Глава 9

Деймон не спускал с неё глаз всю оставшуюся неделю. Взгляд его то и дело обращался к телефону, где в постоянно открытом приложении отображалось местонахождение его велосипеда — а значит, и Рейниры. Скорее всего. Он не исключал сценария, в котором девушка оставляла велосипед и исчезала, чтобы заняться своими мутными делами где-то в другом месте. Пусть так. Главное, что в нужные часы маячок неизменно показывал, что Рейнира прибыла на место слежки и не покидала его, пока на телефон Деймона не приходили свежие фотографии Санфайра. Казалось, она работала честно. И всё же Блэк жалел, что не подкинул маячок ей в сумку — вместе с жучком для прослушки. Конечно, он мог взломать её телефон... Но что-то подсказывало ему, что уж Рейнира, в отличие от Эйгона, заметит вмешательство в свой мобильный. Да и, в конце концов, разве не должны они доверять друг другу? Если бы всё было так просто. В свободное от мыслей о своей юной помощнице время Деймона занимало другое: он продолжал собирать досье на Санфайра. Снова связался с двумя девушками, пережившими домогательства со стороны актёра. Одна из них жила в Королевской Гавани, так что он смог увидеться с ней лично. Она встретила его с подозрением. У неё были длинные русые волосы, хрупкое телосложение и глаза испуганного оленёнка — точь-в-точь Диана, а значит, у парня был типаж. Эйгон не походил на силача, несмотря на еженедельные походы в фитнес-клуб, и логично выбирал для приставаний девушек, которые едва бы смогли оказать сопротивление. Всё это Деймон рассказал своей новой знакомой, когда они сидели за столиком в маленьком кафе. Голос его был спокоен, доводы — неоспоримы. Для получения видео и аудио от пострадавшей он в красках нарисовал ей картину настоящего, где за любым углом таких же невинных девушек ждала опасность. Ждал Эйгон. Или десятки подобных ему. Разве не лучше ли будет обличить хотя бы одного? Так у Деймона появились ещё более весомые доказательства — уже не просто скриншоты переписок из интернета, где кто угодно мог говорить что угодно. Но и этого было мало. Кроме Дианы, из найденных детективом девушек изнасилована была только Мира, и её слова вкупе с её голосом, хотя бы записанным на диктофон, могли изменить многое. Деймон не собирался так просто бросать эту возможность. Он нашёл Миру. Конечно, нашёл. Так что, когда в субботу ему позвонила Рейнира и попросила о выходном в воскресенье, мужчина уже знал, что ей ответить. Тем вечером он ужинал с Мисарией, которая пришла его навестить. Они ели спагетти с томатным соусом и базиликом — самое приличное, что нашлось на кухне, когда подруга Деймона незапланированно появилась на пороге. — Пришла вытащить тебя из твоей берлоги, — сказала Мисария. На ней был кремовый пиджак и узкое чёрное платье. Шпильки громко стучали по линолеуму, когда она расхаживала перед столом Деймона, ожидая, когда он закончит работать. Но он не закончил. И смог предложить ей только переместиться на кухню и составить ему компанию во время перерыва. Тогда и позвонила Рейнира. — Ты обещал мне выходные, — сказала она. Фоном для её голоса были крики чаек и шум залива. — Я работала на тебя всю неделю. Как насчёт завтра? — Верно, я обещал, — подтвердил Деймон, откинувшись на спинку кухонного стула. Мисария напротив накручивала спагетти на вилку и, наклонив голову вбок, наблюдала за ним. — Но ты тоже мне кое-что обещала и уже успела нарушить это обещание, верно? — Я думала, что мы с этим разобрались, — недовольно протянула девушка. — Почти. Мне понадобится от тебя ещё одна услуга, и тогда мы с чистой совестью сможем перелистнуть эту страницу и работать, как договаривались. — Что за услуга? — Завтра утром будь у офиса в десять: нам предстоит небольшая поездка. К вечеру вернёмся. — Куда мы поедем? — Всё узнаешь завтра. Так что, тебя это устроит? — А у меня есть выбор? — сварливо спросила Рейнира. — Я думал, у тебя всегда есть выбор, — приподнял бровь Деймон, — и я тебе не указ. Это всего лишь предложение. — Хватит дразнить девочку! — осадила его Мисария. С её острым слухом она ясно слышала не только ответы Деймона, но и все слова Рейниры. — Ты не один? — тут же спросила его помощница, уловив чужой голос. — С кем ты там? — Не помню, чтобы тебя это касалось, Рейнира, — ответил мужчина. — Встречаемся завтра в десять у входа в офис. Будь готова, что нам предстоит ехать два часа только в одну сторону. — А как же слова про мой выбор? — Я пошутил. У тебя его нет. Мисария напротив закатила глаза и прокомментировала: — Ты жестокий чёрт. — Не знаю, что за женщина это сказала, но она права! — заявила Рейнира, но затем вздохнула: — Хорошо. Я признаю свою вину и поеду с тобой на задание. Надеюсь, ты доволен. — Пока я тебе плачу, довольной должна быть ты. Спокойной ночи, Рейнира. — Ещё только девять! — Я знаю, — улыбнулся Деймон, наслаждаясь тем, как легко можно было раздразнить эту дерзкую, но такую чувствительную девчонку. Отчасти она это заслужила. Ночь он провёл не один: Мисария осталась у него. Её присутствие неплохо отвлекало Блэка от всего плохого, что вертелось в голове в последние дни: дело Санфайра, манипуляции его жертвами, кипящее внутри недовольство и вполне осязаемая боль — это тело медленно оправлялось после той самой драки. Синяки постепенно желтели, кровоподтёки уходили. Он даже немного жалел об этом: отметины на коже и физическая боль удерживали его от желания ввязаться в новую драку и напоминали о том, что наказать кого-то вполне реально. Не словами, не компроматом, а кулаками по морде — и в любое время. Приятное чувство. С тех пор как он стал детективом и переключился на уничтожение противников без помощи рук... Порой ему требовалось напомнить себе, что есть и другой путь. Рано утром сон покинул Деймона ещё до будильника. Оставив спящую Мисарию в постели, он направился в душ. Затем зашёл на кухню и заварил себе кофе. Голый по пояс, с расплывчатыми следами синяков на рёбрах, он стоял у плиты с кружкой в руках и, лениво щурясь, смотрел на солнечные лучи, косо падающие на пол сквозь окна. В душе поднималось хорошее предчувствие. Наверное, так чувствуют себя писатели и художники, когда перестают вымучивать из себя вдохновение и наконец понимают, что оно явилось к ним само, подумал он. А детективы — в дни, как этот, они чуют потенциал. Хотелось верить. Позавтракав вчерашней пастой, Деймон вернулся в спальню, чтобы переодеться. Раннее солнце нежно освещало серо-голубую комнату, ложилось на смятые простыни, играло бликами в чёрных волосах Мисарии. Она потянулась и перевернулась на спину, прикрыв ладонью глаза. — Который час? — Девять. Можешь проваляться хоть до полудня, но имей в виду, что через час я уезжаю. — Ах да, это твоё путешествие с малышкой-детективом, — вспомнила женщина. — Всё ещё не хочешь рассказать, что за дело ты ведёшь? — Ты знаешь, что это против правил. — Как скажешь. А что за игру ты ведёшь? Деймон, накинувший на плечи свежую белую рубашку, замер. Повернулся к постели, вопросительно подняв брови. — Не понимаю, о чём ты, — невинно произнёс он, хотя отчасти — интересно почему? — ему вдруг показалось, что он прекрасно понимает суть вопроса. — Девочка. Рейнира, верно? В какую игру ты с ней играешь? Ты и раньше пользовался помощью уличной шпаны, даже подростков, но она — с чего вдруг такое тесное сотрудничество? Почему всё выглядит так, будто эта девчонка — котёнок, которого тебе отчаянно захотелось подобрать? — Она ловка и может принести пользу для дела, — холодно ответил Деймон. Он застегнул рубашку, поправил воротник. — А я открыт к экспериментам. — Как трогательно. — Что в этом трогательного? — То, как ты её защищаешь, сам того не замечая. Или защищаешь себя, я не знаю, — усмехнулась Мисария. Она села на постели. Медленно потянулась, демонстрируя Блэку красивую обнажённую спину. — Знаешь, я, пожалуй, задержусь до её прихода. Хочу внимательнее посмотреть на эту девочку. — Не знаю, что ты себе придумала, — фыркнул Деймон, — но поступай как знаешь. Завтрак на кухне, разогреешь сама. До десяти он успел сходить в продуктовую лавку недалеко от дома и купить перекус в дорогу: пару бутылок сока, свежие абрикосовые слойки и немного диетических батончиков, которые могли бы проваляться в бардачке автомобиля полгода и не испортиться. Ничего особенного. Однако Рейнире, чем бы она ни подкрепилась с утра, наверняка не помешало бы немного углеводов. Доставая всё это на глазах у Мисарии, Деймон не мог не чувствовать себя чересчур заботливым. Он и вправду не был обязан кормить свою помощницу. Он не был ей должен ничего, кроме зарплаты. И всё же. Жалюзи на окнах Блэк поднял ещё рано утром, как только проснулся, и теперь офис щедро освещало пока ещё не жаркое солнце, подсвечивая каждую плавающую в воздухе пылинку. В воздухе пахло выпечкой из магазина. Тикали часы. Они тикали всё громче и громче, пока наконец без пятнадцати десять за окном не мелькнул знакомый светловолосый силуэт. Рейнира остановилась, глядя на Деймона через стекло. Помахала ему рукой — но это было не приветствие, а скорее, раздражённый жест, мол, вот я здесь, как ты и хотел. Мужчина довольно улыбнулся. Звякнув ключами от автомобиля в руке, он окликнул Мисарию, всё ещё сидевшую на кухне: — Я ухожу! Заскрипел отодвигаемый стул, застучали каблуки. Лёгкой походкой женщина вошла в офис и остановилась рядом с детективом. Тоже посмотрела в окно. Оттуда на них продолжала смотреть Рейнира, спрятав руки в карманы своих джинсовых шорт и насупившись, как обиженный ребёнок. Мисария улыбнулась. — А она и вправду очаровательна. — Не дразни её, — хмыкнул Деймон и потянул подругу за собой к выходу. — Нам пора. Когда они вдвоём вышли из здания, Рейнира не сдвинулась с места. Она всё так же стояла у окна, рядом со своим новым велосипедом, и придирчиво рассматривала парочку. От Деймона не укрылось, что её взгляд задержался на его руке, придерживающей Мисарию за талию. — Доброе утро, — поприветствовал он помощницу. — Надеюсь, ты выспалась, потому что в дороге мне потребуется многое тебе объяснить о сегодняшнем задании. — Как прикажете, сэр, — протянула девушка. — Полагаю, это то, что ты хочешь от меня слышать? — Ты абсолютно права. Он повернулся к женщине рядом и чмокнул её в щёку, отчасти наслаждаясь тем, как недовольно смотрела на них Рейнира. Взглянул Мисарии в глаза — та с трудом оторвала их от девчонки. Дежурно улыбнулась ему и поправила края его чёрного пиджака. — Удачной поездки. Убедись, что котёнок будет накормлен и уложен спать не позже девяти. На что Блэк лишь равнодушно ответил: — Пока, Мисария. Когда женщина развернулась и направилась по улице в противоположную сторону, а детектив наконец подошёл к Рейнире, та спросила: — Почему не познакомил меня с подружкой? Она выглядела заинтересованной. — Я держу свою рабочую и личную жизнь отдельно, — пожал плечами Деймон. Он придирчиво осмотрел девушку: шорты, кеды, солнцезащитные очки на затылке и свободная голубая майка, под которой отчётливо проглядывал белый лифчик. Девушка выглядела не совсем так, как ему бы хотелось. Но, пожалуй, в этом была его вина: нужно было предупредить её о дресс-коде ещё по телефону. Ничего не поделаешь, придётся сообразить что-нибудь в дороге. — Тебя что-то не устраивает? — будто прочитала его мысли Рейнира. — Мы решим это позже. Деймон кивнул в сторону «Караксеса», припаркованного у здания, и девушка обернулась, чтобы посмотреть на машину. Её взгляд оценивающе скользнул по длинным красным бокам, плавным формам и блестящим на солнце стёклам. Рейнира цокнула языком. — А я всё собиралась у тебя спросить, что за знаменитость припарковала здесь автомобиль. — Это комплимент? Я польщён. — Не обольщайся, — улыбнулась Рейнира, опустив тёмные очки с затылка на переносицу, — комплимент был машине, а не тебе. — Я понял. А для меня ты, видимо, приберегла мои очки. — О, ты заметил! — кажется, искренне обрадовалась девушка и поправила обеими руками округлую оправу. — Да, я надела их специально для тебя. Как только мы вчера созвонились и ты лишил меня выходного, я подумала, что надо напомнить тебе о чём-нибудь, что забрала у тебя я. — Значит, мы сравняли счёт? — Ни за что, — хмыкнула Рейнира и, продолжая улыбаться, двинулась к автомобилю. — Ну что, в путь? Мне не терпится узнать, ради чего ты выдернул меня в такую рань. Минимум два часа пути? Куда мы едем? — Скоро узнаешь. Деймон двинулся за ней и, разблокировав двери «Караксеса», позволил девушке первой забраться внутрь. Услышал, как та восхищённо охнула, забравшись на соседнее с водителем место. Мужчина постарался не выглядеть слишком самодовольным и сел рядом. Захлопнул дверь. Звякнули ключи зажигания, и тихо, но живо заурчал мотор. Деймон частично опустил окна, чтобы внутрь проникал утренний ветерок. Взглянул на девушку. — Пристегнись. — А я-то думала, что ты из тех дерзких частных детективов, которые не пристёгиваются, — заметила Рейнира, но всё-таки подчинилась. Глаза у неё горели. Очевидно, она уже почти не жалела, что Деймон лишил её выходного и заставил куда-то с ним тащиться. — Или правила можно нарушать, только взламывая чьи-то телефоны? — Вот и прицепилась же ты к этому телефону! Нет, правила можно нарушать сколько угодно. Но чаще всего я стараюсь не нарушать те, которые охраняют меня от автомобильной аварии. Рейнира насмешливо надула губы. — Кто-то размяк после драки. — Может быть, — покачал головой Деймон, не желая спорить. Её приподнятое настроение передавалось и ему, так что он мог позволить ей болтать сколько угодно. Колкости, ирония, сарказм — пусть выпускает все свои когти. Всё-таки в чём-то Мисария права: на самом деле Рейнира — всего лишь котёнок. В последний раз оглянувшись на оставленный рядом с офисом велосипед, Блэк вырулил на дорогу. Его дом остался позади, а затем ещё один и ещё один. Мужчина включил музыку. Негромко заиграл последний выбранный микс — на этот раз им оказалась подборка песен ретро. Под звонкий голос солистки группы ABBA Рейнира начала покачиваться из стороны в сторону. — О, класс! — одобрила она. — Люблю эту песню! — Неужели? — усмехнулся Деймон. И точно отвечая на его вопрос, когда они подъехали к первому светофору, девушка стала подпевать во весь голос: — So when you're near me, darling, can't you hear me, S.O.S.? The love you gave me, nothing else can save me, S.O.S. Мужчина посмотрел на неё снисходительно и не стал мешать. Пусть развлекается. Повернувшись к нему и закинув руку на спинку своего сиденья, Рейнира продолжала: — When you're gone, how can I even try to go on? When you're gone, though I try, how can I carry on? Инструменты бодро играли знакомый ритм. Душевная мелодия, красивые голоса — самое то, чтобы проснуться воскресным утром. Особенно когда рядом с тобой вертится неугомонная юная блондинка в своих — или его — больших тёмных очках, похожих на глаза жука. Она повторяла припев, пока он не кончился. Отстучала финальные ноты пальцами на плече Деймона. Тот мягко отпихнул Рейниру, чтобы она не мешала ему вести машину. Тем временем заиграла новая песня — всё такая же знакомая и динамичная, и девушка откинулась на спинку сиденья. Голова её продолжала покачиваться в такт. — Знаешь, может, я и переживу эту поездку, если у тебя такой вкус в музыке, — сообщила она. Деймон снова улыбнулся. Одни комплименты! Он вывел «Караксеса» на оживлённую магистраль: столица уже проснулась, и люди, не отягощённые работой, спешили по своим личным делам. В окна ярко светило солнце, так что Блэку пришлось опустить козырёк. Пожалуй, единственным недостатком его любимого автомобиля были стёкла — их уязвимость перед солнечными лучами летом могла свести с ума. Кто-то из знакомых детектива однажды пошутил, что в такой машине любого лжеца можно вывести на чистую воду — стоило всего лишь закрыть его внутри и оставить на солнце на пару часов. В принципе таким же образом можно было приготовить курицу гриль. Но Рейнира, кажется, не обращала внимания на этот недостаток. Она постоянно вертела головой, осматриваясь, и ощупывала всё, до чего могла дотянуться. В один только бардачок она заглянула дважды. Погладила кожаное сиденье. Устроилась поудобнее. — Мне определённо нравится эта машина, — заключила она. — У неё есть характер. Я бы могла представить, что в прошлой жизни она была живой, била хвостом и рычала на врагов. — «Караксес» живой, — согласился Деймон. Они миновали театр драмы и сквер по соседству и теперь ехали вдоль десятков флагштоков с эмблемами кинофестиваля. — Я определённо из тех людей, для которых машины как питомцы. — Ты же знаешь, что это признак проблем в личной жизни? — О, вот как? — приподнял бровь Блэк. Он уже понял, куда она клонит: конечно, к Мисарии. — Именно. Людям, особенно мужчинам, не хватает любви — или объектов любви — в личной жизни, и они начинают давать клички своим машинам, пистолетам или причиндалам, — тоном профессора психологии пояснила Рейнира. — И это очень печально. — Если хочешь знать, я не даю клички ничему из этого. — Конечно нет, ведь у тебя есть девушка. Она подобрала под себя ноги, не обращая внимания на то, что кеды оказались на сиденье, и повернулась к Деймону. Подставила руку под голову. Он чувствовал её внимательный взгляд даже через очки. — У меня нет девушки. — Тогда почему я уже во второй раз вижу тебя с этой черноволосой красоткой? У меня хорошая память: вы были вместе в «Утёсе Кастерли». — Мисария — моя подруга. — Но вчера ты был с ней, я слышала её голос по телефону. И сегодня утром, — медленно произнесла Рейнира, точно пытаясь донести до Блэка что-то важное, — ты тоже был с ней. — И что? — усмехнулся он. — А то, что она вряд ли успела съездить домой, переночевать там и снова приехать к тебе утром. — Люди занимаются сексом, не вступая в отношения, Рейнира, — такое тоже бывает. — Я в это не верю, — фыркнула она. — Если человек спит с кем-то больше одного раза, то это уже отношения, а он — трус, если не может в этом признаться. Деймон покачал головой. Повернул руль, и автомобиль выехал на более свободную улицу, всё сильнее отдаляясь от центра. — Я не думаю, что у тебя в этом большой опыт. Да и даже если бы он у тебя был, не помню, чтобы спрашивал твоё мнение. — Я просто говорю, что вижу. — Уверен, это приносило тебе много неприятностей, — заметил мужчина. — Я не могу по-другому. Это мой характер, и я за него не извиняюсь, — резко заявила Рейнира и отвернулась от него, по-прежнему не спуская ноги с сиденья. Удивительно, что в такой позе и с пристёгнутым ремнём ей вообще было удобно. — Это хорошая позиция. Но не ожидай, что я впредь буду обсуждать с тобой свою личную жизнь, — ответил Деймон, бросив короткий взгляд в её сторону. Девушка выглядела серьёзной. — Лучше постарайся сосредоточиться на деле. Нам сегодня предстоит проделать большую работу, и я хочу, чтобы ты с ней справилась. Он сделал музыку тише, снова повернул руль. Их путь очевидно лежал прочь из Королевской Гавани: за окнами мелькали дома всё более простые, перемежаясь пустыми зелёными участками, заборами для скота и рядами диких деревьев. Вдалеке в небе клубились фигурные белоснежные облака. — Так что за работа? — спросила Рейнира. — И почему тебе понадобилась я? — Мы едем в одну милую деревушку под названием Росби. Там живёт девушка по имени Мира. Она не знает, что мы приедем, и, скорее всего, не обрадуется нашему появлению, но я хочу — и это очень важно, Рейнира! — чтобы ты убедила её нам помочь. Сыграла небольшой спектакль, как ты любишь. — Что за спектакль? Деймон вздохнул, не зная, как корректнее выразить то, что вертелось у него в голове. Но корректного варианта, быть может, не существовало вовсе. — Миру изнасиловали. И я хочу, чтобы ты представилась жертвой того же человека, что и она. Ты знаешь, кто он. Девушка охнула, и, взглянув на неё, Деймон прочитал на её лице потрясение. Рейнира невольно приоткрыла рот и обхватила голые плечи руками. Выдохнула. — Эйгон, — медленно произнесла она. — Это Эйгон Санфайр. Чёрт побери!