Глава 6. Леди, палочки, хорьки.

Подозревать - хуже, чем знать.

У реальности есть границы, а воображение безгранично!

Клон

***

      Подозрения похожи на сорняк. Стоит только семенам попасть в почву, как они тут же прорастают, разрушая, поглощая все на своем пути. Подозрения легко рушат самые крепкие отношения, заставляют людей видеть мир сквозь призму опасений и сомнений, затмевая здравый смысл и объективность, что, неизбежно, приводит к весьма трагическим последствиям.       Рона Уизли подозрения заставляли в весьма ранний час среды подниматься в лифте на четвертый уровень Министерства магии. Он нервно притопывал носком своих черных кожаных туфель, сжимая и разжимая пальцы в кулак. Несчастные соседи по не продолжительному путешествию нервно косились на мужчину. Но он не смотрел на них, лишь сверлил взглядом двери. Когда женский голос монотонно произнес: «Четвертый уровень: Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними», Аврор моментально вылетел из душной кабинки так, что рабочая мантия беспокойно развевалась за его спиной. Ноги, издавая громкий, цокающий звук при столкновении каблука с мраморным полом, вели его в кабинет начальника. Мужчина мог с закрытыми глазами проделать этот путь, ведь столько раз оказывался здесь. Правда теперь было одно существенное изменение: его больше не ждали. Казалось неправильным, что Она канула в небытие, а этот чертов отдел все еще здесь: существует, как будто и ничего не произошло. Как будто часть жизни не сгорела в адском пламени.       Волшебник остановился у кабинета и постучал. Послышалось усталое «войдите», и вот - он уже в окружении гигантских книжных стеллажей, упирающихся в потолок, окруженный запахом пергамента, старых документов и зеленого чая. Недалеко от окна стояли два больших, деревянных стола: один пустовал, а за другим в кожаном кресле, закинув ногу на ногу, сидела женщина. Ее светлые волосы были теперь короче с одной стороны, хотя все еще напоминали каре. Возможно, дело было в освещении, в пасмурном пейзаже за окном, но загорелая кожа отдавала какой-то серостью. Взгляд каре-зеленых глаз скользнул по мужчине, а тонкая бровь взлетела вверх.       - Мистер Уизли, - протяжно, с ноткой недовольства протянула ведьма.       - Мисс Уокер, - коротко отозвался мужчина.       Рональд не питал особой любви к этой волшебнице: она была высокой, всего лишь дюйма на три ниже его самого, резкой в выражениях, крайне прозорливой и чрезмерно язвительной: за словом в карман точно не лезла. А еще он считал ее двуличной: то, как эта бестия, облаченная в облегающее платье с миниатюрным клатчем наперевес, маневрировала между влиятельными господами на каком-нибудь званом вечере Министерства, выбивая финансирование их отделу, повергало в ужас. Стоило этим тонким губам расплыться в очаровательной улыбке, как звонкий галеон падал на «дно кошелька» очередного проекта.       Парень сначала искренне не понимал, почему Гермиона могла с ней дружить. Но потом, увидев, как эти две визуально полярные женщины взаимодействуют, осознал всю сокрушительную мощь данного союза. Они прекрасно дополняли друг-друга. Если бы Бруствер хоть на секунду ослабил бдительность, эти два нюхлера обчистили бы карманы богачей за считанные минуты, лишь бы спасти какой-нибудь очередной вид тварей от вымирания или несправедливого обращения.       С ним же блондинка вела себя максимально нетактично: их беседы всегда больше походили на словесные перепалки, в которых, не смотря на наличие пяти братьев и одной языкастой сестры, Рон, в основном, проигрывал.       Несомненно, ведьма была умной, собранной, ответственной, очень настойчивой но… Это была Элоиз Уокер - женщина, от которой бежали мурашки и перехватывало дыхание.       - Думаю, должен поздравить вас с новой должностью.       Волшебница откинулась на спинку кресла и небрежно отбросила волосы со лба. Вся ее поза выражала недовольство.       - Думаю, я буду плохим начальником, если не предложу такому Аврору, как вы, свободный стул. Сомнительное начало. Присаживайтесь, не стесняйтесь.       Сдерживая растущее в груди раздражение, Рон схватил ближайший к нему стул и, с громким скрипом протащив тот ножками по полу, поставил прямо напротив стола Уокер, после чего сел.       - При всем моем к вам уважении, а также в силу занимаемой должности, я - не любительница великосветских разговоров и «вальсирований» вокруг да около. Оставим «поздравления» для других ушей, - ведьма уперлась локтями в стол, сложила руки в замок и положила на них подбородок. - Что нужно, Уизли?       - Вы, как и всегда, само очарование, Уокер.       - Стараюсь, - ее рот расплыться в хищной улыбке.       - Я пришел поговорить о вашей бывшей начальнице.       - О Гермионе? - настороженно уточнила женщина.       - О Мисс Грейнджер.       - О Гермионе, - Элоиз села ровно, закинула ногу на ногу и скрестила руки на груди. - Вы ведете дело?       Мужчина нахмурил брови и сжал зубы так, что заходили желваки. Наверно, все в Министерстве, если не были свидетелями, то уж точно слышали, какой скандал был вокруг расследования убийства «золотой девочки».       - Не совсем.       - Конечно нет: вас и Мистера Поттера не допустили к расследованию по личным причинам, - со злой усмешкой заключила она, - что вполне логично.       - Это мешает мне задать несколько вопросов о подруге? - Рон отзеркалил позу собеседницы, правда закинул стопу на противоположное колено, откинувшись на спинку стула.       - Отнюдь. Исключительно из-за нее я сейчас говорю с вами, хоть и не обязана.       - Премного благодарен. Было ли что-то необычное в ее поведении за последнюю неделю?       Элоиз сжала губы и медленно выдохнула через нос, отчего ноздри затрепетали.       - Необычное? Нет. Хотя… Живоглот пропал.       - Не думаю, что это имеет отношение к делу.       - Серьезно? Безумно умный полукнизл исчезает меньше чем за неделю до кончины своей хозяйки, и это не вызывает у тебя подозрений?! Что ты, что Уэбб: задаете одинаковые тупые вопросы и напрочь игнорируете ответы.       Парень взлохматил волосы и прикрыл глаза.       - А я все думал, когда ты начнешь мне «тыкать».       - К драклу ваше формальное общение, мы здесь одни! Очнись, Уизли, если ты собираешься пытать меня вопросами, - блондинка начала пародировать Энтони Уэбба тоненьким голоском, с отвращением корча рожи, - были ли у нее неприятели, как дела на личном фронте, не упоминала ли она что-то о беглых Пожирателях смерти и прочую срань, то возьми почитать показания у тупоголового брюнета. Новую информацию на этот счет тебе не высижу, я же не гусыня!       - Ты ведешь себя как малолетняя истеричка. Самой не противно?! Я расспрашиваю тебя о зверском убийстве, а ты что?!       - Я старше тебя на четыре года, сопляк, - Уокер ткнула наманикюренным пальцем в его сторону. - И кто бы говорил о том, как стоит переживать смерть подруги и начальницы по совместительству. Слышала, ты разнес «Пивной ларец». И? Полегчало, господин аврор? Как чудно жить, когда твою задницу прикрывает Поттер. Даже штраф не выписали, - с издевкой выдала она.       - УОКЕР! - мужчина вскочил.       - В чем дело, Уизли?!       Рон шумно плюхнулся обратно на стул и потер лицо ладонями. Он правда устроил погром в том баре, где они последний раз сидели. И набил морду владельцу. Он не знал, зачем так поступил. Просто в один миг его разум застелила пелена ярости и… дальше все, как в тумане. Очнулся он только когда Гарри вместе с Агнес оттаскивал его от бармена, чье лицо больше напоминало отбивную. И этот инцидент стал жирной строкой в и без того не маленьком списке причин, по которым их не допустили к делу. Он был виноват. Он, а не Элоиз. Но доверять этой ведьме он никак не мог.       - Ты знаешь, чем она занималась в пятницу? - устало продолжил Уизли.       - Была на работе. Мы составляли прошение о пересмотре штрафа по делу об убийстве «трудоустроенных домовых эльфах». Рассматривали бюджет на будущий год. Планировали, где сможем добыть финансирование на новый проект по заповедникам. А потом она ушла к вам в бар.       - Это все?       - Утром она ходила к Мрачному Адаму, но там было закрыто.       - В «Книги и зелья»? Зачем ей туда понадобилось идти перед работой?       - Может потому что после у Грейнджер планировались посиделки с друзьями, а она страсть как хотела провести хоть полчаса за хорошей книгой в компании сексуального мужчины. А может потому, что ей нужно было зелье от головной боли.       - Он не… сексуальный мужчина, - волшебник скривился в отвращении и передернул плечами.       - Говори за себя, - многозначительно поиграв бровями, отозвалась Элоиз. - Хоть он и не в моем вкусе.       - У нее болела голова?       - Ты точно аврор? Я же только что это сказала, - в ее голосе звучало нескрываемое разочарование.       - Зачем ей покупать зелья именно у Райта? Есть же нормальные лавки.       - Потому что, по мнению Гермионы, они - лучшие. И не вызывают привыкание. Ну, еще Грейнджер тайно пускает слюни на коллекцию книг «Мистера А» и, попутно, его задницу. Пускала, - ведьма осеклась и ее взгляд сначала расфокусировался, а потом сосредоточился на документах, лежащих перед ней. - Да…       Повисло напряженное молчание. (https://disk.yandex.ru/i/tayN7-bcJigfjQ )       - Как долго ты работаешь в этом отделе?       - Семь лет.       - И добилась только места помощницы начальника?       - Я не карьеристка, если ты об этом, - она отвлеклась от исписанных страниц, презрительно уставившись на аврора.       - Ну, теперь то ты занимаешь такую значимую должность. Неужели не рада?       - Потому что меня поставили перед фактом. Знаешь, сколько дерьма сейчас сыпется на мою голову? Я об этом не просила.       - Но и не отказалась.       - Если в «это кресло» сядет кто-то другой, то все наши с Гермионой труды можно будет смело засовывать фестралу в задницу и поджигать. К чему ты клонишь?       - Наш отдел выяснил, что в вечер пятницы из камина этого кабинета было сделано два незарегистрированных перемещения. Угадай, куда?       - Ты намекаешь… - блондинка сначала прыснула со смеху, но это длилось всего секунду. Брови ее сошлись на переносице, глаза яростно сверкнули и всякое веселье исчезло с лица, - на то, что это была Я?!       - Нет, я просто говорю…       - Слушай сюда, отрыжка флоббер-червя, - Элоиз угрожающе поднялась со своего места, сжимая руки в кулаки, от чего Рону пришлось сменить свое сидячее положение, дабы быть с ведьмой «на равных», - если ты еще раз заикнешься о том, что мои руки «испачканы в крови» Грейнджер, я собственноручно запихну в твою задницу огневицу! Гребаный Джарви , ты правда своим крохотным мозгом посмел предположить, что я решила прикончить ее ради вшивого места начальницы?! Иди ты Салазару в трещину!       Волшебник стойко выдержал яростный выпад женщины. Он прекрасно знал, что этой ведьме не нужна никакая волшебная палочка, дабы творить самосуд и воплощать в реальность обещания или, скорее, угрозы. Чего только стоил перелом руки в трех местах бедняги Дариуса Фирлеса из Отдела магических происшествий и катастроф за то, что тот, в целях проявления симпатии, решил ущипнуть Уокер за задницу. Как этому слепцу вообще пришла в голову мысль приударить за столь мужеподобной бабой - оставалось для Уизли отдельной загадкой.       Дальнейшая стычка с Элоиз не привела бы ни к чему хорошему. Возможно… они бы подрались? Насколько данный факт усугубил бы его и без того плачевное положение? Что бы на это сказал Гарри? Агнес? Гермиона?… Да и парень не был на все сто процентов уверен, что вышел бы победителем в данном… конфликте.       - Установленный факт: убийца воспользовался вашим камином. Или убийцы, - он сделал вид, будто стряхивает грязь с колен. - Не так много людей могут свободно шастать по этому кабинету в столь поздний час.       - Вариант со взломом замка ты, естественно, не рассматриваешь?       - Я рассматриваю все варианты. И я в любом случае выясню, кто в этом замешан.       - Я надеюсь, - огрызнулась ведьма, садясь обратно в кресло, продолжая сверлить мужчину взглядом. - А до тех пор - держись от меня подальше, пока я не рассказала Министру, что ты суешь свой нос в чужое расследование.       Рон шумно выдохнул и, не прощаясь, покинул кабинет новой начальницы отдела, не забыв на прощание громко хлопнуть дверью. Он не доверял Элоиз Уокер.

***

      Что касается Драко Малфоя, то подозрения вынуждали его замыкаться в себе, вскакивать посреди ночи в холодном поту, отгораживаться от общества и по крупице разрушать себя. Мужчина наложил на жилище уйму заклинаний, не позволяющих проникать посторонним внутрь, аппартировать, видеть происходящее в здании через окна. Даже то, что творилось на маленьком участке за домом ни один человек не смог бы увидеть, хотя блондин, опасаясь быть раскрытым, даже туда не выходил в своем истинном обличии. А после того, как волшебник прознал о «подмене людей», он вообще перестал доверять кому-либо, просидев взаперти почти две недели, что крайне негативно сказалось на его психическом здоровье. Драко подозревал всех.       Чуть позже, дабы не сойти с ума, он решил воспринимать окружающих людей, будь то бывшие однокурсники, или же «друзья» семьи, как незнакомцев, с которыми не планировал вести никаких дел. Хвала Мерлину, что Нарцисса покинула страну, вот уже несколько лет живя во Франции, иначе Малфою пришлось бы считать за потенциального врага родную мать, а он не был готов к такому сюжетному повороту.       Так что мужчина проделал действительно большую работу, чтобы впустить в свою жизнь одну гениальную ведьму. Честно говоря, он и до сих пор над собой работал. Даже прямо в этот момент.       - Почему «нет»?       В этот удивительно солнечный понедельник 20 октября они вновь сидели на кухне. Полноценный английский завтрак, включающий в себя: яичницу, бекон, свежие булочки, сосиски и белый пудинг, две кружки зеленого чая, карие глаза против серых.       Гермиона, шумно выдохнув через нос, сдвинула брови к переносице, ожидая ответа на вопрос. Драко же неспешно ложечкой размешивал сахар в своем напитке.       - Я прямо вижу это: «Мистер Поттер, можно я заберу у вас палочку Гермионы Грейнджер? Да, я знаю, что это - улика. И нет, я не могу объяснить - зачем она мне понадобилась. Просто ведите себя, как полный кретин, и отдайте абсолютно не знакомому волшебнику древко».       - Ты можешь ее выкрасть? - не унималась брюнетка.       - Ну, конечно, никто же не заметит. Я похож на Тибо? ? Или ты спутала меня еще с кем-то?       - Но мне нужна палочка! И другая одежда. И моя сумка. Мне нужно попасть в квартиру, а так как я до сих пор под замком, то разбираться с этим списком предстоит тебе.       - Палочка хранится в Министерстве, и при всем желании я не смогу ее достать. Твое жилище опечатано, как место преступления: пока ведется расследование, а «убийца» разгуливает на свободе, простым смертным, вроде меня, доступ туда закрыт. Что не так с той одеждой, которую я тебе даю?       - В последний раз ты принес мне шелковую рубашку, юбку в пол и сорочку викторианской эпохи! Я что, собираюсь впечатлить чью-то бабулю?       - Мою бы ты «впечатлила»: еще никто на моей памяти не испытывал такой ярой неприязни к шелку Малбери.       - Ты говоришь, что не имеешь доступа к фамильным хранилищам, но разбрасываешься деньгами, покупая дорогущие тряпки. Кем ты работаешь?       - Я вывел достаточно большую часть средств со своего личного счета еще до кончины, просто оформил их на несуществующее лицо. А работа больше не ради заработка, а для сбора информации, так что заканчивай считать мои галеоны и ешь свою яичницу.       - Мне нужны нормальные вещи, в которых удобно передвигаться. Я хочу спать в пижаме, а не бороться с воротом ради лишнего глотка кислорода. Принеси мне кроссовки и джинсы.       - Те нелепые брюки, которые абсолютно не оставляют места фантазии? Где я их возьму? - с усмешкой произнес он.       - В магловском Лондоне, разумеется.       - Исключено, - мужчина откинулся на спинку стула и скрестил руки в защитном жесте.       - Тебя останавливают какие-то личные предубеждения, или есть другие … причины?- Гермиона развела руками.       - Дело не в моих ранних взглядах на жизнь. Я не суюсь к маглам без острой необходимости, - мгновенно парировал блондин.       - Ты был в не магической Англии? Вау, - саркастически прошептала она.       - Я куплю тебе другую одежду и сумку, довольна?       - Нет, ты не понял, мне нужна МОЯ сумка.       - Что в ней такого особенного? Ее подарил тебе Уизли? Хранишь там головы бывших? Карманный экземпляр «Как свести с ума соседа по дому»? Руководство Сварливой ведьмы?       - На ней заклятие незримого расширения, - брюнетка подалась корпусом вперед, - потому она прекрасно вмещает в себя годовой запас зелий, одежды на все случаи жизни, нескоропортящиеся продукты и даже палатку, а при большом желании - и твою голову.       - Быстро же ты записала меня в ряды брошенных мужчин. - парень аналогично подал корпус Гермионе навстречу, положив локти на стол. - Friponne , твоя сумка незаконна, -прозвучало приторно-нежно.       - Когда ты находишься на пороге вполне себе реальной смерти и скитаешься по лесу, на такие вещи глаза легко «закрываются».       Малфой закусил губу, слегка улыбнувшись.       - Так десять лет прошло.       - А привычка осталась.       - Хорошо. Думаю я… понимаю, - задумчиво проговорил он, утвердительно качая головой. - Но сумку достать не смогу.       Гермиона тихо застонала, зарываясь пальцами в волосы.       - Я добуду тебе палочку. Новую. Просто подожди еще немного.       - Я здесь уже чуть больше двух недель. Не помню, когда в последний раз так долго обходилась без магии. Ты не пускаешь меня на улицу. Все, что я делаю, так это: читаю документы, досье, газетные вырезки и твои многочисленные пометки к ним. А еще ем и сплю. Малфой, такими темпами я сойду с ума задолго до того, как мы раскроем «Похитителей тел». Дай мне возможность нормально участвовать во всем… этом. Что бы мы там не собирались делать.       - Считай, что у тебя отпуск. Когда ты последний раз нормально отдыхала?       - Я знатно так выспалась, пока валялась после «смерти» в ожидании пробуждения. Не хочешь, кстати, объяснить, почему так долго?       - Нет, - отчеканил он.       Мужчина невозмутимо облокотился на спинку стула, держа в одной руке кружку с чаем, с легким налетом насмешки смотря, как ведьма отчитывает его «взглядом Макгонагалл». Драко не планировал рассказывать Грейнджер, что, вообще-то, пережил паническую атаку после того, как аппартировал их в ближайший безлюдный закоулок, а потом, скрытый дезиллюминациоными чарами, на руках с ведьмой ввалился в дом, разнеся половину комнаты и ударив женщину головой о дверной косяк. И что он просто понятия не имел, что делать дальше. Субботним утром парень и вовсе надеялся, что все произошедшее ему приснилось, и одна из самых узнаваемых волшебниц магической Британии не лежит сейчас в отключке в соседней комнате.       - Мне нужно больше свободы действий.       - Я работаю над этим.       - Ты мне не доверяешь?       - Кажется, мы это уже обсуждали.       - Да, но…       - Ты мне доверяешь?       - Да. Нет. Не до конца…Я не знаю.       - Вот видишь. Подождем, пока этот факт не изменится.       - А если этот день так и не наступит?       - Тогда… это будет крайне печально? Но я все же подожду.       Малфой действительно был постоянно чем-то занят и проводил дома не так уж и много времени. Мужчина мог уйти посреди дня «по делам», или же с первыми лучами солнца отправиться на «работу». Признаваться в роде своей деятельности волшебник наотрез отказался, потому легенда с трудоустройством вызывала у Грейнджер все больше вопросов и все меньше уверенности. Однако, блондин всегда возвращался ночевать и очень ответственно следил за тем, чтобы на столе была еда. Женщина поймала себя на мысли, что, возможно, после Азкабана у парня появился пунктик на питании, ну, или же он всегда был таким.       Иногда Гермиона замечала, что у блондина появляется странное выражение лица, когда он заставал ее сидящей на диване в гостиной, стоящей у окна на кухне, или за любой другой деятельностью. Как будто он забывал, что она, вообще-то, здесь, и был удивлен, даже озадачен ее присутствием, но в тоже время рад. Что касается самой волшебницы, то она тоже частенько пребывала в замешательстве, ведь отношение мужчины к ней настолько сильно отличалось от школьных лет, что порой она думала, будто кто-то в шутку закинул ее в параллельную реальность: никаких презрительных взглядов, ярко выраженного отвращения, обзывательств и унизительных прозвищ, ну, по крайне мере, понятных ей. Только обильное количество «французских обращений» почти ежедневно сыпалось на ее кудрявую голову, не давая покоя.       Тем временем приближался конец месяца.       26 октября Грейнджер проснулась от шума. За окном только-только начинало светать. Ей было не привыкать начинать день рано, но дурные сны о том, как ее забирают «Похитители тел» или, чего доброго, сам Малфой оказывается одним из них, стали периодически составлять ей компанию, слегка выматывая. Потянувшись, ведьма раздраженно села, провела рукой по гриве из волос и задумчиво посмотрела на дверь, за которой раздавались звуки, похожие на ругательства. Без палочки и специальных уходовых средств ее «локоны», лишившись «сдерживающего фактора», становились все более буйными, словно почувствовали долгожданную свободу. Облачившись в еще одну белую футболку и свободные бежевые брюки на завязках (девушка принципиально игнорировала викторианскую сорочку и блузу, которая стоила, как ее месячная зарплата, пользуясь чуть ли не пожизненным запасом простой хлопковой одежды, которым великодушно снабдил ее мужчина), ведьма босиком потопала к выходу из комнаты.       Хозяина дома она застала на кухне. Он выглядел бледным, волосы были растрепаны, а брови то и дело сходились на переносице. Блондин что-то еле слышно бормотал себе под нос, пока его сосредоточенный взгляд обшаривал верхние полки кухонного шкафчика. Одет мужчина был в белую рубашку, атласную жилетку цвета крайола, темно коричневые брюки и длинную мантию цвета кофейных зерен. Примечательно, вещи были ему слегка велики. Опять. Малфой точно мог приобрести себе костюм по размеру, учитывая его «покупки» для нее и отсутствие денежных проблем. Эта деталь не была случайной.       - Что-то случилось?       Волшебник чуть не подпрыгнул, резко обернувшись на ее голос. Крайне забавно было наблюдать за тем, как взрослый, высокий, широкоплечий мужчина пугается, будто ведьма застала его на месте преступления.       - И тебе доброе утро, - утренний голос звучал немного хрипло.       - Доброе утро. Что ты ищешь? - вновь поинтересовалась она, складывая рубина груди и облокачиваясь на дверной косяк.       - Я… ничего важного.       - Поэтому ты сыпешь проклятиями ни свет ни заря? - мужчина страдальчески выдохнул, уперся руками в тумбу и опустил голову, весьма красноречиво давая понять все, что он думал о ее утреннем допросе.       - У меня закончился один ингредиент для зелья, а заначка была где-то здесь.       - Что за ингредиент?       - Твое любопытство тебя же и погубит, Грейнджер. Это роса с зачарованных полей.       Женщина прыснула в кулак.       - Тебе смешно? К вашему сведению, Госпожа Всезнайка, пока вы там копались в своих бумажках и защищали права эльфов, мир зельеварения не стоял на месте. Такая роса - прекрасно помогает стабилизировать оборотное зелье, делая трансформацию более плавной.       - Серьезно?       - Да. Мне пришлось наведываться в Хогсмит, чтобы собственноручно собирать … Ага, вот она!       Малфой победно вскинул руку, сжимая маленькую бутыль с прозрачной жидкостью.       - Мерлин, я опаздываю. Что ж…, - он посмотрел на Грейнджер и облизал пересохшие губы, - до вечера.       С этими словами волшебник умчался к себе наверх, оставив брюнетку на кухне в замешательстве и с кучей вопросов. Через несколько минут дом погрузился в тишину.       Решив потом устроить магу допрос на тему: «Нестандартные ингредиенты в оборотном зелье», девушка отправилась в ванну, неспешно приводя себя в порядок. Спокойно позавтракала заблаговременно приготовленным для нее омлетом и отправилась навещать книжные полки в гостиной. Пока ее мозг был затуманен мыслями о том, когда ей вообще последний раз мужчина готовил завтрак или же покупал одежду, пальцы неторопливо блуждали по старым обложкам. Выбор пал на «Превращения без границ: трансфигурация в живой и неживой мир» Аурелии Рейвен .       Ведьма собиралась сесть на диван, когда ее взгляд что-то остановило в дальнем коридоре. То ли то было какое-то внутреннее чувство, то ли сама магия, но Гермиона, ведомая этим необъяснимым порывом, не торопясь, отправилась в сторону лестницы. Держась за гладкие, темные перила одной рукой, а другой крепко сжимая научные исследования, она поднималась все выше и выше. Второй этаж выглядел все так же. Подойдя к комнате Малфоя, девушка коснулась деревянной поверхности и… дверь беззвучно отворилась.       Грейнджер стояла, не веря своим глазам. Сквозь небольшую образовавшуюся щель она могла видеть очертания спальни. Теперь в ней боролись две сущности: одна хотела, как и подобает воспитанной ведьме, плотно закрыть дверь, спуститься вниз и насладиться чтением, другая же вопила ворваться в помещение и исследовать там каждый дюйм. К величайшему стыду, вторая победила. В конце концов, Малфой сам виноват.       Толкнув сильнее деревянную преграду, девушка неторопливо вплыла в спальню. И первым же, что бросилось ей в глаза, был камин. Большой, выложенный темно-серым камнем, занимавший значительную часть стены, с висящей над ним каминной полкой. Шаг за шагом, неотрывная глаз, ведьма приближалась к цели. Положив книгу на полку, Грейнджер запустила руку в небольшую пиалу, зарываясь пальцами в такой знакомый летучий порох.       - Будь я проклята…, - вырвалось у нее.       Она была права: парень имел подключенный камин, просто умышленно не говорил ей об этом. В самом деле, каждый бы догадался, учитывая, что блондин уходил «на работу» исключительно из своей опочивальни. Пару раз цокнув языком, ведьма, широко улыбнувшись, схватила горсть пороха и встала в камин.       - Улица Артемизии Лафкин дом 19, квартира… - она не закончила, так и застыв с поднятой рукой.       Грейнджер планировала переместиться в свою квартиру. Или домой к Гарри. В Нору. Но потом поняла, что все эти точки закрыты для свободного перемещения. На худой конец, она могла бы просто отправиться в Косой переулок, или в какой-нибудь магазин, паб, поближе к Министерству. Но… зачем?       Если она сейчас вернется, то придется объяснять свою фальшивую смерть, авроры выйдут на Малфоя, его посадят в Азкабан, а Похитители тел так и останутся на свободе. Это если, конечно, верить во все сказанное блондином. А Гермиона… она верила.       Тяжко выдохнув, она вышла из камина и высыпала порох обратно в чашу, после чего раздраженно отряхнула руки одну об другую. Она не могла оставить бывшего однокурсника вариться во всем этом дерьме в гордом одиночестве, верно? Несмотря на их прошлое, она была гриффиндоркой - необдуманно спасать всяких личностей, рискуя собственной шкурой, фактически - ее кредо.       Ей действительно стоило покинуть комнату, но взгляд зацепился за небольшой книжный шкаф, стоявший в углу, рядом с письменным столом, на котором аккуратно были сложены пергаменты, стояла чернильница, лежала связка ключей. Комната была довольно… необычная? Для Драко Малфоя. Женщина ожидала увидеть обилие холодных зеленых и серебряных тонов, которые бы погрузили ее в атмосферу Слизерина, но… Такая мебель, как: стол, шкаф, кровать, тумбочки - были сделаны из дерева цвета венге, что гармонично смотрелось со светлым потолком и достаточно светлым оттенком дерева, из которого были сделаны половицы. Верхняя часть стен - обои кремового оттенка, а нижняя - темно-зеленые панели, были разделены между собой горизонтальной отбортовкой белого цвета. Балдахин у кровати, как и шторы, был цвета мха, но находился только у изголовья. Что удивляло, так это винный плед, амарантовое одеяло и две большие, малиновые подушки, между которыми одиноко существовала травянистого цвета подушка поменьше. Такое яркое, абсолютно не характерное для владельца комнаты пятно резко бросалось в глаза. Ведьма, схватив с полки словарь французского языка, подошла к кровати и пригляделась. Нет, то был не обман зрения.       - Это, конечно, не гриффиндорский красный… но уж точно не слизеринский, - с усмешкой заключила она, садясь на матрас.       На полу лежал ковер со странным сочетанием размытых пятен синего, бежевого, бордового оттенка, который, несомненно, был очень приятным на ощупь для голых ступней, но не менее странным от этого.       Изучение коврового узора было нарушено внезапной вспышкой зеленого пламени. Из камина на пол буквально кто-то вывалился, заставив ведьму вздрогнуть и с ногами забраться на кровать. Резво отряхиваясь от пепла, мужчина вскочил и откинул назад пепельно-белые волосы отработанным движением головы. Его взгляд, с нескрываемым налетом паники, был прикован к широко открытой межкомнатной двери. Волшебник тяжело, часто дышал, сжимая и разжимая кулаки, начиная нервно кусать нижнюю губу. В конце концов он запустил пальцы в волосы и с силой их сжал, все еще смотря на дверной проем.       - Малфой?… - еле слышно окликнула она его, опуская стопы на пол.       Но для Драко его фамилия прозвучала, подобно грому. Повернув голову, он опустил руки и уставился на брюнетку. ( https://disk.yandex.ru/i/tayN7-bcJigfjQ )       - Эм… я тут… осматривалась…, - неуверенно начала она, - и ты не закрыл дверь… и я подумала… , - его взгляд буквально прожигал ее, посылая табун мурашек в области затылка, - я знаю, что это твоя комната и мне не следовало… но ты же знаешь, какая я любопытная, да?! - не выдержав крикнула она и вскочила на ноги.       Мужчина в два счета оказался рядом с Грейнджер и обхватил руками ее щеки, всматриваясь в черты лица, напряженно там что-то ища, все сильнее хмуря брови. Тем не менее, он не казался злым, скорее… обеспокоенным.       - Мафой? Мафой, фто ты делаеф ? - говорить было неудобно, потому часть звуков получались шепелявыми.       Не проронив ни слова, мужчина осмотрел ее предплечья, да и вообще всю с ног до головы, а потом облегченно выдохнул и … заключил Гермиону в крепкие объятия.       Что было крайне неожиданно.       Одна его рука переместилась ей на лопатки, а вторая - на затылок, зарываясь в волосы. Так как мужчина был выше, то его лицо теперь находилось где-то среди ее кудрей. Она чувствовала, как пальцы дрожат, крепче сжимая женское тело, плотнее прижимая к груди, как он глубоко дышит, сильнее зарываясь носом в ее волосы. Гермиона сделала медленный, напряженный, глубокий вздох, будто боялась спугнуть авгурей . Волшебник пах летучим порохом. Она всегда ассоциировала Малфоя с чем-то холодным, даже склизким, но в очередной раз убедилась, что мыслит стереотипами: в его объятьях было поразительно тепло находиться, хоть и крайне неловко. Поначалу.       Она не знала, сколько так простояла. В конце концов, ведьма прочистила горло и тихо еще раз спросила:       - Малфой?…       - Это ведь ты, правда? - послышалось где-то в районе ее макушки.       - Конечно это Я.       - И ты никуда не ушла?       Ушла? Гермиона посмотрела ему за плечо на камин и…       - Оу… Оу, ты решил, что я воспользовалась камином и… Ох…       - Угу… - промычал он опять куда-то в волосы, утыкаясь носом в область ее уха.       Что ж, факт того, что ее внезапный уход мог нанести волшебнику определенную психологическую травму, ей в голову не пришел.       Ведьма наконец-то обняла мужчину в ответ, от чего тот напрягся. Ее руки аккуратно, неторопливо поглаживали волшебника по широкой спине. Она часто делала так в школьные годы с Гарри и Роном. Но этот случай ощущался несколько иначе. В конце концов Драко не был ее другом детства, или парнем, если уж на то пошло. Могли ли они себя называть друзьями? Коллегами? Соратниками? Товарищами по несчасть? В любом случае она просто чувствовала, что ему это нужно.       - Я … напугала тебя?…, - ладони совершали плавные движения вверх, вниз, чувствуя даже сквозь ткань, как мышцы перекатываются.       - Да… - на выдохе произнес он, опаляя горячим дыханием, посылая мурашки по всему ее телу.       - Прости, я… не хотела, - его тело начало понемногу расслабляться.       Малфой сильнее сжал ее, а потом отпустил и отошел на пару шагов назад, даря личное пространство. Внезапно Гермиона почувствовала, что ей холодно.       - Почему ты не ушла?       - По твоему внезапному…, - неловко откашлявшись, она сцепила руки в замок за спиной, - Эм… «приливу чувств»…       - Я не буду извиняться за это. - перебил он.       - Ладно… - не то, чтобы она хотела извинений за обнимашки, - так вот, могу предположить, что ты не хотел, чтобы я уходила.       - Не хотел, - прозвучало как-то слишком резко. - Но в данном случае мое мнение мало бы что решало.       - Мы с тобой, вообще-то, клуб тут организовали, у меня было торжественное посвящение с похищением…       - Спасением, - поучительно поправил ее мужчина.       - Не суть, - отмахнулась ведьма. - Плюс, мне не надо платить за квартиру, ты меня кормишь, у тебя горы книг, которые я еще не успела прочитать…       - Гермиона…       Это прозвучало тихо, мягко, но с небольшим нажимом. И тем не менее у ведьмы перехватило дыхание. Он первый раз назвал ее просто по имени. Ну, то есть, он и раньше называл ее имя, но всегда в связке с фамилией, так что… это было ново. Ее имя сотню раз говорили, шептали, кричали, выплевывали из всех уголков волшебной Англии, но именно это обращение почему-то чувствовалось… как-то по особенному чувственно.       - Я не хотела уходить, - смотря прямо в серые глаза выдала она. - Ладно, признаю, на какой-то миг я задумалась об этом…, - его взгляд потемнел, но лицо оставалось все таким-то спокойным, - я уже стояла в камине и говорила свой адрес! А потом поняла, что не могу. Не хочу.       - Это было мудрым решением, ты знаешь? - кажется, ее ответ его более-менее удовлетворил.       - Пф-ф-ф, - абсолютно не грациозно вырвалось у женщины, - перед тобой - «умнейшая ведьма этого столетия», конечно знаю.       Малфой прикрыл глаза ладонью и тихо рассмеялся, запрокидывая голову назад.       - Ты злишься?       - Нет. Нет, я не злюсь, Грейнджер, - он снова называл ее по фамилии. - Я просто переживал, что ты ввяжешься в очередную передрягу, рискуя всем, а мне придется тебя спасать. У вас, гриффиндорцев, чувство самосохранения отсутствует напрочь.       - Зато у слизеринцев оно явно в избытке, - язвительно парировала она, ставя руки в боки и наблюдая, как мужчина прячет руки в карманы брюк, облегченно улыбаясь.       - Именно. Поэтому я все еще жив.       - Ты сбежал с работы?       - Выходит, что так.       - Ты крайне некомпетентен. Тебя уволят.       - Я - незаменимый сотрудник. Но та дивная пожилая леди, которую я спешно выставил за дверь, определенно выскажет мне все, что думает. Если, конечно, вернется.       - Тебе, надо провести надо мной какие-нибудь тесты? - внезапно спросила Гермиона, отчего блондин посмотрел на нее, вскинув бровь. - Ну, вдруг я все же воспользовалась твоей оплошностью с дверью, меня схватили, и теперь перед тобой Похититель тел в моем обличии?       Волшебник гулко сглотнул. Рассматривал ли он такой вариант?       - Ты… не возражаешь? - голос звучал настороженно.       - Если это позволит тебе чувствовать себя лучше - нет.       - Тебе просто интересно, как я это делаю? - с легким прищуром изучая, как ведьма раскачивается на пятках вперед-назад, он старательно подавлял улыбку.       - Не без этого, - что вообще могло остановить Гермиону Грейнджер от получения новых знаний? - Но я правда озабочена твоим… душевным состоянием.       - Я в порядке. Теперь.       Он подошел ближе к ведьме, достал из внутреннего кармана палочку и замешкался.       - Мне нужно… наложить на тебя заклинание.       - Хорошо. Давай. Да, - она встала прямо, вытянув руки по швам, как примерная ученица.       - Все правда нормально? Просто…       - Колдуй ты уже!       - «Eliminio Transmutra»- произнес он, чертя в воздухе руну Перт .       Ведьма почувствовала, как ее окутало свежестью, а потом все прошло и… ничего не было. Это все еще была излишне кудрявая брюнетка собственной персоной.       - Все?       - А чего ты ожидала? - с облегчением выдыхая, он спрятал палочку во внутренний карман.       - Я не знаю. Артефакт? Зелье какое-нибудь?       - О, ты пила его вчера вечером, - как бы между делом заметил он. - Оно сохраняется в организме сутки, но действие активируется только при наложении заклятия.       - Я… ничего вчера не принимала, Малфой, - ее голос звучал напряженно.       - Ну, чай то ты пила.       - ТЫ…- Казалось, даже кудри на голове, подобно змеям, стали двигаться, - мелкий засранец! Ты подливал мне зелье в чай?!       - Брось, Грейнджер, я же без злого умысла, - попытался оправдаться он, но ведьма лишь отшатнулась, сжимая кулаки.       - А я еще переживала о твоем состоянии! - крикнула она, топнув ногой, а потом, что-то нечленораздельно прорычав, раздувая ноздри, схватила книгу с кровати и направилась к двери.       - Грейнджер, прекрати…, - Малфой хотел было ее перехватить, выставив руку, но резко передумал, когда женщина развернулась всем корпусом и гневно хлопнула его по запястью. Сама Горгона была бы сейчас более сговорчивой собеседницей.       - И не смей говорить мне что-то о доверии! - ведьмин палец устремился в направлении его носа.       - Гермиона… - прозвучало почти страдальчески.       - Не Гермионкай мне тут!       Дверь комнаты захлопнулась за ее спиной, оставляя Малфоя в гордом одиночестве обдумывать произошедшее.       Грейнджер была зла. Малфой мог просто попросить выпить зелье, и она, прекрасно осознавая, какого это - поджидать опасность за каждым углом и готовиться к худшему, согласилась бы. Но этот растопырн в тихую поил ее! Ни его проблемы с доверием, ни ее стремление видеть в людях лучшее, не оправдывало его. И теперь она не могла спокойно есть или пить в этом доме, что было просто ужасно. Они как будто вернулись к самому началу месяца, только теперь Грейнджер скрывалась от волшебника, игнорируя его попытки поговорить и все предложения о совместной трапезе. Вот уже два дня как ведьма не ела никаких жидких продуктов, ограничиваясь лишь пищей, в которую было сложнее добавить подозрительного рода ингредиенты.       На третий день, 29 октября, ее спокойствие вновь было нарушено непрекращающимся стуком в дверь.       - Грейнджер. Грейнджер, открой. Не заставляй меня отпирать дверь магией. Я это сделаю.       Поражаясь его настойчивости, женщина, у которой уже начиналась мигрень от столь раздражающего звука, встала и рывком открыла дверь, из-за чего занесенный мужской кулак чуть не впечатлился ей в переносицу.       - Я не хочу с тобой говорить, ясно?       - Я пришел извиниться.       - Прелестно, извинения не приняты, прошу покинуть мою комнату.       - Фактически, это - не так. Дом то мой.       - Довольно проблематично об этом забыть! Если ты недоволен моим поведением - просто избавься от меня. Наверняка у тебя есть зелье и на этот случай.       - Я не пытаюсь от тебя избавиться, женщина! Хорошо, ладно, я поступил плохо, я это признаю. Мне не стоило тайно пичкать тебя зельем «Истинного облика». Но ты тоже пойми меня! В моей семье никто никогда не спрашивал разрешения на «подобные вещи», информация о том, что ты принял, например, зелье болтливости, всплывала постфактум!       - Так нельзя!       - Я уже понял! И я больше так не буду!       - Ты просишь меня доверять тебе, а сам творишь подобное!       - Это было неразумно! Что еще ты хочешь от меня услышать?! Да, я поступил как гавнюк, и мне теперь чертовски стыдно за это! Я рад, что ты мне поверила, и, даже при наличии такой возможности, не ушла, а я, как и всегда, взял и все испортил! ПРОСТИ МЕНЯ!       - ХОРОШО!       Они тяжело дышали, уставившись друг на друга. И, как по заказу, напряженный момент нарушило громкое урчание, доносившееся из живота ведьмы.       - Тебе нужно нормально есть. Ты крайне несговорчивая, когда голодная.       - Спасибо, буду иметь ввиду.       - Предлагаю переместиться на кухню. Есть разговор.       Волшебники проследовали на кухню, периодически напряженно переглядываясь. Драко поставил на стол две тарелки с яичницей, бекон, ветчину, закуски и кружки с чаем. Последнее вызвало неодобрительный женский взгляд, от чего Малфой закатил глаза.       - Я ничего не подливал. И кстати, если ты помнишь, то я всегда заваривал нам одинаковый чай. Я пил все то же, что и ты, Грейнджер.       - Ну, не знаю. Может, сахар нейтрализует действие зелья, оттого ты сыпешь его туда, будто одержимый.       - Нет, просто я - сладкоежка, - невозмутимо отозвался блондин, устраиваясь за столом.       - И давно ты «сладкоежка»?       - Уже да.       Сев на, ставшее уже ее, место, ведьма, сдерживая рвущийся наружу смешок, вооружилась столовыми приборами и принялась мучать желток.       - Передай мне бутерброд. Пожалуйста.       - Здесь их нет.       - Тебе стоит посетить офтальмолога, потому что они прямо справа от тебя, - женский палец ткнул в направлении тарелки.       - Кто такой… офтамаголог?       - Офтальмолог - целитель, специализирующийся на лечении глаз.       - Хорошо, офталимагеолог. В любом случае, он не поможет, потому что это - не бутерброды, а брускетты.       - Мерлин, да какая разница.       - Твой целитель способен вылечить вопиющий случай крестьянского невежества?- ведьма перегнулась через стол и рывком притянула тарелку к себе.       - Тут хлеб, колбаса, сыр и соус! Это - бутерброд! - злобно отчеканила она, держа в руках закуску.       - No, mi dispiace , - мужчина без особых усилий ухватился за край посуды и вернул ту на первоначальное место, - но это - чиабатта, поджаренная на гриле, натертая чесноком и сбрызнутая оливковым маслом, прошутто (ветчина), пармезан и соус песто, так что это - брускетта. Как ты можешь не знать таких элементарных вещей?       - Если ты не сейчас же не закроешь свой портал в запретный лес , то я запихну эту самую твою брускетту знаешь куда?       - Ладно, я понял, не заводись. Просто поешь, на пустой желудок пить оборотное зелье - не лучшая идея.       - Зачем мне его пить?       - Потому что мы собираемся пойти тебе за новой палочкой, Ma chère Bruschetta       Завтрак закончился быстрее обычного, и вот, Гермиона снова была в своей комнате, слушая краткий инструктаж от Малфоя. Мужчина отдал ведьме пузырек с зельем, новую одежду и оставил в комнате. Через минут пятнадцать дверь приоткрылась и в проеме показалась незнакомка.       - Признайся, ты сделал это специально. Я похожа на высохшую версию Амбридж.       Перед ним стояла высокая, стройная женщина лет пятидесяти достаточно симпатичной наружности. Волосы ее: русые, слегка тронутые сединой, были собраны в высокий пучок. Светло-розовая блуза не была застегнута на две верхние пуговицы, юбка цвета фуксии из твидовой ткани прикрывала острые колени, а на ногах красовались пурпурно-лиловые туфли на низком, устойчивом каблуке.       - Почему я выгляжу… так? - тонкие губы в отвращении изогнулись, пока их владелица осматривала себя.       - Я две недели искал тебе личность, не вызывающую подозрений, а ты не довольна?       - Я этого не говорила - зеленые глаза сверкнули.       - Зато громко думала. Гермиона уставилась на него, машинально приложив одну руку к голове.       - Ты ведь не занимаешься легилименцией сейчас, верно?       - Если бы я делал нечто подобное, думаю, ты бы почувствовала. Да и в чем смысл читать твои мысли, когда ты с таким рвением высказываешь мне все претензии и оскорбления в лицо?       - И кто же я теперь?       - Познакомься, - протягивая теплую мантию цвета маджента, торжественно сказал мужчина, - Элизабет Джой Брэйн : родилась 17 марта 1959, 49 лет, не замужем, росла в Касл-Комб, полукровка, документы были утеряны после второй магической войны, недавно вернулась из Америки, где гостила у дальних родственников. В квартире, которую ты временно снимала, обнаружились чизпурфлы , и теперь тебе нужно новое древко.       - Это реально существующая ведьма?       - Нет конечно, это - облик маглы, а история и документы - моя заслуга. Можешь сказать спасибо.       - Спасибо. Ты же говорил, что не суешься в магловский мир без …       - Острая необходимость. Я не хочу внезапных встреч с настоящими владельцами тела, и тебе не советую.       - Сколько будет держатся эффект зелья?       - Около восьми часов. Может двенадцать.       - Дв… двенадцать? Мерлиновы подштанники, где ты купил это зелье?       - О, ты правда думаешь, что можно просто прийти в лавку и заказать оборотное? Не смеши меня, я сам его сварил. И это не самая моя удачная партия: я могу сделать напиток, который превратит тебя в Элизабет Брейн на трое суток.       - Как ты добился такого эффекта?       - Что тут сказать? Я - гений, - устало констатировал Малфой, как будто почести в его адрес уже наскучили.       - О, если ты сам не трубишь в свой рог, то никто другой не будет делать это за тебя , - скривись произнесла ведьма.       - Тебе просто страшно признать - насколько я восхитителен.       - Ты идешь со мной? - она протянула руку, жестом показывая, чтобы волшебник отдал ей верхнюю одежду, на что тот лишь покачал головой.       - Почти, я буду неподалеку, на подстраховке. - мужчина подошел и развернул мантию, демонстрируя намерение помочь ведьме одеться.       - Лавка Олливандера? - руки ловко проскользнули в рукава.       - Конечно.       - Тогда дай мне свою палочку.       Волшебник непонимающе поднял брови, скрещивая руки на груди, чем вызвал у колдуньи раздраженный выдох.       - Всего на минуту. Если мне и предстоит выйти на улицу, то я точно не хочу ассоциировать себя с Долорес Амбридж, которую кто-то в шутку решил скрестить с престарелой версией Барби.       - Барби? Я ее знаю?       - Если ты тайно не являешься магловской девочкой, то скорее всего - нет.       - Ты только что оскорбила древний род волшебников и его последнего наследника, понимаешь?       - О, Боже, как удачно получилось.       Она в нетерпении выставила вперед руку ладонью вверх. Когда древко, с которым владелец крайне неохотно расставался, наконец-то приятно коснулось кожи, ведьма сделала отточенное до совершенства движение, и стоящий рядом стул трансформировался в зеркало.       - В тот раз у меня не было шанса узнать, но она… довольно таки неплохо меня слушается. Это рябина ?       - Да. Сердцевина - волос единорога .10 дюймов . Ты не могла бы побыстрее?       - Какие мы нервные.       Ведьма повернулась к зеркальной поверхности и, произнеся «Колорум» , стала подбирать себе новую цветовую гамму под стать нынешнему облику. Спустя несколько неудачных попыток с оранжевой, бордовой и фиолетовой палитрой, перед Драко наконец-то предстала ведьма в светлой блузке, юбке лимонного оттенка и темно-зеленых туфлях. Шерстяная мантия теперь была цвета мха.       - Решила на Хэллоуин пародировать лайм? Это больше горько, чем страшно.       - А кто подобрал мне настолько «кислую» внешность? В бордовом я и вовсе смотрелась, как изюм.       - И вот, дамы и господа, она вновь недовольна.       - Ладно, все равно лучше, чем тот поросячий наряд.       - Замечательно. А теперь, - он вытянул руку, - палочку.       Женщина, неторопливо постукивая указательным пальцем по древку, как-то недобро ухмыльнулась.       - Знаешь, Малфой. Я тут подумала…       - Грейнджер. Палочку, - прозвучало с легким налетом угрозы.       - Тебе стоит быть ближе ко мне, когда мы отправимся в Косой переулок. Гораздо ближе… - заговорчески произнесла женщина, улыбаясь все шире и шире.       - Ведьма, ты не посмеешь… - маг дернулся к ней, но…       - «Ferretus transformo!» - из палочки вырвался луч белого света и ударил его прямо в грудь.       Мир завертелся, пробуждая давнее, неприятное воспоминание. Ощущения были до отвращения знакомы. Открыв глаза, Малфой в шоке уставился на Грейнджер-Элизабет, правда теперь… снизу вверх. Вещи вокруг тоже стали гораздо больше…       - Как думаешь, в моем кармане будет достаточно «близко»?       Он хотел было сказать ей что-то действительно грубое, но изо рта вырвался лишь странный писк. Взглядом он наткнулся на зеркало и в ужасе распахнул глаза.       - Это тебе за то, что тайно пичкал меня зельем.       Из зазеркалья на Драко смотрел маленький, белый… хорек. Мир совершил очередной кувырок, и Малфой обмяк, проиграв в неравном бою с обмороком.       Возвращение в реальность сопровождалось головной болью. Попытка потереть затылок потерпела неудачу, ведь у него все еще были… лапы. Его окружала тьма и… ткань? Более того, несчастное маленькое тельце постоянно качало из стороны в сторону, периодически легонько обо что-то ударяя. Издавая яростный писк, Малфой царапал когтями подворачивающуюся под маленькие конечности подкладку кармана, в который Грейнджер действительно посмела его запихнуть. Вдруг качка прекратилась, сверху возник луч света, а прямо за ним - женская ладонь, которая, не церемонясь, схватила его и вытащила из плена.       - О, ты очнулся. Знаешь, в какой-то момент я и правда думала, что ты скончался, даже начала переживать. Ауч, не смей меня кусать!       - Пи-ш-ш-ш-пи-гр! - верещало животное, пытаясь оттяпать большой палец волшебницы.       - Да, да, да, а теперь успокойся, на нас люди смотрят. Мы уже пришли.       С этими словами она ловко усадила хорька себе на плечо, и Малфой осознал, что они находятся посреди Косого переулка, прямо перед лавкой создателя волшебных палочек. Вокруг копошились волшебники, спешащие за покупками в преддверии Дня Всех Святых. У входа в магазин огромная тыква с зияющей зубастой улыбкой таращилась на них своими пустыми глазницами. Гермиона, вернее, Элизабет Брейн, нервно сглотнула и посмотрела на зверька.       - Мне уже перестает нравится вся эта затея.       Драко возмущенно пискнул, изо всех сил впиваясь когтями в мантию, и ведьма толкнула дверь. Послышался перелив колокольчика, дверь захлопнулась за их спиной, по ушам ударила непривычная тишина. Поправив наряд и проверив прическу, женщина направилась к стойке и аккуратно позвонила в колокольчик. Откуда-то из глубины магазина послышался шум, что-то упало, а потом из-за полки показалась седая голова. Пожилой мужчина радостно улыбнулся. Гаррик Олливандера не менялся: излюбленный шейный платок, светлые волосы, которые вечно топорщились во все стороны, как пух, внимательный, изучающий взгляд. Разве что морщин стало больше.       - Доброе утро, леди. Чем я могу быть вам полезен? - услужливо поинтересовался он.       - Доброе утро. Я бы хотела приобрести палочку. Со старой произошла досадная неприятность.       - Неприятность?       - Паразиты, - ведьма многозначительно покосилась на белоснежную шерстку. - Кто ж мог предположить, что по мою душу явятся чизпурфлы.       - О, это действительно пренеприятнейшее развитие событий. Вам следует быть аккуратнее.       - О, поверьте, я буду.       - Что ж, - мужчина осмотрел ведьму с головы до пят, - не подскажите характеристику вашего предыдущего древка?       - Виноградная лоза, сердечная жила дракона - она не задумываясь начала описывать свою настоящую палочку, но осеклась, стоило Малфою стукнуть ее хвостом по спине, - де… десять дюймов.       Мастер палочек выжидающе посмотрел на женщину, а потом, прикинув что-то в уме, кивнул и удалился на поиски. Прижав ладонь к лицу, волшебница вымученно выдохнула. Но внезапно за ее спиной вновь прозвучал звук, свидетельствующий о новом посетителе. Гермиона-Элизабет и «Малфой» синхронно обернулись и замерли.       В лавку, слегка пританцовывая, вошла Полумна Лавгуд. На ней было ярко розовое пальто, изумрудная блуза, а через плечо была перекинута какая-то невнятная вязаная сумка, из которой торчал свежий выпуск «Придиры». Сквозь нелепые кислотно-розовые очки на них смотрели большие затуманенные глаза. Блондинка широко улыбнулась и нараспев произнесла:       - Добрый день.       - Добрый… - неуверенно отозвалась Гермиона. Она явно не была готова ко встрече с двумя старыми знакомыми подряд.       - У вас очень милый фамильяр. Как его зовут? - без особых церемоний, задумчиво наклонив голову на бок, произнесла Луна.       - Оу… что ж… спасибо. Его зовут… Мистер Нигу , - сдерживая улыбку ответила волшебница.       Хорек на ее плече сначала замер, потом неверящим взглядом уставился на Грейнджер. Послышалось шипение, которое постепенно переросло в рычание.       - Кажется, ему не очень нравится?       - О, не обращайте внимания, он просто сегодня в дурном настроении.       - Не удивительно, у него столько мозгошмыгов. Как и у вас.       Женщина закатила глаза, как частенько делала, стоило подруге завести шарманку про существ, существование которых так и не было доказано.       - Меня зовут Полумна Лавгуд. Можно просто Луна.       - Я - Элизабет Брейн, - девушка слегка поразмыслила над их разницей в возрасте в данном положении, - или Мисс Брейн.       - Приятно познакомиться. И с вами, Мистер Нигу.       Малфой возмущенно фыркнул и отвернулся.       - Нам тоже приятно.       - Луна, Дорогая! Не ждал тебя так скоро! - прервал их владелец лавки, неся в руках несколько коробок с палочками.       - О, сегодня я видела Сиявора . Он сказал, что меня ждут любопытные встречи, если я отправлюсь в Косой переулок. Так и произошло, - блондинка загадочно посмотрела на своих «новых» знакомых, - я познакомилась с Мисс Брейн и ее фамильяром. (https://disk.yandex.ru/i/tayN7-bcJigfjQ )       - Чудесно. Мисс Брейн, - Олливандера разложил перед ней три коробки, пора выбрать вашу новую палочку.       Спустя минут десять Элизабет Джой Брейн и Мистер Нигу покинули лавку, обзаведясь новым древком: пихта , сердечная жила дракона , 10 и ¾ дюйма .       - Я сейчас поняла, что понятия не имею, где твой дом, - завернув в максимально безлюдный переулок, прошептала в ужасе женщина, за что заслужила очередной порицательный взгляд от хорька.       Гермиона даже адреса заранее не выяснила у него, чтобы переместиться через каминную сеть, хоть и не была уверена, что сможет сделать это из любого камина. Учитывая скрытность и паранойю волшебника, он наверняка ограничил доступ для большинства. Трансфигурировать его обратно в человека тоже было не вариант. Тяжело вздохнув, ведьма поняла, то в попытке проучить парня, сама же нехило так просчиталась.       - Ты… можешь как-то объяснить мне, что делать, дабы мы могли вернутся? - неуверенно спросила она, готовая поклясться, что хорек сейчас просто насмехается над ней.       Зверек спрыгнул с плеча, на последовал больно ударив ее хвостом по лицу, и побежал на брусчатой дороге. Гермионе ничего не оставалось, как следовать за ним. Спустя полчаса, пока Малфой пытался с непривычной для него позиции определить путь, они оба оказались у какого-то захолустного бара на пустынной улице. Но как только женщина подошла к двери и взялась за ручку, острые зубы вцепились в подол ее мантии и потянули на себя. Следуя «указаниям», ведьма завернула за угол здания. Драко, своими маленькими коготками, стал что-то пытаться написать на земле. Но спустя мгновение, недовольно зыркнув на Гермиону через плечо, стер все, и начал по новой. Долгие минуты ожидания - и вот, она уже могла различить корявую надпись.       - Переулок Боумена Райта дом 5? - шепотом прочитала она, на что зверек согласно кивнул, - теперь мы должны воспользоваться камином в этом… заведении? - и снова утвердительный кивок.       Волшебница аккуратно взяла в руки Мистера Нигу, посадила его в карман и направилась внутрь. В баре, за исключением мужчины за стойкой, лениво потирающего стаканы, никого не было, но даже он не обратил внимания на «гостей». У дальней стены находился потрепанного вида камин. Войдя в него, Грейнджер тихо, но четко произнесла адрес, бросила приличную горсть пороха, и их двоих поглотили зеленые языки пламени.       Открыв глаза, ее взору предстала комната Малфоя. Облегченно выдохнув, женщина сделала шаг вперед, смахивая остатки пепла с плеч, после чего быстрым шагом покинула комнату и сбежала по лестнице. Хорек возмущенно завозился, требуя выпустить его на свободу, что она и сделала. Теперь они оба находились в гостиной. Малфой, сидя на ковре, сверлил ее своими маленькими черными глазками.       - О, да, сейчас, - рука скользнула во внутренний карман мантии, нащупывая новую палочку.       Взмахнув древком, ведьма невербально использовала «Finita», и зверек, завертевшись в вихре обратной трансформации, вновь стал Драко Малфоем. Очень взъерошенным, помятым Драко Малфоем, взглядом которого можно было гвозди заколачивать.       - Мы сделали это, - неуверенно улыбаясь произнесла пожилая женщина, крепче сжимая рукоятку.       - Мою. Палочку. Грейнджер, - как и ранее утром, бледная рука протянулась ей на встречу, демонстрируя ладонь с длинными пальцами, только вот голос теперь был покрыт коркой льда.       - Да. Хорошо, - спорить с ним ведьма не планировала, потому быстро достала из другого нагрудного кармана требуемый предмет и, не касаясь кожи, вложила его в напряженную руку мужчины.       Пальцы, словно капкан, сомкнулись вокруг древка, и на секунду Гермионе почудилось, что ее сейчас проклянут. Но волшебник лишь шумно выдохнул через нос, молча развернулся на пятках и ушел наверх. Послышался хлопок закрывающейся двери, который максимально четко давал понять об их очередной конфронтации.       Спустя полчаса женщина поняла, что допустила очередной просчет: действие оборотного зелья не спешило заканчиваться, а пребывать в облике дамы данного возраста ей уже порядком надоело. Перерыв в кухне все ящики, она наткнулась на пузырек, на этикетке которого красивым почерком было выведено «Зелье истинного облика». Жидкость была абсолютно прозрачной и совсем не имела запаха. Какова вероятность, что ее гордость не позволит обратиться за помощью к блондину, а потому волшебница, напряженно раздумывая над последствиями (это ведь мог быть яд?), решится принять несколько капель? Очевидно, стопроцентная. Не имея понятия о необходимой дозировке, Гермиона влила немного себе в свежий чай и выпила содержимое кружки. Потом, достав новую палочку, она вспомнила, какие именно движения совершал Драко в тот раз, когда проверял ее на «подлинность». С верой в лучшее, а не в то, что она превратит себя в какого-нибудь Франкенштейна, или того лучше - умертвит, ведьма повторила его манипуляции. Обратное превращение было менее приятным, но вот: одежда стала ей слегка велика, а на левом предплечье вновь красовался шрам. С облегчением вздохнув, Грейнджер провела по знакомым кудрявым волосам и направилась в свою комнату, чтобы переодеться и проверить, все ли в ее теле было так, как и должно было быть.       Часы на каминной полке показывали 18:23, когда книга была дочитана, обед съеден, палочка опробована простыми заклинаниями, а терпение Гермионы подошло к концу. Топая по лестнице, чтобы каждому было предельно ясно, что она делает, ведьма поднялась на второй этаж и занесла кулак над деревянной поверхностью двери.       - Малфой, открывай, - барабаня, произнесла она. - Ты не можешь прятаться там от меня.       Велика вероятность, что в комнате то мужчины вообще не было, ведь вполне себе рабочий камин давал ему явное преимущество. Но это не останавливало ведьму, потому она продолжала дубасить в ни в чем не повинную дверь, пока та не распахнулась, и обладатель платиновых волос не навис над ней, подобно грозовой туче.       - Я… пришла извиниться, - проворчала она, глядя на него снизу вверх, припоминая, что уже была участницей похожего диалога этим утром, правда в другой роли.       Блондин ничего не сказал, лишь оттолкнулся рукой от дверного косяка и направился к кровати. Решив, что это своеобразное приглашение, Грейнджер прошмыгнула в комнату.       - Ладно, признаю, это было глупо. Прости меня.       Малфой, продолжая молчать, сел на кровать и оперся локтями о колени, не смотря на ведьму.       - Я повела себя как ребенок, и мне стыдно. Просто хотела тебя проучить.       Мужчина повернулся к ней, смерил взглядом, который ну очень неприятно напоминал о «школьном Малфое» , а потом вновь отвернулся. Женщина вздохнула, пожевала губу и подошла к кровати, опускаясь на матрас, достаточно близко к волшебнику. Пока ведьма стучала указательными пальцами друг об друга, молчание затягивалось. Что ж, пришло время играть по крупному?       - Драко, - Малфой дернулся и непонимающе посмотрел на Гермиону. - Мне правда жаль. Прости меня. Пожалуйста.       - Ты не думала, что подобная манипуляция может быть чьей-то травмой? Их всех животных - хорек. Серьезно? Думаешь, это смешно? - раздраженно вырвалось у него.       - Нет. Нет, признаться, я думала, что ты оценишь… но сейчас я понимаю, что поступила ужасно. Я не рассматривала это с… такой точки зрения. Мерлин, это действительно отвратительно.       - Рад, что до тебя дошло. Когда ваша придурошная компашка оскорбляла меня - это одно, но превращать в хорька, как тот поехавший Пожиратель смерти? Признаться, от тебя такого я не ожидал.       - Ох, ну, я иногда делаю то, что, по мнению окружающих, мне не свойственно.       - Например, трансформируешь людей без их предварительного согласия?       - Ты знал, что Рита Скитер - незарегистрированный анимаг?       - При чем тут эта лживая сплетница?       - На четвертом курсе, когда она писала про меня всякие гадости, мы с Гарри узнали, что она превращается в жука и таким образом добывает себе эксклюзивный материал.       Брови волшебника поползли навстречу линии роста волос.       - И тогда я, превратив в жука, заточила ее в не разбивающуюся банку. Если она попробовала бы стать человеком, то просто умерла. Я продержала ее так до летних каникул, и выпустила только после обещания ничего не писать после освобождения в течение года.       - Можно ли считать, что я легко отделался? - голос стал на октаву выше.       - И на Рона я наслала стаю птиц на пятом курсе.       - Рыжего мне не жаль, чем бы она там не заслужил подобного обращения.       - На третий год работы в Министерстве подсунула в кабинет начальника отдела Международного магического сотрудничества Жуков-древоедов за то, что он одобрил вырубку магической ореховой рощи ради международной торговли. Его любимый стол из красного дерева оказался прекрасной закуской. Я сказала, что все дело в вынужденной миграции насекомых из-за потери среды обитания. То, что своей целью они выбрали именно его - досадное, пренеприятнейшее, но абсолютно случайное стечение обстоятельств.       - И тебе поверили?       - О, ну, разве может Гермиона Грейнджер - «золотая девочка», героиня войны сотворить нечто настолько подлое? Гарри с Роном частенько любят припоминать мне этот случай, они то знают, что иногда я… немного перебарщиваю.       - Я только что понял, что связался не с той ведьмой.       - Но! В отличии от предыдущих ситуаций, сейчас мне правда жаль. Я поступила глупо. Обещаю, что впредь не стану проворачивать подобное без твоего согласия.       - Готовишь ли ты еще какие-либо сюрпризы, обзаведясь новой палочкой? Просто хочу быть готовым.       - Я полна сюрпризов, - она протянула ему ладонь для рукопожатия. - Мир?       - Мир, - он внимательно посмотрел в карие глаза, прежде чем подать свою руку в ответ.       - Что ж, мы собираемся работать сообща, и разделяем одну жилплощадь, так что… думаю, логично было бы попробовать стать кем-то вроде друзей? Как считаешь, Драко?       - Ты назвала меня болваном .       - Я же говорила, что ты пожалеешь, когда я добуду французский словарь.       - Чудесно, ты еще и книги мои воруешь.       - Арендую! - в театральной манере ведьма оскорблено прижала руку к груди. - Это было временное заимствование. И вообще, ты постоянно называешь меня заучкой, дикаркой, крестьянкой, белкой и даже развратницей!       - Но я всегда добавляю к ним «милая» или «дорогая».       - Это, конечно, все меняет, - улыбаясь, отозвалась брюнетка, качая головой из стороны в сторону. - Тогда я буду называть тебя «Милый Нигу».       - Comment bas de ta part . Тогда я буду называть тебя «Брускетта».       - О, да брось, ты уже называл меня по имени, это не так уж и сложно.       - Я думал, тебе не понравилось?       - Это просто было неожиданно. И непривычно. Но мне не не понравилось.       - Хорошо. Попробуем стать друзьями, Гермиона.       - Договорились, Драко.       - Кстати, ты осознаешь, что гладила меня по заднице, пока я был в зверином обличии? Не знаю, конечно, может у вас так заведено…, - лицо блондина расплылось в коварной улыбке.       - О, Мерлин, просто замолчи…- простонала она, пряча лицо в ладони, ощущая, как кончики ушей начинают пылать, выдавая ее со всеми потрохами.

Я всегда говорил: лучше просить прощения, чем разрешения…

Эрагон.