Глава 4

      Прошло пару дней с объявления участников. Школа Дурмстранг и Шармбатон хотели подать жалобу на Хогвартс и Академию за нарушение правил насчёт участников. Гарри Поттер и Скэриэл Лоу стали ещё двумя участниками турнира, что вызвало огромный переполох. Ну а моё участие вызвало было таким же внезапным. Ректор Брум даже пытался заступиться за меня и вызволить с турнира, но у него ничего не получилось. А Гедеон чуть не ударил директора Хогвартса, благо конечно, Люмьер, Оскар и Николас еле его оттащили.       — Готье, тебе надо поесть, — мягко проговорила Оливия и улыбнулась мне. — Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, но поесть всё же надо.       — Оливия права, тебе нужны силы. — тихо проговорил Леон.       Я кивнул друзьям и попытался съесть что-то, но этого так и не получилось. Я постоянно думал о турнире, о том, кто меня мог так подставить. Почему Скэриэл тоже участвует? И этот Поттер тоже как-то в этом замешан? Я ничего не понимал. Может, Люмьер знает хоть что-то, но его сегодня не было на завтраке и найти его я не мог. Где он, когда так нужен?       — Вы правда думаете, что Скэриэл сам бросил своё имя? — поинтересовался Оливер. — Зачем ему это?       — Причин несколько: заполучить славу, выиграть турнир, можно получить деньги. — начала перечислять Оливия. — ещё слава и много чего ещё.       — Ты опять за своё? — недовольно буркнул Оливер. — Скэриэл наш друг, хватит во всем его подозревать.       Оливия посмотрела на него своим грозным взглядом, молча встала и ушла, на что Оливер лишь закатил глаза и продолжил ковыряться в еде.       — Как ты, Готье? — Леон решил перевести тему разговора. — Ты сам в порядке?       Я что-то промычал ему в ответ, пока что я сам не знал, как себя чувствовать. Участие в турнире равно самоубийству, и значит, кто-то из совета старейшин в курсе насчёт меня и решил избавиться от последнего Бёрко. Это друзьям я сказать не мог.       — Не знаю. Мне страшно, если честно, — мой голос дрогнул, да и руки тоже тряслись. Я не знал ничего о первом турнире, а учителям запретили нам помогать и говорить, каким будет первое испытание. — Я не знаю, что мне делать.       — Мы поможем тебе, — заверил Леон. — Ты ещё устанешь от нашей помощи.       Оливер засмеялся и закивал, и мы втроём разразились громким смехом. Некоторые ученики смотрели на нас, как на сумасшедших, но нам было всё равно. Мы начали смеяться ещё сильнее.

***

      Леон и близнецы Брум были в библиотеке, искали какую-то информацию о турнире, а я пошёл на встречу с Люмьером. Он точно должен что-то знать. Но, видимо, до Люмьера дойти мне было не судьба, потому что я застал дуэль между Котийяром, Маккинзи и Винсентом, которые теперь сражались не друг с другом, а с какими-то неизвестными мне тремя парнями.       В какой-то моменты Винсент не выдержал и подлетел к блондину из Хогвартса и ударил его кулаком в нос. Тот пробормотал что-то типа: «Только не снова». И за него сразу же заступились те двое громил, которых я иногда замечал.       Клив быстро создал защитное заклинание для них троих, пока Котийяр пытался атаковать их экспелиармусом. И у него это получилось: один был безоружен. В это время Винсент разобрался с другим, но тот платиновый блондин крикнул, что обо всём доложит своему отцу. На что Котийяр и Клив рассмеялись.       Насколько я помнил, у них довольно влиятельные отцы, но про отца Винсента я ничего не слышал, только о его матери, художнице, довольно известной в Октавии.       И, конечно, день был и так паршивым, но ещё и тот факт, что нас застал учитель из Хогвартса с сальными чёрными волосами и чёрным балахоном. И, конечно, он заметил ещё и меня. Обиднее всего был тот факт, что я даже не был участником этой дуэли. Может, нужно было врезать одному из них? Тогда было бы хоть за что-то.       — То, что устроили ваши ученики, недопустимо, — злобно прошипел тот учитель, распинаться при своём директоре и нашем ректоре. — Вы посмотрите, что они сделали с моими студентами.       Если честно, выглядели они нормально: нос тому парню вылечили, палочки всем вернули. Так что, зачем мы здесь, непонятно. А в особенности я.       Ректор Брум одарил его таким взглядом, что мне стало не по себе. Кажется, он хотел что-то сказать, но был прерван директором Хогвартса.       — Снейп, я уверен что мы со всем разберёмся, — заверил его Дамблдор. — К тому же, мы должны спросить и другую сторону.       Повернулся он к нам:       — Я надеюсь, вы нас просветите в случившимся?       — Хитклиф здесь ни при чём. — сразу же заверил его Клив, и я очень удивился. Конечно, я был не при делах в этой дуэли, но ведь с ним мы никогда не ладили. Я чуть не прибил его в туалете, сломал нос… Да блин, теперь мне стало стыдно за всё это. — Он просто мимо проходил.       — Маккинзи прав, Хитклиф здесь ни при чём, — согласился Винсент. — Но и мы также не виноваты.       — Всё так, эти двое говорят правду. — добавил Котийяр. — Эти трое первые до нас докопались.       На что Снейп лишь фыркнул и пробормотал:       — Конечно, не при делах.       До этого молчавшие префекты Соларуса и Марсена в этот раз выступили единым фронтом и начали уже наезжать на Снейпа. Было странно видеть их на одной стороне. Обычно они ссорятся постоянно и при любых обстоятельствах. Такое ощущение, что иногда они делали это специально, даже если были согласны друг с другом. Но в этот раз это был совместный дуэт. Пока я с тремя патрициями Марсена стоял в полном шоке, ректор Брум закатил глаза и просто готов был прямо сейчас удариться об стол.       — Мой патриции здесь не виновен, — добавил префект Комини. — Ректор Брум, Хитклиф ведь может быть свободен?       На что ректор Брум лишь махнул рукой: мол, пусть валит. Ну, я надеялся на это. Выходя из кабинета, я услышал снова ссору между префектами.

***

      Гедеон ждал меня возле кабинета, похоже, он знал обо всём. Мы не общались с ним с объявления участников, и то тогда обменялись с ним парой фраз. Но сейчас я нуждался в нём.       — Ты как? — поинтересовался он. На что я лишь покачал головой. — Я связался с отцом, он хотел сразу же приехать сюда, и, по всей видимости, ректор Брум с ним связался раньше меня и доложил ему всё.       Это было неудивительно, они же дружат. Я предполагал, что он точно доложит обо всём отцу. И теперь главный вопрос: приедет ли он и когда?       — Гот... — начал Гедеон, и сразу замолчал. Оглядевшись по сторонам, продолжил: — Киллиан, это опасно, ты же понимаешь?       Я закатил глаза. Это мне твердят каждый. Будто я сам не знаю, да я даже участвовать не собирался. Но вот теперь я один из двух чемпионов Академии Святых и Великих. А Скэриэл пропадает где-то с префектом Муром. Так что поговорить мы с ним не можем.       — Будто я не знаю, — рявкнул я на Гедеона. — Лучше помоги мне выяснить, кто кинул моё имя в кубок. И с остальными испытаниями мне тоже не помешает ваша с Люмьером помощь.       Гедеон выглядел подавленным. Привыкнуть к тому, что я знаю, он, видимо, ещё не смог, но ему придётся. Это касается всех.       — Да, мой принц.