Глава 2. Пробуждение.

— Я точно налил его в кубок Парвати, кто же виноват, что МакДональд его выпила, — в пятый раз повторял Фред, пока они шли по ступенькам, замечая, что лестница перед ними поменяла направление. Бросив свой взгляд вверх, близнецы смогли различить силуэты гриффиндорок, от чего-то остановившиеся на два этажа выше. Коса Парвати промелькнула около крайней лестницы. — Виноват, потому что надо было проследить за… — Тихо, — шикнул Джордж на Фреда, прислушиваясь. Его брат тоже навострил уши. Среди переговаривающихся портретов, они смогли различить голос Парвати. — Ты чего? — обеспокоенно спрашивала она, — Нехорошо? — Давай немного постоим, — тихо и немного запинаясь, сказала Венди, послышался небольшой шум. — Венди! — спина Патил исчезали из поля зрения близнецов, — Мерлин… Помогите! Бросив взгляд друг на друга, близнецы запрыгнули на подлетающую лестницу и быстро миновали несколько этажей, поднимаясь к тупиковому коридору между этажами. Увидев, как на полу сидит Макдональд, откинув голову и спину на стену, они почувствовали, что явно что-то пошло не так. Перепуганная Парвати трясла её за плечи, оглядываясь по сторонам. На её удачу, Уизли подошли быстро, опустившись на корточки. Потрогав её розовеющие щёки, Джордж легонько потряс девушку за плечи. — МакДональд, открой глаза, — попросил Фред, нервно переминая с ноги на ногу рядом и склоняясь к волшебнице. Предчувствуя, что им за это может здорово попасть, он нервно заламывал собственные пальцы. Губы девушки были расслаблены и чуть надуты, что говорило о её — вероятном — обмороке, но при этом она не выглядела бледной или больной, потому что на её щеках алел заметный румянец, которого не было раньше. Опустившись на корточки, Фред подхватил её за затылок, замечая, что голова съезжает в бок. — Чёрт, Амбридж, — тихо шикнула Парвати, свесив голову с лестницы, — На втором этаже. Идет вверх. — Да что ж за вечер, — выругался Джордж, переглядываясь с братом, — Твоя ноша. Тихо и невнятно рыкнув, Фред осторожно приобнял её плечи одной рукой, а другой — подхватил под колени, ловко подняв на руки, словно она не весила свои сто фунтов. Парни быстро свернули в коридор, который все считали тупиковым. Парвати едва ли за ними поспевала, чтобы сообщить об этом, но близнецы внезапно отодвинули гобелен и вошли в нишу, за которой оказалась винтовая лестница. — Тайный проход, — удивленно прошептала гриффиндорка, осматривая каменные стены, — Откуда вы о нём знаете? — Секрет, — подмигнул Джордж, поманив девушку за собой. Его брат шел впереди, переступая через ступеньку, при этом удерживая МакДональд на руках. Поднявшись на нужный этаж, они вышли из-за картины, с которой на них ругался старец, поглаживая рыжего кота на своих коленях. Пройдя через лестничный пролет, они благодарили Мерлина, что большая часть гриффиндорцев сейчас на ужине. Направившись к спальням мальчиков, Парвати замерла: им нельзя туда ходить, но ведь она не может оставить Венди с ними, не зная о её состоянии. Смирившись с этим и плюнув на правила, Патил поднялась наверх, скрывшись с близнецами в самой крайней комнате, дверь которой находилась справа от окна. Джордж зажег свет в их спальне одним взмахом палочки, освещая творческий беспорядок. Не заправленные постели, множество коробок и пергаментов на полу, носок Ли Джордана, свисающий с старинного подсвечника, вкрученного в потолок. На тумбочках близнецов стояло по несколько зелий и пустые чернильницы. Смахнув со своей подушки пижамные штаны, Фред осторожно уложил на кровать Венди, потирая лоб. — И что делать? — он глянул на брата, который достал свой блокнот, что-то вписав, — Не время, Джордж. — Такого в наших записях не было, — он пожал плечами, склоняясь над девушкой вместе с братом. — Вы знаете, что с ней? — недоумевала Парвати, она была неглупой, чтобы не понять очевидного. — Спрошу по-другому, вы замешаны в этом? — Отчасти, — честно признался Джордж, достал палочку и призвав к себе коробку. Он доставал зелье за зельем, чтобы найти хоть что-то, что приведет волшебницу в чувства. — Она будто спит, — заключил Фред, прислушиваясь к дыханию Венди, прижимая ухо к носу, — Это не обморок, это сон. — Сон? — ахнула Парвати, положив свои руки на талию, грозно взирая на близнецов, — Ваше очередное изобретение? Зачем вы дали его ей? — Скажем так, — начал Джордж, вынув одну руку из коробки и взмахнув ей, — Это предназначалось не ей. — А кому? — недоумевала гриффиндорка, готовая что-то кинуть в проказников. — Кое-кому другому, — опередил брата Фред, чтобы тот не сболтнул лишнего. Патил не стоит знать, что это зелье предназначалось ей, но волей судьбы или собственной неудачливости, его выпила МакДональд. — Я спрашиваю, что теперь делать? Как её будить? — настаивала Парвати, нетерпеливо топая ногой, — Может, позвать Помфри? Подойдя к девушке, Джордж заботливо усадил её на свою постель и положил руки на плечи. — Не надо никого звать, Парвати, ладно? Мы это затеяли, мы же и разберемся. Обещаю, — доверия в глазах волшебницы он не видел, но возмущаться она, к счастью перестала. Присев на постель брата, где лежала волшебница, он выудил одно из зелий. — Сон без сноведений, — констатировал Джордж, разглядывая кривоватую надпись. — Чтобы окончательно вырубить её сознание? — с сарказмом спросил Фред, приложив пальцы к шее девушки и улавливая, как спокойно бьется её сердце. — Есть ещё «от головной боли»? — предложил Джордж, достав новый пузырек. — Думаю, это последнее, что её сейчас волнует, — отозвался Уизли, присев на кровать и чуть побив девушку по щекам. Сквозь сон, Венди чуть улыбнулась и чмокнула губами, ей снилось что-то приятное. Немного подумав, Джордж наколдовал стакан воды и выплеснул волшебнице в лицо, намочив ей волосы, край форменной рубашки и подушку. — Ты что делаешь? — Фред подскочил, когда часть капель задели его рукав. Венди продолжала спать, не обращая внимания на стекающие капли с её лица. — Я должен был попробовать, — развел руками Джордж, отставив коробку с готовыми зельями в бок. — Там нет ничего, что хотя бы приблизительно может помочь. Бросившись к их записям, парень начал перебирать пергаменты, нервно отбрасывая в сторону ненужные. Взяв со стула полотенце, Фред осторожно протер лицо волшебницы. Аккуратно приподняв ей голову, он продолжил промакивать каштановые кудряшки, которые едва ли доставали до плеч. Бережно сняв с неё очки и отложив в сторону, волшебник обреченно выдохнул: он был уверен, что они дали ей любовное зелье, но припомнить — какое именно — не удавалось. По его мнению, самое удачное, вызывающее спокойствие и сладостные влюблённые грезы. — Я в одной книжке читала, — голос Парвати раздался в тишине, — Там спящую девушку будили поцелуем. — Чем-чем? — Фред едва ли не решился дара речи, слыша, как рассмеялся его брат, — Это ж сколько человек нам звать сюда, чтоб её целовали? Не думаю, что кто-то согласится. Это же МакДональд. — Не Миджен же, — сквозь смех проговорил рыжий, откладывая очередную стопку пергаментов. — Да что ж ты заладил: Миджен, Миджен, будто влюбился, — Фреду было откровенно не до смеха, он предчувствовал скандал, который мог разразиться вокруг этой истории. В их ближайшем будущем должно было состояться открытие магазина, а получить антирекламу уже сейчас — не входило в их планы. — Кстати, — Джордж внезапно поднялся на ноги, — А может! — Что может? — не понял Фред, устало потирая свой лоб, — Что ты влюбился в Миджен? — Да нет же, — парень шлепнул себя по лбу, — Вероятно, что может сработать. Мы же в это зелье добавляли часть ингредиентов, входящих в «целующее зелье». Вдруг, это один из способов? — Да иди ты… — Я серьезно, — Джордж подошел к брату, — Всё вполне логично. Объект погружается в сон, наполненный сладкими грезами о возлюбленном, а потом он — этот возлюбленный — пробуждает его ото сна желанным поцелуем. Они влюбляются и живут долго и счастливо. Изогнув одну бровь, Фред слушал брата, с каждым словом кривясь всё больше и больше. — Скажи мне, братец Джордж, ты — случайно — головой не бился в последнее время? — он нервно выдохнул, — Потому что иначе не объяснить всю ту хрень, что ты сейчас несешь. — И ничего не хрень, — возмутился парень, обернувшись к волшебнице, — Скажи ему, Парвати. Подняв руки вверх, Патил решила занять нейтральную сторону, находясь в шоке от происходящего и пытаясь собрать все детали этого конструктора в своей голове. — Я ничего не буду говорить, — коротко пояснила она, — Приводите её в чувство, иначе, — тяжелый вздох, — Мне придется пойти к декану. Думаю, профессор Макгонагалл не будет в восторге от того, что ей придется объяснять родителям студентки, почему она находится в беспробудном сне. Суетливо обернувшись к брату, Джордж похлопал его по плечу, кивая в излюбленной манере. — Надо, Фредди, надо, — а потом кивнул в сторону спящей Венди, — Всего один поцелуй. Что мы теряем? — Достоинство? — преположил Фред, косо поглядывая на МакДональд. — Возьми волю в кулак и сделай это, — кивнул он и отступил на шаг. Проклиная всех за столь неудачное зелье, Фред вновь опустился на кровать рядом с Венди. Поцеловать Парвати — это одно. Патил самая красивая девушка на их факультете, и это мнение разделил бы каждый уважающий себя гриффиндорец, но МакДональд… Посмотрев на её лицо без очков, он будто и не узнавал её вовсе. Словно перед ним лежал другой человек. Не то, чтобы это был его первый поцелуй, но всё-таки целовать того, кто тебе никогда не нравился, как-то дико. Сейчас он пытался разглядеть в ней то, что может понравиться. Волосы — брюнетка, кудрявая — не совсем его типаж, ему больше нравятся русые. Рост — маловат, но, в принципе, средний. Телосложение — стандартное, подробнее разглядеть трудно, потому что юбка и рубашка все скрывают, можно только предполагать. Глаза — помнил хорошо, большие, карие, будто у испуганного оленя. А вот губы… Губы — определенно — были красивые. В таком расслабленном виде образовывали форму приплюснутого овала, нижняя губа казалась пухлее верхней, от чего сразу появлялась ассоциация бантика. Красивые, чуть розоватые. С небольшими трещинками от весенних ветров, возможно, она слишком часто их кусала. Разумеется, сейчас речь шла вовсе не о губах, просто он пытался за что-то зацепиться в её внешности. Им здорово влетит за содеянное, если девушка не проснется, а поэтому — все средства хороши. Когда эта глупая затея не сработает, то он отвесит брату смачный подзатыльник. А если сработает… В это Фред не верил. Удерживаясь руками по обе стороны от головы мирно спящей волшебницы, Фред чуть склонился к её лицу. От влажных волос исходил какой-то знакомый аромат, словно из детства, он не мог понять, что именно, но в голове промелькнули глупые кадры пробуждения на рассвете, завтраки в кругу семьи, когда они ловили на руки маленькую Джинни, которая только училась ходить и смеялись, отдавая ей сшитые мамой игрушки. Пахло детством, чистотой, наивностью и теплым летом. Фред не был сентиментальным, но отрицать очевидное не мог. Собрав крупицы собственной воли, он глубоко вдохнул этот аромат и, в следующую секунду, прижался своими губами к губам Венди, закрыв глаза.

***

Несмотря на то, что Лаванда взяла глупое изобретение близнецов, Венди была спокойна. Браун слишком труслива, чтобы кому-то подлить его, да и зачем? На внимание мужского пола она не жаловалась. За этот год МакДональд слышала — по меньшей мере — о трех её парнях, с которыми у неё была любовь «Раз и навсегда». Каждый раз. Они с Парвати уже успели выучить фразы, повторяющиеся с каждым из них: «Таких больше нет», «Со мной никогда такого не было», «Это судьба» и всё в таком духе. На данный момент они просто ожидали её очередную жертву, тихонько посмеиваясь. Лаванда же хмурилась, говоря, что они ей завидуют. В какой-то степени — не исключено. Парвати и Венди не могли похвастаться подобным. Конечно, Патил когда-то ходила на Святочный Бал с Гарри Поттером, но предпочитала это не вспоминать. В случае с МакДональд — было глухой. Она как-то не рвалась искать себе «жертву», а точнее — нет — не так, никто на неё не обращал внимания, даже на Святочный Бал она пошла одна. Постояла, посмотрела, ждала, что один болгарин пригласит её на танец, но тот не говорил по-английски от слова совсем, а потом предпочел пригласить на танец студентку из Шармбатона. Так что, возможно, Браун права, они немного завидовали. — Нужно быть отчаянным, чтобы использовать подобные изобретения, — поднималась по ступенькам Венди, придерживаясь рукой, — Вдруг кому-нибудь навредит? — Не будь так категорична, — поспешила успокоить её Парвати, — В наше время не хватает обычного счастья и смеха. Думаю, поэтому близнецы и стремятся раскрасить серость этих будней. — Призывая подливать кому-то подобные вещи? Нет, Парвати, это нечестно. — Брось, думаю, Лаванда отбросит его в дальний ящик и забудет. — Хотелось бы верить. Поднявшись ещё на один этаж, Венди остановилась около глухого коридора, из которого слабо пробивался свет факелов. В глазах всё подрагивало. Сняв очки и протерев их, волшебница вновь надела их на лицо — ничего не изменилось. В ушах появился глухой шум, а слова Парвати звучали, словно эхо. Сама она плыла перед глазами. — Ты чего? — голос Патил был обеспокоенным, — Нехорошо? — Давай немного постоим, — голос срывался, Венди старалась глубоко дышать, чтобы отогнать наваждение. Может, переела сладких перьев? Вроде, ужинала она тем же, что Патил, странно, что дурно только ей. В теле появилась приятная нега, несмотря на то, что пару секунд назад её пугало собственное состояние. Перед глазами все расплывалось, девушка хотела что-то ответить, но почувствовала спиной опору, постепенно съезжая по стене. Словно сквозь сон она слышала, как кричит её подруга. — Венди! Мерлин… Помогите! Перед глазами появился приятный теплый свет, в котором растворялось тело. Моргая глазами, она пыталась разглядеть хоть что-то. Теплая нега начала рассеиваться, а её взору открылся до боли знакомый белый маяк, гордо возвышающийся на фоне темных волн. Восходящее солнце смешивалось с его светом, приобретая единый оттенок. Ступая по мягкой зеленой траве, Венди двигалась к излюбленному скалистому возвышению, с которого открывался невероятный вид на залив. Волны продолжали разбиваться об острые камни, выбрасывая вверх брызги и белую пену, которая едва ли доставала до края обрыва. Хотелось опустить лицо ниже, чтобы легкий бриз прошелся по горящим щекам, немного остужая их. — Венди, — знакомый голос привлек внимания. Повернувшись к обладателю, девушка удивилась и усмехнулась. Странно было увидеть здесь Уизли, который нервно оттягивал гриффиндорский галстук, пока ветер нещадно теребил края его выправленной белой рубашки. — Не ожидала увидеть тебя здесь, — улыбнулась девушка, пытаясь заправить за уши пряди, которые трепал сильный ветер. Сделав несколько уверенных шагов в сторону гриффиндорки, юноша коснулся её мягких волос, безуспешно пытаясь их пригладить. Ей — почему-то — совершенно не хотелось от него отстраниться. Ладони были теплые, гладили мягко, с заботой и лаской, от чего по телу проходились крупные мурашки. Глаза невольно прикрывались, но когда она их открыла, то с удивлением поняла, что его губы касались её в невесом поцелуе, а волны продолжали биться о скалы за её спиной. Неторопливо распахнув глаза, девушка вглядывалась в мутный красный полог. Она спала? Это был сон. Самый безумный в её жизни сон. Рука сразу же начала ощупывать пространство вокруг себя, пытаясь отыскать очки, но кто-то заботливо надел их на неё. Вглядевшись в силуэт, который обрел очертания, Венди тихо вскрикнула и села, озираясь по сторонам и поправляя собственные очки. Волосы были влажные, как и воротник рубашки. — Ого! А ты не верил, — хлопнул в ладоши один из близнецов, стоящий в центре комнаты, второй же с удивлением смотрел на девушку, сидя на кровати. Бегло оглядев комнату и беспорядок, Венди поняла, что это не спальня девочек. Парвати подошла к кровати, спокойно выдохнув: — Слава Мерлину, — прошептала она, — Ты так меня напугала. — Я? — не поняла Макдональд, вновь осматриваясь, — Почему мы тут? — Это долго объяснять, — честно сказала Парвати. Может, Венди показалось, но в глазах подруги она увидела сожаление. — И не нужно, — быстро подхватил Уизли, сидящий на кровати. Почему-то Макдональд была уверена, что это Фред. Точнее нет, не так, она не сомневалась, что это именно Фред. На парне не было отличительного свитера, он был одет в школьную форму. Волшебник торопливо поднялся на ноги, унося какие-то коробки и пряча их в тумбочку. — Тебе стало нехорошо в коридоре, — сказал Джордж, что-то дописывая в свой блокнот, — Мы принесли тебя сюда. — И теперь ты можешь идти, раз тебе лучше, — Фред даже не повернулся, когда сказал это. Какое-то странное ощущение царапнуло девушку изнутри, она поджала собственные губы, но быстро кивнула, взяв Парвати под локоть и направляясь в сторону двери, но у самого порога остановилась, обращаясь к близнецам: — Спокойной ночи, Джордж, — а потом — к другому, который стоял недалеко от тумбочки и как раз обернулся, — Спокойной ночи, Фред. С этими словами гриффиндорки вышли из комнаты, оставив проказников Уизли позади. Потерев макушку пальцами, Джордж повернулся к брату: — Она назвала нас по имени… — И даже не ошиблась, — ошарашенно закончил Фред, подходя к брату и заглядывая в блокнот, — Оно работает? — Более чем, — подтвердил второй Уизли, с улыбкой закивав. — И что же будет дальше? — Думаю, мы скоро узнаем, — довольно заулыбался Джордж, а потом обратился к брату, — Ну, и как тебе, целовать Венди МакДональд? — У тебя зубы лишние? — Шутка! — он помедлил, пока брат отходил обратно к кровати, — Или нет? Влажная подушка прилетела четко в довольную физиономию Джорджа Уизли, так и не стерев улыбку с его лица.