Память (004/008)

Люди боятся тех, кто не похож на них. Люди боятся тех, кто в их глазах представляет опасность. Люди боятся того, о чем ничего не знают. Однако, если ты никогда не встречал незнакомца, который общался бы с тобой как со старым другом, то рационален ли твой страх? Они тебе улыбаются, они добры к тебе, они отлично знают тебя… Но ты их – нет… Очередной сон, очередные лица, очередные разговоры… Шин не мог узнать ни одного образа, который являлся ему во снах… Все, кого он знал, – это восьмерка заключённых и надзиратель. Те, кто были с ним почти столько, сколько он себя помнит. Некоторые из них резкие или раздражительные, но если ты знаешь об этом заранее, то это не причинит тебе вреда… Верно? Хоть заключение в комплексе и подкосило моральное состояние многих заключенных, Шин явно не был одним из таких. Он наконец-то знал, кем является, и наконец-то знал, что за люди его окружают. Дополнял идеальный мир парня и подаренный ему плеер. Вроде маленькая вещица, а дарит так много счастья. Одно "но" – через ткань ныне сдерживающих его рукавов было тяжеловато с ним обращаться. И вот, очередной день и очередная прогулка, не несущая особого смысла. К удивлению парня, он заметил того, кого давно не видел. Да и, если честно, не слишком хотел видеть, вспоминая свое заключение в собственной комнате. Однако Шин решил окликнуть парня, заходящего в общую комнату: – Здравствуйте, Нои! – поздоровался парень достаточно громко, чтобы восьмой вздрогнул, а голос эхом пронесся по комплексу. Хадзимэ, сгорбившись, открывал дверь комнаты отдыха. Состояние парня оставляло желать лучшего, ведь голова парня была наспех перемотана бинтами, из под которых торчали его черные волосы, одна из прядей которых была окрашена в красный. Фиксацию, наложенную на руку парня, также нельзя было назвать внушающей доверие и стабильной, но даже несмотря на свои травмы, парень не потерял своего запала. – А, это ты… Ну, рыжий, чё надо? – повернувшись в пол оборота, спросил Хадзимэ. – Ам… Ну… Как дела? – совершенно не зная, как продолжить диалог, парень задал первый вопрос, что пришел в голову, попутно убирая свой плеер в пространство меж рукавов. Ожидаемо, Хадзимэ ответа не дал, лишь махнув рукой в знак того, чтобы Шин следовал за ним. – Раз пообщаться хочешь, то давай сидя. И без тебя голова трещит… – пробубнил Нои, заходя в комнату. Шин, долго не думая, зашёл в комнату отдыха и сел на диванчик напротив Хадзимэ, расплываясь в улыбке. – Вы себя не лучшим образом чувствуете? – начал рыжеволосый после небольшой неловкой паузы. – Ой, спасибо, что заметил! Я даже сам не догадывался… – с сарказмом ответит Хадзимэ, попутно поясничная. – Я-то ладно, должен пойти на поправку… Ты сам как себя чувствуешь? Типа, сам понимаешь, что я редко выхожу и… В последний раз я тебя видел в наручниках… Кстати, обиды не держишь? – Я чувствую себя отлично и никаких обид не держу. В конце концов, я вел себя плохо и получил наказание. Это ведь справедливо, – все с той же улыбкой продолжал парень. – Наказание… Фрик ты еще тот… – будто произнося мысли вслух, выдал парень, откидываясь на спинку диванчика. – Хотя есть тут люди ещё хлеще… – Вы сейчас имели в виду Хиоши-сана? – Ага, а кого же еще? Сладко заливает, да только что-то в нем не так. А Аканэ как идиотка, опять уши развесила и ведётся… Видимо, с первого раза ничего не поняла… – Но разве плохо, что… – не успел Шин договорить, как его пронзил взгляд восьмого. Шин сам не знал, что в этом взгляде не так… Отчего-то он показался ему знакомым… До неприятного знакомым. – В этой ситуации я решаю, что плохо, а что хорошо, раз она сама понять не может. – сказав это, парень подскочил с диванчика и собрался уходить. – На сегодня я наговорился, бывай, – продолжил парень, покинув комнату и оставив четвертого в одиночестве. Сам же четвертый так и не понял, что происходит. Тело вновь дрожит, дышать ровно не выходит, а паника все нарастает… Он точно что-то вспомнил, что-то отвратительное… Жаль, понять что конкретно он не мог. В попытке усмирить нарастающую панику, парень попытался достать плеер и кое как, скованными руками, вставил наушники и включил музыку... Не помогло... Вновь явился "он"... "Если сам знаешь, что тебе без меня лучше, то зачем настолько упорно роешься в себе? Просто забудь меня, их... Себя." Воспоминания, что наплевали в олна за волной, уже предвещали четвертый суд.