Глава 5. Холодный чай и смех над тишиной.

Ночь снова была тихой. Такой, когда город будто притворяется спящим, но где-то внутри всё ещё дышит. Ко стоял у автомата и смотрел, как свет от кнопок отражается в лужах. Назуна сидела на перилах чуть дальше, болтая ногами. — Ты опять взял чай, — сказала она. — Ты ведь не пьёшь его до конца. — Просто нравится, как греет руки. — Тогда купи грелку, а не чай. Ко усмехнулся. — Грелка не пахнет ночью. Она посмотрела на него через плечо. — У тебя слишком поэтичное мышление для подростка, который сбежал из школы. Он подошёл ближе, поставил банку рядом и сел. — А ты слишком спокойна для вампира. — Потому что ты не видел, какая я, когда злая. Она потянулась, зевнула и откинулась назад, уперевшись ладонями в холодный металл. — Хотя, если честно, ты прав. Я просто устала. — От чего? — От людей. От себя. От разговоров, где никто не слушает. Ко молчал. Он понимал это чувство — когда тебя окружают голоса, а будто никто не слышит, что ты говоришь. — Хочешь, я тебя послушаю? — спросил он. Назуна коротко рассмеялась. — Ты не знаешь, на что подписываешься. У меня плохие разговоры. Всё время про глупости. — Я всё равно здесь. Она глянула на него внимательно — не так, как раньше, с насмешкой, а будто пытаясь понять, не шутит ли он. — Знаешь, ты странный. Обычно люди ищут ночи ради веселья, ради побега, а ты — ради… чего? — Ради покоя. — Он пожал плечами. — Днём всё слишком громко. — А ночью? — Тихо. Можно быть собой, и никто не требует объяснений. Назуна отвернулась, будто эти слова задели что-то внутри. — Мне это знакомо. Только я не выбирала. Я просто однажды осталась. Она замолчала. Ветер шевелил волосы, и откуда-то снизу тянуло сладковатым запахом табака. Ко заметил, как её плечи дрогнули, будто она вспомнила что-то неприятное. — Всё в порядке? — Да. Просто… странно. Иногда ловлю себя на том, что завидую тебе. Он удивился. — Мне? — Угу. Ты можешь ещё что-то менять. Я — уже нет. Он хотел спросить, что она имеет в виду, но промолчал. Ночь не любила прямых вопросов. Позже они шли по узкой улице. Фонари моргали, и их тени прыгали по стенам, как будто город дышал вместе с ними. Назуна болтала что-то про фильмы, которые она смотрела в одиночестве, потом вдруг остановилась. — Ко, — сказала она. — Ты ведь не скучаешь по школе? — Нет. — А по людям? — Не особо. Она прищурилась. — Ты быстро от них отвык. — Я никогда не привыкал. Её губы дрогнули, будто она хотела улыбнуться, но не смогла. — Тогда, может, тебе и правда здесь место. Среди ночи. — А тебе? — Мне — везде и нигде. Она шагнула ближе, настолько, что он почувствовал лёгкий запах её волос — прохладный, с привкусом металла и чего-то сладкого, как озон перед дождём. — Но если уж я где-то задержалась, — сказала она тихо, — то, наверное, здесь. Он не знал, что ответить. Просто смотрел. И впервые за долгое время ночь показалась не пустой, а живой. Назуна развернулась, спрыгнула с перил и пошла вперёд, руки в карманах. — Пошли. Я покажу тебе место, где город кажется бесконечным. Ко кивнул и пошёл за ней. Их шаги звучали в унисон — как будто ночь сама подбирала ритм.