3. Отныне день начинается вечером.

Я следовала за Джеффри по ночному городу, освещенному мерцающими фонарями, яркими вывесками круглосуточных ларьков и блеском неполной луны. Мы шли вдоль высоких многоэтажек, и наши шаги эхом отдавались по улицам. Меня сдавливал холод безразличной августовской ночи, и высокомерно поглаживал колючий ветер. Джеффри юркнул в узкий темный переулок между кирпичными домами. Я последовала за ним. В закоулке сразу же окутывала холодная сырость, заставляя съежиться каждый сантиметр кожи. Меня всё ещё не оставляли сомнения насчёт идеи идти куда-то с подозрительным парнем, которого призвала сама же с помощью обряда, по страшным улочкам в надежде на спасение мира. Да, существование иного мира, соприкасающегося с нашим, — это странно, но если бы это не было реальным, то моя тень сейчас волочилась бы рядом, а не отсутствовала. Надо будет поговорить с Амелией, а то так до дереализации недалеко. Джеффри внезапно остановился, заставив меня опять чуть в него не врезаться. Он медленно повернулся в сторону стены здания и еле заметно коснулся ее кончиками пальцев. Глаза забегали по кирпичам, будто читая что-то. Я затаила дыхание. Меня переполняло нарастающее любопытство, которое вот-вот разорвёт пелену тишины, нарушаемую лишь симфонией падающих с крыш зданий капель воды. — Что ты делаешь? — пронёсся шепот по холодному переулку. — Читаю, — Я с недоумением вгляделась в черную темноту. — А что? Ни зги ж не видно. — Тут послание теней. Атмосфера вокруг замерла. Послания с другого мира находятся здесь прямо сейчас. Я постаралась найти хотя бы что-то в этой мгле, но кирпичи прятала беспроглядная темнота. Джеффри опустил руку, развернулся и быстрыми шагами, отдавающимися гулким эхом от сыроватых стен здания, направился к выходу. Я поспешила за ним, шелестя своей тоненькой кожаной курткой. — А что тебе сказали? И как ты вообще смог прочитать что-то в такой темени? — спросила я у Джеффри, когда наконец догнала его на улице, обставленной серыми полуразрушенными гаражам. — Сказали, что пропал малоизвестный человек, понадобится время, чтобы найти его. А насчёт темноты... - он чуть сбавил шаг, видя как я задыхаюсь, глотая холодный воздух, в попытках догнать своего спутника. — Мир Теней — это полная инверсия вашей реальности. Днём - темнота, ночью — свет. Тебе четче видно надписи при ярком освещении, а мне — во мгле. Вы привыкли жить на свету, поэтому, когда улице темень — ничего не видете. А мы существуем в постоянной мгле, поэтому нас ослепляет блеск. — То есть ты ничего не видишь при дневном освещении? — Ага. — Ясно... — с каждым словом мне становилось все понятнее, как устроен мир Теней. Самый интересный в моей жизни пазл по кусочкам складывался на глазах. Все выглядело логичным. — А как они тебе послания пишут? — Просто видоизменяют свою форму под буквы и складываются во фразы. Я не успела заметить, как мой спутник довел меня до потрёпанной старой многоэтажки. Мы стояли на лестнице, мои лёгкие впитывали последние капли свежего воздуха. Джеффри ловким движением достал ключи из кармана только с одним металлическим брелоком на цепочке и под звуки визжащего крика домофона распахнул мне тяжёлую дверь в подъезд с облупленной зелёной краской. Мы вместе поднялись на дребезжащем лифте до 8 этажа и зашли в квартиру. Меня охватил лёгкий шок. Джеффри разулся и сразу же направился в спальню собирать вещи, пока мои глаза пытались исследовать каждую деталь. Квартира была отделана в стиле хай-тек, серые обои, зеркало индивидуальной формы с белой подсветкой, темный шкаф с дверцами без ручек. Отсюда открывался вид на кухню и спальню, с правой стороны тянулся коридор, из которого можно было попасть ещё в несколько комнат. Я, прибывая все ещё в лёгком шоке, скинула курточку и аккуратно заглянула в спальню. Огромная двухспальная кровать была заправлена без единой складки, на тумбочке красовались настольные часы, а на стене расположился огромный телевизор. Пока я осматривала комнату, Джеффри собирал в рюкзак черного цвета с множеством разных отсеков одежду, зарядник, наушники и другие принадлежности. Он достал из ящика блокнот в кожаном переплете, на секунду замер и тоже кинул его к вещам. — Когда буду спать, можешь осмотреть квартиру, мне скрывать нечего, — проговорил Джеффри, не отрываясь от сборов. — Но тебе ещё нужно будет сходить домой, сложить свои вещи, поспать, потому что мы поедем в ночь, и прийти сюда желательно. Либо можешь тут переночевать, в моем кабинете есть диван и... — А почему мы в ночь поедем? — у меня сразу округлились глаза. Зачем менять распорядок дня? — Ну, — Джеффри хмыкнул, будто бы я задала совершенно глупый вопрос, — тени могут передавать послания только в абсолютной мгле. Мы и места будем посещать самые темные. Он закончил со своими сборами в спальне и направился в ванную, я проследовала за ним. После слов о мрачных закоулках мне стало как-то не по себе. Быть может я зря затеяла всю эту поездку? Очень хотелось спросить что-то ещё о мире Теней, чтобы убедиться в его реальности. Так тяжело представить то, что существует ещё одно пространство, о котором никто не знает, хотя оно живёт бок о бок с нами... О, вот и появился вопрос. - Слушай, - на пальце сама по себе накручивалась прядка волос, - а как всё-таки совмещаются наши миры таким образом, что мы видим как бы "отражения" друг друга? Джеффри моментально бросил рюкзак и зашёл в закрытую комнату рядом с ванной. Я осторожно шагнула за ним. Это оказался достаточно просторный кабинет с мощным компьютером на крепком столе, множеством папок и книг в застекленном шкафу с подсвечиваемыми полками и серый диван. Наверно, именно про него мне говорил Джеффри, когда предлагал место для ночевки. Пока я без стыда оглядывала его убежище, он успел вырвать листок из какого-то блокнота, быстро нарисовать что-то и всучить мне без единого в мою сторону слова. На обрывке бумаги было это:  Странно, но небрежный, молчаливый набросок разъяснил мне даже больше, чем десять тысяч слов. Интересно. Хотя представить все изображенное на рисунке вживую трудновато. Джеффри мигом упорхнул в ванную, а я осталась в кабинете. Не хотелось его отвлекать, да и тут тем более было интереснее. Хоть окна плотно закрывали шторы, но сквозь них все же пробивалась крошечная полоса нежного света с мерцающими золотом пылинками. Пожалуй, единственное в этой квартире, что пропагандировало чувства, а не механический разум. Я неторопливо подошла к подоконнику, чуть раздвинув шторы. Алый рассвет. Румяные облака плотно застилали небо над гаражами, первые лучики солнца робко выглядывали из-за горизонта, пытаясь пролить невинный свет на тайны произошедшего этой ночи. Кора деревьев окрасилась в багровый, а листва колыхалась от свежего ветра, напоенного росой. Стекла окон игриво блестели, отражая рассветный туман, сотканный из осколков рубина. Я услышала шаги, затихшие возле входа в кабинет. Небрежно облокотившись на косяк двери, Джеффри внимательно вглядывался в черты моего лица, будто изучал. Его металлические глаза окрасились в бордо. — Я пойду спать, квартира в твоём распоряжении, буду ждать тебя здесь с вещами на закате, — он отвел глаза в сторону, чуть оскалившись. — А если ты вдруг передумаешь, просто учту на всякий случай, что встретил обыкновенную трусиху. — Джеффри бросил последний вызывающий взгляд мне в лицо и ушел, оставив свою спутницу один на один с самой собой. Последний раз я осмотрела полоску света на полу, состоявшую из полотна алого горизонта, и ушла, задернув шторы. Меня считать пугливым кроликом уж точно не надо. Буду здесь на закате, как штык. Первым делом я обошла всю квартиру. Заметила отсутствие хоть чего-либо уютного: ковров, растений, даже картин! И не нашла ничего, что меня зацепило бы, поэтому побежала к себе домой, чуть не потерявшись по дороге, заодно позвонила Амелии. Зачем? Чтобы предупредить, что уезжаю в путешествие с родителями и... Двоюродным братом. Пусть будет так. Дома собрала все самые необходимые вещички, полила цветы и легла дрыхнуть, поставив будильник где то на 20.06. Мне просто уже так хотелось спать, что минутное время ставила как получится. Проснулась все равно где-то в районе 17. Походила по квартире, дособрала забытые вещи, покушала и побежала искать через карты дом Джеффри. Дорога туда оказалась дольше, чем я думала. Бродила по городу и закоулкам где-то полчаса. В итоге пришла к подъезду и... Какая у него квартира? Вот и докатились. Даже позвонить сейчас не смогу, потому что номера телефона нет. Заходит солнце, а я тут как черт знает кто. Боже, люди подумают, что я бомж с одним только рюкзаком за спиной. А Джеффри что скажет? Я присела на облупленную лавочку возле подъезда, скрестила ноги и сделала вид, будто сижу в телефоне. Правда, мне мешал свет. Закатные лучи солнца окрасили гаражи в теплый рыжий цвет свежезаваренного черного чая. Такая сияющая, чистая красота простирала свои руки даже над самыми грязными уродствами, построенными людьми. Но она уходила, отдавая мир под присмотр хладнокровной ночи. Я с трепетом наблюдала за сменой красок на небе. Вроде ещё золотился горизонт, но если поднять глаза наверх, то можно увидеть проблескивающие сквозь облака робкие звёзды. Спокойствие нарушил громкий звон домофона и грохот металлической двери. Я испуганно вздрогнула, приходя в себя от оцепенения. Из подъезда выбежал взволнованный Джеффри с рюкзаком наперевес. Рука с таким усилием сжимала лямку, что костяшки пальцев побелели. На лице же его читалось беспокойстве, возможно даже злость сквозь сжатые челюсти. Он бросил на меня короткий взгляд, отвернулся, обрёл вид осознания, снова крутанулся в мою сторону и отшатнулся. Затем в мгновение ока взял себя в руки, нахмурив густые брови, и тут же создал серьезный, даже немного отчитывающий, вид. — Что ты здесь делаешь? Почему не у меня в квартире? Мы же договорились, — я пребывала всё ещё в небольшом шоке от всех его превращений буквально за одну секунду, поэтому мне тоже потребовалось принять серьезный вид. — Кхм, я квартиру забыла... И твоего номера телефона у меня нет, — брови, стоящего передо мной человека снова ползли вверх уже который раз за сутки. Джеффри сделал размеренный вдох и медленный выдох. — 35-ая квартира. Пошли. Он развернулся и направился к гаражам. Я тут же встрепенулась, закинула на плечо тяжеленный рюкзак и поторопилась за ним. Значит, мы будем ехать на машине. Уже хорошо. Звякнули ключи. Джеффри немного попотел над замком и уже через пару секунд начал открывать тяжёлую массивную дверь. — Лучше обойди с другой стороны, я немного подъеду, чтобы тебе в гараж не лезть. — Окей. Лучики солнца слепили меня, поэтому ничего не было видно. Я встала с левой стороны и начала ждать. Внезапно меня кольнула паранойя: вдруг он сейчас уедет без меня? Либо вообще задавит? Боже мой, кому я доверяю? Пока меня уносила по течению паника, послышался звук заведенного двигателя. Пара мгновений и из гаража медленно, почти бесшумно выехала черная Ауди. Фары чистого белого цвета освещалии асфальт, заставляя блистать четыре колечка. А матовые диски черного цвета, словно тень, поглощали весь окружающий их свет. Я открыла дверь и удобно устроилась на переднем сиденье, кинув рюкзак куда-то назад. Мы тронулись. В салоне стояла абсолютная тишина, только лёгкий звук шин об асфальт давал о себе знать. Джеффри задумчивым взглядом следил за дорогой, слабо придерживая одной рукой руль. Мы быстро покинули одинокий двор и выехали в город. Интересно, у него вообще есть права? По стилю вождения чувствуется, что да. Аккуратные повороты, небольшая скорость, предусмотрительное торможение перед светофорами и другими автомобилями. Значит, ему больше восемнадцати. Боже мой, я почти ничего не знаю о нем! — Может, расскажешь немного о себе? — непринужденно спросила я, немного поколебавшись. Джеффри даже не повернулся. Бдительный водитель — залог хорошей поездки. — А что ты хочешь знать? — Хотя бы какую-нибудь базу: профессию, возраст, есть ли у тебя права? Джеффри хмыкнул. — Я — программист. Недавно окончил колледж. Работаю на одну крупную... Можно сказать, организацию. Мне двадцать один и да, естественно у меня есть права, они лежат в бардачке, но попрошу тебя их не трогать. — Окей, конечно, — я чуть заметно выдохнула. База хорошая, складывается образ порядочного человека. Хотелось бы конечно узнать о нем побольше, но что? Мы выехали из города и направились по шоссе, освещенному фонарями. На дороге почти не было машин. В зеркале я наблюдала мерцающий яркими огоньками город, до тех пор пока он не пропал из виду. Пространство вокруг окутывала ночь. На небе начинали высыпать букеты звезд. Я чувствовала, как Джеффри постепенно расслабляется, находясь в своей стихии. А мне же начинало становиться интересно, сколько будет длиться наше маленькое путешествие. И куда мы сейчас направляемся? — Слушай, — Джеффри молчал, — а сколько времени нужно, чтобы спасти мир? — А что, уже надоело? — он чуть заметно усмехнулся. — Просто интересно... — меня очень задел его тон, будто бы я — вечно недовольная принцесса, которой только и подавай развлечения. Джеффри лишь раздражённо вздохнул. — Неделя — максимум. — А куда мы сейчас едем? — В одно темное, заранее оговоренное место, где тени сообщат мне нужную информацию. Потом поедем в мотель, переночуем и на закате отправимся снова. Мне несколько полегчало. Должна успеть до начала учебы. Повеяло холодом, я немного поежилась, поджимая под себя свою кожаную курточку. Августовские ночи холодные. Хорошо, что всегда беру с собой много одежды на все случаи жизни. — Может печку включим? Холодает просто, — Джеффри мигом перевел взгляд на панель приборов и начал регулировать температуру. — Спасибо, — странно, что он с такой неохотой отвечает на мои вопросы, но так быстро откликается на просьбы. Даже сейчас никак не реагирует на благодарность, только поправляет рукав рубашки. Я нахмурились. Мне в куртке прохладно, учитывая то, что обычно моя морозостойкость даёт о себе знать. А Джеффри расхаживает по холоду в тонкой рубашке! Я скорее начинаю верить в существование зомби, чем в мир Теней. — Тебе не холодно в одной рубашке? Его рука еле заметно сжала руль. На лице появилось задумчивое выражение, подбирающее слова через поджатые губы. — У меня... — он запнулся и выдохнул. — Мне не холодно. Джеффри завернул с шоссе в какую-то деревню. Следующие пять минут мы проехали в тишине раздумий. У меня нет теплой одежды? У меня нет терморегуляции? Что он хотел сказать?! На улице уже стояла полная темень, дорогу освещали лишь фары. Машина аккуратно остановилась возле убогих гаражей, оставляя за собой две полоски от колес на гравии. Джеффри вырубил двигатель, молниеносно отстегнул ремень и вышел наружу, направляясь во мглу. Я осталась одна слушать звук своего дыхания. Меня окружала полная темнота. Фары погасли, а включать свет в салоне было так же страшно, как и шевельнуться. Казалось, будто из темноты сейчас кто-то или что-то выйдет, выпрыгнет. Я ждала чего угодно от тишины, закурившей одинокую сигарету в ожидании безмолвных действий. Молчание и темнота бесшумно взялись за руки и повели свой танец, закручивая меня в бездонной неизвестности. Они всегда идут рука об руку: две подруги, помогающие скрывать абсолютно любую правду, которую можно увидеть или услышать. С глухим громким звуком распахнулась водительская дверь. Я тут же вздрогнула и обернулась. Джеффри уже поспешно заводил машину. Зажглись фары, загремел мотор. Тишина с темнотой окончили свой вальс поклоном и испарились в облачке дыма, ожидая своего следующего выхода. Джеффри выглядел напряжённым. Он резко вывернул руль, разворачивая машину, и рванул по дороге прочь из деревни. — Что тебе сказали тени? — еле слышно проговорила я, нервно сглотнув. Джеффри пару секунд помолчал, нахмуренно осматривая горизонт. — Они сказали, что нам нужно спешить. — Почему? — мои ладони в лихорадочном ожидания сжали краешек куртки. — Потому что призванные в этот мир тени следят за нами.