Часть 30

В квартире царила абсолютная тишина, прерываемая лишь шелестом одежды. Сохи собирала вещи, улыбаясь от приятных воспоминаний, мелькавших в голове, стоило ей взять в руки ту или иную вещь. -Ужинать будешь? — тихо спросил Хун , опираясь на угол дверного проёма. - Мм? Да, сейчас... — Встрепенулась она, сминая в руках ту блузку, которую он купил ей просто так, просто оставил пакетик с вещью у неё на кровати, и уже от одной мысли о том, что он думал о ней, прогуливаясь по торговому центру, внутри всё теплело и благоговейно трепетало. -Она тебе хоть понравилась? Ни разу её на тебе не видел... — Грустно выдохнул парень, присаживаясь возле девушки и обхватывая ладонями её руки, сминавшие блузку с мелкими сердечками. -Я её надевала! — Шутливо вскинулась Сохи, приподнимая брови и с полной серьёзностью глядя на него, — Просто посмотри туда. — она ткнула пальчиком в сторону открытого шкафа, в котором было полно одежды. - Я не успеваю одежду менять так часто, как ты мне её покупаешь. - Я думал, тебе понравится... — Он опустил голову, рассматривая её вещи, которые постепенно убирались в чемодан. - Эй, — девушка обхватила ладошками лицо парня, поднимая на себя его печальный взгляд, который она никогда раньше не замечала, да и вообще не думала, что он умеет грустить. Но, как оказалось, его сердце было трепетным и мягким, и сейчас она едва ли не слышала, как оно заходится, так же, как и её, — у тебя на лице такая грусть, будто я умираю, а не просто ухожу. - Но... Тебе ведь и самой больно, почему ты не останешься? - У тебя помолвка послезавтра, стоит ли мне что-то говорить? Хун тяжело выдохнул, потирая лицо ладонями и чувствуя, как хрупкие руки его куколки обвиваются вокруг его тела, мягко прижимая к себе, успокаивающе поглаживая по плечам и спине, нежно пробираясь к волосам, взъерошивая их, навевая лёгкую полудрёму. - Идём, всё остынет. — Хун, пересиливая себя, поднялся и потянул за собой девушку, которая, не успев подняться, оказалась на его руках. - И когда ты успел так измениться? – Сохи нежно обняла парня за шею и добровольно обмякла, с удивлением оглядывая гостиную, в которую они только что вошли. – Я уже и забыла, что мы ёлку нарядили… Думала, ты снял гирлянды… - Нет, это точно не сниму. – он опустил Сохи на разбросанные по полу пушистые подушки, поднимаясь и выключая свет, оставляя лишь мягкое мерцание гирлянд. - В общем… Пусть я и выгляжу глупо, но ведь это наш последний вечер? Я хочу, чтобы всё было как вчера. Ну то есть… Без всякого «мы же не встречаемся» и прочей ерунды. - Как скажешь. – Сохи улыбнулась и приобняла парня, который чуть не растаял от нежного и почти невинного поцелуя в шею, который смутил его как никогда. – Опять план напиться? – Глядя на то, как он открывает шампанское, мурлыкнула девушка, заведомо зная, что она будет не против, даже если придётся повторять вчерашний вечер снова и снова, потому что она была с ним , она чувствовала себя рядом с ним в полной безопасности в тот момент, когда он крепко держал её, мурлыча полупьяным голосом о том, что он не хочет её отпускать. Он вручил девушке бокал и коснулся пальцами бледной щеки, видя, как она грустно улыбается , радуясь тому, что сейчас они вместе, и грустит от того, что это последний их вечер. - Мне больно видеть тебя грустной… - едва слышно шепнул он. - Тогда пообещай, что и у тебя всё будет хорошо? Тогда мне будет легче, если я буду знать, что ты ни о чём не сожалеешь. - Скажи… Ты ведь приняла бы любой мой выбор? То есть, если бы я сделал что-то, противоречащее всему, но ни о чём бы не сожалел – ты всё так же была бы за меня рада? Девушка кивнула и сцепила их мизинцы, соединяя большие пальцы и мягко улыбаясь. - Я буду счастлива, если счастлив будешь ты. Ты мой первый и единственный мужчина, и поэтому… Мне кажется, даже если бы пришлось пройти через всё это снова – я бы снова и снова соглашалась, потому что это было лучшее, что со мной случалось, и ты оказался не просто избалованным плохим парнем. Ты действительно стал мужчиной, и поэтому я верю, что ты примешь правильное решение, о котором не будешь сожалеть. - Я рад, что ты прошла со мной через всё это. – он медленно отпил, наблюдая за тем, как девушка делает то же самое, после чего отставляет бокал и неуверенно начинает есть, но даже это его умилило, потому что она выглядела такой беззащитной, такой хрупкой и невинной, что к ней подходило только одно слово – «моя». В домашней футболке и шортах, с растрепавшимся пучком, без косметики, но всё равно принадлежащая ему. – Моя, и ничья больше. – Тихо прошептал он, нежно убирая выбившиеся из пучка пряди, чем заставил её смутиться и замереть, так и не прожевав еду. – Кушай, маленькая, а то я буду беспокоиться о тебе, и не смогу быть счастливым. Он поразмыслил ещё пару секунд, после чего взял тоненькую проволочку, снятую с шампанского, и начал скручивать её, и уже через несколько минут бесцеремонно взял девушку за руку, отчего она встрепенулась и посмотрела на него. Он надел на безымянный пальчик кривоватое колечко, смастерённое им самим, и мягко улыбнулся, думая лишь о том, что и вовсе не против, если это было бы самое настоящее кольцо, и они стояли у алтаря, и будущее не было бы кем-то предопределено, и были в нём только они и никого лишнего. - Я хочу, чтобы ты всё так же оставалась моей, а даже если у тебя когда-то будет мужчина… чтобы ты не забывала меня, и чтобы я всегда был тем, кто украл твой первый не самый невинный поцелуй, и тем, чьё сердце просто растаяло от тебя. Я хочу, чтобы ты всё так же любила меня, куколка, и чтобы ты запомнила меня таким, как сейчас, а не таким, как когда я прижал тебя к стене и искусал губы от злости. - Хун… - Девушка всхлипнула, дрожащей рукой переплетая их пальцы и задерживая взгляд на том, что даже проволоки не осталось, чтобы сделать ещё одно кольцо, поэтому она молча стянула цепочку, которую ей подарила мама, и надела её на шею парня, обнимая его и не сдерживая слёзы. – Ты всегда будешь моим, кто бы рядом с тобой не был… Я не смогу полюбить кого-то так же сильно, как полюбила тебя… - Тише, малышка, тише… Считай, что мы обручились. – он посмотрел в заплаканные глаза девушки, вытирая слёзы и замирая в миллиметре от её губ. – А невесте не положено грустить. Скажи... Ты бы вышла за меня? Сохи замерла, приоткрыв рот и неотрывно глядя в глаза, которые постепенно превращались в милые полумесяцы, которые стали для неё дороже всего, что есть в её жизни, поэтому она смогла лишь завороженно кивнуть, отвечая на мягкий и полный нежности поцелуй. Хун поднял её на руки и буквально за пару секунд перенёс в спальню, мягко опуская на кровать и нависая над ней, видя, как она не сопротивляется, и даже наоборот – сама ластится, как мягонький котёнок. Котёнок, который рядом с ним превратился в грациозную и взрослую кошку, и который смог подчинить себе его вечно мечущееся в поисках сердце. Он аккуратно стянул с хрупкого тела просторную футболку и мягко коснулся губами бледной кожи, собирая всю дрожь и расслабляя, подчиняя её себе, чувствуя её так, как ни с кем и никогда не было, внимая глухим стонам и её сбитому дыханию, которые для него было в первый раз. Только от одной мысли о том, что только с ним она такая чувственная, ему сносило крышу снова и снова. Перед глазами восстал её образ в их первый раз, когда она плакала, скулила, когда ей было больно, но даже при этом она не вырывалась, несмотря на то, как неприятно ей было от того, что она была не первой и не последней. - Малышка, я хочу только тебя, и никого другого… веришь? – Нежно проводя пальцами по пылающим щекам, спросил он, замирая от того, как трепетно она поцеловала каждую подушечку, преданно кивая и медленно опуская ладошки к его широким плечам, сминая в руках футболку. Сейчас все слова стали лишними. Они просто испарялись с приоткрытых губ, так и не произносимые набором звуков, потому что единственные звуки, которые сейчас наполнили комнату – их постанывания и вздохи, прерываемые лишь сладкими звуками поцелуев. Сохи смущённо отвела взгляд, стоило ей стянуть с парня штаны, открывая всё ещё неопытному взгляду твёрдо стоящий член. - Ты всё ещё такая малышка… - Впервые усмехнулся он , зная, что даже сейчас она всё ещё смущается его обнажённого тела. – Но как твой жених я тебя заверю – я буду предельно осторожен и аккуратен. Не бойся. – Мягко шепнул он, обхватывая девичьей ладошкой свой член и заставляя провести по стволу несколько раз, размазывая природную смазку, отчего его хриплый стон обжёг её нежную шею. Девушка судорожно выдохнула, когда головка начала проникать, раздвигая плотно сжатые стеночки. Заметив то, как напрягся Хун , она нервно вздохнула, пытаясь расслабиться, но от ощущения идеальной заполненности, когда член был в ней до основания, она снова сжалась, обхватывая руками спину парня, цепляясь за его плечи как за спасательный круг. - Тебе больно? Малышка, я сделал больно? – Взволнованно спросил он, отчего девушка встрепенулась и поспешила убедить его в обратном, признаваясь в том, что ещё не научилась контролировать реакцию своего тела на него. Он медленно начал двигаться, жмурясь от приятной узости, от того, как она плотно обхватывает его, от того, как обнимает его и целует в шею, роняя стоны и несвязное бормотание. - Хун…. – Громко простонала Сохи, изгибаясь и чувствуя его всем телом, чувствуя, как соприкасается их кожа, минуя миллиметры и становясь всё более влажной, накаляя воздух вокруг и замедляя время. – Не останавливайся, пожалуйста… - Прошептала она, крепче прижимая его к себе, обхватывая руками и ногами, не желая отпускать, потому что он был только её, и ничей больше, и та, которая сейчас ненавидит Сохи– неважна, потому что с ней он не будет таким, так нежно он будет целовать только свою малышку, теряясь вместе с ней в стонах и приятной неге, растекающейся по телу. Девичьи руки поглаживали напряжённую спину парня, иногда царапая покрытую испариной кожу, отчего он начинал рычать, но тут же на смену рыкам приходили приглушённые стоны, которые он старался заглушить, целуя тонкую изогнутую шею дрожащей под ним от наслаждения девушки. Чувствуя, как начинают напрягаться обхватывающие его ноги Сохи и как его сжимают и без того узкие стеночки, он вжался в неё всем телом, слушая её вскрик и протяжный стон, и понимая, что и он близок к тому, чтобы кончить. - Хун... Ах... ! – Снова вскрикнула девушка, изгибаясь всем телом и зарываясь во влажные волосы парня, слыша, как он стонет в унисон с ней, подрагивая и судорожно выдыхая, пока тепло растекается внизу живота, заполняя её. – В меня? – Испуганно спросила она, обнимая обессилевшего парня и целуя его в висок, понимая, что поздно ругаться на него, да и желания никакого не было. Видя его виноватый взгляд и покрытое испариной тело, Сохи не хотела обвинять его в неосторожности , всё ещё пребывая в эйфории и чувствуя себя защищённой в его руках даже сейчас. - Прости, моя хорошая… Но я не смог тебя отпустить. – Всё ещё пытаясь восстановить дыхание, прошептал он, собственнически прижимая девушку к себе и умиляясь с того, как невинно она прикрылась его футболкой. Сохи нежно коснулась его груди той рукой, на которой всё ещё было надето самодельное кольцо, и нежно прошептала, проваливаясь в сон: - Всё равно я буду любить тебя, даже если ты от меня отвернёшься... ---Я тоже буду любить тебя, куколка... - едва слышно выдохнул он, крепко прижимая её к себе и так же погружаясь в глубокий сон.