Глава 8

Эйгон смотрел на Рейниру торжествующе и плотоядно. Наверняка уверен, что разгадал её план: тайком наблюдать за кумиром и фотографировать его для соцсетей или, упаси боже, личного пользования. Что ж, она не собиралась его в этом разубеждать. — Мне очень стыдно, — пробормотала девушка, пытаясь собраться и не сфальшивить. Но она и в самом деле не знала куда деть глаза от неловкости. — Я не хотела вам помешать. — Что ты, милая, ты не помешала! — Актёр опустился на соседний стул и развязно положил руку Рейнире на плечо. Снова. Ей пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не сбросить с себя его ладонь. — Я даже польщён. Знаешь, в этом месте я уже давно всех знаю, и новички тут появляются нечасто. Ещё бы, с такими ценами! Так что твоё появление, можно сказать, озарило мой день. — Вы заставляете меня краснеть. — А мне нравится, когда девушки краснеют. Румянец — очень милая черта. Эйгон махнул официанту за стойкой, сделав, очевидно, привычный заказ. Тот кивнул и начал смешивать какой-то напиток, но внимание Санфайра уже переключилось обратно на девушку. Она действительно покраснела. От смущения, жуткой неуместности происходящего и большой злости на себя: как можно было быть такой невнимательной?! Деймон бы убил её на месте, если бы увидел сейчас. — Так как тебя зовут, милая? — спросил актёр. Свободную ладонь он небрежно запустил во вьющиеся волосы и поднял подбородок, красуясь. А этот парень знает, какая у его лица рабочая сторона, подумала Рейнира. Чтобы не пялиться на него как испуганный зверёк, она ответила: — Дженни. — Дженни... — медленно повторил тот. Его большой палец провёл линию от её плеча до шеи и уткнулся в подбородок: она вся сжалась. — Расслабься, Дженни. Ты же получила то, чего хотела, верно? И даже больше. Вот он я здесь, перед тобой. И ты можешь говорить со мной о чём угодно. — И о чём я могу поговорить со знаменитостью? Вы... так далеки от простых людей. — Но и ты не простая. Иначе как бы ты оказалась в фитнес-клубе, где плата за абонемент составляет чей-то месячный заработок? — Не настолько уж она велика, — неловко возразила Рейнира. — Разве что речь идёт о зарплате уборщицы... Эйгон усмехнулся. Его рука так и не собиралась никуда деваться с её плеча, а большой палец продолжал небрежно поглаживать девичий подбородок. Прикосновение это ощущалось чужеродным и неестественным. Она всё ещё не понимала, зачем его терпит. Ради расследования? А что за расследование-то? — Расскажи мне о себе, Дженни. — Я не знаю, что сказать. — Нет, знаешь. Уверен, ты не один раз представляла этот момент и нашу встречу. И я не собираюсь никуда уходить. Поговори со мной обо всём, Дженни. Рейнира чуть не задохнулась от такой наглости, но сдержалась и, шумно втянув носом воздух — пряный пот, цитрус, резкий одеколон, — постаралась расслабиться. Хорошо. Всё хорошо. Она выйдет победительницей даже из этой ситуации и, может, ещё посчитает, что всё к лучшему. Вот он, Эйгон. На серебряном блюде. — Ну, я учусь в колледже, — смущённо улыбнувшись, начала она, — в Речных землях. Но сейчас каникулы, и я приехала к друзьям посмотреть фестиваль. Я живу с подругой, она отдала мне свободную комнату. Я... я никогда не думала, что встречу вас вот так, лицом к лицу. Последние слова Рейнира благоговейно выдохнула, стараясь, чтобы в её голубых глазах сиял восторг, а не страх перед прицепившимся к ней незнакомцем. Да, тот факт, что она за ним следила, больше ничего не значил. — Я смотрела все ваши фильмы, — продолжила она. — И, конечно, знала, что вы будете в городе, но я и не из тех, кому везёт на встречи со знаменитостями. Я не смогла попасть на открытие или на любое другое событие, мелькавшее в прессе. Пришлось умолять отца заплатить за абонемент хотя бы на месяц, чтобы... Она спрятала лицо в ладонях, будто бы от стыда. На самом деле это была попытка сбросить резким движением ладонь Санфайра со своего плеча. Увы, он решил взять её за руки. Обхватив её оба запястья, актёр медленно отвёл ладони Рейниры от лица. В глазах его была нежность, но она им не верила и не могла отвязаться от мысли, что Эйгон подбирает таких вот девчонок, как она, каждую неделю по десять штук. Наверняка так и было. И это его выражение лица — стандартная маска, как и те, что хранились в арсенале самой Рейниры. — И ты добилась своего, — мягко сказал парень. Тон его был покровительственным. — А значит, деньги твоего отца не пропали даром. И я очень рад этому знакомству, Дженни. Думаю, в каком-то смысле сама судьба свела нас сегодня. — Правда? — Мой день не задался с самого утра, если честно. Я вынужден ежедневно ругаться со своими менеджерами, агентами и адвокатами, которым всегда от меня что-то нужно. Только мои телохранители дают мне побыть в тишине, — усмехнулся Эйгон. — Я прихожу сюда, чтобы выплеснуть эмоции через спорт. Но это тоже не самая приятная часть моего расписания, знаешь. Рейнира кивнула. — Поэтому я стараюсь замечать любые хорошие мелочи. Солнце, светящее в окна. Музыку, играющую по радио. Порой я и сам не знаю, что скрасит мой день. И вот сегодня... я увидел тебя. — Значит, это всё мимолётно? — спросила девушка, отчасти надеясь на утвердительный ответ. Но, конечно, так повезти ей не могло. Эйгон взял её ладони в свои и мягко сжал. Они у него были тёплыми и мозолистыми — так она вспомнила, что он вообще-то только что с тренировки, где тягал штангу. Удивительно, но весь остальной вид актёра — умиротворённый, почти мечтательный — совсем об этом не говорил. Действительно хорош в своём ремесле, видимо. — Вовсе нет. Я запоминаю каждую встречу со своими поклонниками. Они все очень важны для меня. И я сомневаюсь, что смогу когда-то забыть твоё лицо, Дженни, ибо оно прекрасно. К её горлу подступила тошнота. Пришлось снова играть в смущение, и Рейнира потупила взгляд. Со стороны она наверняка выглядела крайне польщённой. — Спасибо. Не могу поверить, что это происходит на самом деле. — О, это происходит, — широко улыбнулся Эйгон и, протянув руку, повернул её лицо к себе. Девушка подавила желание укусить его за пальцы. — И я хочу, чтобы ты запомнила каждое мгновение. — Безумие какое-то, — выдохнула она. — Мы можем пойти ещё дальше. — То есть? — Ты можешь дать мне свой номер. Рейнира широко распахнула глаза от удивления — хотя чему тут можно было удивляться? В голове у неё запестрил водоворот мыслей, половина из которых почему-то звучала исключительно в формате крика. Нельзя! Ну уж нет! Нельзя допускать номер Санфайра в её список контактов, состоящий только из Гаррольда, Джеса и Люка — её друзей — и Блэка, её работодателя. Что это вообще за бред? Конечно, Эйгону она так сказать не могла. — Я... — начала девушка, не представляя, как закончить фразу. — Я не знаю... — Что? — удивился актёр. Он погладил её по щеке и задержал ладонь на мягкой коже, настойчиво заглядывая Рейнире в глаза. Вид у него был уверенным, а влияние — почти сверхъестественным. Его голубые глаза смотрели не отрываясь. — Ты же этого хочешь. — Наверное, — рассеянно выдохнула она, потому что любой другой ответ прозвучал бы неискренне. Инстинкты вопили бросать всё и бежать — но она сидела на месте. Поджала ноги под барный стул, вцепилась руками в его сиденье и глядела Санфайру в глаза, как гипнотизируемый удавом кролик. — Дай мне свой телефон. Неловкими пальцами она вытащила тот из кармана и, открыв список контактов, протянула Эйгону. Актёр с очаровательной улыбкой, будто между ними и не было этого странного напряжения секунду назад, вытащил мобильный из её пальцев. Забил в память свой номер. А затем позвонил себе с её телефона. Никакая мелодия не заиграла: мобильный парня, лежащий на стойке бара, даже не отреагировал на этот звонок — но Санфайр удовлетворённо кивнул. Вернул ей телефон. — Вот и всё, — довольно прокомментировал он. — Теперь мы всегда будем на расстоянии звонка, и тебе не придётся мечтать о том, как бы меня встретить. Поверь мне, я и не мечтаю, подумала Рейнира. Но благодарно улыбнулась в ответ. Только когда она уже уходила из кафетерия, оставляя Санфайра наедине с его свежеприготовленным протеиновым коктейлем, в голове у неё возник первый действительно здравый вопрос. Вопрос, который был достоин помощницы детектива. А что, если у Эйгона два телефона?

***

На улицах столицы уже зажглись фонари, когда Рейнира подъехала к дому Блэка. В окнах детектива тоже горел свет. Она могла видеть мужской силуэт, мелькающий за щелями жалюзи: Деймон ходил по своему офису, очевидно чем-то занятый. Ну, или ей хотелось так думать. Почему-то сейчас, несколько часов спустя, девушка начала испытывать робость перед этим человеком и их грядущей встречей. Что он ей скажет? Что она его разочаровала? Что у неё ветер в голове? Как будто он и так этого не знал. Кусая сухие губы, Рейнира оставила свой велосипед у окна и постаралась сделать это максимально громко. Пусть знает, что она приехала. Всё как договаривались, всё честно. Фигура за жалюзи, подсвеченными тёплым светом из офиса, замерла. Рейнира не видела его глаз, но знала, что он смотрит на неё — другую такую же тень за окном. Они смотрели друг на друга. Деймон направился в сторону двери, и девушка, сделав глубокий вдох, двинулась ему навстречу. Они встретились на пороге. Рейнира резко выдохнула, увидев лицо детектива: на нём не было живого места. Ссадины на носу и лбу, багровая синева под правым глазом и на скуле — его явно избили, причём жестоко. Но Блэк, очевидно, не собирался делиться подробностями. Смерив девушку долгим взглядом с головы до ног, он молча пропустил её внутрь. Так же молча прошёл за ней в офис. Закрыл дверь. Вечером, с зажжённым светом, внутри было гораздо уютнее, чем днём, и Рейнира пожалела, что момент совсем не подходящий для того, чтобы просто спокойно поговорить или выпить по чашке чая. Она бы не отказалась. Но взгляд Деймона прожигал ей спину, и его побитый вид тоже не располагал к милой беседе. Ну и ладно. — Я принесла снимки, что ты хотел, — начала Рейнира. Она достала из сумки телефон и повернулась к детективу. Засунув руки в карманы брюк, он молчал. Едва взглянул на её телефон. — Но, знаешь, я могла просто переслать их тебе. Тишина. — Там Эйгон у входа в фитнес-клуб, Эйгон со своим охранником, с тренером, с гантелями, на тренажёрах... Хорошая коллекция, если у тебя фетиш на спорт. — Кем ты меня считаешь? — точно не слыша её, вдруг спросил Деймон. — В смысле? — Ты называла меня кудесником. Таким ты меня считаешь? Тем, кто будет решать все твои проблемы и исполнять желания? Рейнира смутилась. Она опустила телефон и неловко положила его на стол детектива. Странный холодный тон, которым Блэк с ней разговаривал, неприятно забрался под её кожу мурашками и горечью. — Ты злишься, я понимаю, — медленно сказала девушка. Её подбородок так и стремился прижаться к груди, а плечи — испуганно сжаться, но она боролась с собой. Стиснула кулаки. — Но я делала то, что было нужно. То, о чём ты меня попросил. — Я просил тебя заходить в клуб? Рисковать столкнуться лицом к лицу с Санфайром? Разыгрывать очередной спектакль и светиться перед десятком людей, которые могли тебя запомнить? Не говоря уже о том, что для этого ты выманила у меня ещё больше денег! — Мог просто не давать! — вспыхнула Рейнира, выпрямившись. — Мог. И, пожалуй, мне следовало это сделать. — Деймон шагнул к ней, также сжав кулаки. Брови его нахмурились, на побитом лице застыла маска злости — и разочарования. Конечно, разочарования. — Выставить тебя идиоткой и позволить выгнать тебя из клуба. Это был бы хороший урок после всех твоих проделок. — Тогда почему ты так не сделал? — Рейнира! — зарычал Блэк. Он вскинул руку, точно собираясь схватиться за голову в приступе боли, но в итоге только устало махнул ей. — Ты считаешь себя очень умной, я понимаю. Но в местах, как это... Боже, через них ежедневно проходят десятки знаменитостей — и ты думаешь, что там нет повсюду камер? Думаешь, такие, как ты, не вызывают немедленное подозрение, когда пытаются пробраться внутрь без абонемента? — Такие, как я? — звенящим голосом переспросила девушка. Она прекрасно понимала, о чём он говорил, но интонация, с которой он произнёс эти слова, вдруг задела её. — Какие, например? — Я сейчас не об этом! — А я об этом! А кем ты меня считаешь? Внезапно её глаза заволокло пеленой не то слёз, не то злости. Она и сама не смогла бы сказать почему, ведь в её жизненном положении не было тайны — и от Деймона она ничего не скрывала. О ней всё можно было рассказать с первого взгляда, достаточно только внимательно смотреть. — Ты бродяжка, которая попыталась пролезть в клуб к богатым. Так и есть, не правда ли? — жестко ответил он. Рейнира поджала губы, стараясь не прослезиться от обиды. Она понятия не имела, откуда в ней вдруг взялись эти детские чувства. Не знала и не хотела знать. — Я больше, чем это, — только и смогла выдохнуть она. — Но это не значит, что я вру. Шмыгнув носом и сморгнув пелену с глаз, Рейнира раздражённо дёрнула плечами. — Ну так в чём суть? — Ты рисковала собой. Рисковала гораздо сильнее, чем я бы когда-либо тебя попросил. А я не хочу платить за все твои выходки — и речь уже не только о деньгах. Ты понимаешь меня? — Я поняла, — процедила та. — Ты закончил? — Вопрос в том, закончила ли ты. Перед глазами девушки встали кадры из событий, что произошли ранее днём. Насмешливый и уверенный взгляд Эйгона Санфайра. Его тёплая рука на её подбородке, щеке, шее. Ощущение липкой западни — и номер его телефона, который теперь хранился в памяти её телефона и напоминал тикающую бомбу. Рейнира зашла гораздо дальше чем следовало. Это было самое начало её работы — и она уже всё испортила. — Хорошо, — тихо сказала она. — Ты прав. Деймон вздохнул. — Я не хочу на тебя кричать. — Ты и не кричал. — Ты знаешь, о чём я. Рейнира горько усмехнулась, расстроенная тем, как быстро и уродливо развернулся разговор этим вечером. Она тоже не так представляла себе их совместную детективную работу. По правде говоря, сотрудничество никогда не было её коньком, не считая редких вылазок за наживой вместе с Джейсом и Люком. — Так что, ты всё ещё хочешь со мной работать? — спросила она. — Я не собираюсь так просто от тебя отказываться. Ты — очень ценный ресурс, Рейнира. Девушка невольно улыбнулась. Взглянула на Деймона из-под опущенных ресниц. Он по-прежнему выглядел очень уставшим, но смотрел уже без раздражения — и явно старался казаться менее устрашающим на фоне своей невысокой и хрупкой помощницы. — Я же бродяжка. — Одно не исключает другого. Рейнира снова не сдержала улыбки, чувствуя, что твёрдый, колючий лёд между ними наконец начинает таять. Ей захотелось сделать шаг к Блэку, хоть какой-то. Между ними был где-то метр, но ощущался он куда длиннее. — Тебе бы лучше сесть куда-нибудь, — вместо этого сказала она, — а то выглядишь так, будто сейчас свалишься с ног. — Я не собираюсь... А, к чёрту, не буду спорить, — вздохнул Деймон. Мужчина прошёл к своему столу и, опустившись на один из стульев для гостей, откинулся на жёсткую спинку. Вытянул длинные ноги, шумно выдохнул. И Рейнира вдруг осознала, что наблюдаемыми ею синяками и ссадинами ущерб не ограничивается. Ему было больно. Наверняка под его одеждой, где рёбра, сейчас расцветали ещё несколько пурпурных гематом. Она невольно протянула к нему руку, но тут же опустила её. — Кто это тебя так? — Это неважно. — Из-за дела? В смысле ты что-то расследовал? — Нет, это личное. Выпускал пар. — Не видно, чтобы тебе стало легче. — На самом деле, — хмыкнул Деймон, — стало. И довольно-таки сильно. А вся эта краска сойдёт за несколько дней. — А я думала, что ты выше всех этих тестостероновых историй, — усмехнулась Рейнира, хотя ей по-прежнему было не слишком весело. Она обеспокоенно и даже несколько придирчиво рассматривала его красивое, скульптурное лицо. Длинная ссадина на лбу Блэка начинала кровоточить. А подбитый правый глаз постоянно щурился, желая закрыться. Тоже мне плохой парень нашёлся, подумала она, ощущая в душе странную смесь волнения и сострадания. И зачем только ему понадобилось драться? Выпустить пар, серьёзно? Впрочем, она не отрицала возможность того, что детектив ей соврал. У него всё ещё не было резона говорить ей правду. Как и у неё — ему. — Тебе бы прилечь, — предложила Рейнира. Голос её стал твёрже. — Сначала поесть, потом закинуться какими-нибудь хорошими обезболивающими — и лечь спать. Не думаю, что с видом и самочувствием монстра Франкенштейна ты сможешь трезво работать. Тем более оценивать те чрезвычайно информативные и крутые фотки Санфайра, что я принесла. Деймон усмехнулся — даже почти засмеялся — но быстро остановился, поморщившись. Точно в рёбрах дело. Оглядывая офис в поисках пачки бумажных салфеток, Рейнира сказала: — Ты же был у доктора, верно? Деймон закатил глаза. Он держался за бок, куда его, очевидно, сильно ударили, и старался не шевелиться. Сквозь серую рубашку не было видно синяков, но Рейнире это не мешало: воображение у неё всегда было хорошо развито. — Деймон? — Это всего лишь драка в переулке, Рейнира, я выживу. — Уверена, многие умирали от внутреннего кровотечения, как только произносили эти слова. Она наконец нашла пачку платков — на этот раз та стояла на книжной полке, втиснутая на самый край, поближе к старой красной книжке по криминологии. Девушка вытащила из пачки пару платков, бросила их на стол перед Деймоном. — Где у тебя аптечка? — Что ты хочешь сделать? — спросил Блэк, провожая каждое её действие насмешливым взглядом. — У тебя на лбу кровь. Ты что, не чувствуешь? Он потянулся было к ссадине пальцами, но Рейнира подскочила к нему и перехватила его руку. А затем, смутившись, быстро отпустила её. — Не трогай. Где у тебя аптечка? — На кухне, в шкафчике над кофеваркой. — Там есть пластыри? Что-нибудь, чтобы обеззаразить рану? — Должно быть. — Значит, я за ней схожу, а ты сиди здесь и не дёргайся. Не хватало ещё, чтоб занёс через порез инфекцию. Деймон ничего не ответил, только молча смотрел на неё. Взгляд его потеплел, и, хотя она видела в нём снисходительность, детектив явно больше не собирался с ней спорить. Вот и правильно. Рейнира принесла из кухни аптечку — там, в соседней комнате, уже стало совсем темно: на город опустился густой синий вечер. Через приоткрытые окна внутрь струилась прохлада. Хороший воздух, свежий и чистый. Девушка вымыла руки и снова встала перед мужчиной. Сидя на стуле, он смотрел на неё снизу вверх. Редкая для них разница в росте, подумала Рейнира, и ей это понравилось. На её губах замаячила удовлетворённая улыбка. Деймон, кажется, даже ответил на неё: уголки его рта слабо дёрнулись. Наконец-то двое в офисе перестали искать причины для споров и сосредоточились на общей проблеме, пускай и не детективного порядка. Рейнира смочила бумажный платок антисептическим раствором и осторожно коснулась лба Блэка. Платок впитал кровь — её, к счастью, оказалось немного. — Надеюсь, не придётся зашивать, — пробормотала Рейнира. Она бережно промокнула ссадину, очищая её. Деймон покорно молчал, глядя на неё долгим взглядом и почти не моргая. Но её это не напрягало. Она осторожно погладила платком кожу вокруг ссадины, стирая остатки уже высохшей крови. Потянулась за пластырем, лежащем на столе. Её пальцы не сразу нашли его, но Деймон вытянул руку и придвинул пластырь прямо к ней. На секунду их руки соприкоснулись — и Рейнира уже не отдёрнула свою. — Спасибо, — просто сказала она. Ловко отклеив бумажную часть, она приложила пластырь к ссадине на лбу детектива. Осторожно разгладила уголки. И, напоследок придирчиво оглядев результат своих трудов, отступила. — Хорошо? — спросил Деймон. Ему было трудно сдержать улыбку, но он и не думал всерьёз насмехаться над своей помощницей — она это чувствовала, а потому не обижалась. — Хорошо. — Тогда и тебе спасибо. — Всегда пожалуйста. Постарайся больше не ввязываться в драки, которые так портят твоё лицо. Клиентки будут несчастливы, — пошутила Рейнира. — Ну, если это ради клиенток, то я обещаю быть осторожным. Как думаешь, могу я ожидать от тебя того же? — Деймон приподнял бровь. С пластырем над ней он почему-то выглядел ещё харизматичнее, чем обычно. Девушка на мгновение замялась, но затем кивнула. — Я обещаю не лезть на рожон. — Значит, договорились. Хочешь чаю? Или поесть? Вряд ли в том фитнес-клубе кормят чем-то, кроме птичьей еды: одни только злаки да семена. — Хочу, — согласилась Рейнира. Блэк поднялся со своего места и, мягко взглянув на неё в последний раз, направился на кухню. Там загорелся свет, мужчина включил чайник. Слушая шум открывающихся шкафов и холодильника, звон тарелок и тихий свист — это Деймон уже расслабленно насвистывал какую-то мелодию, девушка чувствовала себя странно. Ей было хорошо — так хорошо, как давно не бывало. Точно металлический груз, примотанный к плечам, наконец отцепился и упал в бездну. А с другой стороны... Номер Санфайра всё ещё числился в её контактах. И как будто его одного было недостаточно, перед уходом из клуба актёр предложил ей сделать с ним селфи. Рейнира удалила его, как только вышла на улицу, но оно до сих пор стояло у неё перед глазами. Его рука, закинутая на её плечи в полуобъятии. Их светловолосые головы, склонённые друг к другу. Самодовольная улыбка актёра в камеру — и девушка, застигнутая врасплох. Груз, может быть, и упал в бездну. Но его последняя колючая проволока, кажется, зацепилась за что-то внутри Рейниры и теперь тянула её вниз. За собой. В неизвестную и настораживающую темноту.