Часть 5

Заняв место среди участников, мы начали внимательно изучать таблицу с результатами на экране. Хотя мое имя не оказалось в красной зоне, я не могла не отметить, что занимаю не самую высокую позицию, а именно 21-ю. Результат ужасный. Мое положение в рейтинге является крайне нестабильным, что не подлежит сомнению. Ситуация Трис была еще более сложной, так как она занимала самую последнюю строчку в рейтинге. Питер обратился к Эрику и Фору, привлекая их внимание: — Для изгоев ожидает приятный сюрприз, — отметил он. — Нечасто к ним попадает представительница столь высокого социального статуса, — добавил он, глядя на меня. — Более того, даже убогая обладает привлекательной внешностью. Очевидно, что изгои получат значительную выгоду в этот раз. Обычно я не выражаю жалоб на свое самочувствие, однако в настоящий момент я испытывала головокружение, сопровождающееся сильным волнением. Мое состояние можно охарактеризовать как предобморочное: я ощущаю слабость в теле, головокружение, пульсацию перед глазами и звон в ушах. - Кажется нам предстоит серьезно «прокачать» вас. - произнес Уилл, обернувшись на нас с Трис. Из-за плохого самочувствия я не заметила, как обсуждение закончилось. В зале остались только мы. Остальные расходились в разные стороны. Уилл, заметив мою отстраненность, выразил беспокойство и обратился ко мне с вопросом: — Ты в порядке? — Мне необходимо обратиться в медпункт, — произнесла я, тяжело дыша. — От волнения или может от чего то иного, но я с трудом могу стоять на ногах, — я присела на корточки, прижав голову к коленям, — похоже вот-вот потеряю сознание. — Давай тебя проводим? — предложила Кристина. — Не надо, — категорично заявил Уилл. — Вы идите, а я провожу Эву. Не стоит идти всей толпой, привлечем лишнее внимание. Уилл помог мне подняться, протянув руку, и, поддержав под локоть, проводил к медпункту. Едва выйдя из спортзала, мы столкнулись с Эриком, который выглядел озадаченным. — Вы собираетесь и дальше стоять или все-таки объясните, почему не отпускаете друг друга в присутствии старшего офицера? - спросил Эрик, скрестив руки на груди и окинув нас взглядом. В его тоне явно прослеживалось неодобрение. — Эве стало плохо, Эрик, — ответил Уилл, выражая беспокойство. — Если я отпущу её руку, она может потерять сознание и упасть на пол. Эрик, не произнеся ни слова, подошел ко мне, взял меня за локоть и сказал: — Можешь идти. Я сам сопровожу ее в медпункт. Уилл, слегка нервничая, с улыбкой на лице, произнес: «Мне это не составит труда», после чего предпринял попытку переместить меня ближе к себе. Эрик, взяв меня на руки, начал: - Позволь мне внести ясность: я высказал утверждение, а не задал вопрос. Кроме того, как лидеру, мне необходимо установить причину её состояния. В его уверенных руках я ощутила необычайную легкость и спокойствие. Невольно возникло желание закрыть глаза и погрузиться в состояние дремоты. Внезапно я обнаружила, что мы находимся в просторном помещении, оснащенном десятком кушеток. Из-за звукового резонанса в ушах я не могла разобрать суть разговора между Эриком и только что прибывшим мужчиной среднего возраста, обладающим невысоким ростом, редкими волосами с заметной залысиной на макушке и носящим круглые очки. Этот мужчина приблизился ко мне и поднес к носу небольшую открытую емкость с едким запахом, который частично вернул меня в состояние бодрствования и позволил сосредоточиться на вопросах, заданных врачом. - Как вас зовут? - Эва, - тихо прошептала я, - меня зовут Эва Мирриз. - Где вы сейчас находитесь? - его рука переместилась с моего лица на шею, где он нащупывал и подсчитывал частоту сердечного ритма. - В бесстрашии.. Врач взял в руки небольшой фонарик, оттянул мое нижнее веко вниз и начал последовательно направлять свет в оба моих глаза, продолжая параллельно собирать анамнез: — Вы помните, что произошло? - Да, - тихо сказала я, облизнув губы, - после тренировки мне показали рейтинговую таблицу. Я думаю, просто перенервничала. - Пока я рассказывала, доктор присел на край кушетки и прикрепил мне на руку небольшой белый круг. Это был робот для измерения давления. - Такое иногда бывает, все в порядке. Доктор, активировав робота, расположенного рядом с локтевым сгибом, произнёс: — Теперь прошу вас помолчать. Спустя минуту он продолжил: — Хм..70 на 40, катастрофически низкое. - У меня диагностирована гипотония. Обычно мое рабочее давление варьируется в диапазоне 90 на 60 и чуть выше, - уточнила я. - Ситуация прояснилась, - констатировал врач, поднимаясь с края кушетки. - Состояние вашей подопечной удовлетворительное, - обратился он к Эрику. - Пациентка испытывает последствия переутомления. Вероятно, имело место нарушение режима питания перед отходом ко сну. В любом случае, здоровью пациентки ничего не угрожает. Ей рекомендуется принять пищу и обеспечить себе полноценный отдых. - Как долго? - уточнил Эрик. Доктор снял свои круглые очки и начал протирать их о белоснежный халат. — Длительность периода восстановления варьируется в зависимости от индивидуальных особенностей организма. В некоторых случаях пациенту может потребоваться от 10 до 15 минут для отдыха, в то время как в других ситуациях восстановление может занять весь день. Эрик, девчонка крепкая, восстановится быстро. Доктор похлопал Эрика по плечу и направился в свою небольшую рабочую комнату, откуда через большое окно имел возможность наблюдать за своими пациентами в случае необходимости. Я предприняла попытку встать, чтобы пойти на завтрак, но это вызвало негативную реакцию со стороны Эрика. Подойдя ко мне, он положил свою правую руку на мое плечо и принудительно уложил меня обратно в кровать. В его голосе, в котором сочетались забота и раздражение, прозвучало следующее: — Не вставай. Не хочется, чтобы по дороге ты упала в обморок. Я сам принесу все необходимое. - Нет необходимости! Я немного отдохну и дойду самостоятельно, - ответила я, обращаясь к удаляющемуся мужскому силуэту. Эрик коротко бросил: «Это приказ!» — и вышел за дверь. Данный поступок вызвал у меня положительные эмоции и улыбку. Этим поступком Эрик демонстрирует, что его репутация не столь однозначна, как принято считать. В настоящее время он проявил себя как вежливый и эмпатичный человек. В ходе размышлений я начала выстраивать гипотетический сценарий развития наших взаимоотношений, что сопровождалось возникновением легкого румянца на щеках. Погруженная в свои мысли, я не осознавала течение времени до тех пор, пока не услышала звук соприкосновения подноса с прикроватной тумбой, что вернуло меня в реальность. - Просили передать! - произнёс молодой человек высокого роста с рыжими волосами, имеющий пирсинг в области носа и губ. — Спасибо, — я испытала чувство разочарования. Мои ожидания не оправдались, поскольку перед собой я увидела не того человека, которого ожидала увидеть. — Ага, — бросил он, исчезая из медпункта. Я испытывала сильный голод, поэтому быстро и без тщательного пережевывания завершила прием пищи. Как и предсказывал врач, я быстро восстановила свои силы. После завершения трапезы я покинула медицинскую часть, унеся поднос с использованной посудой обратно в столовую. Описывать текущий день представляется затруднительным, поскольку он практически идентичен предыдущему. Связав свою жизнь с бесстрашием все новобранцы столкнулись с феноменом повторяющихся дней, напоминающим "день сурка". Ежедневный распорядок строго регламентирован и включает интенсивные тренировки. Физические нагрузки значительны, и, несмотря на максимальные усилия со стороны новобранцев, не все смогут сохранить за собой место и остаться здесь. Во время прогулки по коридору на пути к спальным помещениям я задумалась о том, чтобы постучать в дверь Эрика. Поддавшись этому импульсу, я поднялась по лестнице и, остановившись перед его дверью, сжала руку в кулак, подняв ее на уровень глаз. Мне хотелось постучать, но, несмотря на ожидание в течение нескольких секунд, я так и не решилась нарушить его уединение и удалилась. Вернувшись в спальни, я, как и остальные представительницы женского пола, приступила к выполнению гигиенических процедур. После принятия душа я и остальные девушки ожидали в коридоре окончания водных процедур у парней. По завершении мы вернулись в общее жилое помещение. Сидя на краю кровати, я издала глубокий вдох и, расслабив мышцы, приняла горизонтальное положение на кровати. В течение некоторого времени я находилась в состоянии покоя, с полуоткрытым ртом, проводя кончиком языка по зубному ряду и устремив взгляд в направлении потолка. - Эй, Эва! - позвала меня Трис. - Кристина предложила сделать татуировки. Хочешь с нами? Она села на край моей кровати и с улыбкой посмотрела на меня. Я задумалась. С одной стороны, татуировки - это способ самовыражения, и я не считаю их чем-то уродливым. Наоборот, они могут добавить сексуальности. Но с другой стороны, мне хочется сохранить свою чистоту. Возможно, я просто не готова к этому шагу. - Не сегодня, - моя ладонь мягко накрыла кисть Трис и с осторожностью осуществила легкое сжатие, - мое физическое состояние оставляет желать лучшего. - Может быть, тогда мы запланируем это на завтра или до тех пор, пока твое самочувствие не улучшится? - предложила Трис. Уилл, который ожидал нас у выхода, где он проводил время в компании Кристины, подошел к нам и спросил: - Что случилось? Ты не идешь? - Сегодня без меня, - произнесла я, обращаясь к нему и мягко улыбнувшись. - Я недооценила свои физические ресурсы. Я все еще истощена. - Может, нам остаться? - выразил он обеспокоенность. - Все в порядке, Уилл, - сказала я, стараясь успокоить его. - Не меняйте планов из-за меня! Мы успеем провести время вместе. Я же не умираю. После их ухода в спальнях осталось относительно небольшое количество новобранцев. Большинство предпочло развлечения, и здесь остались те, кто предпочитает спокойный и размеренный отдых. Чтобы скрасить вечер, я решила совершить небольшую прогулку по территории. Для этого я выбрала черное трикотажное платье средней длины с четырьмя горизонтальными пуговицами, расположенными в зоне груди, и юбкой «солнце». Также я надела черные кожаные кроссовки. Подойдя к зеркалу, я запустила руку в волосы и поправила их. Прогуливаясь по коридорам в направлении выхода из корпуса, я заметила, что вокруг царила практически полная тишина. Лишь изредка доносились отдаленные голоса. У самого выхода я увидела Эрика, разговаривающего с чернокожим мужчиной внушительного вида. Увидев меня, он взглядом указал в сторону лестницы. Я почувствовала волнение, невольно сглотнула и снова подчинилась его указаниям. Ожидая Эрика, я стояла за стеной у лестницы и нервно покачивала ногой, не замечая ничего вокруг. Услышав приближающиеся шаги, я отступила от стены и обернулась в сторону прохода, где сразу же встретилась взглядом с Эриком. - Сказать по правде, - он начал с высокомерного тона, - ты меня очень сильно разочаровала. Идем, - указав в направлении лестницы, он направился к ней, сопровождая меня. - И это все? - я выразила своё недоумение в связи с тем, что его высказывание осталось незавершённым. Мне было неясно, чем я могла вызвать разочарование. Он задал вопрос, не поворачивая ко мне головы: «Что еще?» Его безразличная реакция усилила мое раздражение. Поддавшись эмоциям, я обошла Эрика и, преградив ему путь, задала вопрос: - Чем я вызвала твое недовольство? Эрик, пристально глядя мне в глаза, с усмешкой взял меня за локоть и с применением физической силы повел вверх по лестнице. Он продолжал удерживать меня, направляясь к своей квартире. Я не оказывала сопротивления, осознавая, что его действия свидетельствуют о доминировании, которое, по-видимому, доставляло ему удовлетворение. Эрик втолкнул меня в открытую дверь квартиры, затем закрыл её за собой и спросил: — Ты осознаёшь, что твои спортивные достижения не гарантируют сохранения места во фракции? — он осуждающе посмотрел на меня и покачал головой, после чего прошёл вглубь помещения. — Тебе необходимо освоить навыки стрельбы и правильного удержания оружия, иначе, как было оговорено ранее, ты окажешься в числе изгоев. Неизвестное ранее чувство лишило меня способности говорить. Я стояла, как провинившийся ребёнок, которого родители отчитывают за очередной неудачный результат. Ощущение было неприятным и тягостным, но главным образом из-за моего собственного упущения. Вместо демонстрации самоуверенности я могла бы обратиться за помощью. Изначально никто не отталкивал меня, я сама вела себя как дикий еж, метающий иглы, демонстрируя защитную реакцию. Моя негативная черта заключается в неспособности просить помощи. Мне проще разрушить себя, чем обратиться за поддержкой. Проблемы с доверием у меня отсутствуют, однако что-то внутри меня блокирует возможность принимать помощь, когда она предлагается. Вероятно, я просто боюсь показаться уязвимой. — Держи, — прервал мои размышления Эрик, бросая мне штурмовую винтовку класса KRISS Vector, с которой мы тренируемся на полигоне. Я недоумённо посмотрела на Эрика, который уверенным шагом приближался ко мне. Он поправил мой хват и продолжил: — Держи оружие двумя руками! Одна рука должна удерживать стволовую коробку, другая — рукоятку. Совмести точку упора в плечо, чтобы минимизировать отдачу и обеспечить контроль над ней. — Эрик немного отступил, оценивая мою стойку со стороны. — Тебе удобно стоять? Сделай шаг вперёд. Смотри в прицел только прицельным глазом, иначе ты не сможешь поразить цель. — Как определить, какой глаз является прицельным? — спросила я, опустив оружие. Эрик, окинув взглядом квартиру, заметил выключатель, расположенный всего в нескольких метрах от меня. — Видишь выключатель? — я инстинктивно посмотрела в указанном направлении. — Укажи на него пальцем и смотри двумя глазами. Теперь закрывай глаза поочерёдно, не убирая руки. Выполнив все действия, которые потребовал Эрик, я уверенно заявила, что прицельным является правый глаз, так как именно он продолжал удерживать палец на выключателе. После нескольких десятков повторений правильного хвата, Эрик успокоился и дал мне указание на следующий день не забывать изученные приемы. Кроме штурмовой винтовки, он также показал мне револьвер Chiappa Rhino и продемонстрировал технику обращения с ним, включая хват и стойку. Пока я убирала пистолет на кухонную столешницу, Эрик, сидя на диване, наблюдал за мной. - Знаешь, - сказала я с улыбкой, поправляя волосы, - а ты не такая уж и заноза в заднице. - Я такой не со всеми, - ответил он, вставая с дивана и подходя ко мне, сокращая дистанцию до интимной. - Как озвучивалось ранее, я бы не хотел такого исхода для лица, обладающего такой внешностью. Эриц взял меня за подбородок и начал оценивающе рассматривать мое лицо, поворачивая его в разные стороны. После осмотра его рука медленно опустилась на мою шею и начала сжиматься, вызывая у меня ощущение давления и нехватки воздуха. Он продолжал смотреть на меня, не прерывая зрительного контакта. - Ты как магнит, - сказал он. - Одним полюсом отталкиваешь, другим притягиваешь. Свободной рукой он начал грубо обводить мое тело, спускаясь ниже, сохраняя зрительный контакт на протяжении всего процесса. С каждым сантиметром его дыхание становилось тяжелее, а на скулах играли желваки. Я чувствовала нарастающее возбуждение. Мне нравилось ощущать его силу и власть. Запустив руку под мою юбку, Эрик поднял меня и страстно впился в мои губы. Наши языки начали кружиться в жарком танце. Его рука, которая ранее сдавливала мою шею, переместилась к затылку, намотав часть моих волос на кулак и потянув их вниз, он заставил меня запрокинуть голову и открыть доступ к поцелуям в шею. Эрик был страстным и одновременно нежным, трепетно целуя красные следы на моей шее, оставленные его рукой. Его действия вызывали у меня невероятное удовлетворение, и я словно таяла в его крепких руках. Объятия стали крепче, и мы забыли обо всём вокруг, погрузившись в этот волшебный миг. Эрик медленно и осторожно отступал, пока мы не достигли края кровати. Повернувшись, он бережно уложил меня на постель, не разрывая поцелуя, и начал исследовать мое тело руками, поглаживая и слегка сжимая его. Мое дыхание стало ровным и глубоким, вдохи и выдохи были размеренными. Мы отстранились лишь на мгновение. Затем, присев на край кровати и быстро освободившись от одежды, мы снова слились в поцелуе, как два магнита. Я села к нему на колени, углубляя поцелуй. Наши тела были охвачены сильным желанием. Я ощущала его страсть и нетерпение. Не дожидаясь его инициативы, я сделала первый шаг. Осторожно приподнявшись и медленно разорвав поцелуй, я глубоко вдохнула и погрузила его возбужденный член в себя, поддерживая зрительный контакт. Я громко выдохнула, сделав жалобное выражение лица. Однако, несмотря на свою агрессивность и жесткость, Эрик не торопил меня, терпеливо ожидая, пока я достигну комфорта. Пока я постепенно разрабатывала себя, он ласкал мои груди, оставляя влажные следы, и целовал и покусывал соски. От удовольствия я выгнулась в спине, полностью приняв его член, и отдалась его власти. Он взял на себя инициативу, положив обе руки на мои бедра и с жадностью сжимая их. Он контролировал не только себя, но и мое тело, устанавливая необходимый темп. От удовольствия мои щеки горели, а голова кружилась. Поддавшись импульсу, я осторожно и нежно поцеловала его в губы. Поцелуй был легким и трепетным, словно мы только изучали границы друг друга. К моему удивлению, Эрик не пытался добавить поцелую страстности или, напротив, возразить. Он мягко отвечал на мой поцелуй, проявляя непривычную для себя нежность. Те чувства, которые мы испытывали во время близости, трудно выразить словами. Это был настоящий магнетизм. Каждое прикосновение и поцелуй были подобны глотку свежей воды. Мы наслаждались друг другом, как будто это был наш последний раз. В этот вечер Эрик действовал как человек, испытывающий внутренний диссонанс. Его движения были жесткими и грубыми, но его поцелуи и прикосновения были наполнены чувственностью. Под его сильным телом я чувствовала себя марионеткой. Мне не хотелось менять установленные правила. Темп и смесь страсти и нежности полностью удовлетворяли меня, доводя до крайнего удовольствия. - Ты мое удовольствие, - тихо прошептала я, поддавшись моменту и проявив уязвимость перед мужчиной, который заставлял меня трепетать. Эрик ничего не сказал, лишь молча посмотрел мне в глаза и страстно поцеловал. Разместив одну руку под моей спиной, а вторую на ягодицах, он ускорил темп. Я не просто стонала, я кричала от удовольствия. Мы оба были на пределе своих возможностей. Почувствовав приближение кульминации, Эрик из последних сил приподнял меня и встал на колени, позволяя мне обхватить его талию ногами. Мое тело пронзила дрожь, и я ощутила, как горячая жидкость растекается внутри меня. Просидев так некоторое время, Эрик молча опустил меня на кровать и направился в ванную. Отдохнув несколько минут, я последовала за ним, но столкнулась с совершенно другим человеком. Эрик вел себя отстраненно, как будто между нами не было никаких чувств. Когда я вошла в душевую кабину, он внезапно вышел, оставляя меня одну. Я не понимала, что происходит и почему он так себя ведет. В нем, казалось, жили две разные личности. Освежившись в душе, я вышла и обнаружила Эрика, сидящего на диване спиной ко мне. Не говоря ни слова, я тихо оделась, вернула полотенце в ванную и направилась к выходу, устало волоча ноги. - Не строй иллюзий, Эва, - окликнул меня Эрик. - Не привязывайся ко мне. Его слова причинили мне невыносимую боль. Он даже не повернулся ко мне лицом, чтобы сказать это в глаза. Я видела только его профиль. Обида начала подбираться, и я почувствовала, как слезы подступают к глазам. - Не волнуйся, - дрожащим голосом ответила я, - я к тебе не привяжусь! Сказав это, я быстро покинула его квартиру, так как слезы уже начали катиться по моим щекам. Жестокая правда резко накрыла меня с головой. Все мои мечты были лишь наивными фантазиями. Никто, кроме меня, не был виноват в том, что я нафантазировала. Торопливо уходя, я тихо плакала. Мои слова были самой большой ложью, ведь я уже привязалась к нему.