сейчас услышал твои двойные намёки, то сразу бы ты получил по роже. - Он тоже здесь? Аааааа, я понял. Ты оставил его с Джессикой. Умно, а я-то думал, что он ради тебя ничем пожертвовать не сможет. - Прекращай, старик. Мне нужны документы по ночному делу. Мы приехали за трупом, больше ничего. Бригада, которую собрала Мисс Кларк, нам в этом поможет. Тебе абсолютно ничего даже делать не надо. - Документы на верхней полке. Можешь их забрать.       Пауль обвёл ещё раз взглядом датого мужчину. Ему было его очень жаль, потому что, вспоминая начальные годы в университете, этот человек был одним из тех, кто вложил в него практически все силы и знания. Главный патологоанатом Лос-Анджелеса Чак Брейв – имя, которое было у всех на слуху. На ряду с такими выдающимися людьми, как Франк, Шор, Кедровский или Доросевич, он был одним из лучших. Когда он входил в лекторий, все вставали, независимо от возраста и опыта. Он был уважаем всеми. Такой авторитет было сложно заработать среди постоянной конкуренции, но этот крупный мужчина всем своим видом показывал, что нет ничего невозможного. И тогда в то время он заприметил Пауля, неопытного и очень выпендрёжного парня, который постоянно таскался с высоким красивым блондином по всему университету. Брейв думал, что очередной отсев расставит всё на свои места, но как он был удивлён, обнаружив, что эти двое не только не отсеялись, но и продвигались потихоньку на вершину топа успеваемости университета. Пауль опережал Вилхелма на три, а иногда и на пять пролётов в строчках, но сильно друг от друга не отдалялись. Тогда мужчина решил лично провести входящее тестирование по своей дисциплине. Он подготовил два вида теста – с выбором ответов и с развёрнутым вариантом. Каждый вопрос пробегал через его гибкий ум, он вставлял понятия, которых не было в учебниках. Открыв углубленную литературу, он ввёл вопросы по биопсии, невропаталогии и судебной медицине, что ещё пока студентами первого курса не рассматривалось и вовсе. Довольный своим трудом, он отправился в лекторий. Как обычно, все встали, поприветствовав его. Он пробежался взглядом по студентам и остановился на брюнете. Тот стоял, но не смотрел на него, а смотрел на того, кто также стоял по правую руку от него. Эти двое просто сверлили друг друга взглядами, что можно было даже заметить, как они робко краснели. Брейв не на шутку завёлся. Он думал, что пора преподать им урок за их «неоткровенную» дерзость по отношению к его дисциплине. Взмах руки сигнализировал «вольно». Все уселись и стали ждать раздаточный материал. - Чего? Что за хрень? – студент с пирсингом в левом ухе, который сидел на один пролёт ниже от Пауля с Вилхелмом, был возмущён. - И правда! Что это такое? Проверка на вшивость? – возмутился его сосед. - Я и половины не знаю того, что здесь написано! – прокатилось по лекторию. - Не знаю? Да я даже не понимаю ЧТО здесь написано!!!! – завыла девушка у двери и упала лицом на стол. - Я так понял, что сегодня был мой последний день, - парень с аккуратным «горшком» на голове полностью поник и закрыл глаза от полученного стресса. - ВРЕМЯ! – крикнул Брейв и начертил на доске крупным шрифтом начало и конец тестирования. Все охнули.       Мужчина внимательно смотрел за студентами. Он облокотился на свой стол, немного присев на него. Некоторые ещё сидели, придерживая свои головы руками и вчитываясь во всю ту хрень, что сделал для них преподаватель. Другие смотрели в окно, признавая полный свой провал, но не роняя при этом и звука. Студенты у верхнего выхода спали, остальные что-то просчитывали в голове. Кроме этих двух. Брейв вцепился мёртвой хваткой в их телодвижения. Этих двоих словно подменили. Перед тестом они так возбуждённо пожирали друг друга глазами, а сейчас от всего этого остался лаконичный звук письма. Блондин что-то показывал пальцем по строчкам, на что брюнет периодически кивал и делал какие-то тихие умозаключения. Потом они менялись местами – брюнет что-то отмечал на листе блондина, что тот воодушевленно соглашался с каждым исправлением. Они были как единое целое. Невообразимый вид. У мужчины захватил дух. Он никогда прежде не видел студентов, которые с таким рвением работают над тем, чего ещё не проходили или не знают, но как хотят найти правильный ответ, имея на руках только базовую информацию. Уголки его губ незаметно приподнялись, и он опустил голову, складывая руки на своей груди.       Время подходило к концу. Очень многие студенты уже сдали свои работы, некоторые отдали ещё в самом начале. Осталось совсем немного, но если обежать лекторий, то остались спящие студенты и те двое, которые строчили с самого начала. Когда Пауль положил ручку, его примеру последовал Вилхелм. Брейв сам решил подняться и забрать их работы, на что ребята очень удивились. Мужчина указал им деликатно на дверь, и те с радостью вышли. Уже позже, разбирая бумаги по своей дисциплине, Чак Брейв наткнулся на сегодняшний студенческий входной тест. Он взял только 4 листа из общей стопки. На двух листах было красиво выведено Пауль Хоффманн, а на других немного кривовато - Вилхелм Герц. Мужчина не стал смотреть работы других студентов, понимая подсознательно, с какой целью он вообще решил провести тест. Он начал смотреть тестовую часть поочередно с работой, где нужно было дать развёрнутый ответ. Положив листы с работой Пауля на стол, рядом он сделал тоже самое с работой Вилхелма. Он скрестил снова руки на своей груди как утром, опустил голову и усмехнулся сам себе. «Я проиграл»