Глава 15. Игра теней

***

Тишина в его квартире после ультиматума Совета была иной — наэлектризованной, стратегической. Они сидели на полу, окружённые партитурами, но это были уже не ноты. Это были отчёты, письма, досье. Михаил, отбросив роль артиста, превратился в полководца. — Прямая атака бесполезна, — его голос был спокоен и четок. Он отложил досье на Орлова-старшего. — Сила Совета — в единстве. Наша задача — найти трещины. И они нашли. Используя свои старые связи и растущую популярность, Михаил вышел на магов, недовольных застоем. Одним из них оказался пожилой историк магии, хранитель архивов, которого Грот когда-то оттеснил от власти. Он предоставил им старые протоколы, свидетельствующие о том, что сам Грот в молодости экспериментировал с «нестандартными» методами. Тем временем Александра работала с другим фронтом — с теми самыми пациентами и их семьями. Скрипач-виртуоз, чьи руки снова обрели чувствительность после её игры, использовал своё влияние в артистических кругах. Мать архитектора, которую они «вернули» к жизни, оказалась родственницей ключевого члена финансового комитета Совета. Их история, рассказанная от первого лица, была мощнее любой пропаганды. Их жизнь превратилась в двойную игру. Днём — официальные встречи с юристами, подготовка к слушанию. Ночью — тайные совещания, обмен информацией, выстраивание сети поддержки. В этом огне их связь закалялась, как сталь. Он учился у неё тонкости и эмпатии, она у него — стратегии и непоколебимости. Однажды ночью, когда они в очередной раз анализировали списки членов Совета, он неожиданно сказал: —Я боюсь не их. Я боюсь, что в этой борьбе мы потеряем ту самую музыку, ради которой всё началось. Она взяла его руку и положила её себе на грудь, туда, где билось её сердце. —Она здесь. И пока мы вместе, она никуда не денется. Мы просто играем другую симфонию. Пока. Их скрытая деятельность не осталась незамеченной. Через три дня после начала их тайной кампании, Михаил нашёл у себя в почтовом ящике конверт без обратного адреса. В нём лежала одна-единственная фотография: Александра, выходящая из здания архива. На обороте было написано красными чернилами: «Прекратите копать. Последнее предупреждение.» В ту же ночь с их бывшим пациентом, архитектором, случился рецидив. Неопасный, но показательный. Кто-то явно продемонстрировал, что может дотянуться даже до тех, кого они «исцелили». Это была война в тени, и противник играл грязно. Но вместо того чтобы испугаться, они поняли — Совет запаниковал. Их ударили именно по тем точкам, которые угрожали системе. Это значило, что они были на правильном пути. Решающим стал звонок от Станислава Орлова. Его голос по-прежнему был холодным, но в нём звучала новая нота — расчётливый интерес. —Московский. Ваши методы... неортодоксальны. Но мой сын впервые за месяц спокойно проспал всю ночь. Совет не единственная сила в этом мире. Есть и другие... заинтересованные стороны. Я хочу встретиться с вами наедине. Михаил положил трубку и посмотрел на Александру. Весь он излучал жёсткую уверенность. —Трещина найдена, — сказал он. — Игра начинается по-настоящему. Они хотели слушания? Что ж, мы его им устроим. Но на наших условиях. Они стояли у большого окна, за которым простиралась ночная Москва — город, полный врагов и союзников. Их руки сплелись, и в этом сплетении пальцев чувствовалась и нежность и сжатая пружина общей воли. Они больше не просили признания. Они готовились его взять.