11. Риян

Девушки вернулись назад, двое мертвецов Армара — следом.  Риян так и не решилась спросить, как именно он обрёл власть над телами мертвых. Ей было известно, что ни его семья, ни кто-либо другой в Эрналине не способен управлять мертвыми. Эрналинцы — жнецы смерти, чья задача сопровождать души в загробный мир, терпеливо ожидая их перерождения. Но то, что творил Армар, выходило за рамки их способностей. Риян отмахнулась от мыслей об Армаре, решив переключиться на Сиэрру. Когда она взялась обучать эту девушку, то готовилась к долгой и нудной работе. Поначалу Сиэрра, несмотря на безупречную технику, казалась не самой завидной ученицей – упрямой, громкой, требующей бесконечного терпения. Ещё пару дней назад Риян была уверена, что впереди её ждёт утомительный труд. Но теперь всё перевернулось: оказалось, что визарийские наёмные убийцы вполне умные и обучены всему предостаточно. «Или это только она такая?» — размышляла Риян. Она не знала, кем была Сиэрра до того, как ступила на грязный путь, но подозревала, что та вращалась в высших кругах. Откуда иначе эта любовь к книгам и глубокие познания в дисциплинах, которые Риян только собиралась ей преподавать? Сиэрра оставалась загадкой, но одно стало ясно: за маской самоуверенной выскочки скрывался характер, в котором сочетались обычные черты фейри и людей — дерзость, любопытство и даже уязвимость. По пути их встретил тревожный эрналинский принц. Он явно опасался, что девушки снова вляпались в неприятности. — Вы же обещали, что задержитесь ненадолго! Знаете, как я волновался? — бросил он, не скрывая раздражения. — Расслабься, — спокойно ответила Риян, стараясь его унять. — Все в порядке. — Точно все в порядке? — спросил он, явно не поверив. — Да. Говорю же в порядке. Лучше убери своих марионеток. — Она кивнула на двух призрачных стражей, маячивших вдалеке. — Не особо приятно, когда за тобой таскаются мертвецы. То ли охраняют, то ли просто пугают своим видом. Никогда не знаешь, чего от них ждать. Если они выйдут из под контроля... — Риян, милая, если бы ты удосужилась присмотреться, то заметила бы, что я стал гениальнее. А значит и с моим даром проблем не будет. Риян закатила глаза: — Успокойся, Армар. Я не это имела ввиду. Но, никогда не говори никогда.  Принц смерти всё-таки отозвал мертвецов и они втроём направились к дому. Принц пытался разрядить обстановку, болтая о пустяках, но Риян уклонялась от разговоров. Она уже смирилась с его присутствием, и, несмотря на внутренние терзания, рядом с ним чувствовала странный покой. В этом и крылось главное обаяние Армара: он умел расположить к себе любого, становясь душой компании. Даже фейри из других королевств тянулись к нему. Жаль, её семья так и не поддалась его чарам. И все же, ей нельзя было попасть в капкан его дружелюбия. Пусть она и знала, что встреча неизбежна, боялась разговоров с ним. Она скрыла от Армара тайну, которую не имела права скрывать. Эта тайна стоила ей убийства семьи и клейма предателя Суняна. Она боялась его осуждения, его ненависти. И всё же, глядя на него — на этого неугомонного принца, который сдался и больше не старался её разговорить, — она не могла не улыбнуться. Но улыбка быстро угасла, когда её взгляд упал на Сиэрру. Та была непривычно тихой, погружённой в свои мысли. — О, боги, Армар, заткнись уже, — огрызнулась Сиэрра, бросив на него взгляд, полный презрения. — Мир не крутится вокруг твоей...царственной персоны. — Тогда в чём дело? — вмешалась Риян, презирая её пугливость и скептичность. — Опять тебе мерещится какой-то шорох? Решила, что за нами крадётся страшный зверь? — Погодите, какой шорох? — Армар напрягся, его глаза потемнели. — Что случилось? — За нами следили. Можете не верить, но я знаю, что кто-то там был. И, кажется, это не первый раз. Я найду это существо, кем бы оно ни было. И тогда посмотрим, как его красивые или не очень глазки будут следить за нами, а ноги — найти нас. «Опять она за свое...» Риян и Армар переглянулись. Она видела, как в глазах принца мелькнула тень беспокойства. — Ты что-нибудь чувствовала? Лишние глаза, ауру фейри, вампира, что угодно? — спросил он. Его лицо стемнело, а глаза приобрели черный оттенок. — Нет. — Решительно сказала она. – Там не было никого, Армар. Я в этом уверена.  Последовала некая пауза. Армар задумался, затем ответил: — Я уверен в способности моих подчинённых. В случае нахождения кого-то опасного рядом, они бы учуяли это, дали бы сигнал. Сиэрре точно просто показалось.  Риян верила скорее Армару, чем Сиэрре, потому что она сама ничего не заметила там. Она бы почувствовала. Если Сиэрра ассасин, то она – воин. К тому же Армар знал своё дело — если он говорил, что его...тёмные стражи способны учуять угрозу, значит, так оно и было. — Я её в последнее время измотала, — добавила Риян, пытаясь успокоить и себя, и его. — Вот и мерещится всякое. — Даже интуиция лунных фейри может предать их. — заметил Армар, с лёгкой усмешкой. — Ты права. — Мне не показалось. — бросила Сиэрра. — И эти две недели тренировок для меня ничто, дорогая Риян, чтобы измотать и заставить видеть галлюцинации. Сиэрра оставила их позади, идя в переди. Риян и Армар снова переглянулись, и вздохнув, молча продолжали свой путь. Риян старалась не замечать Армара, но это было почти невозможно. Его аура – светлая, несмотря на тёмный отпечаток Эрналина, – притягивала её, как магнит, и это сводило с ума. Он был светом в её глазах, несмотря на все его изъяны. Ей вспомнилось, как старший брат Армара отчитывал его за легкомыслие, за нарушение правил, за то, что он не ведёт себя как подобает принцу смерти. Но Риян знала правду: Армар всегда был умнее, чем казался. Его оценки в конце семестра говорили сами за себя, и он мог ответить на любой вопрос — когда хотел. Рядом с ним она чувствовала себя как дома. Ей хотелось сказать: «А помнишь, когда...» и вновь смеяться и почувствовать то, что было в молодости, но она боялась говорить обо всем этом. Тоска по тем беззаботным дням, по дружбе с ним, Нилой и Менуа, захлестнула её. Она улыбнулась, но быстро вернулась в реальность. Они с Армаром остались вдвоём у входа в дом. Сиэрра уже ушла наверх. Риян неловко кашлянула. — Я… пойду спать. Поздно уже. — Да, мастер лунных фейри, тебе нужно отдохнуть, — сказал он, глядя в окно. Ей показалось, что он хотел что-то добавить, но промолчал. «И к лучшему», — подумала она. — «Пусть он ещё долго не задаст вопросы, великое солнце». — Возможно, завтра я вновь встречусь с *ним*. Думаю, мы близки к тому, чтобы начать наше путешествие и поиски. Риян кивнула, надеясь, что они действительно быстро покончат со всем этим. В глубине души она понимала, что им все ещё понадобится много времени, но если Антея ждала столько лет, то будет подождёт ещё немного. Поднявшись в комнату, она застала Сиэрру сидящей на полу у открытого окна, задумчиво глядящей в лес. — Серьёзно? — проворчала Риян. — Мы тут от нечисти защищаемся, а ты окна открываешь. Что, если какой-нибудь вампир решит заглянуть? Сиэрра лениво повернула голову, её взгляд был полон раздражения. — О, Риян, не начинай. Ты же сама сказала, что в лесу ничего не было. Или теперь передумала и ждёшь, что из кустов выскочит оборотень? — Сиэрра… — начала Риян, но та перебила. — Забудь. У меня было...странное чувство, вот и всё. — Можешь объяснить, какое чувство? Риян пыталась себя убедить, что за ними никто не следил, но чем дольше она смотрела на Сиэрру, тем сильнее её одолевали сомнения. — Я не умею объяснить чувства. Просто знаю, что там кто-то был. Вот и все. — отмахнулась она. — Но сейчас я просто нуждаюсь в воздухе. — И ты уверена, что этот "кто-то" хотел навредить? — Не знаю. — призналась девушка. — Если бы кто-то хотел нам навредить, мы бы уже не стояли тут, — возразила Риян. — И доверься Армару. Его мертвецы бы среагировали. Судя по осуждающей и презирающей взгляде девушки, убедить она не смогла. «Какая упрямая, солнечные боги!» Риян отпустила эту тему. Она сняла ханфэй, забралась в постель и бросила напоследок: — Поспи, Сиэрра. Даже лунным фейри нужен отдых. Завтра тебя ждут уроки, а может и путешествие, причем, через портал. — Спи ты. Я ещё посижу, — сказала Сиэрра, явно не в предвкушении. Риян не стала возражать. Закрыв глаза, она погрузилась в сон, где легенда о солнце и луне смешалась с воспоминаниями о доме. Эти воспоминания грели её душу, возвращая к дням, когда всё было проще. * * * — Мастер Кан, а можно сегодня изучить Бак Мэй? — спросила девочка, стоя на тренировочной арене, её глаза горели энтузиазмом. — Конечно, ваше высочество, — улыбнулся мастер Кан. — Его величество велел исполнять все ваши желания и обучать тому, что вы пожелаете. — Расскажите мне об этом искусстве, мастер. Оно же один подвидов кунг-фу? — спросила она, гордая тем, что уже знает об этом. Она читала об этом боевом искусстве, но помнила лишь обрывочные факты да картинку монаха, застывшего в изящной позе на огромном камне. Эту позу она не раз пыталась повторить в своей комнате. — Вы умница, ваше высочество, — похвалил мастер Кан, и девочка расплылась в улыбке. — Да, Бак Мэй — подвид кунг-фу, зародившийся в южной части Эрналина, что граничит с нами. Его название переводится как «Белая бровь». — Там нужны мощные удары, верно? — уточнила она, стараясь блеснуть знаниями. — Именно так. Нужно сосредоточиться на своём теле и мыслях, — ответил мастер, поднимая её и ставя на деревянную платформу. — Техника Бак Мэй уникальна. Часто тренировки проходят на возвышенностях, но сегодня обойдёмся без этого. Итак… — Он поднял правую ногу. — Стойка должна быть высокой. Риян старательно повторяла его движения, плавно и сосредоточенно. — Ногу чуть выше, — подсказал мастер. Она приподняла ногу, копируя его позу. — Вот так, отлично! Вы большая молодец, ваше высочество! Похвала мастера Кан заставила её сердце забиться от гордости. Она обожала, когда учителя замечали её старания, а мастер Кан в этом был непревзойдённым. — Основа Бак Мэй — в распределении силы. Удары резкие, чёткие, но наносятся легко. Мышцы напрягаются только в момент удара…

***

Риян ощутила себя мастером Каном, на чьих уроках она потратила бессчётные часы. Тогда она была прилежной ученицей, влюблённой в всё — от изящных ударов кунг-фу до тонкого искусства шитья. Теперь же, обучая Сиэрру, она словно вернулась в детство. Ей всегда казалось, что ей не хватит терпения быть наставницей, но, к её удивлению, она справлялась. И даже получала от этого удовольствие. — Бак Мэй — лучшее, что есть для защиты, — заявила она с убеждённостью. — Это искусство создано, чтобы держать врагов на расстоянии и бить точно в цель. — В мире людей оно непопулярно, — заметила Сиэрра, — И чем она нужна мне, не понимаю. Я умею защищаться, и это вряд ли поможет против нашей злой тетеньки. — Скоро дойдёт и до них, — усмехнулась Риян. — Эмиель – мир людей всегда плетётся в хвосте, отстаёт от других. А тебе это может понадобиться, госпожа явсеумею. Она посмотрела на Сиэрру, которая, несмотря на ворчание, выполняла движения с завидной точностью. Эта девушка была загадкой: дерзкая, талантливая, с острым умом и языком, который мог резать, как клинок. Риян невольно восхищалась ею — почти такой же, какой когда-то была сама. — Слушай, почему мы тратим время на эти прыжки и удары, а не на магию или, скажем, стратегию? Или не ищем эти чёртовы осколки клинка. — Сиэрра закатила глаза, её голос сочился раздражением. — Я уже знаю половину того, что ты мне пихаешь. — Половину, но не всё, — парировала Риян, поднимая ногу выше в стойке. — Ты способная, спору нет. К концу недели освоишь все боевые искусства Суняна и Эрналина. Может, даже раньше, если не будешь ныть. Сиэрра ухмыльнулась, её глаза блеснули самодовольством. Губы девушки изогнулись в ухмылке, её глаза блеснули самодовольством. — Конечно способная. Большая половина моей жизни прошла на тренировки, чтения, убийства и мисии. Мой разум столь же прекрасен, как лицо. Риян закатила глаза, но не смогла сдержать лёгкую улыбку. Риян закатила глаза, но не смогла сдержать лёгкую улыбку. — Скромности в тебе — как воды в пустыне. — Скромность нужна тем, кто ничем не выделяется. — Сиэрра картинно вскинула бровь. — Я же имею права не скромничать. Риян фыркнула, но в глубине души позавидовала её непроницаемой уверенности. Сиэрра была как буря: дерзкая, неудержимая, всегда готовая бросить вызов. «Интересно, а как насчёт внутренней гармонии?» — мелькнула мысль, но Риян отбросила её, сосредоточившись на тренировке. — Ещё раз, с правильным дыханием. Нога выше, левую ладонь открой… — скомандовала она. — Да, вот так, а теперь… Она не успела договорить, как Сиэрра внезапно атаковала. Удары были молниеносными, плавными, но слегка напряжёнными. Риян отразила нападение, но не могла не признать: Сиэрра её впечатлила. — Неплохо, — сказала она, отступая. — Технику усвоила за несколько тренировок, это достойно. Только расслабься, ты слишком зажата. — Пять попыток, конечно я усвоила, — хмыкнула Сиэрра, поправляя волосы. — Я же всё-таки ассасин. — Думаешь, все так быстро учатся? — Риян приподняла бровь. — Прими похвалу, Сиэрра, не выпендривайся. Бак Мэй требует скорости молнии, и ты в этом хороша. Честно, я ждала средних результатов, а ты превзошла ожидания. Ну, может, дело и правда в твоём прошлом ассасина.. Сиэрра ухмыльнулась шире, явно наслаждаясь моментом. — Теперь тебя не волнует мое темное прошлое и вид деятельности? — поддразнила она. — Ну, да, я способная. А из тебя вышла неплохая наставница. Не зря тебя здесь выбрали генералом. Слова заставили её улыбнуться. «Знает путь к сердцу.» Девушки перестали принимать позиции Бак Мэй и стояли теперь прямо, лицом к лицу. — Льстишь, чтобы увильнуть от медитации? — подколола она. — Это не лесть, — отмахнулась Сиэрра, но её глаза хитро блеснули. — Но медитировать я не хочу. Я лучше ещё сто ударов отработаю, чем буду сидеть и пялиться в пустоту. — Медитация — это связь с собой и своими силами, — терпеливо объяснила Риян. — Я знаю, тебе сложно выключить голову, но это необходимо. Возможно именно с её ты не раскроешь свой потенциал. — Обычно меня мотивирует опасность, нежели бездвижное сидение. Девушки присели на траву, чтобы передохнуть после утренней тренировки. Утреннее солнце мягко освещало поляну, и Риян ощутила прилив ностальгии. — Знаешь, я обожала своего мастера боевых искусств, — призналась она, глядя вдаль. — Он был мне как второй отец. Фейри, на которого я равнялась и хотела быть похожей. — И кажется, стала. — заметила с полуулыбкой девушка. — Терпеливая и старательная. Такая ты наставница. Риян покачала головой, вспоминая спокойную мудрость мастера Кана. — Мне до него далеко, поверь. Я иногда срываюсь, а он был воплощением терпения. Лучший во всём Суняне. — Срываешься? — Сиэрра хмыкнула. — Не всегда, но ты просто терпеть не можешь, когда кто-то спорит с тобой и критикует твои гениальные планы. — А ну перестань учить свою наставницу! Меня раздражает, когда ты начинаешь учить меня чему-то, споришь. В лицо говоришь, что я неправильному стратегию обучаю тебя. — в шутку пригрозила Риян, ткнув её в плечо. — Честность иногда погубает даже бессмертных, знаешь ли. — Не меня, — парировала Сиэрра с ехидной ухмылкой. — Я тебе нужна для твоего великого плана по спасению мира. Меня ты не тронешь и не позволишь, чтобы кто-то другой это сделал. — Ах ты… — Риян легонько шлёпнула её по руке. — Мне делать вид, что больно, или быть частной? Риян уже привыкла к её колкостям. Было в Сиэрре что-то притягательное — может, их связь, как солнца и луны, а может, её дерзкий характер. Но Риян всё ещё знала о ней так мало. Кроме того, что Сиэрра была наёмницей до их встречи, её прошлое оставалось тайной. И это насторожило. — Расскажи о себе, — попросила Риян, решив рискнуть. Сиэрра задумалась, её взгляд стал отстранённым. — О, ты прекрасно знаешь всё, что нужно. Большего и не нужно знать. — Я хочу узнать тебя поближе... — Мне нечего рассказать тебе, Риян. — отказалась она. — Я - ассасин. Это все, что тебе нужно знать, и это все, что есть на самом деле. Не больше, не меньше.. — Этот факт знают все. Расскажи, как ты стала тем, кем являешься сейчас? У тебя были приёмные родители? Она тут же пожалела о вопросе, боясь, что перешла черту. Если они победят на войне, Каллэара будет держаться на Сиэрре, и она подумала, что было бы неплохо узнать о ней, раз им суждено быть связанными, как солнце и луна. Связь Суняна и Каллэары всегда была нерушимой, и Риян верила, что со временем они так или иначе сблизятся. Нужно лишь сделать первый шаг. Сиэрра смотрела вдаль, её лицо стало непроницаемым. — Путь был долгим. Не знаю, было ли что-то вроде родителей? Может да, может нет... — процедила она, затем резко сменила тему. — Давай не обо мне. Лучше ты расскажи что-нибудь. Риян решила не давить. У каждой из них были свои демоны. — Прости, если задела. Всё в порядке, если не хочешь говорить. — Спасибо, что уважаешь моё молчание, — сказала Сиэрра, и в её голосе не было привычной насмешки. Риян слегка сжала её руку в знак поддержки и улыбнулась. Она понимала её, потому что сама боялась рассказать о прошлом. О том, что натворила в Суняне. Боялась осуждения и воспоминаний. — Кстати, где Армар? — вдруг спросила Сиэрра. — Вернётся вечером. У него есть какие-то дела. В глубине души она надеялась, что вернётся он не скоро. — Он неплохой парень. — заметила Сиэрра.  — Похоже, услышать от тебя такое огромный комплимент?  — Можно и так сказать. — пожала она плечами. — Он обрадуется, если узнает, что ты о нем хорошего мнения. — Не говори ему. Я ещё не решила, нравится он мне или бесит. Тем более, чем сильнее хвалишь мужчин, тем невыносимее они становятся. Риян мысленно поблагодарила Сиэрру за то, что та не лезла в её прошлое с Армаром. Наверняка она давно догадалась, что между ними что-то было, но держала язык за зубами. И Армару Риян была благодарна — несмотря на их болезненный разрыв, он вёл себя так, будто ничего не произошло. Словно не затаил обиду. «Пока не затаил. Когда он узнает обо всем, что сделает? Убьет меня? Придушит? Навсегда уйдет и не захочет больше меня видеть?»  — Давай практиковать магию, — предложила Сиэрра, выдернув Риян из мыслей. — Я всё ещё не могу найти ключ к теням, и это уже бесит. Призыв теней сейчас важнее боевого искусства. — Боевое искусство важно так же, как магия, — возразила Риян. — Пренебрегать чем-то — значит ослабить себя. — И всё же тени у меня не выходят, — упрямо заявила Сиэрра. — Хочу тратить время на них. Если до того, как начнём поиски, у меня будут свои силы, я буду уверенна в успехе. Но давай пока без медитации. Сначала атака. Она покачала головой, но все же согласилась: — Ладно, вставай. Попрактикуем до возвращения Армара, потом поедим и отдохнём. Девушки отошли друг от друга, освобождая пространство для магии. Риян встала в центре, её голос стал твёрдым. — Смотри, как я призываю огонь и свет. Наблюдай за моими движениями, за тем, как я их чувствую. Она закрыла глаза, сосредоточившись. — О великий бог солнца. О великие солнечные святые. Дайте огню феникса ответить на мой зов. Дайте ему подчиняться мне. Огонь вспыхнул в её венах, оранжевое пламя охватило правую руку. — Ответь, великий свет. Подчиняйся мне. Левая рука засияла мягким жёлтым светом. Вены пылали оранжевым и золотым. Риян специально делала всё медленно, с открытыми глазами, чтобы показать эмоции, которые испытывала при призыве. — Погрузись в себя, — наставляла она. — Ищи то, что откликнется на тени. Если не выйдет, хочешь или нет, будешь медитировать. Ты должна сказать : «О великая богиня луны и тени, о великие лунные святые. Дайте теням внутри меня просыпаться и ответить на мой зов. Дайте им подчиняться мне. Ответьте великие тени, подчинитесь мне.» — А обязательно говорить вслух целую поэму? Не думаю, что враг подождет, пока я закончу свою силовую речь. — подняв бровь спросила фейри. — Нет. Но поскольку у тебя не получается, я хочу, чтобы мы придерживались древних правил. Обычно фейских детей обучают так. Я конечно не мастер теней, но примерно так должно сработать их вызов. Попробуй. Если не получится, будешь медитировать, хочешь или нет. — Мотивировать ты, конечно, умеешь. — скривилась Сиэрра, скорее всего от мысли, что ей придется сидеть неподвижно в случае провала(что была очень вероятна). Риян понимала её. Медитация явно была её личным адом — сидеть неподвижно и очищать разум для такой активной натуры было пыткой. Риян, напротив, обожала медитацию, находя в ней покой, внутреннюю гармонию и силу.  Сиэрра попыталась повторить её действия, но тени не откликнулись. Раз за разом — ничего. Это начинало раздражать их обеих. — Почему ты их не чувствуешь? — не выдержала Риян. — У тебя всё получается, кроме этого! — Я не могу найти путь к ним. Они...не отзываются никак. — огрызнулась Сиэрра, сжимая кулаки. — Но без теней… Риян знала, что она хотела сказать. «Без теней, возможно, мы не сможем соединить осколки. Мы спасём Антею». — Попробуй ещё раз, — велела она. — О великая богиня луны и тени, о великие лунные святые. Дайте теням внутри меня просыпаться и ответить на мой зов. Дайте им подчиняться мне. Ответьте великие тени, подчинитесь мне. Очередная попытка провалилась. Риян цеплялась за надежду, вспоминая, что тени однажды уже откликнулись на Сиэрру. Иначе, она бы просто бросила эту безнадёжную девушку и вернулась бы в аньянский дворец. «Но даже если они вернутся, ей придётся научиться ими управлять. Сможем ли мы с Армаром заняться с ней так, как занимался бы каллэарский фейри?» — Медитация, — твёрдо сказала Риян, понимая, что это единственный путь. Сиэрра застонала, но Риян была непреклонна. — Садись. Будем медитировать. Ты научишься, даже если это займёт вечность.

***

Армар вернулся поздним вечером, облачённый в белоснежную эрналинскую ханфэй, струящуюся, словно лунный свет. Его тёмные волосы были собраны в аккуратный полухвост, придавая ему одновременно царственный и небрежный вид. Он окинул взглядом комнату, где сидела Риян, и его губы изогнулись в знакомой насмешливой улыбке. — Заставляешь беднягу медитировать? Суровая наставница.  — поддразнил он, лениво подходя к столу и протягивая руку к печенью Риян. Она ударила его руку, но сволочь всё-таки украл еду. — Там полно печенья, бери оттуда. — указала она на купленное Армаром лунное печенье. — И я вовсе не суровая.  Сиэрра сама решила медитировать. Правда, выходит у неё так себе. Но сегодня я вижу прогресс. Она упорно решила вызвать сегодня тени. Армар засмеялся.  — Я её понимаю. Помню, медитация — это было моим проклятьем. Вечно портил всем уроки, отвлекал, шумел… — Он сел рядом, его тёмные глаза, глубокие, как бездна, встретились с её взглядом. — А ты, Риян, похоже до сих пор влюблена в эти тишину и покой. — Медитация очищает мысли, успокаивает душу, — ответила она, стараясь говорить ровно. — Это иной вид дара, доступный тем, у кого душа в гармонии. Только спокойные душой могут по-настоящему к ней тянуться. Армар прищурился, его взгляд стал внимательным, почти пронизывающим. — А твоя душа спокойна? — спросил он тихо, изучая каждую тень на её лице, каждую попытку скрыть эмоции. Вопрос застал ее врасплох. Спокойна ли ее душа? Душа той, из-за чьих решений погиб ребёнок. Той, кто разрушила бесценное в Суняне. Той, что по эгоизму или отчаянию выбрала служить королю, убивая солдат чужих земель. «У меня были причины, — твердила она себе. — Я выбрала судьбу, что в тот момент оказалась выгоднее для меня». Но эти оправдания звучали всё слабее. Эгоистичные, вынужденные, импульсивные, не похожие на прежнюю Риян поступки, превратили её в другого фейри, и она пыталась оправдаться тем, что выбора у неё не было. «И время не вернёшь.» — Спокойна, — сказала она, стараясь, не показать волнения. — Моя душа спокойна. Не зря же друзья прозвали её*Серена*— «спокойная». Но Армар не был дураком. Его взгляд стал тяжелее, словно он видел её насквозь. — Ты — уравновешенная, но спокойствие души — это другое. После всего, что произошло… так ли оно у тебя есть? Паника захлестнула её. «О чём он говорит? Почему смотрит так многозначно? Не может быть, чтобы он...» Решив, что ещё есть шанс выкрутиться, она сказала: — Я вернула Аньяну их земли, которые были отняты из-за старого альянса пяти стран. Аньян не хотел, чтобы их культура погибла под властью Вьодейла. Когда те отказались вернуть земли, война стала неизбежной. Я сделала всё, чтобы минимизировать потери, Армар. Всё, что могла. Он покачал головой, его лицо стало серьёзнее. — И об этом тоже. Риян почувствовала, как её сердце сжалось. Она боялась этого разговора, как дьявольских пыток. Решила уйти, пока не поздно. Снова ускользнуть, пока она не придумала, как объяснить ему правду — правду, которая разобьёт его сердце. Армар сегодня был другим: не просто привычный улыбчивые принц, а мужчина, чьё терпение, кажется, подходило к концу. Она знала, что он скоро спросит об Антее, о Суняне, и тогда ей не объясниться. И Чень, должно быть, утаил часть правды от публики, чтобы не позорить династию, но тайны не живут вечно. Этот день должен был прийти. Она уже собралась встать, но Армар схватил её за запястье. Его хватка была твёрдой, а взгляд — незнакомо суровым. Он смотрел на стол, не моргая, словно собирался с мыслями. — Нет, Риян, — сказал он, и его голос был холоден, как эрналинская ночь. — У тебя есть что мне рассказать. И я хочу, чтобы ты перестала бегать от меня и притворяться, будто мы… Он замер, не договорив. Его глаза расширились, уставившись на дверь. Риян почувствовала, как воздух в комнате стал тяжёлым, словно сама тьма просочилась внутрь. — Чёрт побери… что это? — выдохнул он. Ей не пришлось оборачиваться, чтобы понять, как правильно она угадала. Тьма, густая и живая, начала заполнять дом, словно чёрный туман, пожирающий свет. Нокка, ворон Армара, недавно привезённый из Эрналина, захлебнулся карканьем, его крики разрывали тишину, предупреждая о беде. Сердце Риян заколотилось от ужаса. «Тени…» — Сиэрра! — закричала она. Армар отпустил её и они рванули к двери.  Риян вызвала свет, окутавший её руки золотым сиянием. Тёмная ночь наполнился с густым черным мраком, сквозь которую едва пробивался её свет. — Она в опасности! Нужно выйти, пока ее тьма не поглотила весь лес.  Риян вызвала свет и они вышли из дома, к Сиэрре. — Святые мертвецы, даже с твоим светом ничего не видно. — огрызнулся принц, пробираясь вперёд. Риян усилила призыв, заставив свет гореть ярче, но тени, казалось отказались дать шанс свету. Они шли, ориентируясь на луну — её пульсирующее сияние, казалось, вело их к своей повелительнице. Но даже луна выглядела странно, словно почувствовала, что что-то не так. — Я убью её! — огрызнулась Риян, её голос дрожал от злости и паники. — Зачем она ушла так далеко?! — Если её не убьёт собственная тьма. — мрачно заметил Армар. — Кажется, мы близко, но этот чёрный дым… Черт, я даже забыл, как выглядят тени каллаэрцев. Наконец они добрались до силуэта фейри. Лунную фейри нашли недалеко от дома. Её вид заставил кровь застыть в жилах. Её тело сотрясали судороги, а глаза светились мертвенным лунным светом, словно принадлежали призраку. Тьма вокруг неё сгущалась, закручиваясь в вихри, которые пожирали вокруг всё — траву, воздух, даже саму реальность. — Сиэрра! — Риян бросилась к ней, схватила за плечи и начала трясти. — Сиэрра, очнись! Я не это имела в виду, когда просила найти путь к теням. Приди в себя! Сиэрра приоткрыла рот, и Риян на миг обрадовалась, но тут же застыла в ужасе. Из её рта хлынули тени — чёрные, как сама бездна, они извивались, словно живые змеи, и растворялись в воздухе, усиливая мрак. Армар замер рядом, его лицо побледнело. — Она так отчаянно пыталась призывать тени, что стала их пленницей, — сказал он, его голос был полон скорби. — Я чувствую её душу… Она... — он заикался. — Она на грани. На грани. Сиэрра умирает? — Нет! — закричала она. — Я не позволю. Она не может умереть так! Она нам нужна! Она наша... Ее последняя надежда. Последняя надежда всего мира.  Последняя лунная фейри, которая обладает нужной для правителя силой и кровью, что пробудит и объединит клинок. Девушка, к которой она постепенно привыкала...и просто та, которую она сама привела сюда и заставила принять свою сущность. Теперь эта девушка может погибнуть из-за неё. «Неужели я опять ошиблась?» В голове появилась безумная идея. — Армар...я знаю, что ты имеешь дело больше с мертвыми, чем живыми, но пожалуйста... умоляю...спаси ее. Ты знаешь, что мы не должны позволить её умереть. Сейчас не время... — Риян проронила слезы, голос её дрожал. На кону было слишком много. Они долго шли к этому, чтобы сейчас так просто потерять ее. Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло сомнение — редкое для него чувство. — Я никогда не работал с теми, кто между жизнью и смертью, — медленно произнёс он. — Но я попробую. Отойди. Риян послушно отступила, её сердце билось так громко, что заглушало всё вокруг. Армар опустился на колени перед Сиэррой, закрыл глаза и начал шептать едва слышные слова. Тьма вокруг пульсировала, словно сопротивляясь его магии. — Не выходит, — выдохнул он через минуту, его голос дрожал от злости и беспомощности. — святые мертвецы, я не могу! — Попробуй ещё! — потребовала Риян, сжимая кулаки. — Используй всё, что знаешь! Армар стиснул зубы и снова начал ритуал. Его глаза светились тусклым серебристым светом, а вокруг Сиэрры тени закружились быстрее, словно в ответ на его усилия. Луна над ними потускнела, её свет стал почти невидимым, и Риян почувствовала, как холод пробирает её до костей. Сиэрра внезапно рухнула на землю, её тело сотрясали судороги, а тени снова хлынули из неё, образуя гигантский вихрь. Он поднимался к небу, закрывая звёзды, и казалось, что сама ночь ожила, чтобы поглотить их всех. Это было не просто зрелище — это была эпическая битва между жизнью и смертью, где Сиэрра оказалась на передовой. Армар не сдавался. Его голос стал громче, слова эрналинского заклинания резали воздух, как клинки. Вихрь теней закрутился ещё яростнее, и вдруг из центра его вырвался оглушительный рёв — нечеловеческий, полный боли и ярости. Риян прикрыла уши, но звук проникал в её разум, заставляя сердце сжиматься. — Её душа борется в двух мирах! — крикнул Армар, не открывая глаза. — Я пытаюсь удержать её здесь, но внутри неё… что-то не так. Тени не подчиняются ей, они… они её пожирают! Риян упала на колени рядом с Сиэррой, её руки дрожали, когда она коснулась ледяной кожи девушки. Пульс был едва ощутим, а тело — холоднее могильного камня. — У тебя нет права умереть! Ты должна жить, слышишь? — ее голос ломался. — Очнись, умоляю. — Есть один способ, — хрипло сказал он. — Но я никогда его не пробовал. Я просто не уверен, сработает ли? — Делай, что можешь! — взмолилась Риян. — Мы не можем её потерять! Армар кивнул и снова закрыл глаза. На этот раз его магия вспыхнула ярче — серебристое сияние окутало его и Сиэрру, сталкиваясь с чёрным вихрем теней. Вихрь взревел, как раненый зверь, и начал распадаться, но тени всё ещё цеплялись за Сиэрру. Риян видела, как лицо девушки исказилось от боли, но её глаза оставались пустыми. Внезапно луна вспыхнула ярче, её свет пробился сквозь тени, и вихрь начал таять. Сиэрра судорожно вдохнула, её тело обмякло, и тени, наконец, отступили, растворяясь в воздухе. Армар рухнул на колени, тяжело дыша, его магия угасла. Риян бросилась к Сиэрре, проверяя её пульс. Он был слабым. Кожа всё ещё была ледяной, но жизнь в ней теплилась. — Она жива? — выдохнула Риян, её голос дрожал от облегчения. — Едва ли можно назвать её живой, — прохрипел он, вытирая пот со лба. — Её душа всё ещё… нестабильна и тянется к мертвым. Мы должны отнести её в дом. Я попробую другой ритуал, чтобы закрепить её в этом мире. Риян кивнула, её глаза всё ещё были полны слёз. — А я займусь её температурой. Армар поднял Сиэрру и понес её в дом, пока луна над ними наблюдала за бытвой своей повелительницы.