Глава 11

      Катя влетела в двери больницы, не дожидаясь вампиров и не смотря по сторонам. Там её сразу же перехватил Карлайл, который, видимо, ожидал её появления.       — У него сломана пара ребер, легкое сотрясение, ссадины и ушибы, — сразу перечислил трамвы врач, ведя её по коридорам больницы. — Его здоровью ничего не угрожает. Через два месяца будет полностью здоров. Сейчас он без сознания, отдыхает.       Волкова открыла рот и закрыла, укладывая в голове слова старшего Каллена. Ей нужно было успокоиться. Чарли жив и отделался относительно легкими травмами.       — Известно что произошло? — спросил Джаспер, идя позади Катерины вместе с Эдвардом. Катя заметила, как Карлайл нахмурился и бросил короткий взгляд на Эдварда. Это мгновенно разожгло в ней раздражение.       — Что? — отрывисто спросила она, подгоняя доктора.       — С этим сложнее, — более тихо ответил Карлайл. Он посмотрел вперёд и остановился. Катерина огляделась вокруг. Они находились в коридоре, в трёх метрах, около одной из палат сидели двое волков: Сэм и Пол. Катя мгновенно напряглась и почувствовала, как Джаспер сделал шаг к ней. — Не делай поспешных выводов, Белла. В патрульную машину врезался волк и она вылетела с дороги в кювет. Пол не понимает, как это произошло. Я думаю, ваша теория о внушении верна.       Волкова на секунду пошатнулась, пол будто закачался и Джаспер поддержал её, опасаясь, что она упадёт. Катя немного заторможенно повернула голову в сторону волков. Они неслышно подошли ближе.       — Мне очень жаль, Белла, — хрипло произнес Пол. — Я пытался остановиться, но не мог. Эта мысль билась у меня в голове и я больше ничего не слышал. Сэм пытался меня остановить, как и Джейкоб, но их голоса словно не доходили до меня.       Волкова сжала губы, чтобы не сказать лишнего, только кивнула на слова парня. Джаспер, понимая, что его пара держится из последних сил, аккуратно повел к палате шерифа. После пары шагов, Катя сама направилась к двери, желая поскорее увидеть мужчину.       Чарли, бледный, лежал на больничной койке с капельницей в руке. Чувство вины обрушилось на Катерину с новой силой и она застыла на пороге. Это произошло из-за неё. Её предупредили, но она тянула.       — Пусть уедут, — хрипло произнесла Волкова, не отводя взгляд от Чарли. — Все волки. Никого не пускать к нему. Я с ним останусь.       — Alma, — напряжённо позвал Джаспер, и она резко повернулась к нему.       — Я не хочу проверять, кто еще не сможет противостоять внушению, — отрезала Волкова и вампир через секунду кивнул, соглашаясь.       Это решение словно отняло у Кати последние силы. Джаспер усадил её в кресло для посетителей и оставался рядом, пока эмоции медленно успокаивались.       — Ты как? — шепотом спросила Катя спустя время. Её взгляд не отрывался от точки на постели шерифа. Джаспер отвернулся от окна и не понимающе нахмурился.       — Что?       — Больница, — коротко произнесла, словно это всё объясняло и медленно повернула к нему голову, когда ответа не последовало. — Глаза темные.       — Не из-за жажды, — выдохнул Хейл, поняв, о чем она беспокоилась. — И я не уйду.       Катерина несколько секунд не сводила с него взгляда, словно проверяла на прочность, но Джаспер остался непоколебим. Катя в итоге кивнула и выдохнула.       К вечеру Чарли ненадолго пришёл в себя. Карлайл объяснил, что это нормально. Полностью очнуться шериф должен к завтрашнему дню.       Джаспер заставил Катю вечером перекусить. В палату принесли кушетку, потому что Волкова отказалась уходить и вампир остался с ней. Он укутал её в плед и прижимал к себе.       Катерина к ночи полностью успокоилась и смогла мыслить без паники, хоть и чувствуя сильную усталость. Она полулежала на кушетке, облокачиваясь плечом на стену, а ноги перекинув через Джаспера.       Больница погружалась в тишину и это расслабляло. Катя придвинулась ближе к мужчине и потянулась к его уху, чтобы едва слышно прошептать:       — Если все будет плохо, обрати меня.       Она так же медленно отстранилась от него и заметила, как Джаспер окаменел, его тяжёлый взгляд был направлен на неё, но Катерина не понимала, чем эта идея могла ему не понравится.       Впрочем, объяснять ничего вампир не стал, он положил ладонь на затылок Волковой и притянул её для поцелуя. Катя не удержала тихий всхлип от напора. Он целовал так, словно хотел что-то доказать, словно что-то сдерживал. Каждое жёсткое движение подчиняло и расслабляло, раздувая желание отдать весь контроль в чужие руки.       — В крайнем случае, — прошептал Джаспер в губы. — Отдохни.       Вампир аккуратно уложил её на кушетку, придерживая ноги, и Катя закрыла глаза. Она безумно устала и хотела, чтобы всё скорее закончилось.       Под утро, когда её разбудил Джаспер, она едва чувствовала себя отдохнувшей. Взглянув в его нахмуренное лицо, Катерина со смирением спросила:       — Что?       Уитлоку не понравился её тон, но он не стал тянуть с новостями:       — Элис видела, что сегодня будет солнечный день. Я не могу оставаться в больнице. Пойдёшь со мной?       — Я останусь в больнице, Чарли сегодня придет в себя, — покачала головой Катя, заставляя мозги работать, а себя проснуться. — Когда уходишь?       — Сейчас.       — Пойдём, провожу, — прошептала, медленно поднимаясь. Джаспер притянул её в свои объятия и Волкова на несколько секунд прикрыла глаза, растворяясь в этом ощущении.       На улице едва проступал рассвет и Катя куталась в куртку, ощущая холод то ли от усталости, то ли от температуры на улице. За Джаспером приехали Эдвард и Элис.       Катя с Джаспером подошли к машине, когда Эдвард повернул голову к Элис, а в следующую секунду стоял в паре метров от них, удерживая ясновидящую.       — Джаспер, она под внушением, — напряжённо произнёс Эдвард, не реагируя на попытки Элис вырваться. Джаспер сделал шаг вперед, закрывая Волкову своей спиной.       — Что внушили, можешь понять?       — Она должна поцеловать тебя или показаться людям на солнце.       Катерине потребовалось несколько секунд, чтобы осознать сказанное. Внутри что-то застыло, она просто посмотрела на затылок блондина.       — Мы её удержим, — твердо ответил Уитлок.       — Не удержим, — рыкнул злобно Эдвард. — Она уже просчитывает варианты, как выйти на солнце и у неё получается.       Несколько секунд напряжённой тишины и Джаспер медленно поворачивает голову к Кате. Его взгляд тяжёлый, словно он принимает сложное решение и Катерина понимает, что так и есть.       — Ты не простишь себе её смерть, — шепчет простую истину Волкова. — Я тоже.       — Ты меня тоже не простишь, — слова Джаспера падают, как камни, но Катя не позволяет себе отвести взгляд и показать слабость.       — Я переживу, — отвечает и старается не думать, что это не так. Она никогда этого не забудет.       Джаспер смотрит на неё, выискивая намеки на слезы, злость, ненависть, отторжение, что угодно, но Катерина выдерживает его взгляд. Когда он отворачивается к Эдварду с Элис и делает шаг к ним, Катя сжимает зубы, чувствуя как внутри стягивает обреченность и непринятие.       Блондин делает еще шаг и Катя вынуждена себя удерживать на месте, чтобы не шагнуть к нему. Чтобы не удержать.       Элис неожиданно оседает на руках Эдварда, словно потеряла сознание. Телепат недоверчиво смотрит на неё, потом переводит взгляд на Джаспера.       — Какое-то время она будет в отключке, — поясняет Уитлок и поворачивает голову к Катерине. Её глаза широко раскрыты, в них стоят слезы.       В следующую секунду Джаспер сжимает её в объятиях, успокаивая.       — Тише, этого не произойдёт, мы со всем разберёмся, — тихим твердым голосом обещает эмпат, пока Эдвард укладывает тело Элис в машину.       — Спасибо, — едва слышно шепчет Катя, успокаиваясь.       — Не хочу отвлекать, но скоро солнце взойдёт, — прервал их Эдвард. Волкова сдержала тяжелый вздох и отстранилась от Джаспера, удерживая спокойствие.       — Езжай.       — Держи телефон рядом.       — Обещаю.       Джаспер на секунду прижался к ее губам, после выпустил из объятий, садясь в машину.       Катя смотрела вслед машине, настраиваясь на длинный день. Правда, возможно, перед этим у неё получится подремать еще пару часов.       Проходя по еще пустым коридорам больницы, Катерина не думала, что с кем-то столкнётся. Она подняла голову, чтобы извиниться, но слова застряли у неё в горле, когда она увидела красные глаза:       — Здравствуй, Птичка.