Часть 4

С того момента Пьюр часто замечал ту загадочную девушку в саду. Одна и та же фигура, будто сотканная из тумана и лунного света. Он даже решился спросить про неё у Вайт, но та лишь недоумённо качала головой, уверяя, что в их классе таких нет и в помине не было. Однако Ванилла не сдавался. Он думал, что, возможно, девушка просто меняет облик, скрываясь от чужих глаз, а ночью становится самой собой. Впрочем, в этом он оказался прав — но лишь наполовину. Тем временем Шадоу, каждый раз завидев Пьюра в саду, старался скрыться: прыгал в кусты, сворачивал за угол коридора или прятался в открытые классы. Старшие часто ругали его за то, что тот врывался посреди уроков, но Милку было всё равно. Делал, что хотел. А прятался он вовсе не из-за стеснения. Он боялся, что Пьюр узнает его. Страх и раздражение путались где-то в груди, и, честно говоря, это выглядело уже как детский сад. Так и пролетели годы. Шадоу окончил все курсы, продолжая подшучивать над Лили и скрываться в тёмных коридорах Академии от Ваниллы. Всё это время он ловил себя на мысли, что… зависим. От него. Это чувство сводило с ума: злость, интерес, ненависть — всё перемешалось. Он стал собирать фотографии Ваниллы, прикалывая их к стене иглами, будто пытаясь доказать себе, что контролирует эту навязчивую мысль. Иногда смеялся до слёз, глядя на вырезанное лицо, пробитое кнопками. — О, Силли Ванилли! «Не желаешь чаю, мисс?» — передразнивал он, хохоча. — Какая нелепица... После выпуска Шадоу всё ещё следил за ним. Иногда — через социальные сети, иногда — на фото академии, где мелькал Пьюр. Так он и узнал, что Ванилла стал преподавателем. Ирония судьбы — когда сам Шадоу поступил на работу в Академию «Голубичный Йогурт», основанную Дарк Энчантикс, бывшей подругой Шадоу и сводной сестрой Вайт Лили. От Дарк он узнал и кое-что ещё: у сестёр были разные отцы, и именно это стало причиной их давней вражды. Но то — совсем другая история. На следующий день Шадоу пришёл к Дарк за расписанием. Она, едва увидев его, протянула листок — и на лице Милка отразился настоящий ужас. — Совмещённый урок магии... с Пьюром Ваниллой?! — язвительно воскликнул он. — Кто составлял этот идиотский список?! Кому в руки на... — Успокойся, Шадоу, — Дарк даже не подняла глаз от чашки кофе. — Это совместная программа. Смешанные группы укрепляют дружеские связи и уменьшают случаи буллинга в Академии. Она размешала сахар, сделала глоток и добавила с холодной усмешкой: — К тому же... зрение у Пьюра стало хуже, да и помнить он тебя вряд ли может. Поверь, годы стирают лица быстрее, чем ты думаешь. Шадоу опустил взгляд. В её словах была правда — но принимать её он не хотел. Лучше уж захлебнуться в сладкой лжи, чем проглотить горечь реальности. — Я всё равно против таких уроков... — тихо произнёс он, чувствуя, как что-то неприятно кольнуло в груди. — Твоего мнения никто не спрашивал, — отрезала Дарк. — Не нравится — дверь там. Он не ответил. Просто поднялся, молча вышел и уже в коридоре, посмотрел в расписание: совместный урок — сегодня, в 15:00.

***

На улице стоял холодный осенний день. Ветер рвал листья, окрашенные в золото и алый. Вдалеке ученики варили зелья прямо под открытым небом, где-то рядом дети первого курса играли в салочки, громко смеясь. Шадоу шёл по аллее, не поднимая взгляда. Настроение — серое, как небо над Академией. Он вошёл в класс. Его группа — в основном мальчишки лет пятнадцати и всего несколько девочек. Все уже ждали его. Напротив стояла группа светлых магов — и Пьюр среди них. Шадоу сжал список в руках, не поднимая глаз. — Здравствуйте… Вы новый преподаватель тёмной магии? — вежливо протянул Ванилла. Шадоу кивнул. Его голос застрял в горле. — Что ж, ученики, начнём урок, — вмешался Пьюр, и Милк, наконец, выдохнул. Урок проходил спокойно, хотя и не без курьёзов. Светлые ученики работали чётко, аккуратно. А вот тёмные… кто-то промахнулся и проделал дыру в шляпе Пьюра, кто-то случайно создал мутировавшего кролика, которого пришлось закинуть в портал. Милк нервно вздрагивал от каждого подобного эпизода, но держался. Лишь изредка бросал взгляды на Ваниллу. В жизни он выглядел не так, как на фото — спокойный, сосредоточенный, с мягким голосом и тем самым взглядом, от которого сердце начинало стучать чаще. А Пьюр тем временем заметил этот взгляд и вопросительно посмотрел в ответ. Шадоу отвёл глаза. Ему стало не по себе. Когда прозвенел звонок, он поспешно раздал домашние задания и уже собирался уйти, но тёплая ладонь легла ему на плечо. Он обернулся — и свет, упавший с окна, на мгновение ослепил его. Перед ним стоял Ванилла. — Эм… Шадоу Милк, верно? — Да, — нервно ответил Милк, отстраняясь. — Я заметил, вы как-то… странно себя вели. Всё ли с вами в порядке? «Что ты пристал, чёрт бы тебя побрал», — пронеслось в мыслях Шадоу, но вслух он произнёс совсем другое: — Ты. — Что? — не понял Ванилла. — Давай перейдём на «ты». — Голос Шадоу сорвался, будто внутри что-то дрогнуло. Пьюр замер, слегка растерявшись. — Что-то не так? — Нет… всё хорошо, — выдохнул Ванилла. — Мы случайно раньше не были знакомы? — вдруг спросил Ванилла. Глаза Шадоу широко распахнулись, дыхание сбилось. Он отвернулся. — Мы? Ха-ха… нет, конечно, нет, — нервно рассмеялся он и поспешно начал собирать вещи. — Что ж, перерыв заканчивается, мне пора… — Но у нас больше нет уроков, Шадоу. С вами точно всё в порядке? — Да! — вспыхнул тот, чуть громче, чем хотел. — Да, всё отлично! И, не дожидаясь ответа, он ушёл. Почти бегом. Пьюр остался стоять, глядя ему вслед. Одно не давало покоя: почему-то этот человек казался таким знакомым… И как же сильно он напоминал ту самую «Блюбери» — загадочную девушку из сада. О, милая Блюбери…