Часть 14. Паразит, губящий скверну

«Вы меня слышите?» Татьяна вздрогнула. Голос Ангелины, казалось, раздавался одновременно отовсюду, проносясь во всей «Обители снов», и в то же время отзывался прямо у неё в голове. — Слышим, — ответила она. — Есть какие-то указания, с чего нам надо начать? «Осмотритесь по сторонам» Татьяна послушно завертела головой, неторопливо, чтоб Ангелина сумела все разглядеть вместе с ней. Тоже самое сделала и Серафима. В приюте царила гробовая тишина. Ни ветерка, ни шагов, ничего не было слышно. Так думала Татьяна, пока не повернула голову обратно. Повернув, она инстинктивно чуть не выскочила за пределы пентаграммы, вовремя себя остановив. — Твою же… — ошарашенно выругалась рядом Серафима. Прямо перед ними, почти вплотную к кругу, стоял ребенок в потрепанной грязной белой одежде с глазами-дырами, один из пропавших. Он просто смотрел на них, не шевелясь. Когда он успел появиться?! «Не выходите из круга» — Матушка попросила меня узнать, что случилось, — вдруг заговорил мальчик. — Воспитатели просто пока что заняты, поэтому встретить вас придется мне. Я постараюсь следовать уроку этикета, который нам провели Антон и Валерий. Услышав имя Василевского, Татьяна встрепенулась. Но Серафима молча схватила её за плечо с немым предупреждением. — Новый воспитатель у нас тоже сейчас занят, — продолжал ребенок. — Он у нас недавно, но уже наводит здесь порядок. Как раз-таки от него я и узнал, что это моя проверка. Все-таки, урок провели с его непосредственным участием. Валерий и Антон - воспитатели, те самые пропавшие совершеннолетние. Новый воспитатель… Не Никита ли? Похоже, Ангелина оказалась права. — И что ты хочешь, чтобы мы сделали? — настороженно спросила Серафима. — Тебя матушка ждет для разговора, — оскверненная душа перевела взгляд на Татьяну. — А ты… Не знаю, что она будет делать с тобой. Наверное, мне сейчас лучше уйти… — тут он смешно помотал головой и поправился. — Удалиться, чтобы сообщить матушке о тебе. Ты другая. Тебя здесь быть не должно. Да, так я и поступлю. И ребенок, не бросив ни слова более, развернулся к ним спиной и ушел к лестнице. Татьяна до последнего следила за ним глазами, но тот просто скрылся в пролете. «Идите. Он выиграл вам время» Татьяна переглянулась с Серафимой. Скрывать, что ей было страшно, не имело никакого смысла. Но ей стоило отбросить чувства и заняться делом. Кто знает, сможет ли Ангелина поддерживать связь долго.  Подруги вышли за пределы круга. По Татьяне сразу ударило чувство беззащитности. Ей захотелось тут же вернуться обратно, но она сразу же себя одернула. Нельзя. Татьяне казалось, что их шаги были слишком громкими. Оглушительными, подобными громовым раскатам. Серафима держалась молодцом, но её выдавало её бледное лицо, почти побелевшее. Им обеим было здесь не по себе. Первым делом они проверили астральный кабинет директора. Но там ничего не обнаружили, а потому направились дальше. Их по-прежнему никто нигде не подстерегал, но инстинкт самосохранения Татьяны так и не давал Пожарской успокоиться. Ей казалось, что за ней отовсюду следят. А зная природу этого места, это имело место быть. Даже малейший шорох вынуждал девушек подскакивать и озираться. — Я уже хочу встретить кого-то, — первой обронила Серафима, когда они обошли все правое крыло первого этажа. — чтоб просто убедиться в том, что дети и наши существуют именно здесь. Я уже со счета сбилась, сколько раз я смотрела по сторонам, чтоб кого-то увидеть! — Ты прям озвучила мои мысли. Но, думаю, пока никого нет, нам даже проще будет. Что-то мне подсказывает, что сущность именно этого и добивается - хочет нас запугать. «Сущность неразумна, — послышался голос Ангелины. — Исходя из слов того подростка, которого вы встретили, именно воспитатели сейчас представляют для вас основную угрозу. Думаю, они ощущают её желания и воплощают их» Девушки вышли из двери у окна, самой дальней из коридора. Если Ангелина что-то и подмечала, им она об этом не говорила, только продолжала направлять. Подруги направились назад и уже хотели было свернуть на лестницу, но именно в этот момент Зверева вновь подала голос:  «Бегите оттуда!» Он прозвучал настолько резко, что Серафима и Татьяна на миг застыли. Но затем, переглянувшись, опрометью рванули вперёд. — Куда вы? — послышался позади детский голос. — Встречи не должны проходить так… — Не расстраивайся, — послышался второй. — В конце концов, рано или поздно мы их приютим. Они оценят нашу заботу. Серафима и Татьяна пересекли вестибюль, завернули на вторую лестницу и бросились наверх. Сердце гулко стучало в висках, лишь подливая керосина в адреналиновый огонь. Подруги вынырнули на втором этаже и ворвались в первую попавшуюся дверь, закрыв её за собой. Серафима схватила первый попавшийся под руку стул и подперла им ручку. Обе шумно дышали. — Пронесло, — выдохнула Долмацкая, выпрямляясь. — И куда нас занесло? «Прочь отсюда! — закричала Ангелина. — Не носитесь, я не успеваю ничего почувствовать!» Татьяна оторвала взгляд от двери. Они оказались в просторном помещении с однотипными кроватями. Шесть штук были расставлены двумя стройными рядами. И на каждой лежали дети. Все в одной позе, на спине, пялились в потолок и молчали. Татьяна и Серафима так и застыли. Долмацкая медленно потянулась к стулу. И в этот момент все резко сели и с хрустом повернули к ним головы. Серафима отдёрнула стул, но не откинула его, приготовившись отражать атаку, а Татьяна с силой распахнула дверь. На пороге стоял тот же мальчик, которого они встретили вначале. А рядом с ним - высокий брюнет. Сейчас его глаза не отливали знакомым зеленым светом, уступив место непроглядной черноте и трещинам. Но его это нисколько не смущало. На лице застыло безмятежное выражение, а одна из ладоней была насквозь проткнута окровавленным стеклянным осколком. Боль от которого, похоже, тоже парня не заботила. — Никита… — в ужасе прошептала Татьяна. — О, — только и сказал Легостаев, но затем чуть дернул уголками рта. — Так значит, не далекие люди. Вот только что ты здесь делаешь, Таня? Татьяна сжала руки в кулаки. Никита закрыл собой весь проход, отрезав все пути к отступлению. Легостаев посмотрел на Серафиму и бросил взгляд на стул. — А вот ты - порочная. Как и мы. Только от искупления эта деревяшка тебя не спасёт. — Уйди с дороги! — прошипела Серафима. — Я за себя не ручаюсь! — Что же ты мне сделаешь? Твоя сила здесь не сработает. Ты - душа, не слившаяся с нашей природой. Пойдем со мной. — он протянул ей руку. — Матушка проведёт тебе лекцию о том, что перед своим приходом хозяев надо уведомлять о своём визите. Пусть мы и обращаемся с незваными гостями также, как и со зваными. — Никуда я с тобой не пойду! — Я же по-хорошему прошу. А с тобой, — Никита улыбнулся Татьяне леденящей кровь улыбкой. — Мы побеседуем позже. А пока проведи время с нашими воспитанниками. Шорох. Татьяна оглянулась и увидела, что дети вскочили со своих постелей и ломанулись прямо к ней. Пожарская машинально бросилась к двери, но Никита без труда одной рукой толкнул её прямо в детей. В одном его касании девушка ощутила всю его оборотническую силу и оттого рухнула прямо на спину.  Подростки склонились над ней и наперебой засмеялись, закрывая ей обзор. Их смех гремел повсюду. Их почти белые руки хватались за одежду, пытаясь ее порвать, тянули за волосы. Татьяна пыталась отбиться, но оскверненные души оказались куда сильнее обычных детей. Они всем скопом насели на неё, почти обездвижив, и распростерли её руки, намертво пригвоздив их к полу. — У нас новая игрушка! — радовались они. — Воспитатель дал нам поиграть! — Да пошли вы к черту, — процедила Татьяна. — Я в отличие от вас подготовку проходила! Пожарская извернулась и, высвободив одну руку, схватила первого попавшегося ребенка за запястье. И тот неожиданно закричал. Его вопль был насквозь пропитан болью. Его крик подхватили остальные, наполненные страхом. Хватка детей ослабла, и Татьяна сумела освободиться. Подорвавшись на ноги, она обнаружила, что Серафимы в комнате не было, и стрелой вылетела в коридор. Никита одной рукой тащил ее за собой по полу, крепко держа её за волосы. Серафима отчаянно вырывалась, но Легостаев даже не смотрел в её сторону, волоча её за собой, как пушинку. С его-то силой, наверное, она для него таковой и являлась. — Тебе не следовало швыряться в меня стулом и нападать, — произнес он, спокойно идя вперед. — Видишь ли, мое гостеприимство, в отличие от Антона и Валерия, имеет свои границы. А с учётом того, что мы не успели все как следует подготовить ввиду вашего внепланового прихода, я и вовсе не намерен мелочиться… Татьяна бросилась к нему. Услышав её шаги, Никита обернулся, и его лицо исказилось в гримасе удивления. Не теряя ни минуты, Пожарская голыми руками вцепилась в его шею. И теперь-то она поняла, что случилось с теми детьми. Никита издал душераздирающий вопль и, выпустив Серафиму из своей стальной хватки, двумя руками отбросил Татьяну от себя. Пожарская со всей дури врезалась в стену и скатилась по ней вниз. Перед глазами поплыло от столь мощного удара. А крики Никиты не затихали. Кто-то подбежал к Татьяне и силком поднял на ноги. Когда взгляд прояснился, Пожарская увидела перед собой Серафиму с всклокоченными волосами. — Не знаю, что ты сделала, но это подействовало, — выпалила Долмацкая. — Бежим! За её спиной Татьяна увидела Никиту. Тот уже стал только шипеть, а страшный ожог на его шее исцелялся прямо на глазах.  «Бегите в круг! — вдруг раздался голос Ангелины. — Для первого захода информации более, чем достаточно!» Никита утробно зарычал, и девушки сорвались со своих мест к лестнице. Дети - все девять, включая тех, кто находился в другой комнате - вывалились из своих укрытий и хотели преградить им дорогу, но Татьяна крикнула: — Только суньтесь, одним ожогом не отделаетесь! Дети боязливо отступили, и Татьяна поняла - они действительно её испугались. Боялись её, как какого-то паразита, от которого веяло смертью. Пожарскую осенило - возможно, она именно так на них отчего-то и влияла. Как самый настоящий паразит. Но за их спинами вдруг раздался смех: — Ого, Никита, ну нельзя же себе всё веселье прибирать, дай и мне поразвлечься! А то тот охранник так и не вышел, а я уже заскучал. Татьяна и Серафима окаменели. Дети расступились в стороны, а Легостаев, все еще потирая уже целую шею, усмехнулся. — Да тебе и не дать развлечься? Это грех, особенно сейчас. Они твои. Серафима нужна целой, с Таней делай что душе угодно. Но, знаешь ли… Я бы тоже хотел с ней позабавиться. Тимофей Зверев с сияющей от уха до уха улыбкой словно из ниоткуда выплыл из-за спин воспитанников. — Принято, босс! Но свою первую попытку вы исчерпали! «Что вы стоите?! В круг, живее!» Тимофей вскинул руку, и Татьяна дернула Серафиму за собой, скрываясь в лестничном пролёте. В эту же секунду за ними в стену врезался огненный шар, рассыпавшийся множеством золотых искр чуть ли не им на головы. Подруги с криками закрыли волосы, но не сбавили скорости. Оказавшись на первом этаже, они почти сразу увидели знакомый ярко-белый спасательный круг. Перед которым стояло ещё двое. Не обращая внимания на появившихся девушек, они задумчиво смотрели на его границы. Один из них протянул ладонь вперед, и на секунду в воздухе вспыхнул полу-прозрачный белый барьер. Юноша с шипением отдернул руку и потряс ей. — Жжется… — Валерий, а я говорил тебе, что проверять это - плохая затея. Особенно с учётом того, что к нам пожаловала святая. Тебе такое прозвище нравится, Таня? На этих словах Серафима резко дернула Татьяну на пол, а прямо над ними пронеслась огромная черная тень. Антон Василевский и Валерий Сибирцев обернулись к девушкам, а те мастерски перевернулись и отскочили назад, приготовившиеся обороняться от иного врага. По телу твари перед ними ползали тени, полностью скрывая её за своими волнами. Двухметровое чудовище с клыкастой пастью сверкало огненными глазами и било себя по бокам теневым хвостом, а вместе с тенями по нему вспыхивали снопы огненных искр. Антон присвистнул. — Это ж как надо было разозлить Никиту, чтоб он спустил тебя с поводка? Чудовище заклокотало. — Очевидно, ему не нравится, когда кто-то его не слушает, — отозвалось оно глубоким раздвоившимся голосом. — Это исключительно моя привилегия - действовать котенку на нервы. — Развлекайся тогда, раз он разрешил. — фыркнул Валерий. — А мы пока уведомим матушку о происходящем. Боюсь, здесь не обойтись без её вмешательства. И юноши прогулочным шагом пошли к противоположной лестнице. В этот момент изменившийся Огненный волк совершил гигантский прыжок. Татьяна и Серафима вскрикнули, но тот ловко перемахнул через обеих. Девушки подорвались на ноги. — Чёрт, — выругалась Серафима. — Он преградил дорогу! — Сима, — проурчал монстр. — Ты же за мной пришла. Так зачем нам бегать друг от друга? Останься. А с Таней потом разберемся. Она не будет нам угрозой, — Огненный волк облизнулся. — Уж для меня она и сейчас подобной не представляет! Чудовище сжалось и взмыло в воздух. Татьяна в последний момент успела откатиться в сторону, и волк клацнул пастью прямо около её уха. Татьяна вскинула руку, намереваясь коснуться теней. Тени отступили под ее ладонью. Но судя по тому, что Огненный волк даже не дёрнулся, вреда это ему не причинило. Неужели эти тени действовали, как щит?! — Бежим! — воскликнула Серафима. Татьяна подскочила и понеслась было к кругу, но Огненный волк наскочил на неё и повалил на спину. Он склонил к ней голову и разинул клыкастую пасть, но в этот момент Серафима ударила его по морде ногой. Тварь с утробным рычанием чуть отшатнулась, но Татьяне этого хватило. Она сумела выползти и рвануть к кругу вместе с Серафимой. Клац. Десять метров. Он промахнулся. Бег. Прыжок. Он приземлился где-то позади. Снова мимо. Татьяна ускорилась и наконец-то попала в пределы круга. Девушка обрадованно обернулась, но так и застыла. Не мимо. Монстр попал прямо в цель. Серафима лежала на полу, а Огненный волк навис прямо над ней, в паре жалких метров от защитного барьера. Татьяна бросилась было наружу, но неожиданно столкнулась со знакомой полупрозрачной преградой. Только её она не жгла. «Начинаю возвращение» — Нет! — в отчаянии воскликнула Татьяна, начав молотить по барьеру кулаками. «Если ты сейчас выйдешь, то даже я не знаю, что с тобой произойдет при поимке. Однако если ты вернешься, я подготовлю тебя лучше. Тогда ты спасешь не только её, но и всех, кто здесь есть» — Уходи отсюда! — поддержала Ангелину Серафима. — Им нужна я, а не ты! Я… Нет, все мы рассчитываем на тебя! — Да, рассчитываем, — Огненный волк засмеялся и поднял глаза-огни на Татьяну. — Я-то уж точно. Не терпится тебя испытать! — И я, — Татьяна дернулась в сторону и увидела с другой стороны приближающегося Никиту. За его спиной стояли девять оскверненных подростков. — Знаешь ли, то, что ты сделала, было больно, но это простительно. — на его лице заиграла лукавая улыбка, от которой Татьяна похолодела. — Мне любопытно, на что ещё ты способна. — А я просто хочу, чтобы ты тоже тут осталась, — с третьей стороны возник вернувшийся Антон. — Мы обязательно найдём тебе применение. Матушка всем его находит. Кто знает, может, ты поможешь нам всем найти своё искупление? Барьер начал становиться плотнее, постепенно скрывая за собой астральную «Обитель снов». Скрывая пришедших детей, скрывая воспитателей, кошмарное чудовище. Мимо барьера прошел Валерий. А последним, что увидела Татьяна перед ослепительной белой вспышкой, была черная тень, чем-то напоминающая человека и в то же время на него непохожая.