1. Встреча

Антон на днях заселился в общежитие. Старое, потрескавшееся здание не привлекало. И если был хоть малейший вариант жить в другом месте, то им охотно пользовались не только первокурсники, но и бывалые студенты. Кто-то упрашивал родственников пожить у них, кто-то находил вторую половинку и пытался свалить к ней, кто-то подрабатывал и снимал себе жилье. Антон был лишен всех этих вариантов. Высокий и худощавый парень из детского дома только-только поступил в медицинский университет. Его мечта. Конечно, выпустившись, ему дали квартиру, но она была далеко в родном городке. А Антон поступил в столицу - Кронебург. Это большой мегаполис, с оживленным движением, спешным ритмом жизни и яркими огнями по ночам. Приезжим здесь было некомфортно. Суета не вписывалась в их привычный образ жизни. А Антон вообще не знал, что такое мегаполис. Их вывозили на экскурсии в ближайшие города, но те особо не отличались от его Миротворскса. С самого детства парень рос в детском доме и не выходил за территорию, за исключением экскурсий и спортивных соревнований. Антон аккуратно зашёл в свою комнату. Там сидели ещё двое. Ему не привыкать жить с соседями. Один из них на улыбке подошёл к нему и протянул руку. — Привет, я Паша, — Антон поставил на пол дорожную суму, которую ему выдали в детском доме при выпуске, и пожал руку новому соседу. — Антон, — представился он и тоже улыбнулся. — Лёх, ты, может тоже поздороваешься? — Паша обернулся к парню, что сидел в углу кровати и залипал в ноутбук. — Ща, я катку срублю, — увлечённо ответил Лёша и потом добавил, — Антон, привет! — Привет, — тихо поздоровался с ним, рассматривая соседа. — Не обращай внимания, — похлопал Паша по худощавому плечу. Для этого ему пришлось поднять руку на уровень своего подбородка, — Лёха просто играет много. Каждый день. К этому надо привыкнуть. Но он классный парень, — Паша был максимально открыт и добр. Антон даже удивился этому, ведь привык совсем к другому отношению, — смотри, — продолжил Паша, — твоя кровать, тумбочка, — указал на левую сторону комнаты. Кровать стояла изголовьем к окну, тумбочка справа от неё. Остальные кровати располагались изголовьем к стене, в ряд и напротив кровати Антона, — твой стол, — он стоял вплотную к спинке кровати. Сидеть приходилось лицом в стену. Это было совсем не проблемой для Антона. Место его вполне устраивало, — так, у нас тут типа кухни. Холодильник общий, столик для готовки, электрический чайник. Душ… Но не успел продолжить, как Лёша засмеялся: — Ахахаха, — почти как в тюряге. — Идиот, — прошептал Паша и продолжил, — туалет и душ вот здесь, — открыл дверь в комнате. Там была простенькая душевая, раковина на ножке и туалет, — ну, и в правом крыле мальчики живут, в левом - девочки. Ну, всё, располагайся. — А вы давно здесь? — поинтересовался Антон, — ставя сумку на кровать. — Уже неделю, а что? — ответил Паша. — Аааа, а вы на каком курсе? На каком факультете? — Биологический, — закрыл наконец ноут Лёша, — и я и он. А ты? — Тоже, — отвечал скромно, тихо, спокойно. — О, офигенно, повезло, так повезло, — Лёша взял с тумбочки колу и сделал глоток, — короче, мы решили, что уборка будет по очереди. Повесим график, жрачка общая, все покупают и делятся. Что ещё, — задумался. — Подожди, — остановил его Паша, — что значит мы решили? Мы даже не обсуждали это! Антон, погодь. Лех, заканчивай со своим величеством. Уборка да, по очереди, а вот еда у каждого своя. Вдруг у него аллергия и че? Мы его еду съедим, а он голодать будет? — Мда, — почесал затылок Лёша, — не подумал, — сорян братан, — улыбнулся Лёша. Антон стоял с каменным лицом и просто наблюдал за диалогом. Право голоса он особо не имел, ведь все новенькие по законам детского дома - бесправны. Первые четыре дня прошли в каком-то нон-стоп режиме. Антон не привык к такой нагрузке. Их не жалели совсем. Первого сентября был концерт, выдали студенческие, зачетки. Ознакомительная экскурсия по университету и домой. Благо до общежития можно было дойти пешком за пять минут. На соседней улице. Последующие дни были нагружены учебой. Беготня по разным аудиториям и этажам. Большой объем знаний и абсолютная каша в голове. Ну вдобавок ко всему вечером в пятницу первокурсников ожидало посвящение в профессию. Старшие организовывали алкогольную тусу. Конечно же и Антон был приглашен на неё. Но утро пятницы началось уже плохо. Первой парой стояла клиническая лабораторная диагностика. Антон, с сонным и уставшим видом занял третий ряд парт. Ему было интересно, но сил уже не оставалось. В аудиторию зашёл статный, красивый преподаватель. Очки с тонкой оправой, лёгкая щетина на бороде, рубашка и джины идеально подобраны друг к другу и выглажены. Мужчина положил на стол папку, встал возле и посмотрел на студентов. — Доброе утро, дорогие студенты! — в аудитории воцарилась тишина, — меня зовут Попов Арсений Сергеевич, я ваш преподаватель по нескольким дисциплинам. Сегодня у нас клиническая лабораторная диагностика. Скажу сразу, что я строг, но справедлив. Меня не интересуют ваши лекции. Хотите, пишите, хотите, спите. Но если на семинаре, экзамене, контрольной, зачёте я вижу в ваших знаниях пробелы, то щадить не буду. Так же не буду специально валить. Я сразу вижу кто знает или как минимум разбирается, а кому это не нужно. Вы врачи. Если не нужно, — протянул руку к двери, — сразу на выход. В этом заведении ради «корочки» не учатся. У нас большинство преподавателей уже в возрасте, врачи на пенсии, академики, ученые. Они прекрасно знают, что вы списываете, прогуливаете и прочее. У них не осталось сил бороться с такими как вы. И будет большое уважение, если вы, дорогие студенты, будете приходить сюда за знаниями, а не просто отсиживаться. Ведь когда вам плохо или вашей семьей, вы надеетесь на врачей, что помогут и спасут. А они так же как и вы прогуливали и учились для корочки. Забыли назначить лекарство, ну с кем ни бывает. Забыли сделать анализ. Ничего, другому не забудут. А человеку каждый раз хуже и хуже. И в конченом итоге он умирает. А почему? Потому что врачи должным образом не провели исследования. Я не говорю, что все случаи такие, я говорю только про тех врачей, по безалаберности, даже не по ошибке, а именно по безалаберности которых умер человек. Это могут быть вы, ваши близкие, — студенты молча смотрели на преподавателя и боялись даже сказать слово, — я страшный только потому, что хочу вырастить из вас квалифицированных специалистов. Вы - будущее медицины. Поймите, все новые препараты будут созданы вами, а не нами. И вам нужно разбираться во всем и знать, чтобы лечить мир от рака, от СПИДа и прочее. Мы свое уже сделали. Поэтому максимум наших знаний пытаемся вложить в ваши головы, — наконец сел за стол и поправил очки, открыл свою записную книжку и продолжил, — у нас будут лекции и практические. Через месяц перейдем к практике и вот там я буду проверять все ваши знания. Поэтому рекомендую запоминать всё. Если не понятно, поднимаете руку и спрашиваете. Я останавливаюсь на теме столько, сколько нужно. Но желательно укладываться в отведенные часы. А ещё, у старосты есть моя почта, — стал искать глазами старосту, так как в глаза не знал. Девушка подняла руку, — как вас зовут? — Лика Смирнова. — Лика, в чате передай мою почту ребятам, вы можете туда писать любые вопросы, что вас интересуют. Я, почти как репетитор, буду вам объяснять и вне наших лекций. И открою вам большой секрет, мне можно писать и задавать вопросы не только по моему предмету. Знаю, что у Николая Владимировича трудно воспринимать информацию. Если нужна помощь, то пишите. Мы с вами врачи, нам нужны знания и практика. Много практики. Очень много практики. Поэтому уже через месяц мы будем работать в лаборатории. Вам понятно? — Даааа, — грустно протянул целый курс ребят. — Тогда начинаем. Антон записывал каждое слово. Старался и торопился. Вглядывался в презентацию и параллельно фотографировал. Боялся выйти в туалет, ведь пропустит самое важное. После рабочего дня, Арсений зашёл в кабинет, так называемую учительскую. Там сидели учителя, декан, заведующий кафедрой. Кто-то корректировал расписание, кто-то уже пил чай. Анна Владимировна уминала сушки с Ириной Захаровной, запивая всё разведенным кофе. Арсений сложил папку к себе на стол и присел ко всем. Взял сушку и на улыбке спросил: — Ну, что? Анна Владимировна, как ваш второй курс сегодня? Musculus epicranius (надчерепная мышца) наконец запомнили? — разгрызал сушку. — Еще бы! Я пригрозила им внезапным семинаром. Из угла послышался тихий, низкий голос, с лёгким армянским акцентом. — Сегодня первачков посвятят и ваш второй курс станет более собранным. Дайте детям адаптироваться после каникул. Все повернулись в угол кабинета. Даже заместитель кафедры перестала клацать по клавиатуре. — Рубен Тигранович, — дожевал сушку Арсений, — уже сегодня у них? — Да! Арсений Сергеевич, да. Неделя летит быстро. — И не говорите, — сел за свой стол, надеясь подготовить материалы к понедельнику. У него четвёртый курс, сложные ребята. Но тут к нему обратилась женщина, сидевшая напротив. Она выглянула из-за своего компьютера и позвала его: — Арсений Сергеевич, Федор Иванович не сможет взять первачков с биологического. У вас нагрузка небольшая, может, заберете? А то беспризорными останутся, — поправила очки и умоляющим взглядом впилась в глаза Арсению. Тот тяжело вздохнул, недовольно поджал губы. — Надежда Анатольевна, я же просил не давать мне кураторство. Я всем этим не занимаюсь. Лучше ещё пару повесьте. — А этого нет, — развела руками, — преподавателей хватает. — Так может они и возьмут? — На новеньких не имеем права вешать, старенькие сами понимаете, не всегда вывозят по два курса. Ну, Арсений Сергеевич, я очень прошу вас. Всего одна группа. Даже не целый поток. Там всего двадцать человек, самая маленькая, что есть. — Это вот те, что были у меня первой парой? — Угу, — радостно закивала женщина, надеясь на лучшее. — Эх, — вздохнул, — но минимум бюрократии. Всё спихну на старосту! — Я очень рада, что вы согласились, — она вписала его в таблицу, клацая ногтями по клавиатуре. Арсений почти до девяти вечера готовился к понедельнику. Оповестил старосту Лику, что он теперь их новый куратор и попросил выполнять все его просьбы, чтобы не повторять по несколько раз. Затем собрался, попрощался со всеми коллегами и вышел из университета. Он уже дошел до перекрестка, который вел к метро, но в какой-то момент передумал, и направился в обратную сторону. Перейдя улицу, Арсений приблизился к дверям общежития. — Добрый день, — встал охранник, вы к кому? — Я преподаватель, хочу побеседовать со своим курсом, — показал удостоверение, что-то на подобии студенческого. Охранник внимательно вчитался, а затем нажал на турникете зелёную стрелку. — Проходите, — проводил рукой. — А где я могу провести сбор? На лестнице остановился Арсений. — На втором этаже в холле. Мужчина поднялся на второй этаж и увидел нечто необычное. Там сидели первокурсники на принесенных из комнат стульях. Накрашенные и нарядные девчонки, что натянули юбки покороче, дабы привлечь внимание мальчиков, причесанные пацаны и очень много алкоголя. Заметив преподавателя, все сразу замерли. Бежать было поздно, да и скрывать алкоголь тоже. Диджей выключил музыку. — Ну… — начал Арсений, обводы взглядом компанию молодежи и ища своих студентов, — я понимаю ваш праздник. Но мне нужно переговорить со своей группой 145-50. Соберитесь все здесь, пожалуйста, — указал рукой рядом с собой. Ребята недовольно, но молча начали собираться, — я отвлеку вас на пять минут и можете продолжать. — Продолжать? — не поверил словам диджей. — Да. У вас же праздник, — спокойно, но серьезно ответил Арсений. — Вы че, не станете нас разгонять и сливать другим преподам? — А зачем? Вас это не изменит. Ну, а потом, традиция есть традиция. Ребят, давайте отойдем, — он махнул рукой за собой в сторону коридора. Отвёл первачков на расстояние от тусовки и продолжил, — так, я собрал вас потому, что теперь я ваш новый куратор. — Да, Лика оповестила, — Лёша смотрел на него с неким недовольством. Оторвал от мероприятия. — Это очень хорошо. Скажу сразу, я не веду кураторство и терпеть это не могу. Поэтому давайте договоримся о правилах. Все прогулы и пропуски сообщать мне. Честно. Проспал и не захотел идти, заболели, уехали отдыхать, встретились с мамой - отписываетесь мне и старосте. Другим своим тоже передайте, кто не из общаги. — Зачем вам говорить правду? Никому доверять нельзя! — послушался мужской голос из толпы ребят. — Да, но мы будем. Я знаю вашу реальную причину прогула и в зависимости от ситуации могу вас покрыть. — А можете и нет? — все тот же голос. — Могу и нет. Если вы плохо себя ведете. Кто со мной честен в первую очередь, с тем и я честен. Мы одна команда, а значит держимся вместе вне зависимости от деканата. Ясно? — Даа, — протянули ребята. — Дальше, проблемы по типу: забыл студак, зачетку, тетрадь, курсовую - ваши проблемы. Мы не в детском саду. Вы сами несете за это ответственность. Я вам новый студенческий не нарисую, за тетрадкой домой не съезжу. Просрали, сами отвечаете за это. И без обид. Я не нянька. Внутренние конфликты решать тоже самостоятельно, нет, но если доходит до кулачного боя, ММА, дзюдо и прочих боевых искусств - ставить меня в известность и ждать. Приеду и побьемся вместе, — студенты улыбнулись, — и последнее, — все ваши тусовки с алкоголем я не запрещаю, вы взрослые. Но быть аккуратными, градус не понижать, а если и понизили, то идти спать. Ни с кем не драться. А если вдруг, то оповещать меня. Если будет возможность, то помогу решить. Мальчики, с девочками аккуратно. Вся ответственность про «залетела» на вас. Узнаю от девчонок про это, то заставлю с младенцем сидеть на парах. Ясно? — пацаны недовольно нахмурились — девочки, вас тоже касается. Перед каждым попавшимся юбку не задирать. Красивая голова дана чтобы думать, в том числе. Помните, теперь я на вашей стороне, но и по жопе дать могу. И умоляю, будьте разумными. Тусовки - дело хорошее, но и про учебу не забывать. Свободны, — протянул руку вперед, показывая, что те могут возвращаться к мероприятию. Ребята поблагодари мужчину, попрощались с ним и разошлись. Но не успел Арсений переступить порог квартиры, как ему позвонила староста. — Да, Лика, — взял трубку, открывая ключом дверь, — кого избили? — остановился, — он в сознании? Значит лекция первая: нашатырная салфетка, бинт, перекись, замер давления и пульса. Приходит в себя и дальше обрабатываете. А что я? Там прям очень серьезно? Лика, уже одиннадцать вечера. Оооох, — вздохнул и стал закрывать квартиру, — Господи, зачем мне все это. Сейчас приеду, — положил трубку и спустился вниз по лестнице. Благо ехать было недалеко, всего тридцать минут и без пересадок на метро. Но в пятницу, после тяжелого рабочего дня не хотелось возвращаться к университету. Арсений снова поднялся по центральной лестнице общежития и там встретила его Лика. — Пойдёмте, — позвала его за собой. В холле сидели оставшиеся ребята, куча пустых бутылок из-под пива. Музыка играла, но негромко. Иначе охрана вызовет ментов. Арсений прошел по коридору и свернул в комнату. На кровати лежал Антон с окровавленным носом и фингалом под глазом. Рядом с ним сидел Паша, а Лёша ходил по комнате, недовольно бубня себе под нос. Но, увидев преподавателя, все замерли.