Chapter 9. "Omega 1/2"

— Шепард! Знаешь, кого я вижу перед собой? Грязную, отвратительную предательницу! — передразнивала женщина с глуповатой интонацией, используя всë мастерство своей мимики, и нервно наматывая круги по каюте. Она остановилась у своего рабочего стола и пробежала по нему изучающим взглядом. Её внимание остановилось на кружке. Манерно подняв со стола любимую ёмкость для кофе, она подкинула её в руке и ловко словила в воздухе, внимательно осматривая помещение. — Шепард? Ты теперь с "Цербером"? Презренная террористка! — так же театрально коверкая голосом фразу, она отошла от стола и со всей яростью бросила любимую кружку в стену, которая мгновенно разлетелась на мелкие осколки с звонким треском. Женщина изнемогающе рухнула на кровать с таким же покорным, тяжёлым вздохом. Она просто устала. Физически, морально, всеми способами, которыми можно было задолбаться, она уже это сделала. В течение нескольких десятков минут она просто лежала и таращилась в потолок, прокручивая в голове брошенные ей Кайденом слова. Перевернувшись набок, она обратила внимание на коробку, стоявшую на полу. Это был очередной подарок от Касуми. Точнее его реплика. Прошлый, к радости или сожалению, был наглым образом испорчен, а воровка решила, что такое одеяние обязательно должно быть в гардеробе капитана на непредвиденный случай. И ктобы мог подумать, но такой случай настал, а гениальная идея посетила её голову незамедлительно. Лучший способ снять напряжение, поправочка, в отсутствие чего-то более подходящего, - это алкоголь. С воодушевлением она спрыгнула с кровати и поспешила вызвать пилота через коммуникатор. — Джокер, курс на Омегу. — Так точно, мэм. Омега. Лучшее место для тех, кто хочет потеряться, забыться, скрыться от чужих глаз, и тех, кто желает удовлетворить все свои низменные потребности. Там найдётся всё, что нужно для отличного отдыха. Это было то, что ей так сильно нужно в данный момент. Забыться. Убежать от всего и всех. Хотя бы на одну ночь.

***

— Коммандер, Нормандия успешно завершила маневр стыковки. Нужно ли сообщить кому-то из команды о начале подготовки? — Спасибо, СУЗИ, не нужно. Я пойду одна, — отозвалась Шепард, пытаясь застегнуть платье на спине. Сказал бы кто-нибудь раньше, что она решится по своей воле надеть такой провокационный подарок от Касуми, она бы рассмеялась в лицо тому, кто предположил бы такую ересь. Но вот она снова распустила волосы, влезла в облегающий кожаный капкан, нанесла боевую раскраску, и теперь она готова отдаться изобилию греховных соблазнов, цинизму, алчности и безнравственности Омеги. — Хорошо, коммандер, — всё так же механически-монотонным голосом отозвался бортовой ИИ. — СУЗИ. — Слушаю, коммандер. — ...нет...ничего, — она на секунду задумалась о том, чтобы попросить СУЗИ не раскрывать никому ее местоположение, но осознание того, что кроме турианца женщину вряд ли кто-то ещё будет искать, заставило отказаться от этой идеи. Ведь прятаться от него она точно не хотела. Возможно, она даже надеялась , что он сможет еë найти. — Так точно.

***

Поднимаясь по главной лестнице ко входу "Загробной жизни", Шепард невольно оглянулась по сторонам.

Улицы станции погружены в полумрак, по ним пробегают отблески неоновых вывесок, мерцающих в пыльной атмосфере. Металлические стены покрыты слоем грязи и граффити, с символикой местных банд. Больные и раненые лежат прямо на дорогах, и никому нет до них совершенно никакого дела. Это жестокая реальность Омеги, где человеческая жизнь не имеет ценности и страдания не вызывают сочувствия.

Покосившиеся витрины собранных из подручных средств и пустующих магазинов, моргающие вывески которых горят лишь на половину. Они же являются единственным источником света в помещении, усугубляя уже и без того мрачную атмосферу станции. Жуткое напоминание о том, что здесь нет места прекрасному. Только разрухе и отчаянию.

Жители заполонили улицы, образуя хаотичные скопления людей. Звуки станции наполняют атмосферу: рев моторов, крики и скрежет металла сливаются с мучительными стонами умирающих на обочинах и раскатами оружейных выстрелов за пределами центральных улиц.

Вдалеке слышны пульсирующие ритмы техно-музыки, которые звучат из местных клубов и баров, привлекая туда самый разношерстный контингент. Темные металлические коридоры представляли собой крайне неблагоприятное место для беззаботной прогулки.

Повсюду царила разруха, грязные зловонные улицы, нищета и преступность. Такой была Омега.

Шепард отвела взгляд на угол жилых апартаментов и встретила любопытную картину. У входа стояла азари, а рядом с ней находилась очень молодая человеческая девушка возрастом не более двадцати лет. Которые, судя по их внешнему виду, не отказывались от торговли своим телом. Женщины оживленно беседовали, а затем к ним подошёл высокий турианец примерно средних лет и передал молодой девушке что-то похожее на ингалятор. Судя по всему, это был "Халлекс", популярная валюта в баре и его окрестностях. Ну, по крайней мере, на сколько вообще можно было разглядеть с такого расстояния. Видимо, клиент оказался щедрым, ведь, в отличии от наркотиков, тело на Омеге стоило дешевле. Чего можно было ожидать от места, в котором счастье стоило дорого, а души продавались как товар? Она с недоверием протянула руку, а мужчина, опасливо озираясь по сторонам, положил предложенное в ладонь, осторожно сжимая ее своими пальцами. После завершения сделки они направились в квартиру, оставив азари одну ожидать свой "счастливый билетик". Шепард отвлеклась, увидев перед собой длинную негодующую очередь. Она здесь не для того, чтобы придерживаться правил, а чтобы воспользоваться ситуацией и взять то, что ей нужно. Женщина уверенно двинулась ко входу, обходя толпу. Каждый её шаг вызывал недовольные взгляды и нетерпеливые агрессивные выкрики со стороны. Но это лишь позабавило её ещё больше. — Ты что, считаешь себя лучше других? Вали в очередь. — Шепард почувствовала на своем запястье чужую руку. Опустив взгляд на предплечье, она медленно и довольно угрожающе перевела его на самого владельца конечности. Женщина грубо скинула с себя чужую хватку и очень самоуверенно вонзилась взглядом в наглого батарианца, который выполнял роль секьюрити. — Я не считаю себя лучше других. Только лучше тебя, — ледяным тоном процедила Шепард. — Да, я... — Ариа очень расстроится, если узнает, что ты меня задерживаешь, — очень внушительным тоном перебила женщина, небрежно обводя взглядом охранника и не дав ему возможности изложить ей свою угрозу. — Ариа? — недоверчиво уточнил батарианец, растерявшийся всю свою смелость, стоило ему услышать это имя. Он потянулся к коммуникатору, видимо, чтобы удостовериться в наличии каких-либо связей коммандера с начальством. — Ариа, тут женщина, требует чтобы её пропустили. Говорит знает тебя. — Брин, какой же ты идиот! Меня знают все на Омеге. А вот знаю ли её я..? — послышался раздраженный голос хозяйки. — Эээ... Да, точно. Как твоё имя? Коммандер схватила охранника за руку и дёрнула коммуникатор на себя, застав его врасплох. Она прислонила динамик ближе к себе и чётко, слегка поддразнивающе назвала своё имя. Азари ответила не сразу. Вероятно, пыталась понять, почему Шепард пытается пройти в бар, назвавшись по имени, которое мало кто знает, в отличие от фамилии. Хотя, если как раз в этом и проблема, то это ей как раз было интересно. — Брин, впусти, — отдав приказ, Ариа не стала дожидаться объяснений и отключилась. Батарианец не вымолвил ни слова, только открыл дверь, приглашая женщину войти внутрь под недовольные возгласы толпы. Дважды повторять не было нужды. И женщина незамедлительно двинулась в обитель низменных соблазнов. Она пересекла небольшую парадную, в которой находилось небольшое количество людей. На мягких диванах по обеим сторонам помещения она заметила нескольких посетителей, которые просто отдыхали и разговаривали, наслаждаясь кратким отдыхом от безудержной суеты бара. А другая их часть придавалась познанию друг друга, совершенно не стесняясь чужих глаз. В самом углу, возле входа, мужчина прильнул губами к тонкой шее молодой танцовщицы азари, жадно скользя руками по ее изящной фигуре и настойчиво стремясь проникнуть под ее незначительную одежду. Однако, почувствовав чужое внимание, выражение лица мужчины резко изменилось. Он недовольно сверкнул своими глазами, не отрываясь от нетерпеливо извивающегося тела в его руках, пытаясь явно выразить Шепард свое неудовольствие от ее присутствия. Поняв намек, она двинулась дальше, не желая встречаться с неприязнью мужчины. Когда двери бара распахнулись перед ней, она словно проникла в самое чёртово пекло. Кроваво-красный свет, пульсирующий в ритме музыки, создавал ощущение искаженности и нравственного разложения этого заведения. На столах танцевали обнаженные азари, окутанные багровым оттенком, который также просматривался и на лицах остальных посетителей, ритмично и яростно дергающихся на танцполе. Громкая музыка пронизывала воздух и будто колотила по ее внутренностям, а сердце заставляла биться в такт с ней. Запах в баре был насыщен крепким алкоголем с нотками пота и прочих телесных ароматов, а также густыми клубами сигаретного дыма, от которых перехватывало дыхание. Шепард пробиралась сквозь скопления людей к бару, на каждом шагу ощущая прикосновения незнакомых рук, проникающих через толпу. Наконец, достигнув своего места назначения, её привлек низкий вибрирующий голос. За барной стойкой стоял высокий турианец с красными клановыми метками на лице и прекрасными янтарными глазами. — Выпьешь что-нибудь? — спросил он, наклоняясь чуть ближе к женщине, чтобы та могла его услышать. — Я именно для этого здесь, — игриво улыбнувшись, ответила Шепард, приблизившись своим лицом к бармену и опираясь на стойку руками. Громкая музыка заглушала почти все остальные звуки. Она почти не слышала ничего, кроме нее. — Что предпочитаешь по крепости? — казалось, бармен не только не смутился от близости человеческого лица к нему, но и, видимо, решив, что ему бросили вызов, решил заверить женщину в том, что яйца у него тоже крепкие. Он уверенно приблизился к женщине еще ближе, вызывая у нее приятное удивление, отражающееся на её лице многообещающей улыбкой. Она находила его дерзость с некоторой стороны привлекательной. — Самое крепкое, что есть, — принимая вызов, бросила Шепард, превращая улыбку в азартную ухмылку. Медленно отстранившись и откинувшись назад, она продолжала поддерживать зрительный контакт с турианцем. Бармен растянул мандибулы в одобрительной улыбке и быстро нащупал под стойкой какую-то бутылку. С особым мастерством, присущим его профессии, он изящно и с эффектной подачей налил содержимое в небольшую округлую рюмку и придвинул ближе к коммандеру. Взяв свой напиток в руку и поднеся его ко рту, Шепард невольно отвела взгляд в сторону. Она остановила стакан возле своих губ, когда заметила небольшой балкон, на котором вальяжно красовалась Ариа Т'Лоак. Облокотившись на перила, властная азари с интересом изучала коммандера своим проникновенным взглядом, попутно пьяняще наслаждаясь глотками темной жидкости из высокого бокала. Шепард, встретившись с ней взглядом, улыбнулась и с удовольствием опрокинула рюмку. Она ощутила, как крепкая жидкость с огненным покалыванием стекает по ее горлу, пробуждая неприятное обжигающее ощущение на слизистой. Слегка поморщившись, она обратила внимание на насмешливо усмехающегося, на турианский манер, бармена, который продолжал наливать еще одну порцию напитка. Женщина постаралась удержать на лице эмоцию безразличия и небрежно толкнула рюмку в сторону оппонента в требовании повторить, создавая видимость того, что её яйца ещё крепче. Молча подняв руки в знак капитуляции, он усмехнулся и налил ей ещё рюмку. — Первый раз вижу, чтобы человек так хлестал ринкол. Даже одна рюмка должна была выбить у тебя пол из-под ног. — Тогда, видимо, хорошо, что я сижу, — усмехнулась Шепард и опрокинула ещё одну рюмку с зеленой светящейся жижей. — Как бы потом из тебя не начало подтекать. Как из волуса после одной кружки. — Не переживай, меня не так-то легко свалить. — Просто те, кто пытался, делали это плохо. — Турианец подобрался слишком близко и прошептал ей почти на ухо, вызывая у женщины удивленную, но заинтересованную улыбку. Она молча опрокинула ещё одну рюмку и развернулась на стуле спиной к стойке, опëршись на неё локтями. Шепард окинула взором помещение, а затем снова обратила внимание на балкон. Ариа так и не сводила с неё глаз. Они снова сплелись взглядами, но азари, на удивление, это совершенно не смутило. Даже наоборот, складывалось ощущение, словно та изучала её, как какую-то зверушку. Она следила за каждым её движением, а когда надсмотрщица была удовлетворена реакцией подопытной, то на её лице появлялось соответствующее выражение. "Хозяйка Омеги" была придирчива и избирательна. Она желала и получала только самое лучшее, а "коммандер Шепард" идеально соответствовала этим требованиям. Зная это, её интерес не был для Шепард чем-то удивительным. Он ей даже немного льстил. — Ты хочешь шоу? Я дам тебе его, — бросила она куда-то в пустоту и, ловко соскочив с барного стула, направилась в сторону танцпола. Женщина заняла центральное место, открывая для любопытной азари прекрасный обзор на свою персону. Всё же, это представление было для неё лично, и было бы неприятно, если та пропустит самое интересное. Шепард ощущала на себе пристальный взгляд Арии, который наполнял ее смутным чувством возбуждения и некоторой тревоги. Неприступная азари, усаженная в ВИП-ложе, не могла отвести от нее глаз, придвинувшись еще ближе, чтобы не упустить ни одной детали этого зрелища. Ее взгляд был настолько пристальным и заинтригованным, словно она искала в этом что-то большее, чем просто танец. Шепард закрыла глаза, погружаясь в окружающие ее звуки и ощущая, как ее тело сливается с ритмом. Она позволила своему телу двигаться с собственной волей, словно оно живое существо, откликающееся на каждую ударную. Музыка становилась все громче, заполняя каждую клеточку ее существа. Она чувствовала, как ее тело реагирует на каждый звук, каждую ноту. Ее мысли и чувства сливались с музыкой, а она позволяла им стать одним целым с ней. Ей не было нужды прикладывать какие-либо усилия, она просто позволяла себе быть унесенной этой волной. Открыв глаза, женщина устремила свой взгляд на Арию, давая ей понять, что это только для неё. На лице азари растянулась очень одобрительная ухмылка, выражая неприкрытую заинтересованность и откровенное желание большего. Руки коммандера поднимались вверх, а когда они опускались, касаясь своей нежной кожи, это вызывало электрический заряд, который распространялся по телу Арии. Шепард соблазнительно проводила пальцами по каждой кривой своего тела, приковывая на себе завороженный взгляд азари и ощущая приятную власть над ней. Ее бедра двигались в такт музыке, создавая изящные изгибы, игнорировать которые стало бы преступлением. Ее пылкий взгляд был полон вызова, словно она приглашала наблюдавшую к себе присоединиться. Взгляды окружающих сливались с ее телом, они словно жаждали ее движений и прикосновений. Одна из азари, сидевшая за столиком неподалёку, поддавшаяся соблазну, подошла ближе и рискнула присоединиться. Она ловко обошла её сзади и, подражая движениям Шепард, настойчиво прижалась к её спине, а руками скользила по ее талии, вызывая совершенно новые ощущения. Взгляд Арии жадно двигался за руками незнакомки по телу, пока ее выражение лица не стало совсем уж нетерпеливым и требовательным. Этот вид был однополым, но в ее взгляде мужественности было больше, чем в крогане, а похоти больше, чем отбросов на Омеге. Насытившись и потешив своё самолюбие, коммандер удовлетворенно хмыкнула и, тяжело отдышавшись, направилась обратно к бару, оставляя свою ошеломлённую наблюдательницу с неподдельным чувством удовлетворенного восхищения. — Детка, это было нечто. Никогда ещё не видел, чтобы так хреново танцевали! — послышался неподалёку восторженный мужской голос. Шепард, усевшись обратно за бар и жестом попросив бармена повторить напиток, повернулась в сторону источника звука.