Пробуждение

Ночь чернильная непроглядная, но обладающая особой обворожительностью и атмосферой. Проснулся в холодном поту от очередного кошмара и тут же пожалел, что резко вскочил. Пульсирующая головная боль тут же напомнила о себе. Пустая бутылка из-под виски, с которой я уснул в обнимку часов пять назад, с громким тупым звоном упала на пол и покатилась в сторону двери. Отвратительный звук, ударивший молотом по ушам и возбужденному головной болью мозгу. С трудом совладав с собой мне, наконец, удалось встать, хоть и не особенно твёрдо, учитывая количество выпитого. Сколько раз я обещал себе не пить? Десять, двадцать? Нет, определённо больше. Однако обещание я ни разу не сдержал и снова прикладывался к бутылке спиртного. Нет, не из-за вкуса этилового спирта с привкусом винограда, яблока или чего бы то ни было ещё, а из-за того, что алкоголь прекрасно заглушал внутреннюю боль. Однако с каждым разом количество выпитого увеличивалось, а притупить боль, которая рвёт тебя изнутри на части, становилось всё сложнее. Пошатнувшись, я медленно протянул руку к лежащим на прикроватной тумбочке сигаретам и поковылял на балкон. Трясёт, уже даже привык. Этот кошмар не первый день заставляет меня вскакивать посреди ночи в холодном поту, а иногда с криком, хватать сигареты и «закуривать» страх. Выйдя на балкон и закрыв дверь, чтобы табачный дым не впитывался в интерьер квартиры, я достал сигарету и стал пытаться зажечь её. — Блядская зажигалка, — выругался я, и лишь после этого та, наконец, соизволила подпалить «раковую палочку», зажимаемую губами.       Сделав затяжку, я глубоко вдохнул, позволяя ядовитому дыму заполнить лёгкие. Полегчало, однако, это ненадолго. Рано или поздно дофамин, получаемый от употребления никотина, исчезнет из крови и процедуру придётся повторить. Закрыв глаза, я продолжил наслаждаться процессом, постепенно расслабляясь. Всё-таки глупо жалеть себя, пытаясь утопить своё горе в алкоголе и закуривая всё это дело сверху самыми дешёвыми сигаретами, в которых от табака осталось одно название на пачке.       А ведь так было не всегда. Когда-то и в моей жизни светило солнце, прокладывая путь в будущее. И девушка была, и друзья, и родители — все были. Всё было, пока я не проебал это в один «прекрасный» день. От этих воспоминаний кошки скреблись в душе.       Закончив травиться, я окинул усталым взглядом тёмную улицу, освещенную единственным тусклым фонарём. Ночная прохлада обволокла моё полуобнажённое тело и заставила поёжиться. Пора обратно. Потянувшись к ручке балконной двери, я хотел было открыть её, как вдруг услышал женский крик. — Отпустите! Не надо! Умоляю! — её голос сильно дрожал. Быстро развернувшись, я решил оценить обстановку. — Пятеро. Без шансов, — прошептал я. Стоило бы забить и просто вызвать полицию в надежде на то, что те успеют пресечь преступление или хотя бы найти ублюдков по горячим следам, но чёрт меня дёрнул поиграть в супергеройку. Наскоро надев футболку и рваные кроссы, я пулей вылетел из квартиры, даже не удосужившись закрыть дверь на ключ. Восьмой этаж, седьмой, шестой… — Нахуя здесь столько этажей?! — кричал я в своей голове, проклиная себя и саму квартиру Лифт ждать некогда, а пока спустишься по ступенькам, уже сдохнешь.       Достигнув выхода из подъезда, я чуть ли не всем весом влетел в металлическую дверь, перед этим нажав кнопку, ослабляющую магнит. Наконец оказавшись на улице, рванул в тот самый закоулок, куда выходят окна моей халупы, и где сейчас пятеро ублюдков пытаются растлить невинную девушку.       Прибежал. Нога встретила спину одного из парней. Тот отлетел на пару метров. — Едва ли школу закончил, обсос, — подумал я, окинув презрительным взглядом нападавшего. Следующий удар прилетел мне в челюсть. — Больно. Зубы на месте? Вроде, — думал я, проверяя языком наличие всех зубов. Рот практически сразу наполнился кровью, а вкусовые рецепторы передали мне охуительно отвратительный металлический вкус. Сплюнув, я влетел в атаковавшего меня выродка плечом. В солнечное сплетение. — Красиво. А эти трое куда? Ссыкуны, — думал я, смотря в след убегающим нападавшим. Ярость толкала меня бежать следом, но внезапное ощущение того, что меня кто-то дернул за штанину, разбудило во мне рассудок. Дёрнув головой, опустил глаза и увидел ту, ради кого я выбрался из тёплой квартиры и кажется, всё же лишился зуба. Она полусидела на коленях и смотрела на меня глазами, полными слёз и страха. Губа разбита, на лице синяки, колени стёрты в кровь, длинные волосы спутаны, лёгкое пальтишко испачкано. — По…могите… — просипела она, сильнее сжимая мою штанину. Даже в темноте я видел, как её трясло от пережитого стресса. Аккуратно поставив её на ноги, я стал задавать ей вопросы, которые обычно задают в такой ситуации: вызвать ли ей скорую, успели ли с ней что-то сделать и тому подобное. Но она лишь стояла и смотрела мне в глаза, сжимая ткань моей футболки. — Пройдёмте, я отведу Вас домой и вызову скорую, — тихо произнёс я, аккуратно высвобождая свою одежду из её тонких изящных пальцев, и подумал: — Красивая.       Наконец она кивнула, будто очнувшись и чуть поклонилась в знак благодарности. — Хрупкая, — новое сравнение пришло мне в голову. Почему-то повёл её к себе. Неосознанно. Осознал это лишь когда увидел её напуганный взгляд, устремившийся на меня. — Простите, — на автомате виновато произнёс я. — Куда Вам нужно?       Назвала адрес. — Недалеко. Понятно, почему шастает здесь, но непонятно какого хера так поздно, — все встало на свои места. В груди неприятно сжалось. — Что это? Я даже имени её не знаю, а уже волнуюсь! — кричал в моей голове здравый смысл. Кивнув, я повёл её домой, поддерживая непринуждённую беседу в надежде отвлечь от произошедшего. Она лишь сдержанно кивала и редко, неохотно отвечала. — Боится. Смешная. Хотя это и понятно. Не каждый же день тебя пытаются обесчестить пять парней, — подумал я.       Минут через десять мы дошли до нужного дома и остановились у подъезда. Тихо поблагодарила, и очередной раз поклонилась в знак благодарности. От скорой отказалась, а значит, успел или побоялась. Надеялся на первый вариант. — Какаши, — неуверенно произнёс я, протянув ей руку, — ваш спаситель. — Юи, — сказала она, улыбнувшись, — очень приятно. Пожала мою руку. — Милая, — чуть не вырвалось из моего рта.       Махнув рукой, она скрылась за дверью подъезда, подарив мне ещё одну улыбку. Эта улыбка была настолько нежной, что мне показалась, как будто Юи и была самой нежностью. На щеках появился лёгкий румянец, а дыхание спёрло. Я себя вёл как первоклассник, но при этом счастливый. Головная боль отступила, а внутренние демоны впервые не грызли изнутри и были подозрительно молчаливы.       Не помню как добрался домой. Как упал обратно на кровать. Зато помню, как улыбался, вспоминая её улыбку. — Чё происходит?! — вскрикнул я, удивившись своей реакции. Резко встав, рванул в душ. Прямо в одежде встал под холодные струи и подставил им лицо. — Красивая, — сорвалось с моих губ. — Придурок, чёрт! Я осел на корточки и зарылся пальцами в волосы, сильно сжав их. Я до этого обещал себе никогда не влюбляться. Я больше не хотел переживать едкую пустоту и чувство одиночества и ненужности. Эти чувства, как болото, затягивают тебя в пучину отчаяния и самокопания, которое бьёт поддых твоей самооценки и психики.       Я узнал её. Одного взгляда хватило, чтобы возродить давно забытые чувства. Умница, красавица, отличница с моего потока в институте. Я тогда был совсем мальчишкой с ветром в голове. Творил хуйню и не думал о последствиях. Но стоило мне увидеть в стенах института её, сердце замирало, в груди приятно разливалось доселе невиданное мной тепло, а на лице расцветала глупая улыбка. Сколько же было таких же дебилов, как я, наблюдавших за её невесомой походкой, разинув рты? Ревновал, даже понимая, что ничего не светит.       Остудив свой пыл, я выключил воду, скинул мокрые шмотки на пол и нагим отправился досыпать. — И как же меня угораздило вновь вернуться к тем чувствам, что с головой накрывали пару лет назад? — задал я этот вопрос в пустоту, не надеясь на вразумительный ответ. Интересное вышло ночное пробуждение.