8. Шифр

Сидя в машине оба смотрели в маленький кулон, который открылся как книжка. Внутри на левой стороне лежала тонкая бумажка, сложенная в четверо. На правой стороне марля с красным пятном. — Я даже не знал, что он открывается, — в изумлении произнёс Антон, — интересно, что на бумажке, — аккуратно взял сверток и раскрыл его. Арсений закрыл кулон и, прищурившись, всмотрелся в записку. — И что там? — спросил мужчина, я что-то не вижу. — Там схема, — пытался разобрать, так как было очень мелко, — 1-А, потом эээ, потом 2-Т, не вижу. — Надо под микроскопом будет посмотреть, — открыл кулон, — клади обратно. Антон сложил бумажку и убрал её на место. Мужчина вернул кулон парню и пристегнулся. Посмотрел по зеркалам и выехал со двора. Они обсуждали, что же это может быть. Антон рассказывал то, что помнил о бабушке, но воспоминаний было крайне мало. Как только они зашли в квартиру, Арсений сразу же достал из верхнего шкафчика микроскоп. Поставил его на стол, где обычно парень занимался, и сказал: — Давай, смотреть будем! Антон снова открыл кулон и достал от туда бумажку. Был очень аккуратен, чтобы ничего не повредить. Положил её на стеклышко и Арсений настроил линзы. — Ну, что там? — не терпелось Антону. — На, смотри сам. Я, кажется, догадываюсь. Антон прижался глазом к микроскопу и внимательно стал рассматривать. — Я не понимаю, — посмотрел на мужчину парень. — Что ты там видишь? Антон снова всмотрелся и начал читать вслух. — 1-А, 2-Т, 3-G, 4-C, 5-A, 6-T. Потом троеточия, Потом 24-? … я не понимаю, — смотрел на мужчину. — Подумай, — настаивал Арсений. — A,T,G,C, медленно произнес и задумался, Нууууу… ну, это же не может быть ДНК? — догадался Антон. — А почему нет? Как по мне, то очень похоже. Дай, — попросил уступить место. Арсений убрал бумажку с надписью и положил на её место марлю, — ну, да. Вот тебе и практика. Смотри, — отошел от микроскопа, давая студенту рассмотреть образец. Антон посмотрел на стеклышко с марлей, а затем на Арсения. — Это же кровь! — изумился. — Да. Поэтому и ДНК расписан. Единственное, я не знаю что тут зашифровано. Нужно разбираться, — пожал плечами мужчина и взял кулон. Перевернул его и за задней стороне увидел гравировку, — ну,ка! — вытеснил Антона от микроскопа и заменил марлю кулоном, — Сангиус клавем тент. Кви лингуам эус когнощит эредитатем речипит, — произнёс Арсений. — Чего? — не понял ни слова Антон. — Эх, студент-студент, — улыбался Арсений, — годы обучения латыни и ты бы понял. Там написано: «Кровь хранит ключ. Кто познает её язык, получит наследие». — Ниии фииигааааааа. Это мне бабушка наследство зашифровала что ли? — Получается. Осталось разгадать её шифр, — Арсений почесал затылок и тихо под нос себе произнёс, — интересно, кем была твоя бабушка, раз такое придумала? — Если бы я знал, — услышал его слова и на выдохе тяжело ответил Антон. Он сел на кресло, думая о том, что ничего не понимает. Пытался собрать мысли в кучу, но сопоставить одно с другим - не получалось. Жалобно и виновато посмотрел Арсению в глаза. Тот тоже посмотрел на студента и так спокойно сказал: — Чтобы понять шифр, нужно ещё что-то. Это просто цепочка и ничего больше. Последовательность. — Нам не хватает данных? — уточнил Антон и тот молча кивнул, — я не знаю где искать. Это всё, что осталось от бабушки, — развёл руками, — детские вещи все выкинули, игрушки тоже. Никаких дневников у меня не было. — Она документы отдавала какие-то? — Да откуда я знаю! — нахмурился, — я мелкий был, мне не документов. — Ну, да, — понимающе покачал головой, — а свидетельство о рождении тебе не отдавали обратно из детдома? — Есть где-то. Но что это даст? — Нам бы по-хорошему все твои документы проверить, вдруг есть зацепка?! — Арсений встал из-за стола, убрал кулон с наполнением с микроскопа. Закрыл все стекла защитными чехлами и поставил инструмент обратно в шкаф. — Надо достать всё? — поинтересовался Антон у уходящего из комнаты мужчины. — Нет, — Арсений остановился в дверном проеме, — завтра вечером уже. Сегодня отдохнем. — А, — начал Антон и тот, вздохнув, снова посмотрел на парня, понимая, что просто так не уйдет. — Чего? — спросил Арсений. — А вы мне правда конспект зачтете? — Да! — уверенно ответил мужчина и наконец покинул комнату, скрывшись в туалете. Антон разделся, оставшись в одних боксерах, и сел на свою кресло-кровать. В руках вертел кулон и думал о документах, где хоть что-то может быть написано. — Паспорт я получил позже, чем попал в детдом, — бормотал себе под нос Антон, сложив руки замком. Локти поставил на колени, а на пальцы оперся подбородком, — свидетельство о рождении… но там ничего такого не было. Все медицинские документы скорее всего делали уже позже. Фиг его знает с чем меня бабушка отдала, — Антон резко встал и начал копаться коробке, что стояла на полу возле принтера. Там лежали все документы Антона, какие-то записки, пароли, банковская карта, которой не пользовался из-за неудобного приложения на телефон. Парень сел на пол и стал активно вытаскивать листок за листком. Нашел даже документы о подаче в университет. Фото с выпуском из детского дома. Три фотки его маленьким на Новый Год. И одна старая фотография бабушки. Бумага хоть и была плотной, но пошла волнами. Фотография прилипла к задней стороне аттестата об окончании школы. Антон старательно и аккуратно отлепил её, но без травм не обошлось. Часть фотографии так и осталась на обложке. Парень облокотился спиной на кровать Арсения и внимательно всмотрелся в портрет бабушки. Ему улыбалась милая пожилая женщина в платочке. Морщины только украшали её, а глаза были полны доброты и любви. Антон тяжело вздохнул с грустью. Воспоминаний почти не было. Скорее всего даже отрывки эмоций. Он перевернул фото. Там было пусто. Парень прищурился и вгляделся в волнистую бумагу, поднеся её на уровень глаз, словно рассматривая слои. В комнату зашёл Арсений и начал переодеваться, параллельно спрашивая у парня: — Что-то нашел? — Да вот, бабушкина фотография. Она словно была мокрая вся, пошла волнами. — Ну-ка, — оставшись в одних боксерах, Арсений подошел к Антону и присел на корточки. Взял фотографию и посмотрел, поворачивая её к свету, — доставай утюг! — Утюг? — не понял Антон, — но собрал разложенные на полу бумаги в коробку и встал. — Да, — Арсений тоже встал, положил фотографию на стол и взял свою белую хлопчатую футболку, — сейчас смотреть будем. Антон принёс из хозяйственного шкафа утюг. Оба, в одних трусах, встали у рабочего стола и ждали, пока нагреется металлическая поверхность. Как только лампочка погасла, Арсений положил футболку поверх фото и хорошенько прогладил утюгом. Через пару секунд убрал всё и двумя пальцами взял бумагу. — Ого! — удивился Антон, видя текст. — Никогда такого не делал? — улыбнулся и удивился Арсений, выключая утюг из сети. — Неа, — замотал головой. — Ну, ты даешь! — положил фото на стол и надел футболку с горячим пятном на спине. Снова взял фото, — это молоко! Так делали невидимые чернила. — Афигееееть! — восхищался парень, — а почему молоко? — При нагревании белок сворачивается и его становится видно. Да и писать молоком удобно, — они посмотрели на текст. — Расклей меня? — неуверенно произнёс Антон и посмотрел на Арсений, словно тот должен был знать ответ. — Ну.., — мужчина почесал затылок, — очевидно, что фото?! — тоже был неуверен и пригляделся в уголок. Плотная бумага явно была не просто так. И ее толщина была сделана специально. — Ну-ка! — Антон взял с комода свой маникюрный скромный набор. Достал от туда пинцет и на свету, у лампы, начал пытаться расклеить фотографию. Шло тяжело, пинцет соскальзывал. Бумага старая и уже настолько срослась между собой, что казалось, разлепить её было невозможно. — Так, — выключил резко свет Арсений, — завтра займемся этим. Давай, спать! Завтра у кого-то новая тема, у кого-то, — тяжело вздохнул, — работа с бумагами, — залез к себе в ковать, оставив тусклый свет возле подушки. Антон положил на комод пинцет и фото, вышел в туалет, а потом тоже лёг к себе в кровать. Ему очень хотелось посмотреть, что же там такое. Долго не мог уснуть из-за догадок и мыслей в голове. А утром, сонный и не выспавшийся, приплелся в университет. Первая пара далась с трудом. Антон еле записывал лекцию. На перерыве парень сел на стул возле кабинета химии, что была второй парой и, запрокинув голову на стену, закрыл глаза. — Тох! — резко вернул друга в реальность Паша, — ты сегодня чего такой? — присел рядом и Антон слегка продвинулся, уступая место. — Не выспался, — коротко ответил он. — С девчонкой мутишь? — слегка улыбнулся Паша. — Нет, — без эмоций ответил Антон и всё же прикрыл глаза. — А у тебя там вообще, в соц жилье можно гостей приводить? Хоть хату покажешь? — Нет, нельзя, — не меняя позы ответил Антон. — Ясно, — расстроился Паша, но потом бодро продолжил, — мы тут тусить идём с Лёхой. У Гуся дэрэ. Он позвал всех на съемный коттедж. Ты же с нами? Антон открыл глаза и посмотрел на друга. Задумался. Ему хотелось почувствовать вкус студенчества, оторваться с пацанами, выпить чего-то, но не знал как сообщить об этом Арсению. Ведь социальным жильем обеспечивал именно он и просто так уехать было бы не очень. — А когда? — поинтересовался Антон. Со своими проблемами он словно выпал из университетской жизни. — В эту субботу. Там с ночевкой. Ну, как, — улыбнулся Паша, — тусим всю ночь и утром по домам. — Я подумаю, — ответил Антон и встал с лавочки, чтобы зайти в аудиторию. Паша ничего на это не ответил и последовал за ним. Лишь вздохнул. День подходил к концу. Последним преподавателем на сегодня был Арсений Сергеевич. В начале пары, как обычно, проговорил организационные моменты. Был недоволен посещением троих мальчишек. Одни из немногих, кто пришли по блату. Проверил знания у тех, кто отсутствовал на прошлом занятии. Но блиц-опрос показал, что не все темы были усвоены хорошо. А затем провёл лекцию в продолжении к прошлой теме. Когда все студенты стали выходил из аудитории, громко обсуждая, чем займутся вечером, Антон заметил странное состояние преподавателя. Они договорились никак не пересекаться и не общаться в университете и близ него, но тут парень подошел к столу и негромко спросил: — Арсений Сергеевич, всё нормально?? — Да, — посмотрел на парня мужчина. — Ой, — всмотрелся внимательнее, — присядьте, — аккуратно усадил Арсения на стул и повернул голову назад. Увидел Пашу и крикнул ему, — Паш! — А? — подошел парень. — Вода есть? — параллельно расстегивал ворот рубашки Арсению. — Есть, — даже слегка испугался и открыл рюкзак. Протянул бутылку. Антон открыл и протянул преподавателю. — Арсений Сергеевич, попейте. Легче станет! — Он очень бледный, — сказал Паша. — Тох, — к ним подошла Василиса, заметив состояние преподавателя и суматоху возле него, — держи банку колы, она холодная, приложил ему сзади на шею. Антон сразу выполнил просьбу одногруппницы. — Ребят, — вяло начал Арсений, — всё нормально. Идите домой. — Вы сейчас в обморок упадете и что нам потом делать? — уверенно сказала Василиса, которая уже измеряла ему пульс на запястье. — Чуваки! — послышалось из входа в аудиторию. Все обернулись и увидели Лешу, — я нашатырь попросил, — скинул с плеча рюкзак на пол и прошел через толпу к Арсению. Накапал на ватку пару капель и аккуратно стал водить возле носа преподавателя. Тот сразу замотал головой и быстро захлопал глазами. — Всё-всё, — Арсений попытался убрать руку Леши, — нормально всё, — убрал руку Антон с банкой от своей шеи, — спасибо вам. Я сейчас в кабинете посижу у себя и нормально всё будет. — У вас давление упало! Вам бы чаю сладкого! — настаивала Василиса, — давайте мы сделаем? — Нет, спасибо, Вась, — улыбнулся мужчина и захотел встать, но слабость в ногах пошатнула его и он снова сел. — Я принесу сейчас, — творожок сказал Паша, скинул рюкзак на пол и поспешил в столовую. — Лёх, — начал Антон, — сгоняй в преподавательскую, приведи кого-нибудь. Может его вообще домой отправить, — с сожалением посмотрел на Арсения. Хотел забрать сейчас с собой, но понимал, что нельзя нарушать договор. Лёша убежал за помощью. Василиса присел рядом и улыбнулась Арсению: — Вы не переживайте! Мы вас не бросим. Вы нам как отец всем, — мужчина улыбнулся на эти слова. — Скажешь тоже, Вась, — Арсений ответил ей и тяжело вздохнул. — Ну а чё? — они остались одни в аудитории и девушка могла открыто говорить, — вы Макарова прикрыли перед Химичкой. Хотя он этого не заслуживает. По сути прогулял. Да вы всех прикрываете, всем помогаете. Вы строгий, на своих в обиду не даете. В аудиторию зашёл Лёша, а за ним Рубен Тигранович. Мужчина в возрасте спешно подошел к коллеге и заглянул тому в глаза. — Ну, что? — спросил тот, автоматически щупая пульс на запястье, — сердечко подвело?! Паша зашёл с кружкой горячего сладкого чая и поставил на стол перед Арсением. — Пейте! — сказал преподавателю. — Спасибо, — прошептал Арсений. — Эх, Сергееич, — начал Рубен Тигранович, — дети лечат. Молодец, воспитываешь. Давай, пей и домой. Антон, — посмотрел на того, что ближе всех стоял к Арсению. — Адрес скажет тебе твой куратор, проводи его до дома. — Хорошо, Рубен Тигранович, — даже выдохнул от того, что ему поручили задание и никто не подумает на них. — Мне позвонишь, — старый мужчина обратился уже к бледному коллеге, — что дома. Сам знаешь: лечь, ноги повыше. У тебя кто сейчас? — Третий курс. 151 группа. — Я что-то придумаю. — Самостоятельную дай, — достал из папки распечатку с лекцией за прошлую тему. Рубен Тигранович пробежал глазами и кивнул. — Понял, сделаю. Результаты на стол тебе положу. — Спасибо, — слегка улыбнулся. — Детворе своей спасибо говори. Твой детский сад тебя в чувства привёл и не дал в обморок упасть. — Спасибо вам, ребят, — вяло улыбнулся Арсений своим студентам. Рубен Тигранович продолжил: — А вообще, отоспаться бы тебе. Мешки под глазами. Давай, — похлопал коллегу по плечу и вышел и аудитории. Арсений посмотрел на Антона, тот тоже загляну ему в глаза и понял, что оба эту ночь не спали, а Арсений ещё и с дороги. — Доведешь? — спросил мужчина, — я могу себе такси вызвать. — Довезу на такси. Мне ещё отчитываться, — для убедительности сказал Антон и помог встать мужчине. Домой добрались без пробок, быстро. Парень сразу уложил Арсения на кровать, под ноги ему поставил подушку и слегка приоткрыл окно, чтобы было посвежее. В комнате было довольно душно от горячих батарей. Отписался Рубену Тиграновичу и пацанам, что довёл Арсения Сергеевича и с ним всё хорошо. — Как себя чувствуете? — спросил Антон, снимая толстовку. — Да нормально всё. Давление просто упало. Сегодня ещё погода дурацкая. Сейчас минус семь, а к вечеру обещают минус девятнадцать. Не выспался, вот всё и наложилось. — А чего не выспались? — переоделся в домашнее и сел на свою кровать, смотря на мужчину, — вы же спать легли сразу. Уснули. — Я проснулся в пять утра, голова болела. Выпил таблетку, лёг. Понял, что не усну и решил твою загадку поразгадывать. — Вы отклеили? — у Антона не было злости на то, что без него что-то сделали. Лишь интерес. Он подошел к столу и увидел там кучу исписанных бумаг. — Отклеил. Но толком ничего не понял. Голова болела и я быстро оставил эту затею. Лёг обратно. — А зачем вы с такой головой поехали в университет? — Дорогой мой, я не студент. У нас прогулы не просто прогулы, а рабочие дни. При этом часы, учеба. Нужно учить. И каждый такой пропуск стоит дорогого. Это вам прикольно, что препод не пришел. Дали самостоятельную, списывай и радуйся. А мне потом нагонять тему с вами. — А третий курс тоже спишет всё? — смотрел в глаза мужчине, понимая его нелегкую работу. — Ну, конечно, — рассмеялся, — но я потом проведу у них устную проверку. Так что просто так они не отделаются. — Попали они, — пробубнил Антон, зная, как спрашивает Арсений. Начал смотреть бумаги, которые исписал Арсений, — а что это всё? — Да так, догадки. Ты почитай, что написано на фото. Антон посмотрел на отклеенную сторону фотографии, где карандашом прописью было написано: «A-T, Г-У». Ниже была табличка, не не полностью. Частично что-то стерлось и отпечаталось на обратной стороне бумаги. — Это шифр, — понял парень и посмотрел на мужчина. — Это очевидно, — улыбнулся он, — там буквы стерлись, я не смог совместить. — Ну, вот, — приложил верхнюю часть бумаги к нижней и, вглядываясь, — прочитал вслух, — 1- АУГ, потом 2 - УЦУ, троеточие вроде как или точно просто. Затем 19 - АУА, — снова посмотрел на Арсения. — Ничего не напоминает? — улыбался мужчина, который сразу понял. — Ну, раз там была марля с кровью, то явно что-то с этим связано, — предполагал. — Таааак. Давай начнем сначала. Какие клетки несут в себе ДНК? — понимал, что студентов сразу тяжело распознать в таком ключе даже простые и очевидные вещи. Это он уже сразу видел суть. — Лейкоциты, — сразу ответил Антон. — Так? А ДНК? — Дезоксирибонуклеиновая кислота. — Молодец. И из чего состоит? — Из повторяющихся блоков — нуклеотидов. Ааааааа, — догадался, — это нуклеодитовач цепочка. Блииин, это… таблица! — Так, — взял лист из принтера и начал карандашом записывать свои мысли и произносить их вслух, — аденин (А), соединяется только с тимином (Т), а гуанин (Г) - только с цитозином (Ц). А вот АУГ и УЦУ - это триплеты. Табличка, та самая. — Вспомнишь сам или напомнить? — Арсений никогда знал, что Антон усвоил материал, но из-за большого количества дисциплин, зубрежки всего подряд, мозг просто разбухал. К сожалению такова была концепция обучения. Он и сам проходил через это, а поэтому старался входит в положение студентов. Но при этом был довольно строг, особенно к тем, кто явно не учил. — Вспомню, — тяжело вздохнул Антон и напряг все свои извилины. Вслух рассуждал, — там триплеты и их каждого варианта по четыре… — Лучше зарисуй, так проще будет, — Арсений встал с кровати и подошел к Антону. Руками оперся на стол и посмотрел в листок, который уже исписал парень. Антон начертил таблицу в четыре колонки на четыре строки. По вертикали шли столбики с названиями «У», «Ц», «А», «Г». По горизонтали в таком же порядке те же самые буквы. На их перекрестии Антон начал писать триплеты, состоящие из трёх букв. Получалось так, то буква по горизонтали была всегда первой, буква по вертикали всегда второй. А последняя менялась. — Если по-горизонтали у нас первая «У», — начал Антон, — по-вертикали тоже «У», то она уже вторая, последняя «У» - порядковая. Получился триплет «УУУ». — Молодец. Дальше вообще всё просто! — подбадривал Арсений. — Первая в линии у нас по-прежнему «У», вторая в столбце тоже «У», а вот последовательная «Ц». Получился триплет «УУЦ». Дальше снова «У» в линии, «У» в столбце и последовательная «А». Получилось «УУА». Потом «УУГ». — Так! Смотри, у тебя здесь написано «УЦУ» это 2, — Арсений указал пальцем на стертую запись с фотографии. — Два… два… буква? Порядковая буква, — Антон быстро выписал алфавит рядом и продолжил составлять свою таблицу нуклеотидов. «УЦУ» - это «У» по-горизонтали, «Ц» - по-вертикали и «У» первая последовательная. Если в каждом разделе по четыре триплета, — стал считать, — то это семнадцатая. А семнадцатая буква алфавита «Р». — Да, она будет второй. Тут ещё написано 19 - АУА. Значит всего девятнадцать букв в предложении. Считай, я пока чай сделаю, — Арсений слегка похлопал парня по спине и ушел на кухню. Антон начал судорожно расписывать каждый триплет, чтобы потом собрать из этого слово. Вскоре он написал длинную цепочку нуклеотидов. Арсений вернулся в комнату с двумя чашками горячего чая. Поставил их на стол. Пар плавно поднимался вверх, создавая уютную атмосферу. Мужчина всмотрелся в записи. Антон быстро расписывал расшифрованные буквы к каждому триплету: АУГ - К УЦУ - Р УУУ - А УЦА - С ГУА - Н АЦА - Ы АУА - Й ЦУУ - Д ГУГ - О ГУЦ - М ГУА - Н УУУ - А УЦУ - П ГУГ - О ГУУ - Л ЦУЦ - Е УУА - В ГУГ - О АУА - Й Когда Антон закончил, то оба вслух прочти текст: — Красный дом на Полевой. — Ты знаешь где это? — сразу поинтересовался Арсений. — У нас в Миротворске есть Полевая улица, но я там не был. — А жил где до детского дома? Антон лишь пожал плечами. Конечно, не помнил, он был слишком мал, чтобы знать такие детали. — У меня нет догадок что там, где этот дом. И почему бабушка мне оставила это послание, так ещё и в таком формате, — парень пребывал в полном непонимании ситуации. Разгадав загадку легче не стало. Арсений приободряюще похлопал его по плечу и сказал: — Разберемся с этим. В Миротворск сгоняем, но позже. Мне нужно заняться свой кандидатской. — А вот вы её напишите и что? — развернулся на стуле Антон и взял в руки чашу чая. — Буду защищаться. Через два месяца защита. Нужно успеть. — И много вам ещё писать? — Нуууу… прилично. Термины быстро, с этим проблем нет, с оформлением тоже. Документы я уже подал. А вот исследования - дело не простое. Но это всё решаемо. А по поводу твоего красного дома я подумаю, когда сможем поехать. Хотя бы предположения есть что там? — Не-а. Ну, если бабушка шифровала всё и через ДНК, то это может быть связано с моей семьей, с ней. Может быть с медициной. И возможно информация очень тайная. Не знаю. — Ясно, — Арсений сделал глоток чая, — мы обязательно сгоняем туда, но позже.