Анна Лоран. Становление Огненной Девы

Прошло пару недель с битвой с Императором Максимилианом, Анна сидела в комнате во дворце Сен-Мартена, которую "любезно" предоставил Император. Девушка до сих не могла принять это поражение, то она.. проиграла, и потеряла руку и глаз. Эти два удара стали триггером для неё. Максимилиан оказался слишком силен. Раны до сих пор шипят, тел будто тоже отказывается верить в это. В её голове до сих пор крепко держится отрезок этой битвы: *воспоминание* Анна шла по длинным, извилистым коридорам дворца, каждый её шаг гулко отдавался в мертвой тишине. Эхо множилось и таяло, словно сотни призраков прошлого, погибших здесь, шептали мрачные предсказания ей на ухо. Воздух был ледяным, пропитанным тяжелым, металлическим запахом крови, смешанным с едкой гарью недавнего боя. Её глаза, обычно цвета чистого золота, горели теперь багровыми угольями, в них плясали тени безумной решимости. Тело, облаченное в легкую, но прочную кожаную броню, было натянуто, как тетива, готовое взорваться яростью в любую секунду. Магия бушующего огня пульсировала в каждой вене, словно живой, обжигающий поток, требуя выхода, желая сжечь дотла любую преграду. В конце коридора, в огромном, сумрачном тронном зале, Максимилиан восседал на своем троне из черного дерева и позолоты. Его поза была обманчиво небрежной, а лицо — спокойно и даже скучающе. Но в глубине глаз, холодных и расчетливых, плясал неистовый азарт. Он точно знал, что Анна придет. Он не просто ждал — он наслаждался предвкушением этого момента. Его левая рука небрежно опиралась на резной подлокотник, украшенный головой грифона, а в правой, крепкой руке, он держал двуручный меч. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, казалось продолжением его тела, опасным и совершенным. Оно сверкало, отражая неровный, оранжевый свет факелов, отбрасывая на стены тревожные тени. "Огненная дева" ворвалась в зал, и её взгляд, острый, как сталь, сразу же нашел Виэлу. Её младшая сестра лежала у самого подножия трона, её тонкое тело было сковано массивными, пульсирующими синим светом энергетическими наручниками. Виэла, с трудом, подняла голову. Её глаза, полные слез и отчаяния, встретились с пламенным взглядом Анны. В них читалась одновременно и робкая, последняя надежда, и животный страх. Сердце Анны сжалось в ледяной комок, но она жестко подавила этот приступ слабости. Ей нужно было оставаться не просто сильной — она должна была быть непоколебимой. — Освободи её, — холодно, словно приговор, произнесла Анна. Её голос был тверд, как закаленная сталь, и разнесся по гулкому залу. Максимилиан медленно улыбнулся, и его губы изогнулись в насмешливой, хищной ухмылке. — Ты, кажется, забыла наш разговор, Анна? Присоединяйся к нам, и твоя дорогая сестрица будет свободна. Перейди на нашу сторону. — Заткнись, — резко и полным презрения голосом оборвала его Анна. Максимилиан лишь усмехнулся шире, и это был звук, полный насмешки. Его движения были молниеносными: он быстро выхватил из-за пояса тяжелый револьвер с перламутровой рукоятью и не раздумывая направил его прямо на голову Виэлы. Рука Анны мгновенно вспыхнула ослепительно-белым огнем, и она метнула концентрированный огненный шар. Пламя ударило точно в оружие. Раздался громкий шипящий звук, металл расплавился и потек лужей на пол. Максимилиан сбросил остатки револьвера с легким, недовольным смешком. — Вижу, ты настроена более чем серьезно, — он плавно встал с трона. Двуручный меч в его руке засверкал, словно молния. — Ну что ж, покажи мне, на что способна, спичка. Анна призвала свои клинки — пару изящных изогнутых сабель. Их лезвия тут же загорелись постоянным, мощным синим пламенем. Она бросилась вперед, её движение было ошеломляюще молниеносным. Первый удар клинка встретился с мечом Максимилиана, и горячие искры взметнулись во все стороны, словно миниатюрный фейерверк. Они начали сражаться, каждый удар был прицельным и смертельным, каждый шаг — выверенным шагом к победе или поражению. Анна использовала всю мощь своей магии огня. Её руки стали пылающим оружием, и каждый взмах трансформировал воздух перед ней в бушующее, адское пламя, оставляя за собой опаленные следы. Но Максимилиан был невероятно умелым, опытным противником. Он парировал её яростные удары с пугающей легкостью, его меч был словно живой щит. Их битва продолжалась в огненном вихре, и с каждой минутой силы девушки неумолимо таяли, пламя в её глазах начинало меркнуть, но она не сдавалась. Она попыталась отступить на пару шагов, чтобы хоть немного восстановить сбившееся дыхание и истощенную магию, но мужчина не дал ей и секунды продыху, непрерывно продолжая свои жестокие атаки. Ещё одна молниеносная серия ударов, и Анна, пропустив мощный выпад, оказалась прибита к холодной, каменной стене. — Ты измотана, — заметил Максимилиан. Его голос был абсолютно спокоен, и в нем чувствовалась хищная, леденящая уверенность. — Сдавайся, девчонка, пока не поздно. — Никогда, — прошипела воительница, выплевывая слова вместе с воздухом. Её глаза вспыхнули последней яростью. С невероятным усилием она оттолкнулась от стены и бросилась вперед. Её клинки вновь ярко сверкали в свете огня. Но Максимилиан был нечеловечески быстрее. Он мгновенно контратаковал. Анна почти увернулась, но тонкое, острое острие меча нашло свою цель. Оно вспороло кожу и мышцы, поражая её левый глаз. Боль была нестерпимо сильной, пронзающей до костей. Она выронила клинок, потеряв контроль над мышцами, и сдавленно вскрикнула. Прикрывая пораженный глаз рукой, она почувствовала, как горячая, липкая кровь струится по пальцам. Девушка пошатнулась, её впервые в жизни накрыл леденящий ужас. Замыленным, практически ослепшим взглядом она посмотрела на Максимилиана, который медленно, но неумолимо приближался. Это был не человек... Это безжалостный монстр. Девушка начала мелко дрожать, её пробрал всепоглощающий животный страх. Она попятилась, отступая. — Нет! Не подходи ко мне, чудовище! — надрывно, дрожащим голосом прокричала она. Собрала все свои остатки сил в свободную, правую руку и выпустила широкий, отчаянный поток огненного пламени вперед, прямо в Максимилиана. Огонь яростно наполнил пространство перед ней, образуя громоздкую, пылающую стену, которая должна была дать ей время. Но не успев даже вдохнуть, Анна увидела, как Максимилиан вылетает сквозь эту стену — его фигура была окутана клубами дыма и пламени, но он был невредим. В следующее мгновение Анна почувствовала, как холодное, безжалостное лезвие меча вонзается глубоко в её левую руку. Она даже не успела понять, как её рука, на запястье которой сверкали массивные золотые наручи, отлетает в сторону, ударяясь о стену. Алая, густая кровь хлынула фонтаном на пол из обрубка. Боль пронзила её тело, и это была не только физическая боль — это был шок, испепеляющий душу. Она чувствовала, как её невероятная мощь уходит вместе с кровью, как её несокрушимая гордость разбивается на миллионы осколков. Анна рухнула на колени. Её тело било крупной дрожью, она пыталась подняться, уперевшись уцелевшей рукой в пол, но силы катастрофически покидали её. Максимилиан возвышался над ней. Его меч был ровно направлен на её горло. — Ты проиграла, Анна, — произнёс он. Его голос был жесток и холоден, как ледник. Анна посмотрела на него. Её единственный уцелевший глаз был полон жгучей, бессильной ненависти, но в нем также читалась абсолютная, горькая обречённость. Зрение невыносимо замылилось, а звуки стали отдаленными, приглушенными. Её сознание начало быстро мутиться. С последним вздохом она потеряла сознание, её тело обмякло на холодном, окровавленном полу. *конец воспоминания* Да, Анна помнит весь этот бой. от начала до конца и этот момент бьет по ней фантомной болью. Кто она теперь после этого? Она теперь недостойна быть лидером Аспирии. Она сейчас жива только потому, поскольку её пощадили и оказали мед. помощь. Благодаря врагам. Девушка вздохнула и прикрыла лицо своей оставшейся рукой. — "Лучше бы я умерла в этом бою. Ещё и эти слуги... так доброжелательны, будто издеваются надо мной". Но её страдания прервала открывшаяся дверь. Она повернулась в эту сторону и увидела телохранителя Императора — Асцелия, её длинные серебряные волосы блестели от солнечного света. Только от вида Анны лицо Асцелии наполнилось неприязнью, она до сих пор не может простить ей то, что Анна победила её в схватке перед битвой с Императором. — Собирайся, сегодня ты отправишься вместе с отрядом на "ходку". И бросила девушке её красное платье с золотыми узорами, которое родители подарили Анне, следов той битвы на ней словно и не бывало. Девушка не успела спросить что, куда и когда, как дверь захлопнулась. Ну, ничего не оставалось как надеть это платье и готовиться к "ходке". Одевшись и приведя себя в порядок, Дева посмотрела в зеркало. От той "Огненной девы" осталось ничего, ни браслета, ни руки, ни глаза... и самое главное — той уверенности в себе. Девушка сломлена. Ей стыдно носить это платье, недостойна. И только она в этом виновата, что оказалось слабой. Анна отвернула зеркало от себя и села на кровать. Примерно через полчаса её ждала машина и они поехали за город. И ехали половину дня. Удивительно, этот же путь она потратила несколько суток суток, быстро. После они добрались до лагеря этого самого отряда солдат. Анна осмотрелась, и её сразу напрягла форма этих солдат. Такую носят карающие отряды, которые грабят, сжигают и убивают поселения Летовцев. — З-зачем вы меня привезли сюда? — спросила Анна у Асцелии, стоящей рядом. — Это приказ Императора. — ответила девушка, на её лице видны сомнения. — Щас уже выдвигаемся. Солдаты, увидев Асцелию, сразу же приводили себя в порядок, как никак прибыл Генерал. И командир отряда сразу подбежал ней и встал по стойке смирно, и отдавая воинское приветствие доложился. — Генерал Асцелия, докладываю, отряд будет к выдвижению через несколько минут. Девушка кивнула и офицер поспешил скрыться. Анна заметила что в их снаряжении были огнеметы и разное огнестрельное оружие и он находится рядом с поселениями Аспирии. Она поняла что эти Имперцы хотят. — Вы хотите меня добить окончательно? — тихо спросила Анна у Асцелии. — Я не пойду с ними... ни за что! Анна взбунтовалась и развернулась обратно к машине. Но вторая схватила её за руку. — Я не могу тебя отпустить, это приказ Императора. Асцелия сохраняла свой холодный вид. — Ты пойдешь с ними, по-другому никак. — Нет! Я не хочу видеть это! Нет. — Анна начала дергаться, но хватка казалось железной, на глазах начали собираться слезы. — Ты пойдешь с ними, по-другому никак. — железно ответила Асцелия. Возможно, прошлая Анна бы сопротивлялась до конца, но сейчас... она сдалась. Через некоторое время, отряд погрузился в грузовики. Солдаты немного озадачено смотрели на Анну, они знали кто она такая, и какой разнос она устроила во дворце недавно. И все равно побаивались её, несмотря на разбитый вид. И та, которая она сейчас — яркий показатель того, насколько силен Император, раз победил её и подчинил. И сейчас она сидит с ними, в одном грузовике. Может, они бы и поглумились о ней, но страх и сидящий с ней Генерал не дает такой возможности. Спустя ещё некоторое время, поступила команда о выгрузке отряда. Они высадились у деревни, Аспирской деревни... Анна сразу узнала эти края. и ей стало ещё тяжелее на душе. Командир выстроил солдат и отряд пошел в деревню. Как только жильцы их заметили, настроения изменились, сразу же засуетились, все дети, которые только что беззаботно бесились на улице были загнаны в дома, и жёны закрыли окна шторами, после выходили на крыльца и смотрели что будет дальше. Навстречу отряду вышли старейшина и несколько мужчин, а за ними потихоньку собиралась толпа из жильцов. Командир молча, с доминирующий улыбкой подошел к старейшине. — Сколько можно приходить сюда?! У нас уже ничего не осталось! Вы все у нас забрали! Лошадей, зерно, вещи и даже наших людей! — гневно прокричал старейшина, подходя к ним. — Пожалейте нас! Нам скоро нечем будет питаться! Через месяц пойдут урожаи и мы отдадим дань, обещаем! Командир сплюнул в сторону. — Нам абсолютно плевать на то, как вы будете здесь жить. И раз вы не можете отдать дань в срок, вы обрекаетесь на "устранение") — А? Нет! Вы не можете! — начал молить о пощаде старик. Военный, не поведя бровью, направил пистолет и выстрелил в старика, тот вскрикнул от боли и упал на землю. После он сделал жест рукой, и отряд выстроился в линию, и начал заряжать оружие. Толпа сразу же смекнула что сейчас будет и начала в панике разбегаться. Тут же начался сущий ужас: солдаты открыли огонь по паникующим жителям, один за другим они падали от пуль в спину. Начался геноцид, в прямом его смысле. Солдаты расстреливали одного за другим, а огнеметчики начали сжигать дома. Асцелия и Анна стояли в центре всего этого. У Анны внутри все разрывалось и она не могла не вмешаться, она резко побежала и напала на одного из огнеметчиков повалила его и попыталась отобрать оружие, но солдат с ноги всадил ей в живот и ещё не восстановившейся тело снова пронзило боль. Он откинул её в сторону, поднялся, и пустил горючую смесь в деревянный дом. Анна вцепилась в ногу сжигавшего, но немедленно получила ногой по лицу. — Нет! Не делайте этого! Нелюди! К ней подошли пару солдат, подняли её и отвели обратно к Асцелии. Генералу же было абсолютно все равно на все это. Она смотрела на Анну даже с улыбкой, что-то типо "Стремно тебе да? И ты ничего не сможешь с этим поделать." Анна была подавлена и ей оставалось только смотреть как деревню сжигают заживо, слушать всю эту агонию боли, ещё больше подавляя её. Она ещё видела, что люди её узнавали и молили о помощи, но она стояла и смотрела, ничего не может с этим поделать. И этот ужас проходил несколько часов. Куча жертв и деревня была полностью сожжена. После этого отряд вернулся обратно в лагерь, под ночь. Писать о том, что и как ей тяжело излишне. Она в палатке была одна, никого не было, и вокруг тоже, кроме одного дневального, который на посту. Это было подозрительно, но с другой стороны — прекрасный шанс сбежать. Анна смекнула этот момент и решила бежать, терять нечего. Она знает что здесь находится ещё одна деревня поблизости и бежать впринципе недолго. Также Анна заприметила как добыть себе лошадь, солдаты затрофеили несколько лошадок во время этого рейда и расположили неподалеку. Итак. Девушка подождала ещё немного, после, собравшись силами и мыслями, принялась к побегу, она прошла мимо спящего дневального, и прихватила нож со стола. Тихо пробралась к солдату, смотрящего за конями. Тот сидел и читал газету, закуривая сигару, также один. Девушка подкралась сзади и вонзила нож в горло, солдат даже пискнуть не успел. Нож в крови, руки в крови, сердце быстро колотиться. Она смотрела на уже истекающего кровью трупа. — "Нет времени убирать следы, надо валить отсюда." — подумала она и отвязала со стойла одного коня, запрыгнула и поскакала из лагеря. На удивление, больше её никто не увидел. - Она же сбегает, госпожа! — возмутился офицер, но Асцелия даже и бровью не повела. - Как убежала, так и прибежит обратно. — произнесла девушка, смотря на все удаляющуюся девушку. Спустя некоторое время. Анна ехала пару часов и наконец в поле зрения оказалась деревня. Она еще целая, и судя по зажжённым фонарям и свечам в домах, никто спать там не собирался. Они готовились уходить с деревни, ибо новости о сожжении соседней разлетелись по всей округе. Анна устремилась в деревню. Несколько сторожей заметили девушку и напряглась. — Эй, остановись! — их руки запылали огнем. Анна же, как своя, остановилась. — Спокойно, это я, Анна Лоран. — произнесла девушка, показывая кольцо семьи Лоран. Сторожи сразу отступили. Девушка слезла с коня. — Мне нужно к старейшине. Мужчины изумленно осматривали девушку, жестко же её потрепали. Нет руки, и повязка на одному глазу, но сторожи не подали виду изумления. — Идем, я отведу вас. — вызвался один из них и они пошли в один из домов. Это был что-то типо администрации. Простой дом, только чуть побольше и имеет зал со сценой. Девушка вошла в кабинет старейшины, но там... Был один из лидеров противников правления рода Лоран — Йодис Крол, член семьи Крол, которые тоже претендуют на трон в Аспирии. — Ого... Смотрите, кто к нам тут пришел) Это же сама Анна Лоран, будущее Аспирии... Только... какой-то неполноценной) — насмешливо сказал мужчина, подкалывая Анну. Анна вздохнула, он — последнее, кого бы она хотела сейчас увидеть. — Не время для шуток, Йодис. Мне нужно добраться до сто... И тут ей прилетело рукоятью меча в затылок от этого же стражника, она не ожидала этого и упала на одно колено. — Что.. Что вы делаете? Йодис подошел к ней и поднял её лицо к нему. — С предателями только так обращаются, разве нет?) — мужчина хищно улыбнулся. — Что ты несешь... Я думала ты будешь поумнее и не нести такую чушь. Народ поддерживает меня и мою семью. — Ты уже не героиня, Анна, выйди на улицу и узнаешь. Выведи и собери народ, это будет "праздник") — приказал стражнику мужчина, после рассмеялся. Стражник поднял её и вывел на улицу, и подал сигнал о сборе жителей на центральной площади. Анну вывели прямо на площадь, чтобы она предстала перед народом и отошел. Анна была уверена, что её поддержат. Но увиденные выражения лица не давало такого впечатления, как только она прибыла сюда, по деревне сразу же раздалась новость что сама Анна Лоран явилась сюда. Народ вышел уже с виллами, факелами и недовольными лицами. "Явилась, ведьма!", "Предательница!", "Имперская собачка"! и подобное лилось из толпы. Анна этого вообще не ожидала, она была в шоке... — "Почему..? Почему они зовут меня предателем? Что я сделала не так..." — не веря в происходящее произнесла девушка. Это услышал один из жителей. — Потому что так и есть! Это ты направила и руководила карательным отрядом! — возле неё появилась сфера, где иллюстрировалось как Анна стоит и смотрит, как сжигается деревня. — Как ты посмела прийти к нам как ни в чем не бывало! — Н-нет! Это все не правда! Я была там не поэтому! Я... — девушке даже не договорила, как её прервали. — Сбежала с Аспирии и стала собачкой Колонистов! Ты должна была бороться со злом, а не примкнуть к нему! Прямо вслед за своей сестрой! Анна хотела плакать, она не думала что её же народ будет презирать её. На лице уже появилась слезы. А народ был все громче... — ХВАТИТ! — вскрикнула Анна, толпа сразу же затихла. — Я не сбежала. Я пошла спасать свою сестру! Я билась за вас... за Аспирию! — Заткнись, предательница! Мы знаем как вы там "бьетесь", сидите и правите в данной вам территории! Как пешки, собачки. — сразу же отрезал самый смелый из толпы. — Тогда что это по-вашему? — она сбросила с себя накидку и теперь видно что она потеряла руку, и убрала волосы, чтобы было видно повязку. Толпа ахнула от увиденного и даже начались волнения. — Ха! Этим ты нас не убедишь! — крикнул один из толпы, после залез на сцену к Анне и продолжил. — Эти раны — показатель твоей слабости! Настоящий Аспирец будет биться до конца! А ты... почувствовав страх... и опасность виляя хвостиком согласилась сотрудничать! Толпа заревела, похоже, они совсем выжили из ума, и их ещё грамотно обработали. — Вся семья Лоран — жалкие предатели и коррупционеры! Анна ещё больше разочаровалась и замолчала, опустив взгляд, она вот-вот сейчас разрыдается. Через минуту, житель переходит все границы и толкает девушку со сцены в толпу. Девушка успевает нормально приземлиться и подняла взгляд и видит эти взгляды, наполненные злобой. Один из мужчин даже набрасывается на неё с топором, она замечает это и успевает увернуться от взмаха, после сразу же бьёт в ответ, обезвреживая нападавшего. От этого толпа ещё больше взбунтовалась и начинает кидаться в неё чем попало, виллы, грабли, факела. И несколько человек напали на неё, она со страху использовала магию и эти трое валяются в огне и кричат от боли. У Анны сдали нервы... и уже не могла себя контролировать... Она с помощью магии взмываем в небо и... достав из своей сумки свой браслет, одевает его на руку... И... заряжает луч энергии прямо в толпу... Народ, поняв что тут сейчас будет заревел в ужасе и начал разбегаться, но уже было поздно. Пуск. Взрыв. Люди разлетелись, либо испепелились. Куча жертв и раненных. После она спустилась на сожженную землю, с темным взглядом, её рассудок явно тронулся. рядом лежал раненый, тот самый кто выступал как главный зачинщик. — *кашель кровью*; Я же говорил... предательница... И это «герой Аспирии?», Анна улыбнулась, опустилась к нему на одно колено и подняла его взгляд на себя. — Ты прав.. я не ваш герой. Быть героем для вас — преступление. Я отдавала все ради вас... А вы так ко мне отнеслись... Кто ещё предатель?" Мужчина плюнул ей в лицо, она была не удивлена смелостью, все же это Аспирец. Вытерев жидкость, она поднялась и... создала стеклянные клинки из песка и запустила прямо в него. Анна поняла... народ, который она так любила и держалась теперь её ненавидит... неоправданно, она ему... попросту не нужна. И тут она вспоминает слова Максимилиана за тем ужином. (опа отсылочка на первый рассказ) — "Он... оказался прав... А я тогда не верила ему.. пф... дура...". И поплелась куда-то. Она оглянулась, деревня горит, и куча жертв... только теперь от её рук. А также, заметила что приехала та самая машина, на которой она и приехала сюда. Оттуда вышла Асцелия с ухмылкой на лице. — Теперь то ты понимаешь о чем говорил Император?. — Да, я поняла... Он оказался прав. — тихо ответила Анна, подойдя к ней. — И что теперь скажешь? Присоединишься к нам? — победно произнесла Генерал. — Да. — кратко ответила Анна и села в машину. — "Я поняла... я не должна быть героем для кого... это.. неблагодарная роль, не жертвовать себя ради кого... Прогинаться под кого-то... Нужно быть сильной... самой сильной... И самой главной... Не подчиняться никому... И не быть главной не только Аспирией... А всем Бон-Летэ... Бон-Летэ будет моим..." — рассуждала в себе Анна, все глубже убеждая себя. — "Но сейчас рано... нужно набраться сил... . Пока что воспользуюсь поддержкой Максимилиана... А потом и он падет передо мной." Они сели в машину и уехали обратно в Империю.