Часть 5

Рика сидела на диване, скрестив ноги по-турецки, в широкой футболке с котом-авокадо и шортах, которые едва прикрывали бёдра. На журнальном столике — две кружки с зелёным чаем ,уже остывшим, и тарелка с остатками моти, которые она купила по пути домой. В комнате пахло ванилью от свечи , которую она зажгла «для атмосферы». Саэ устроилась напротив, в кресле. Волосы распущены, что бывает крайне редко до отбоя, на щеке — лёгкий след от стекла, на которое она опиралась, задремав в такси, по пути к дому, где жила Кобаяши. Рика откинула голову на спинку дивана, и глядя в потолок с лёгкой, почти белой завистью в голосе произнесла: — Да, подруга... Тебя послушать — он просто секс-машина. Саэ фыркнула, но щёки всё равно вспыхнули. — Я не говорила «секс-машина». Я сказала... эффективный. — О, да. «Эффективный». Как будто это не про то, что он тебя два раза довёл до оргазма, и ты даже не успела моргнуть... странное описание для любовника. Саэ потянулась к кружке, пряча улыбку за фарфором. — Ты всё преувеличиваешь. — Я? Преувеличиваю? — Рика села прямо, глаза загорелись. — Ты сказала, цитата: «Он вошёл медленно, а потом просто... взял темп, и я даже не поняла, как всё закончилось». Это не преувеличение. Это неприкрытое хвастовство с твоей стороны. Саэ закатила глаза, но не смогла сдержать смешка. — Ты невыносима. — Я искренняя. Расскажи ещё раз про то, как он тебя на диване... — Рика. — Ладно, ладно. — Она подняла руки в знак капитуляции. — Но серьёзно... ты выглядишь сегодня... другой. Как будто кто-то включил свет внутри. Саэ посмотрела в окно. За стеклом — вечерний город, фонари, редкие прохожие, запах дождя, который прошёл днём. — Я не знаю. Это... немного странно. Он молчал. Только в конце... после... ну... Рика цокнула языком. — Саэ! Очнись! Тебе почти сорок лет, а ты стесняешься слова "оргазм"... Чабашира обиженно засопела. В квартире наступила тишина. Впрочем , продолжалась она не долго. Через пару минут Рика наклонилась ближе к подруге, голос стал тише: — А ты не боишься? Что это... просто... секс ради секса? Саэ помолчала. — Боюсь. Но вчера... он смотрел на меня... как на... Она так и не смогла подобрать слов, просто глубоко выдохнув набиравшийся в легких воздух. Рика мягко улыбнулась. — Ну всё. Ты влипла. — Я не влипла. — Ты влипла по уши. Работать под руководством своего любовника, наверное, нелёгкое дело, — Кобаяши состроила ехидную гримасу, всем своим видом показывая, что у неё подобных случаев в жизни не было. Саэ вздохнула, откинувшись в кресле. — Кстати. О работе. Такэда сегодня приятно удивил. Сидел, не ворчал. Даже вопросы не задавал. Рика нахмурилась, потянувшись за моти. — Не ворчал? Да он сегодня как будто вообще на тренинг не пришёл. Саэ кивнула. — Как будто. Но он же был. — Он всегда такой, мне кажется. — Рика пожала плечами. — Может, просто старику не хочется перестраиваться под новую программу. Он просто принял тот факт, что нужно просто присутствовать на тренингах. Скоро он не выдержит дополнительных нагрузок и добровольно уйдёт. Саэ пожала плечами в ответ. — Может, ты и права. Они помолчали. Чай остыл окончательно. Рика подняла кружку. — За два оставшихся дня. Чтобы Такэда продолжал молчать, наш учитель физкультуры перестал сверлить тебя скучающим взглядом, а Аянокоджи... продолжал быть эффективным. Саэ рассмеялась, чокнулась кружкой. — За это. ... — Давай ещё пиццы закажем? ———————————————————————— За два дня до этого... Супермаркет в районе Сэтагая был одним из тех мест, где даже в восемь вечера царила суета. Длинные ряды холодильников гудели ровным, почти медитативным басом. Лампы дневного света отражались в глянцевых плитках пола, создавая иллюзию бесконечного пространства. В воздухе висел запах выпечки, смешанный с холодным металлическим ароматом морозильных камер и лёгкой сладостью фруктового отдела. Женщина в строгом тёмно-синем костюме, который выглядел слишком официально для продуктового магазина, стояла у полки с йогуртами. Её чёрные волосы были собраны в аккуратный низкий пучок, из которого выбивалась одна прядь, слегка подчёркивающая острый подбородок. В корзине уже лежали: —упаковка тофу,два авокадо, твёрдых, но не зелёных,пачка зелёного чая, бутылка минеральной воды ,и маленькая коробочка клубники. Она внимательно изучала этикетку на йогурте — ноль процентов жирности, без лактозы. Пальцы в тонких кожаных перчатках (да, в супермаркете, в августе) аккуратно поворачивали бутылочку, проверяя срок годности. В этот момент телефон в кармане пиджака завибрировал. Номер был скрыт. Она нахмурилась, но ответила — профессиональная привычка. — Слушаю, — коротко, без интонации. На том конце линии — тишина, затем ровный, холодный голос, который она не слышала семь лет: — Добрый вечер, Хорикита-сан. Йогурт выпал из руки. Бутылка ударилась о плитку...шлёп! — крышка отскочила, белая масса растекалась по полу медленно, как кровь из раны. Телефон выскользнул из пальцев и упал рядом, экраном вверх. — АЯНОКОДЖИ?! — крик вырвался сам собой, резкий, почти истеричный. Голоса вокруг замерли. Пожилая женщина стоявшая впереди обернулась на чересчур громкий звук. Подросток в наушниках вытащил один наушник и настороженно посмотрел на неё. Сузуне присела, схватила телефон, прижала к уху, не поднимая глаз. — Ты... откуда у тебя мой номер? — прошипела она, голос дрожал. — Считай, что у меня есть доступ к базам Министерства. И к твоему резюме. Следователь, отдел коррупции, Токио. Одна из лучших по раскрываемости. И это в двадцать пять лет.Впечатляет. Она выпрямилась, одной рукой держа телефон, другой — роясь в кармане пиджака, в поисках платка, чтобы вытереть пятно от йогурта. — Что. Тебе. Нужно? — Ничего криминального. Обещаю. — Пауза. — Хотя... мне может понадобиться твоя помощь. Если я решу расчленить одного человека. Сузуне замерла. — Кого? — Учительницу английского из одной старшей школы. Слишком любопытная. — Ты... серьёзно? Из динамика телефона донеслось хмыкание. — Видимо, я ещё не очень хорошо развил эмоции, чтобы люди научились различать мой сарказм. Она выдохнула. Громко. — Аянокоджи, у меня йогурт на полу. И много зрителей. Говори по делу. — Хорошо. Есть человек. Учитель математики в старшей школе "Харуно", фамилия Такэда. Есть подозрения, что он может намеренно саботировать тестирование новой образовательной программы. Хорикита снова напряглась: — Программа?.. — Да-да. Ты правильно думаешь. Та самая, которую курирует твой брат. Разработанная мной программа. Сузуне застыла со смешным выражением лица посреди супермаркета. Нет, она конечно знала, что у брата с недавнего времени прибавилось бумажной волокиты из-за какой-то там инновационной реформы в сфере школьного образования, но понятия не имела, что эта реформа связана с человеком, который в начале третьего года обучения в Кодо Икусей, сильно "ударил" её исподтишка, перейдя в другой класс.. И теперь, спустя семь лет, этот человек, вновь появился в её жизни. Без предупреждения. И самое главное — каким-то необъяснимым образом, он заставил её, внимательно себя слушать то, что он говорит. "Ну, теперь хотя бы ясно, откуда у него мой номер" — Хорикита позволила себе выдохнуть внутренне. Аянокоджи , тем временем продолжал: — Вероятно, Такэда делает это по заданию одного из бывших инвесторов Белой комнаты. Кое-кто хочет немного подпортить мне настроение. Такэда за время преподавания успел обзавестись связями. Если он сорвёт тестирование, ко мне могут появиться вопросы. —У тебя есть доказательства того что математик действует чьим-то указаниям? — Хорикита недолго прибывала в ступоре. Аянокоджи ждал этого вопроса. — Разумеется, — он снова удовлетворительно хмыкнул и начал перечислять. У меня есть: Старое уголовное дело — подтасовка экзаменов, 15 лет назад, закрыто по-тихому. Свежие переводы — почти четыре миллиона иен с офшора, связанного с одним из инвесторов. Переписка — он соглашается на утечку материалов и подстрекательство коллег. Сузуне уже шла к кассе, не глядя на корзину. — Это статья. И не одна, если нам повезёт, — последние три слова она выделила интонационно. — Именно. — Ты хочешь, чтобы я возбудила дело? — Нет. Я хочу, чтобы он испугался. Сильно. Чтобы понял: если продолжит— сядет. — Это шантаж. — Это психологическое давление в рамках закона. Я передам тебе материалы. Ты — следователь. Проведёшь предварительную проверку. Официально. С повесткой. В присутствии адвоката. Он увидит, что дело реально. И сдастся. Сузуне остановилась у выхода. Автоматические двери открылись, впуская тёплый вечерний воздух. — Ты используешь меня. — Я использую закон. ... ... — ...Отправь материалы на почту. Сейчас пришлю адрес. — Хорошо. Встретимся завтра. Передам бумажные копии всего, что есть. Адрес пришлю позже. — Подожди, я не... В ответ на попытку возразить, Хорикита услышала гудки. Она посмотрела на телефон. Вызов завершён. Сказать, что эти, без малого две минуты стали для её сознания холодным душем — не сказать ничего. Сузуне оставалось только стоять и растерянно смотреть на вечерний Токио.