Часть 52

Глава 52.

— Ичиро, даю тебе шанс переформулировать. Как ты меня назвал? — Йоруичи с хрустом сжала кулаки, её глаза превратились в узкие щёлочки, но на лице играла милая улыбка. — Кхм! Моя очередь, пора брать еду. Ого! Тётушка, сегодня у вас отличные блюда! Мне вот это, это, это и ещё вот это! Услышав обращение Ичиро, кухарка, до этого сиявшая улыбкой, тут же помрачнела. Рука, которая за десятки лет раздачи еды ни разу не дрогнула, вдруг, словно по наитию, дёрнулась. Ичиро молча смотрел на свой поднос, где еды стало вдвое меньше. Подняв взгляд на хмурое лицо женщины, он безмолвно взял поднос и отошёл... — Хе-хе-хе... Сестрица, мне, пожалуйста, вот это, это и это. И побольше подливки, — хихикая, сказала Исё, стоявшая за Ичиро, и с милой улыбкой попросила кухарку наложить ей еды. Как оказалось, вежливость действительно окупается. Хотя Ичиро заказал на одно блюдо больше, чем Исё, по общему объёму еды у него было значительно меньше... Глядя на разительный контраст на их подносах, Урахара, качая головой, сел напротив Ичиро и сказал: — Мне правда любопытно, как ты умудряешься называть их «тётушками», ведь некоторые из них даже младше нас. Работники Академии духовных искусств не все были шинигами. Часть из них нанимали из Руконгая. Тем, у кого была рейрёку, везло — их жизнь была долгой. Но иногда на работу брали и обычных людей... то есть, обычные души без духовной силы. Хотя в Обществе душ обычные души не голодали, насыщение — это лишь базовая потребность. Условия работы в Академии были весьма неплохими, поэтому желающих устроиться сюда было много. В такой ситуации обращение Ичиро «тётушка» выглядело очень странным... Ведь ему самому, как ни крути, было уже под сто лет (не считая первой жизни, хотя и с ней примерно столько же). Называть женщину, которой всего несколько десятков лет, «тётушкой»... Удивительно, если она не разозлится! Но Ичиро ничего не мог с собой поделать. Это была давняя привычка. Для него обращение «тётушка» не всегда зависело от возраста, а скорее от профессии. Продавщицы в магазинчиках, хозяйки ресторанов, кухарки в столовых — все они были «тётушками»! Они ели и болтали обо всём на свете. После обеда четвёрка нашла тенистое место, села и начала обсуждать свои тренировки. Однако, поскольку Исё присоединилась к их маленькой компании всего год назад, да и талант у неё был не столь выдающийся, она в основном слушала или задавала вопросы, не поспевая за темпом Ичиро и остальных. И это при том, что они уже подсознательно старались говорить о более простых вещах. Время шло, и вскоре прозвенел предварительный звонок. После обеда было два урока: теория кидо и практика кидо. Но для Ичиро это было долгожданное время для безделья... то есть, для самообучения. Учитель вёл свой урок, а Ичиро занимался своими делами. Вскоре после начала самостоятельной работы Ичиро вздохнул, отложил ручку и уставился на свою тетрадь. Как и утром, его нынешнее психическое состояние не позволяло ему сосредоточиться на собственных исследованиях во время лекции. Повертев ручку в пальцах, он, словно что-то придумав, достал из ящика стола чистый лист бумаги. Вверху он написал «Полное подчинение», а слева, с краю — «Любовь». Информации о Полном подчинении было действительно мало, но это не мешало Ичиро провести предварительный анализ. Всё равно делать было нечего, а такой анализ был сродни витанию в облаках и не требовал больших умственных затрат. Размышляя о Полном подчинении, Ичиро первым делом вспомнил его описание в оригинальной истории — это сила любви! Особая техника активируется через предмет, который пользователь глубоко любит. Например, Сюн Сюн Рикка у Иноуэ работали благодаря заколкам, подаренным ей братом. Это был её самый ценный предмет, наполненный любовью к нему. Под влиянием силы Хогьёку эти заколки в итоге и стали носителем Полного подчинения. Случай Чада тоже можно было объяснить через «любовь»: он любил своё тело, потому что оно позволяло ему лучше защищать других и следовать своей доброте. Но! Это объяснение через «любовь» не работало в случае с Ичиго. Что было носителем его Полного подчинения? Удостоверение временного шинигами! Испытывал ли он к этой вещи любовь? Какая, к чёрту, любовь! В лучшем случае — определённая привязанность. Для Ичиго удостоверение было чем-то вроде устройства для трансформации. А о статусе временного шинигами до арки Полного подчинения, кроме верхушки, почти никто и не знал. Возможно, толчком к зарождению «любви» стали два года после потери сил, когда его тоска по шинигами и по Рукии с остальными перенеслась на этот предмет. Но, по мнению Ичиро, это всё равно не дотягивало до уровня «любви»! Если уж на то пошло, это скорее... Эмоции! Ичиро написал эти два слова справа. «Любовь» — слишком глубокое и абстрактное понятие. Если заменить его на «эмоции», многое становилось логичнее и поддавалось более рациональному исследованию. Хотя это всё ещё было ближе к области идеализма... Но так Ичиро было проще определить носитель для своего собственного Полного подчинения. Он хотел с его помощью вернуть себе способности, похожие на алхимию, поэтому носитель должен был быть связан с алхимией. Но, по правде говоря, к алхимии Ичиро ещё не испытывал чувств уровня «любви»... Тук-тук. Пока Ичиро, погрузившись в размышления о носителе, не заметил, как закончился первый урок. Урахара постучал по его столу: — Пошли, на второй урок нужно перейти в другой класс. — Тц, так быстро. Пошли, — ответил Ичиро, убирая книги и тетради в парту и мимоходом накладывая на неё барьер. Затем он встал и пошёл за Урахарой и остальными. — Почему ты вдруг начал изучать Полное подчинение? — Хочу кое-что проверить. К сожалению, в академии мало записей об этом. Я спрашивал у капитана, там тоже ничего нет. В общем, никаких зацепок. Кстати, у тебя есть какие-нибудь сведения? Я помню, ты вроде как тоже из знати? Услышав это, Урахара закатил глаза: — Что значит «вроде как»? Я и есть аристократ! Пусть и из малого дворянства, но всё же! — Поворчав, Урахара, однако, отнёсся к просьбе серьёзно и пообещал Ичиро поискать соответствующую информацию. Он также сказал, что постарается достать для Ичиро сведения из архивов клана Шихоин, если это будет возможно. Если он правильно помнил, Полное подчинение было как-то связано со знатью Сейрейтея... Но поскольку он не был в этом уверен, то решил пока промолчать, чтобы не влиять на суждения Ичиро. Вместо этого он начал, как обычно, травить байки. Их разговоры почти всегда строились по одной схеме: Ичиро рассказывал небылицы о мире живых, а Урахара — об Обществе душ. Поначалу они вполне серьёзно обменивались информацией. Но сколько может быть серьёзных тем? И насколько они интересны? И вот, в рассказы Ичиро о мире живых начали просачиваться сюжеты из книг и фильмов... а в сведения Урахары об Обществе душ — пикантные истории и выдержки из бульварных книжек. Постепенно всё скатилось к обычному хвастовству...