Допрос 004: Реструктуризация

Четвертый допрос Эс помнил отчетливо… Помнил он и "приветствие" от Шина, и надеялся, что в этот раз будет иначе. Отворив дверь в допросную, Эс уже был наготове, не зная, что ожидать от парня, однако тот спокойно сидел на своем месте. – Здравствуйте, надзиратель, рад вас видеть! – с дурашливой улыбкой произнес парень. Хотя надзиратель ожидал увидеть Шина изнеможённым и разбитым, в реальности все оказалось совершенно иначе: рыжие волосы были подстрижены, и в кои-то веки он не закрывал глаза, а форма, туго стягивающая его руки, как смирительная рубашка, была на удивление чистой. Потратив несколько секунд на то, чтобы обработать представшую картину, надзиратель сделал несколько шагов к своему месту. – И я рад, что у тебя все хорошо… – с кривой улыбкой проговорил Эс. – Вас столько не было, а я не забыл! Представляете! Я вас запомнил! – по-детски хвастался Шин. – Наверное, это тоже хорошо… Как переносишь вердикт? В отличие от первого раза, ты весьма… бодр, – говорил Эс, с трудом подбирая слова. – Я? Хах, в голове так много всего… После суда разум будто прояснился… Представляешь, голоса, звучащие в голове, не дают забыть… – Говоря это, парень покрутил у виска, после чего, будто вспомнив что-то важное, с новой волной энтузиазма продолжил: – О, а еще Курай очень-очень помогла, добыв их! И теперь… Теперь-то я хороший? – Хороший? Я немного потерял суть… После вопроса Эса в глазах заключённого отразился гнев. – Ну как же… Наказывают только плохих людей. Я вел себя плохо, и меня наказали! – Переходя на крик, парень встал с места, намереваясь подойти к надзирателю. – Теперь я веду себя хорошо, что тут непонятного!? Я же стараюсь… – Не успев договорить, на полпути к надзирателю Шин пошатнулся и упал на землю. Из-за того что руки были скованы формой, парень не мог замедлить свое падение и с размахом ударился об пол. Несколько мгновений понадобилось надзирателю, чтобы осознать произошедшее, и он подбежал к упавшему парню. – Шин!? – все, что выкрикнул Эс, подскакивая к упавшему парню. – Ой… Силы не рассчитал… Неприятно получилось… – виновато улыбнувшись, парень медленно начал подниматься, в конечном итоге оставшись сидеть на полу рядом с Эсом. Немного успокоившись и убедившись, что с парнем все хорошо, надзиратель остался сидеть рядом. – И что это было? – Кхе-кхе, ничего… Все хорошо… Просто если я принимаю их, то иногда становится дурно… Но ведь все будет нормально, если я веду себя хорошо, то все довольны. Если я принимаю их, то все довольны… – Побочный эффект от лекарств? – спросил Эс, облокачиваясь спиной на одну из стен допросной. – Не знаю, это сложновато звучит… – хрипло проговорил Шин, постепенно бледнея. – Кто-то ещё об этом знает? Если нет, то стоит рассказать… – Нет! – совершенно неожиданно выкрикнул парень. – Нельзя рассказывать! Они разозлятся, я знаю, друзья всегда злятся, когда так происходит! Немного ошарашенный такими действиями со стороны заключённого, Эс стоял как вкопанный, глядя на Шина. Хоть парень и хотел возразить, но сил почему-то не хватило… – Уверен, что друзья себя так ведут? – А разве не так? Вы же знаете, я плохо помню некоторые вещи, – заключённый криво усмехнулся, почесывая затылок, – но это я знаю… Четких воспоминаний нет, но понимание есть… Хах, кажется, я не умею объяснять, простите. – В плане воспоминаний я тебя понимаю… Мне же голову почистили, я кроме этого места ничего и не помню… – с улыбкой произнес Эс, стараясь разбавить обстановку. – Правда? С вами поделиться лекарствами? Они хоть и странные, но должны помогать. Так Акира сказала. – Не, боюсь, они мне не помогут… Даже Эс и не заметил, как допрос превратился в обычную беседу. Как бы Эсу ни хотелось признавать этот факт, был шанс, что это последний разговор… Размышления надзирателя прервал скрип и гул механизма, открывающего проход в зал суда. – Надзиратель, мне кажется, пора… – кивнув головой в сторону зала суда, сказал Шин. – Сам вижу… – тяжело вздохнув, сказал Эс, затем помог Шину дойти до зала суда, остановившись на границе. Сделав несколько робких шагов внутрь зала, Шин обернулся к Эсу, все так же дурашливо улыбаясь. – Надзиратель, что-то ты грустный… Но нет повода для грусти, я ведь увижу свои воспоминания, наконец-то увижу… Тяжело выдохнув, Эс наконец собрался с силами: – Заключённый номер четыре – Шин, воспой же своё преступление! С громким хлопком механизм сомкнулся, погружая Эса в изъятые воспоминания.