10. «В День рождения сбываются мечты!»

11 глава будет после Новогоднего фанфика🎁🎄 все подробности в Тгк) Приятного чтения, дорогие❤️ Следующий месяц для Вершинина и Морозовой был самым светлым и насыщенным. После того, как Кащей освободился из темницы сырой, они сходили в ЗАГС и подали заявление. Осталось дождаться назначенной даты. Восьмое апреля или день, в который узаконят свои отношение, став супругами. Приготовления, свадебный салон, ресторан с меню и списками гостей. Вместо скромных посиделок в кругу родных и друзей, на торжество были отправлены приглашения двум криминальным авторитетом, державшим Союз вместе с Морозом. Ну и по классике их свите в виде телохранителей и жён с детьми. В итоге получилось более ста человек. Такого масштабного праздника ещё не видела Казань. На десятый день к Галине Николаевне и Сергею Фёдоровичу в гости приехали сын с невесткой. Помимо неприятного снятия швов и прочей мишуры, они мило пообщались. С приходом Вики в их жизнь, кардинально изменили отношение к Косте. Они увидели в нём того, кем он был до своей первой отсидки. В Снежке родители жениха души не чали. Добрая, весёлая, умная, воспитанная и скромная. А главное – любит их сына, как и он её. Блеск в глазах, трепетность прикосновений. С ней младший Вершинин расцвёл. Правда не для всех в их окружении этот месяц стал счастливым. Как минимум три человека ходили с понурыми выражениями лица и пустотой внутри. Жанна особо и не показывала своего горя на людях. Плакала по ночам в комнате Алины. Любимая дочурка в психбольнице, да ещё и сделать ничего нельзя. Ни посещений, ни звонков или какой-либо передачки. Муж запретил появляться там. Сам приезжал и навещал младшую дочь. В тот же день, как Лису забрали, ничего не знающий Паша прилетел к ней домой на крыльях любви, но никого там не обнаружил. Несколько часов простоял около закрытой двери, как какая-то дворовая собачонка и ушел. Только потом выяснилось, когда Кащей пришёл в качалку, что его любимая находится на Волкова в дурке. С этого момента его как подменили. Он, как её самый верный поклонник, затаил обиду на Снежную Королеву. Перестал появляться на сборах, старался избегать брата и остальных, а в особенности – влюблённых. «Она это сделала целенаправленно, чтобы помешать нашему счастью!» Комично? Не правда ли? Ну а третий? Тот, к кому младшая Морозова пойдёт первым делом, как только выйдет из этого адского места. Впрочем, как собственно Алина? Психбольница – место далеко не высшего комфорта, не курорт. Множество людей с пошатнувшейся психикой, заболеваниями, зависимостями и, порой, попытками окончить жизнь самоубийством. Но не в её случае... С первых дней выяснила, что в дурке работает одноклассница. Венера. Та, с которой она когда-то дружила. Подмазавшись к ней, Лиса обеспечила себе удобство и скрытность некоторых очень интересных вопросов, которые так и не дошли до Владимира Ивановича. Ещё не время. А вот позже... На протяжение пребывания в этом заведении девушка вынашивала план мести. Ой как сладко было от предвкушения... Морозова уверена, что упекли её сюда по указке старшей сестрицы. Устранила соперницу. Значит, как только выйдет, нужно действовать напролом. Лучшая защита – это нападение. Но были и плюсы. Ломки постепенно отошли. Теперь у неё не было зависимости от черняшки, на которую её подсалил Суворов, привёзший дрянь из Афгана. Единственное, за что была благодарна непутёвой Вике. Тридцатое января началось со сборов. Сегодня был день, когда Алину выписывали с Волкова. По словам врачей с ней теперь всё нормально. Призрачная надежда на былые взаимоотношения поселилась в душе Снежки. За месяц внутри никак не унимался голос совести. Он грыз её, настаивая, что она виновата во всём случившимся, хоть отец с женихом и твердили, что это не так. Костя не смог поехать на выписку, да особо и не хотел видеть пациентку, которая вызывала у него, мягко говоря, отвращение. Поэтому, в одиннадцатом часу утра, за Викой заехала семья и взяла с собой. Пока Владимир ушел внутрь за дочерью, сумками и документами, старшая стояла у чёрной волги, обняв себя за плечи и не спуская глаз со входа. Прокручивала в голове всевозможные варианты развития дальнейших событий и действий. Но никак ни того, что в итоге произошло. Не видела Кащеева невеста как к ней подошла массивная фигура. Не слышала скрипучих по снегу шагов, но почувствовала опустившуюся ладонь на своё плечо. Вздрогнув от неожиданности, резко повернула голову и выдохнула. Перед ней стоял Паук. Правда, лицо его было хмурым и недовольным. — Привет, — уголок бордовых губ дрогнул в подобии улыбки. — Ага. Отойдем? — шмыгнул носом и пошёл в сторону. Морозова смутилась, но всё же проследовала за телохранителем. Давно они не видались. За это время парень изменился. На лице появились едва уловимые взором морщинки. Тело стало более подкаченным. Казалось, что вся его бесшабашность исчезла, а душа покрылась ледяной коркой. — Ну чё? — развернулся к ней Паук. На губах играло подобие ухмылки. — Довольна? — В смысле?.. — хлопала ресницами Вика, не понимая. — Ты о чём? — Ну как же «о чём»? Не строй из себя дуру! — голос стал повышаться. Глаза пылали огнем. — Ты добилась своего. Насела на уши папочке и упекла Алю в психушку. А Мороз тоже хорош! Всегда прыгает перед тобой на задних лапках. Сначала сама себя пырнула ножницами, свалив на неё, а теперь это! Она тебе ничего не сделала! Снежка стояла с широко раскрытыми глазами. Каждое его слово било по её сердцу, словно острый, раскаленный нож. Слепая любовь, обработка Алины и собственная дурость... всё это делало из него не защитника, а клоуна. — Погоди... — подняла ладонь, останавливая поток неправды и негатива, лившейся на неё. — Паш, ты хоть слышишь себя? Самому не смешно от сказанных слов? Телохранитель хотел огрызнуться, но она не дала это сделать. Не любила оправдываться, да и не донесешь сейчас до него. Но, всё-таки, хотела расставить все точки над «и». — Как могла себя ножницами порезать? Я не самоубийца. Это первое. Второе... — загнула два пальца. — ...никогда не желала зла своей сестре. Делала всё на протяжении своей жизни для неё. Никогда не высказывала своё мнение. А что получила? Матери и ей на меня плевать. Но это ладно. Я не жалуюсь. Привыкла, — сделала шаг к нему, отчего Невский попятился назад. — Третье – Алина была под наркотиками. В психбольнице её вылечили. И туда её, как ты сказал: «упекла», не я. Всё это понимают адекватные, нормальные люди. А по своему поведению, поступкам и высказываниям ты таким не являешься. Прежде чем предъявами сыпать, разберись в ситуации и посмотри на неё с другой стороны. Не всегда тот, кого защищаешь, является жертвой. Да, мы с Кащеем помогли в её поимке, но не более. И совесть у меня имеется. Вика развернулась и пошла к машине, с гордо поднятой головой. Но была перехвачена. Его большая рука сомкнулась вокруг её локтя и резко дернула на себя. Девушка пошатнулась и чуть не упала на заснеженный асфальт. Серо-голубые глаза вспыхнули ледяным огнем. — Ты что творишь? — процедила сквозь стиснутые зубы. — Жить надоело? — Восстанавливаю справедливость! — рявкнул он. — Ты снова оскорбила Лису. Да и меня! Извиняйся! — «Извиняться»? — усмехнулась, но в этом звуке не было веселья. — За правду? Глаза раскрой, дебил! Она использует тебя! Начала встречаться только чтобы вывести на эмоции Костю. Потому что нужны ей его статус и деньги. Алине на тебя всё равно! Попользуется тобой и выкинет... Беги, Паш! Вдруг Паук замахнулся. Звонкая пощечина заставила девушку замолчать. Её голова откинулась в сторону. Глаза расширились от шока, а с губ сорвался тихий вскрик, похожий на стон. Свободной рукой схватилась за место удара, пытаясь унять боль и подавить накатившие слёзы. — НЕНОРМАЛЬНЫЙ! — голос задрожал. — Иди лесом! Она вырвала руку из его хватки и, сорвавшись с места, рванула к отцовской волге. А парень так и остался стоять, смотря ей вслед и не осознавая свою очередную ошибку. С ней никто и никогда так не обращался. Спустя несколько минут злость внутри начала помаленьку отступать, уступая место холодному осознанию. Невский только что ударил девушку, как последний подонок. Да ещё и не абы какую, а невесту своего босса и дочь главного криминального авторитета. Одно её негативное слово в его адрес, и он – труп. На спине проступил холодный пот. Руки задрожали, но телохранитель спрятал их в карманах чёрного пальто. Сглотнул вязкую слюну и пошёл к ней исправлять ситуацию, но не успел сделать и пары шагов, как из здания больницы вышли две знакомые фигуры. Взгляды Лисы и Снежки встретились. Уголок губ второй дрогнул. Младшая расплылась в улыбке и кинулась в объятия к сестре. Её порыв казался таким искренним, что у старшей перехватило дыхание. Алина влетела в неё, громко смеясь и крепко прижимая к себе. Только вот на Паука никто не обращал внимание. На лице была видна гримаса шока. Его любимая первым делом побежала не к нему, а к той, кого ненавидела всей душой. А Мороз неспешно шел к машине и умилялся сей картине. Всё наладилось. Его дочери снова в нормальных отношениях. И ничто не могло омрачить его счастье. — Викуууся! — протянула Алина, отстраняясь и беря за руки сестру. — Я так сильно скучала. Прости меня за всё. Я не должна была тогда так поступать, — поджала губы и потупила взгляд. — И насчёт Кости... я не буду мешать Вашему счастью. Вы же любите друг друга. — Я не держу на тебя зла, — улыбнулась Снежка, выдыхая. Внутри, словно упал огромный камень с души. — Всё хорошо. Ты тоже меня за всё прости... Младшая ещё раз её обняла и, щебеча о днях, проведенных в психушке, и планах на будущее, распахнула заднюю дверь волги, устраиваясь на сиденье. Похлопала рядом, чтобы сестра к ней присоединилась. Блондинка перевела жалостливый взгляд на Пашу, который так и стоял от неё в нескольких метрах. Хмыкнув, покачала головой и села в салон автомобиля. Мотор заревел, и машина, проскользив на ледяной корке, поехала от этого злополучного места. А Невский продолжал смотреть им вслед. Внутри появилось что-то непонятное. А в голове пронеслось: «Может, она была права...» Но парень тут же отогнал эту мысль. Рома довёз авторитета с дочерьми по указанному адресу. Вика, улыбаясь, попрощалась с семьей и выпорхнула из волги, тихо хлопнув дверью. Зашла в подъезд, пахнущий сыростью и пирогами Галины Николаевны, и прошла на нужный этаж. Трель звонка разнеслась по квартире, нарушая привычные хлопоты. Послышались шаги, и дверь распахнулась. На пороге стоял хмурый старший Вершинин, но как только увидел гостью, лицо тут же смягчилось. — Здравствуйте, Сергей Фёдорович! — улыбнулась Морозова. — Привет, Викуш, — отошел с прохода и пригласил внутрь. — Проходи. Костя как раз там заканчивает. Девушка кивнула и зашла в квартиру, закрывая за собой дверь. Свекр, словно самый настоящий рыцарь, взял её снятую шубку и повесил на вешалку. Подождав пока она разуются, пошёл вместе с ней в гостиную, где собирал новую стенку из чёрного дерева её жених. — Здравствуйте, Галина Николаевна! — подошла ближе невестка и обняла свекровь. Женщина ответила тем же, прижимая девочку к своей груди. — Здравствуй, милая. Как выписка? Всё нормально прошло? Без эксцессов? — поинтересовалась хозяйка дома отстраняясь, но все ещё её не выпуская. — Ага, как же... — фыркнул Кащей, прикручивая дверку. — Это Алина. Чё там может быть хорошего?.. — Ты не прав. Она, как ни странно, вела себя очень даже неплохо. Обнималась, болтала. И..., — остановилась, думая как бы это лучше сказать. — ...и мешать нашему счастью не будет. Как-то так. Вершинина посмотрела на Снежку. Глазами пробежалась по джинсам и свитеру. Но тут же профессиональный взгляд уловил покраснение на щеке, нехарактерное для её бледной кожи. Внутри проснулся врач и защитница. Понимала, что это не от мороза, а след от удара. Сердце забилось быстрее. «А вдруг это Костя сделал? Ну нет! Не мог мой мальчик так с ней поступить!» — Солнышко, пойдём ты мне поможешь? Пока наши мужчины тут дела доделают, — потянула на выход Галина. А та, не сопротивляясь, проследовала за ней. За этот месяц Жанна ещё больше отдалилась от родной дочери. Она считала, что идея с психбольницей – её рук дело. Неблагодарная старшая дочь решила поиздеваться над бедной Алечкой. Эта мысль плотно засела в мозгах и никак не хотела выходить, уступая место здравому смыслу. Как напротив, свекровь окружила невесту сына заботой, вниманием и любовью. Морозова спокойно могла прийти к ней и рассказать о своих переживаниях, радостях. А та слушала её, давала советы или же просто радовалась. Для Вершининой эта девочка стала дочерью. Ну а Вика, наконец, почувствовала, что же такое «материнские ласка и забота». На душе было так хорошо, тепло и спокойно. Женщина завела её на кухню и прикрыла за собой дверь. Девушка развернулась к ней и стала ждать указаний. Но их не последовало. Свекровь скрестила руки на груди и впилась в неё карим взглядом. — Что-то случилось?.. — робко спросила Снежка в пол голоса. — Милая, ты же знаешь, что можешь мне рассказать всё, что на твоей душе. Ведь так? — Вика кивнула. А хозяйка дома продолжила. — Тебя Костя бьет? — серо-голубые глаза округлились. Рот медленно раскрылся, но слов не последовало. Она беззвучно покачала головой в знак отказа. — Тогда откуда на твоей щеке след от удара? Морозова резко приложила руку к месту Пашиной пощечины и потупила взгляд. Молчала, ведь понимала, что если это дойдет до любимого, живым Паук точно не останется. А он ведь хороший. Просто... запутался и попал под дурное влияние Алины. — О шкафчик на кухне утром ударилась. Всё нормально. Не берите в голову, — виновато улыбнулась. — Я растяпа просто. Это... со всеми бывает. Галина качнула головой и подошла к ней. Видела, что врёт. Она, как будто не могла понять характер удара. Смешно. Положила руки на её плечи и посмотрела в глаза. — Викуш, доченька, не нужно меня обманывать. Я всего лишь хочу помочь, потому что ты мне стала очень дорога, — притянула к себе Галина блондинку. «...доченька... помочь... дорога...», — эхом отзывалось в её сознании. Этот тон... мать с ней никогда так не говорила. От всего сказанного стало так больно и, одновременно с этим, приятно. — Это сделала Алинка? Жанна? — Нет. Только Косте не говорите... — её шепот был едва слышен, но Вершинина не могла его не уловить слухом. — У него в подчинении есть паренёк. Пашка. Он добрый, весёлый, бесшабашный и легко поддающийся на манипуляции. Влюбился в мою сестру и попал под её влияние. Сегодня пришел и решил высказать мне свои обиды и обвинения. По его мнению я виновата в том, что она лежала на Волкова. А когда попыталась вразумить... получила. В итоге всё оказалось по-моему. Алина на него даже не посмотрела. — Молодец, что сказала. Я буду молчать, если ты так просишь. Но знай, что это неправильно. Мужчины не имеют право избивать слабый пол и детей. Никогда, — поцеловала её в макушку. — Надеюсь, что такое не повторится. Но на твоем бы месте я сказала об этом жениху... — Чё сказала? — распахнулась дверь на кухню. В проеме стояла мужская половина квартиры. Оценивающий взгляд Кащея прошелся по матери, а затем перекинулся на любимую, ища ответ на свой вопрос. Морозова же высвободилась из объятий свекрови и подошла к нему. Встала на цыпочки и чмокнула в щеку, оставляя на ней бордовый след от помады. — То, что я тебя люблю больше жизни, — усмехнулась и потянула на себя. — Давайте чай пить? Я, как раз, видела на столе моё любимое клубничное варенье. Хозяйка поддержала её и начала щебетать обо всем на свете. Женская половина порхала по кухне, создавая комфорт и уют. А главы семейств любовались ими и в очередной раз убеждались, что сделали правильный выбор. ***** В доме Морозовых царила атмосфера праздника. Любимая дочурка вернулась. Жанна ликовала. По этому случаю женщина приготовила множество блюд, которые нравились Алине. Но младшая совсем не оценила этих действий. Обменявшись с матерью сухими объятиями и парой фраз, убежала к себе в комнату. Нельзя терять время. Нужно сломать этот дешёвый спектакль и, услышав овации, получить главный приз с пронзительным шоколадным взглядом. Теперь её путь лежал к знакомой квартирке, где она проводила вечера после уроков, делая домашнее задание. Там, где её любили все, без исключения. Приказав телохранителю сидеть в машине, громко хлопнула дверью и побежала к подъезду. Внутри пахло кислыми щами и котом. Неприятно. Но что ж поделать? Только он сделает для неё это. Поднявшись на нужный этаж, выдохнула и начала звонить и стучать в железную дверь. И, вскоре, она распахнулась. На пороге стоял тот, кто ей как раз таки и был нужен. Тельняшка облегала накаченное тело, покрытое синими татуировками. Волосы слегка растрепанны. Его янтарные глаза расширились, при виде Алины, а на губах появилась глупая, влюбленная улыбка. — Ну здравствуй, Адидасик, — ухмыльнулась Лиса. Шагнула внутрь, как к себе домой, и, разувшись, вальяжно прошла в его комнату. Ошарашенный Вова закрылся и проследовал за девушкой. — Суворов... — плюхнулась она не кровать и закинула ногу на ногу. — ...ты же знаешь, что за тобой должок? — В смысле? — нахмурился старшой, не понимая. — Какой? — Ну смотри... — голос полился мягко и сладко, но в то же время ядовито. — Ты подсадил меня на черняшку. И при всём этом я не сдала тебя Кащею и своему папочке, которые, к слову, голову тебе открутят и закопают в лесочке. Если ты не хочешь такого исхода для себя, должен выполнить мою плёвую просьбу. Парень стиснул зубы так, что не лице проступили желваки. Губы сложились в тонкую линию. Знал, что не блефует брюнетка. Одна указка на него и весь авторитет, да и вообще информация о его существовании, уйдут в небытие. — Молчание – знак согласия, — игриво облизала губы и начала излагать свой незамысловатый план. Не зря же продумывала его целый месяц. — ...и это всё должно произойти завтра вечером. Усёк? — Алин... хватит... пожалуйста! Это... — никакие слова не лезли в голову после её речи. — Это пиздец! Слишком! Я не участвую! Лиса закатила глаза и поднялась с кровати. Шагнула к нему и провела пальчиком с длинным ноготком по его щеке, оставляя алый след. Адидас поморщился и зашипел. — Сам же знаешь, что будет за неповиновение, — усмехнулась и, подмигнув, вышла из комнаты. Повысила голос на несколько тонов. — Всё в твоих руках, Вовчик! Быстро обувшись, выскользнула из квартиры и, со спокойной душой, спустилась вниз и села в волгу. «У тебя нет выбора, Суворов». Усмехнулась и откинула голову на спинку сиденья. План постепенно приходил в действие. Последний январский день растекался по Казани розово-оранжевым рассветом. Именно сегодня. Сегодня один из самых важных праздников. Её День Рождения. Он проснулся раньше неё, но не от будильника, а от предвкушения, которое заставляло душу трепетать. Аккуратно высвободившись из-под одеяла, Костя тихо, чтобы не дай Бог не разбудить её раньше времени, сполз с кровати. Поднялся на ноги, ощущая прохладный линолеум босыми ногами. Схватил одежду и выскользнул за дверь, тихо её прикрывая. План был легок и прост: букет, приготовление завтрака и подарки. Ну а вечером невесту ждал сюрприз. Вроде бы обычные действия, но для неё они были высшей мерой и показателем его искренней любви. Первым пунктом стали белые розы, которые она любила. Накинув свой кожаный плащ и обувшись, вышел в промозглое утро. Ледяной ветер бил в лицо, играл в отросших кудрях, но внутри теплилось осознание, что та, кому отдано его сердце, будет рада подарку, вниманию. Это грело лучше всего. Шёл по хрустящему снегу, смотря на плетущихся на работу людей. Поглубже кутался в воротник плаща и улыбался, как дурачок. Цветочный магазин вырос перед ним. В павильончике горел свет. Было сыровато, но намного теплее, чем на улице. Ещё не проснувшаяся продавщица зевнула и подошла к нему. — Молодой человек, весь товар свежий. Гвоздики, лилии, астры... — не успела закончить она, как была перебита. — Розы. Белые. Все, — чётко произнес слова старшой. Женщина резко повернула на него голову. Брови взлетели вверх, а рот отвис и, казалось, опустится в скором времени до самого пола. — Ну! Она отошла от ступора и зашла за стеклянную дверцу. Аккуратно, чтобы не помять бутоны, пересчитала и посмотрела на него. Да, по нему было видно, что деньги имеются в достатке, но всё же нужно уточнить: — Тут тридцать один цветок. А они по 6 рублей. Это 186 будет... — Бля, двести дам. Только пошустрее! — рявкнул недовольно Костя и закатил глаза. Продавщица оживилась и начала хлопотать, делая большой и красивый букет. Лента, обертка, газета, чтобы бутоны не замерзли и радовали ту самую. Получив заветный подарок, Вершинин чуть ли не побежал домой. Понял за месяц проживания с ней, что Снежка любит поспать до обеда. Поэтому, времени у него было хоть отбавляй. Но всё же хотелось поскорее оказаться в тепле. Проносился мимо своих же ребят, идущих в школу. Они здоровались со старшим, а он молча кивал им и продолжал путь. Универсамовцы улыбались и провожали его взглядом. И каждый знал, что цветы, скрывающиеся под газетой, для его прекрасной матрешки. Полетев лестничный пролёт, щёлкнул замком и шикнул, слыша слишком громкий звук для спящей квартиры. Разувшись и скинув плащ на крючок, тихо прошел в гостиную и, пошарив по шкафам, нашел хрустальную, резную вазу, которая отлично подходила под розы. Ррасположился на кухне и отсек все звуки закрытой дверью. Налил воды и поставил букет. А далее... начал творить. Кащей никогда ни для кого не готовил, но Снежка была ни «кем-то». С ней он ощущал себя живым и счастливым. Эта девушка делала его мягким, нежным и податливым. Совсем не таким, каким был с пацанами и в криминальном мире. Ей доверился молодой воришка, показывая грани своей души. Как и она ему. Ещё вчера Вершинин выведал у матери рецепт её фирменных блинчиков и одолжил баночку клубничного варенье с целыми ягодками, которое так нравилось Снежке. Сосредоточенное лицо, скованные, но точные движения и перепроверка своих действий. Не мог ошибиться. Не сегодня. Молоко, сахар, мука, корица, растительное масло. Отмерял всё с точностью до миллиграмма. И... получилось. Кружевные, золотистые, румяные блины с хрустящими краями. Да и на вкус не дурно. Как только бандит попробовал свой шедевр кулинарии, на лице заиграла улыбка. «Оно. Как у мамы. Да я неплох!», — усмехнулся сам себе. Заварив ей любимый зелёный чай с жасмином и положив в небольшую вазочку варенье, поставил завтрак на железный поднос. Тихо, чтобы раньше времени не разбудить именинницу, пришел в спальню и поставил этот маленький подарок на прикроватную тумбочку. Сел на матрас рядом с ней. Вика всё так же спала, укутавшись в тёплое одеяло. Светлые волосы раскинулись по подушке белоснежным ореолом, словно нимб у самого прекрасного ангела. Не смея больше сдерживаться, Костя нагнулся к ней и медленно, неторопливо, начал будить свою принцессу. Целовал лоб, щеки, шею. Пока её губы не дрогнули в сонной, милой улыбке. Не открывая глаз, девушка прощебетала хрипловатым ото сна голосом: — Доброе утро... ты очень вкусно пахнешь... — Доброе, С Днём рождения, милая, — его рот накрыл её светло-розовые губы. Снежка ухмыльнулась сквозь поцелуй и перевернулась на спину. Тонкие пальцы выскользнули из-под одеяла и вплелись в непослушные кудри жениха. — Спасибо, — прошептала она, отстраняясь. Веки дрогнули, и он увидел такой любимый и родной серо-голубой взгляд. — Ты не забыл... — Не имел право, — улыбнулся и чмокнул её в нос. Привстал и взял поднос с приготовленными вкусностями. Рот Морозовой приоткрылся. Девушка игриво прикусила нижнюю губу и приподнялась в подушках. Села. Бандит взял блинчик и макнул в варенье, поднося к её рту. Она, с удовольствием, откусила его. По языку разлился приятный, сладковатый вкус клубники и пряный от корицы. — Ммм... Как фкуфно, — улыбнулась невеста, пережёвывая лакомство. — Ты – настоящий кулинар. Неужели сам готовил? — Конечно. Для тебя я буду кем угодно. Лишь бы ты была счастлива, — его слова были искренни и правдивы. Он готов был хоть каждый день вставать рано утром, готовить, покупать белые розы, чтобы только видеть её любимую улыбку. Продолжив завтрак в тихих разговорах, они наслаждались этим утром и друг другом. Через час, когда всё было съедено, Вершинин удалился и вернулся с букетом. Глаза Вики снова расширились. Она вскочила с кровати, откидывая на пол край одеяла. Приняла такие прекрасные цветы и поцеловала парня. Но на этом подарки не закончились. Кащей снова удалился и вернулся с квадратной бордовой коробочкой. Открыл. На чёрной подушечке лежал комплект из колье и сережек. Белое золото и бриллианты. Украшения переливались в солнечные лучах, падающих на них из открытого окна. У неё было много подобный побрякушек, но эти... они были очень красивы. И слишком доргие. — Кость... ну это же больших денег стоит... — подняла на него виноватый взгляд. — Хватило бы с избытком роз и завтрака. — Я не мог пройти мимо них. Они такие же красивые, как и ты. Для меня будет честью, если наденешь их сегодня, — хитро ухмыльнулся и подмигнул. — А что сегодня будет? — прищурилась девушка. — Сюрприз. Вечером узнаешь, — прошептал Кащей и прикрыл коробочку. Мазнул Снежке по виску губами и ушел на кухню мыть посуду. Морозова широко улыбнулась и, отложив цветы, ушла в ванную подготавливаться. Горячие струи обжигали кожу, делая её слегка розоватой. Помыла голову и уложила, сделав легкие локоны. Залила укладку лаком, чтобы оставаться самой красивой до конца вечера. Теперь лицо. Макияж был неброским, но в то же время и не как у серой мышки. Тональник, выравнивающий тон. Тонкие стрелки и подкрученные тушью длинные ресницы. Ну и по классике – бордовая помада с несколькими пшиками клубничных духов. Вуаля. Теперь она готова. Осталось только выбрать платье. Быстро прошмыгнув в спальню, распахнула двери шкафа, смотря на изобилие своей одежды. Фиолетовое, красное, белое... Пальцы скользили по ткани, ища подходящее. Но поиски прервались, как только сильные, знакомые руки опустились на тонкую талию, скрытую под махровым полотенцем. Она вздрогнула и поглубже вдохнула, когда почувствовала обжигающее дыхание на своей шее. По телу пробежали мурашки, а внутри что-то сладко сжалось. — Кость... — постаралась говорить ровно, но голос предательски дрогнул. — Я собираюсь. — Ага, — прикоснулся своими губами к нежной коже за ухом, начав медленно покрывать поцелуями. — Собирайся. Его рука сжала ткань и потянула вниз. Узел на груди развязался, и полотенце упало на пол. Теперь она стояла перед ним в одних трусах. Ладонь накрыла упругую грудь, а большой палец начал играться с соском. Вика сглотнула. Не двигалась, отдаваясь этим умелым движениям, выбивающим её из колеи. Вторая его рука опустилась вниз и подлезла под тонкое кружево. И теперь его палец накрыл чувствительный клитор, начав выводить на нём незамысловатые, круговые узоры. — Ну? Чё же ты не собираешься? М? — прошептал ей на ухо, ухмыляясь. — Потому что ты... играешь не по правилам... — простонала она. — А тебе это нравится... — резко убрал руки и развернул Морозову. Пара движений и она уже нагнута и прислонена грудью к кровати. Кащей быстро спустил её трусы и расстегнул ширинку на брюках. Стянул их вниз вместе с боксерами. Взял возбужденный член и провел по влажному лоно, смазывая себя. Резким движением вошёл, чувствуя её узость. Они синхронно, громко застонали. Чувство наполненности заставило девушку прикрыть глаза и закусить нижнюю губу. Бандит начал двигаться. Шлепки их тел наполнили комнату, они сменялись их вскриками и рычанием, звуками удовольствия. Её пальцы впились в простыни, в то время как он накрыл их своей ладонью, переплетаясь. Вторая его рука вновь опустилась на набухший клитор, выводя восьмерки и приближая невесту всё ближе к краю. От этих движений и толчков сносило голову. Они по-настоящему кайфовали друг с другом. Были взаимными наркотиками. Каждый знал как на прикосновения отреагирует любимый или любимая. За этот месяц выучили друг друга и умели довести до края и доставить больше удовольствия. Темпы ускорились, чувствуя как повышается её тон. Стоны стали надрывнее. А хлюпающие, пошлые звуки, громче. Внутри всё сжалось, требуя окончания, разрядки. — Давай... — хриплый голос снова позволил ей прийти к точке невозврата. Снежка выгнула спину и вскрикнула. Мышцы напряглись и начали судорожно сокращаться вокруг его члена. Ещё движение. И одновременно по их телам разлился бурный, сладкий и такой приятный оргазм. Он заполнил её своим теплом, наклонился и поцеловал в плечо, не прекращая последние толчки, доводя её до самого края. — Это было... умопомрачительно... — ухмыльнулась Вика, пытаясь выровнять дыхание. Костя вышел из неё и помог подняться. Быстро поцеловавшись, оделся, а она всё же выбрала платье. До колен, шелковое, розовое, на тонких лямках. Оно облегало её стан, подчеркивая самые соблазнительные формы. На ноги обула белые лодочки на высоком каблуке. Вершинин открыл свой подарок и, собрав светлый волос в руку, аккуратно застегнул колье на её шее. Морозова надела серьги и поправила макияж, убирая отголоски страсти. Накинув белую шубку на оголенные плечи и одев кожаный плащ, они закрыли квартиру и спустились вниз. Помог ей сесть в салон мерседеса, а сам устроился за рулем. Мотор рыкнул и понес их по вечереющим улицам Казани туда, где её ждал сюрприз. Вечер, который обещал быть насыщенным и интересным... Кафе «Юлдыз», снятое специально для них, сверкало огнями. Изнутри лился мягкий желтоватый свет, а из полуоткрытых окон была слышна музыка. Чёрный автомобиль остановился недалеко от входа, заглушив двигатель. Парень вышел из автомобиля и, обогнув его, помог невесте. Белые лодочки ступили на расчищенный асфальт и поцокали ко входу. Внутри пахло пряностями, выпечкой и дороговизной. В гардеробе на первом этаже они сняли свою верхнюю одежду и стали подниматься наверх. Она ожидала, что это будет обычный ужин для них двоих в кругу простых посетителей ресторана, ну никак не могла предположить, что сей праздник и всё заведение было в их распоряжении до конца сегодняшней ночи. Как только влюбленные вошли на второй этаж, зал взорвался овациями и поздравлениями. Здесь были все: родители, свёкр со свекровью, друзья, родные. Даже лучшая подруга – Даша прилетела из Парижа. Костя с Морозом собрали всех, кто был дорог их ненаглядной Снежке. На лице Морозовой вспыхнул восторг. Девушка приложила ладонь к губам, смотря на всё это. Глаза заблестели. На накрашенных ресницах появились маленькие солёные слезинки. — Спасибо Вам! — рассмеялась она, широко улыбаясь. — Я так рада видеть Вас сегодня! Все дружно начали подходить к ней, засыпая именинницу пожеланиями и купая в объятиях. Презенты, цветы, крики, шум. Всё слилось в единые гам радости и любви. Вскоре гости с виновницей торжества расселись по местам. Персонал расставил букеты по вазам. Теперь они находились словно в огромной оранжерее. Началось празднование. Тосты, вкусная еда, напитки, приятная музыка и атмосфера доброты и веселья. Снежная Королева не могла себе представить, что свой двадцать четвертый День рождения будет проводить так дружно. Порядком подвыпивший Мороз поднялся со стула и постучал вилкой по хрустальной стопке. Все взглянули на него, ожидая очередной тост. — Дорогие наши гости! В этот замечательный вечер я вновь хочу пожелать своей любимой доченьке всего самого лучшего! Оставайся такой же красивой, доброй, весёлой и умной! Любящий, верный и заботливый жених у тебя уже есть... детишек Вам побольше! Ну ещё здоровья! Ура! — все тут же поднялись и заскандировлали её имя и всё то же: «УРА!» Бокалы звонко чокались друг о друга. Слышались смех, разговоры и шутки. Кто-то сразу же пошел танцевать под песни «Кино», «Ласкового мая» Пугачёвой и Ротару. Сегодня все отпустили свои проблемы, просто празднуя. И было в этом что-то теплое, родное, что объединяло их всех. И каждый в зале мог с уверенностью сказать, что это она. Виктория Морозова. Милая, добрая, нежная, но в то же время собранная, сосредоточенная, упрямая, порой холодная и язвительная. Но всё же их любимая. Под конец вечера, на танцполе, среди гостей, на плечо именинницы легко опустилась рука. Она вздрогнула от неожиданности и обернулась. Рядом стояла Алина, улыбаясь. — Викусь, — взяла она её под локоть. — Пойдём отойдем? Старшая кивнула и, оставив Таню с её новым ухажёром – Петром и Дашку, отошла в сторону, где им бы не могли помешать. — Да, Алечка. Что-то случилось? — приобняла она младшую. — Не-а. Я просто хотела предупредить, что мой маленький подарочек будет ждать тебя у вашего с Костей дома. После ресторана. Ну не могла же я оставить тебя без него в такой замечательный день, — подмигнула ей и ответила на объятия. На лице появилась хитрая ухмылка, которую именинница, к сожалению, не видела. — Ты только ему не говори. Пусть сюрприз будет! — Солнышко, не нужно было тратиться. Для меня главное, что мы снова стали друг для друга сестрами, — прикрыла глаза Вика. — Ну раз ты так постаралась, то конечно не скажу. — В День рождения сбываются мечты! Вот и славно! — отстранилась и взяла её за руку. — Тебе он точно понравится! А сейчас пойдём к остальным танцевать и веселиться! Смеясь, девушки вернулись к гостям, проводя следующие полтора часа в радости и веселье. Спустя указанное время, праздник подошел к концу. Народ постепенно начал расходиться. Персонал грузил подарки в багажник мерседеса и на задние сиденье. Все снова сыпали пожеланиями и прощались со Снежкой. Морозовы старшие заверили, что довезут Галину и Сергея в целости и сохранности. Как только Алина со старшей сестрой вышли из ресторана, их взгляд остановился на угловатой фигуре с черном шерстяном пальто. Его не было на празднике. Видимо, боялся приходить туда, но сейчас появилась капелька смелости. Глаза Паука неотрывно следили за любимой, мило обещающейся с ненавистной сестрицей. А в душе царило непонимание. И, казалось, ей было всё равно на него. — Алин! — позвал её Невский, привлекая внимание. Брюнетка отвлеклась от разговора и окинула его карим взором. Младшая Морозова закатила глаза и, ускользнув от старшей, подошла к нему вальяжной походкой от бедра. — Чё тебе от меня надо? — перекрестила руки на груди. Жест, который кричал сам за себя: я не желаю говорить с тобой. — Что происходит? До этого ты готова была сожрать Вику, ненавидела. Но сейчас ты с ней воркуешь. Вчера, да и сегодня, крутишься около неё, не обращая внимания на меня. Мы же пара. Я скучал по тебе... — говорил слегка надтреснутым голосом парень. Хотел... нет, желал объяснений её поведению, получая холодный и пустой взгляд напротив. — «Что происходит»? — усмехнулась. — Паш. Думаешь я променяю её на тебя? Нет. Она мне очень дорога. А ты – никто. Всего лишь какой-то паренёк, который возомнил, что я могу полюбить такого, как ты. Серьезно? У тебя за душой нихуя. Ищи себе кого-нибудь подобного, — оглядела его с ног до головы. — Мы расстаемся. Навсегда и бесповоротно. Всё! Лиса развернулась и, с гордо поднятой головой, пошла к Вике, стоящей у чёрного мерседеса и смотрящей на эту картину с сожалением. А ведь она предупреждала его о таком исходе. Внутри Невского что-то разбилось. Он никак не ожидал данного конца. Мечтал о ней, хотел быть опорой и защитой, ждал из психбольницы. Но получил лишь полевок в душу. Ей на него было всё равно. Очередная игрушка, которой попользовалась капризная принцесса и выбросила. Хотелось закричать на всю улицу, рвать волосы на голове, но Паша лишь стоял и смотрел как гости разъезжаются. Резко развернувшись, смахнул с глаз навернувшиеся слёзы. Снежка была права. Но он слепо верил в обман, который выстроила коварная Алина. Мимо него проскальзывали машины, а телохранитель брёл к дому Кащея. Должен был извинить за свои действия, слова. Лучше поздно, чем никогда. Надеялся, что она простит его, ведь не сказала же жениху и отцу про пощёчину. ***** Машина Вершинина остановилась у расчищенного тротуара около их пятиэтажки. Пахло морозом, снежной пылью и бензином Морозова чувствовала легкую усталость от сегодняшнего дня и праздника, который ей устроили родные. Костя вышел и обогнул автомобиль. Открыл ей дверь и протянул руку. Она вложила свою ладонь в его. — Ну, именинница, — голос был тихим и глухим от сдерживаемых эмоций. — Надеюсь, тебе понравилось. Он не просто помог ей выйти, а притянул к своей груди. Его губы нашли её пухлые бордовые. В поцелуе было всё: поздравление, обещание, обладание. Невеста ответила, вплетая пальцы в его тёмные завитки, забыв о морозе и окружающем их мире. Отстранившись, любимая улыбнулась ему. В серо-голубых глазах появилась счастливая дымка. Бандит провел носом по её светлым волосам, отливающим в свете фонаря серебром, и, вдыхая клубничные нотки, повернулся к машине, чтобы достать с заднего сиденья цветы и презенты. — Сейчас всё занесем и согреешься, – сказал он, копаясь в салоне. Вика повернулась, поправляя шубку. Её взгляд остановился на фигуре телохранителя, который, увидев их, пошёл навстречу. «Эх, Пашка... а я ведь говорила...», — пронеслось в её голове. Вдруг грань реальности треснула. Из-за угла, с визгом шин по обледенелому асфальту, резко вырулила волга чёрного цвета. Она остановилась около них, резко затормозив в паре метрах. Задняя дверь даже не успела открыться. Только стекло опустилось с тихим скрежетом. Из темного прямоугольного окна появилась рука в кожаной перчатке. И длинный ствол. Всё произошло слишком быстро. Пистолет небрежно навёлся сначала на развернувшегося Кащея. Его глаза стали пустыми, но тело уже сгруппировалось, ожидая удар. Но вдруг ствол дрогнул и сместился. Мишенью стала она. Вспышка. Глухой хлопок, странно тихий для такой разрывающей мир вещи. Удар в спину, будто её с силой толкнули. Девушка не сразу поняла. Второй хлопок и удар чуть ниже, уже с раздирающей болью, выжигающей всё внутри. — А-а... — не крик, а короткий, удивленный выдох или же стон, вырвавшийся из её груди. Ноги сами подкосились. Мир пошатнулся. — СНЕЖКА?! НЕТ! Переходим в мой Тг: Мир Аконита (там спойлеры, новости и просто общение. Там можете задать мне вопросики. В навигации находится анонка). Ещё есть Тикток: aconitumy Тг наших авторов: авторский цех (с мемами, спойлерами, общением и годными работами).