Часть 3

Эллиот —Шанс! Тайм! Может вы перестаньте бегать как маленькие дети?!       Тишину гулких, пыльных коридоров старого особняка разорвал раздражённый, уставший голос. Эллиот шёл по коридорам не спеша, его шаги отдавались глухим эхом под сводчатыми потолками. Он с обреченным видом наблюдал, как впереди мелькают два силуэта, исчезая и появляясь в дверных проемах, словно тени в гигантском каменном лабиринте. Шанс —Элли, да всё будет нормально. Не волнуйся ты так.       Донёсся спокойный оклик Шанса, чья голова на мгновение появилась из одной из многочисленных комнат, чтобы тут же скрыться. Ту Тайм —Шанс, я кое что нашли. Думаем тебе понравится.        Послышался откуда-то справа голос Ту Тайма, полный азарта. Шанс —Уже бегу!        Немедленно отозвался Шанс, и его быстрые шаги застучали по гнилому паркету, удаляясь. Эллиот —О Господи... Подождите меня.        С почти молитвенной стылостью прошептал Эллиот и, набрав в грудь воздуха, рванулся за ними. Но дистанция, изначально разделявшая их, оказалась роковой. Проворные друзья скрылись в лабиринте комнат и поворотов. Эллиот замер на распутье, его дыхание сбилось. Он остался один в звенящей, враждебной тишине.        Эллиот стал медленно бродить по комнатам, вглядываясь в сумрак, пытаясь найти хоть какой-то знак, зацепку — смятую тряпку, стрелку на стене, оброненную вещь. И нашёл — из какой-то далекой комнаты снова донёсся оживлённый голос Шанса. Сердце Эллиота ёкнуло от надежды, и он помчался на звук.        Зайдя в следующую комнату — просторный, пустой зал с затянутыми паутиной хрустальными люстрами, — Эллиот никого не увидел. Только пляшущую в луче света пыль. Он ринулся в соседнюю — в будуар с разбитым трюмо и истлевшими портьерами. Та же пустота. Ту Тайм и Шанс будто сквозь землю провалились, растворились в толще стен. Эллиот продолжал идти, заходя то в одну комнату, то в другую, его шаги становились всё более тяжёлыми, а в груди завяз холодный ком отчаяния. Теперь даже голосов не было слышно.       Внезапно до его ушей, напряжённых до предела, донесся откуда-то сверху, будто с чердака, тонкий, пронзительный детский смех. Парень замер, будто вкопанный. По спине, от копчика до самого затылка, побежали ледяные мурашки. Эллиот —Ну нет, только не он. Если тут этот чертёнок, то я лучше сам застрелюсь.        Хрипло прошипел Эллиот. Он ускорил шаг, почти перейдя на бег. Бежать было опасно — можно было налететь на что угодно, но найти Ту Тайма и Шанса нужно было как можно быстрее.       Эллиот распахивал дверь за дверью, вглядывался в самые тёмные углы, заглядывал под сломанные кровати. Ничего. Но в один момент, затаив дыхание, он услышал чёткие, размеренные шаги. Не долго думая, парень пошёл на звук, обходя груду разбросанной мебели. Но вместо потерявшихся друзей он столкнулся грудью с внезапно появившимся из-за угла высоким силуэтом. Дуссекар —Ох, Эллиот, осторожней.        Раздался спокойный, глубокий голос. Дуссекар, летающая тыква с загадочной улыбкой, быстро среагировал и поймал Эллиота за руку до того, как тот успел потерять равновесие и упасть. Эллиот —Это ты. Напугал же ты меня.        Выдохнул Эллиот, с облегчением узнавая товарища. Дуссекар помог Эллиоту встать ровно. Из-за спины тыквоголового робко выглянул Таф. Завидев Эллиота, немой мальчик невольно начал помахивать своим новым, пушистым кошачьим хвостом, выдав своё радостное волнение. Эллиот —Ого, так вы тоже в этих костюмах?.. И...        Эллиот заметил, как уши на голове Тафа дёрнулись, а хвост извился сам по себе. Эллиот —Таф, у тебя костюм двигается... А это точно костюм? Таф —👁️‍🗨️🤓. 🙋‍♂️✨😎👔🕶️. (Я знаю. У тебя кстати прикольный костюм.)        Таф оживлённо закивал, его пальцы взметнулись в быстром, непонятном для Эллиота танце. Эллиот —Таф, извини... Я не понимаю языка жестов, помнишь?        С сожалением сказал Эллиот. Таф грустно опустил голову и кивнул. Дуссекар —Мой друг сказал, что у тебя тоже хороший костюм. Эллиот —А... Спасибо Таф. И что по вопросу, что у Тафа костюм живой?        Растерянно пробормотал Эллиот, машинально проводя рукой по своей новой, незнакомой одежде. Дуссекар покачал головой, его горящие глаза-огоньки смотрели с сочувствием. Дуссекар —Мы сами точно не знаем, но я могу точно сказать, что у Тафа не у одного такое. Эллиот —Вы ещё кого-то видели?       Дуссекар покачал головой и затем изящно указал своим посохом сначала на спину Эллиота, а потом на его голову. Эллиот сначала не понял, что это значит, но потом его озарило... Он с растущей паникой начал ощупывать себя. Его пальцы наткнулись на что-то длинное, гибкое и тёплое, что торчало у него у основания позвоночника. А на голове он нащупал две небольшие, мягкие кисточки. Эллиот —Что это за хрень?! Что тут вообще происходит?!       Голос Эллиота сорвался на фальцет. Дуссекар —Друг мой, успокойся. Не стоит так волноваться.       Начал попытки его утихомирить Дуссекар. Эллиот —Да как тут не волно- Кулкид —О! Приветики.       Начал было Эллиот, но его перебил весёлый, знакомый и оттого ещё более раздражающий голос.       От неожиданности Эллиот аж вскрикнул и подпрыгнул на месте. Кулкид, появившийся словно из ниоткуда, на его реакцию рассмеялся. Мальчишка был одет в пиратский костюм, и в его руке был настоящий, отливающий холодной сталью меч, которым он небрежно помахивал. Дуссекар —Кулкид, ты что тут делаешь? И почему так выглядешь?        Спросил Дуссекар, с лёгким укором глядя на опасную игрушку в руках ребёнка. Кулкид —Я не знаю, но мне нравится.        Беззаботно ответил Кулкид, продолжая играть с мечём в руке. Эллиот —Чертёнок мелкий, хватит мечём размахивать.        Строго сказал Эллиот, инстинктивно отступая на шаг. Дуссекар —Эллиот, давай я с ним поговорю.       Ласково предложил Дуссекар и подплыл к Кулкиду, начиная негромкий разговор.        Эллиот остался в стороне, прислонившись к стене, и наблюдал за ними. Таф стоял неподалёку, тихо играя со своим хвостом. Внезапно чья-то рука легла на плечо Эллиота. Тот вздрогнул, как от удара током, и резко развернулся. Шанс —Элли, скучал?        С безмятежной улыбкой спросил Шанс, словно они встретились в солнечный день в парке. Эллиот —Шанс! Ты где проподал! Я тебя обыскался!       Почти закричал Эллиот, хватая его за пиджак. Шанс —Ой-ой, Элли, не злись так. Я ведь в порядке, значит всё хорошо. Эллиот —Впорядке он. А где Ту Тайм? Шанс —А он...        Шанс повернулся и начал искать взглядом своего напарника. Шанс —Похожу потерялся... Эллиот —Всмысле потерялся?! Шанс, как ты мо- А!        Эллиот внезапно вскрикнул и отпрыгнул. Кто-то снова прикоснулся к нему, на этот раз с другой стороны. Ноли —Здравствуте, господа. Давно не виделись.        Перед Шансом и Эллиотом появился Ноли в костюме шута. Костюм с его колокольчиками и пёстрыми лоскутами был до жути ему к лицу, во всех смыслах. Эллиот —Да тут прям сборище убийц! Ты что тут делаешь?!       Выпалил Эллиот. Ноли в ответ лишь театрально поклонился. Ноли —Если я правильно понял, то тут, в этом особняке, находятся все выжившие и убийцы, без исключения.       Следом к ним, не издавая ни звука, подошёл Слэшер в костюме скелета. Костяшки на его рёбрах тихо поскрипывали. Слэшер —Ки ки ма ма. Шанс —Ого, и правда все. Двоих только не хватает. Это какой-то новый ивент на Хэллоуин? Ха, мне нравиться. Ноли —Да, можно и так сказать.        В следующее несколько секунд к ним подошли остальные. Кулкид —Дядя Ноли, наконец-то вы пришли. Ноли —Да-да, малыш. Я ведь не мог тебя оставить одного.        Ноли мягко потрепал Кулкида по макушке, и его пальцы на мгновение задержались рядом с лезвием меча. Ноли —Раз мы нашли вас, то ввиду в курс дела. А то я сомневаюсь, что вы знаете. Дуссекар —Ты знаешь, что это за место? Ноли —Немного. Как сказал этот сероволосый человек, это что-то по типу ивента. Мы, убийцы, не можем вас убить и должны на равне с вами защищаться от нового, неизвестного врага. Эллиот —То есть теперь за нами охотиться кто-то, опаснее убийц?        С ужасом переспросил Эллиот. Повисла гробовая тишина. Атмосфера вокруг накалилась. Ноли —Можно и так сказать. Но подробности мне не известны.        Спокойно сказал Ноли, как будто его это никак не волнует. Дуссекар —Друзья мои, нам лучше продолжать путь и искать остальных. Они могут быть в опасности, особенно если не знаю, что тут обитает.        Вмешался Дуссекар с переживанием в голосе. Ноли в ответ махнул рукой. Ноли —О знании можно не беспокоиться. Эта информация пришла на кулгай Кулкида и если Севен с ними, то они точно знают тоже само, что и мы. Эллиот —Но нам всё равно нужно двигаться дальше и искать остальных.        Начал настаивать Эллиот. Не хотелось бы, что бы к их приходу всех остальных перебили. От одной мысли тошнит. Шанс —Тогда погнали дальше исследовать. Весело воскликнул Шанс, разгоняя гнетущую атмосферу. Эллиот —Стоять, мы ещё Ту Тайм не нашли.       Резко остановил Шанса Эллиот, вспомнив о пропавшем друге. Дуссекар —А что с ним? Эллиот —Я не знаю. Я не смог уследить за этими двоими, а вернулся только Шанс.        Голос Эллиота начал дрожать. Он очень переживал за Ту Тайма. Переживал за всех. Эллиот не хочет даже слышать о смерти команды, особенно если в этом есть часть его вины. Ноли —Тогда его уже убили. Не нужно зацикливаться на этом.       Равнодушно констатировал Ноли. Эллиот —Убили?.. И как ты можешь так говорить?!        Разозлился Эллиот и начал кричать на фиолетового шута. Он не желал этого слышать, да ещё и с таким тоном. Шанс —Элли, спокойно. Он уже наверняка отдыхает на базе. Мы всё равно все встретимся, не переживай.        Шанс мягко положил руку на плечо Эллиота, приобняв его и останавливая от попыток наброситься на Ноли. Эллиот —Для тебя смерть это шутка? Это больно. Ужасно больно.        От гнева и боли из глаз Эллиота начали течь слёзы. Шанс, не находя слов, крепко, почти до хруста, обнял Эллиота, пытаясь передать хоть каплю своего беспечного спокойствия. Дуссекар —Эллиот, если тебе будет легче, то я пойду поищу Ту Тайма.        Предложил Дуссекар, что бы хотя бы немного успокоить Эллиота. Эллиот —Я с тобой.        Тут же отозвался Эллиот хриплым дрожащим голосом. Но Дуссекар сразу же покачал головой. Дуссекар —Нет, ты тут нужнее. Вы идите, я вас потом догоню. Ноли —Будет выполнено, тыквоголовый.        С лёгкой насмешкой поклонился Ноли. Эллиот —Ладно...        Сдался Эллиот, чувствуя, как его сопротивление тает. Эллиот —Таф, пошли... Что вы делаете?        Эллиот быстро нашёл глазами Тафа. Тот стоял рядом со Слэшером, и они что-то тихо и очень оживлённо "обсуждали" — Слэшер скрипел костяшками пальцев, а Таф быстро жестикулировал, его кошачий хвост нервно подёргивался. Шанс —Похоже наш немой нашёл родственную душу. Слэшер —Ки ки ма ма.       Кивнул в ответ Слэшер, переводя своё внимание на других. Кулкид —Так что, отправляемся в приключение?        Воодушевлённо спросил Кулкид, подбрасывая в воздухе свой меч и ловя его за рукоять. Ноли —Да-да малыш. Мы идём искать твоего папы.       Мягко сказал Ноли, смотря на ребёнка. Кулкид с радостными возгласами рванул вперёд, его пиратский камзол развевался за ним. Остальные тронулись следом. Эллиот шёл позади всех, его взгляд был пустым и отрешённым. Шанс —Элли, ты чего такой хмурый? Эллиот —Странно это всё. И у меня плохое причуствие. Шанс —Расслабся и мысли позитивно. Эллиот —Я не могу быть на веселе как ты, когда тут такое происходит. Шанс —Тогда я буду за нас двоих.        Эллиот улыбнулся, и это было похоже на луч солнца, пробивающийся сквозь грозовые тучи. Он тихонько хихикнул, а после нежно, почти с благодарностью, потрепал мягкое волчье ухо Шанса, отчего тот непроизвольно дёрнулся и фыркнул. Шанс не стал отстраняться или шутить в ответ. Главное — он добился своей цели. Пусть на мгновение, но Эллиот улыбнулся, и тяжесть, давившая на них, ненадолго отступила.

---

       Тем временем Дуссекар парил в гробовой тишине лабиринта коридоров и комнат. Воздух здесь был неподвижным и спёртым, пахлым пылью и тлением. Его тыквенная голова с застывшей улыбкой медленно поворачивалась из стороны в сторону, а горящие глаза-огоньки выхватывали из мрака лишь очертания разбросанной мебели и груды хлама. Он проверял комнату за комнатой, и каждая новая дверь открывалась в очередную пустую, безжизненную каменную коробку.        Дуссекар отчётливо понимал, что разделяться в этом проклятом месте было не лучшим, почти самоубийственным решением. Но подвергать опасности других, вести их в самую гущу неизвестности, которую он предчувствовал всеми фибрами своей мистической сущности, он не хотел. Чувство долга и странная, неизбывная вина гнали его вперёд.        Ведьма-тыква бесшумно залетела в очередную комнату — когда-то это могла быть библиотека, теперь же это было царство истлевшей бумаги и сломанных полок. Пусто. Он скользнул в следующую — в ванную с заржавевшими трубами и разбитой эмалевой чашей. Та же мёртвая тишина. Ту Тайма нигде не было.        И вот, отодвинутя тяжелую, обитую кожей дверь, Дуссекар замер на пороге. Это был кабинет. И посередине комнаты, в луже темнеющей на старом персидском ковре жидкости, лежало тело Ту Тайма. Оно было неестественно вывернуто, конечности застыли в судорожном напряжении. Но куда более жутким было то, что его окружало. Всё пространство комнаты — стены, пол, даже потрескавшаяся лепнина на потолке — было испещрено нарисованными кроваво-красной краской или выцарапанными острым предметом эмблемами спавна. Знаки культа смотрели на него со всех сторон, словно десятки осуждающих глаз.        Собравшись с духом, Дуссекар подплыл ближе. Его взгляд упал на маленькую фотографию, лежавшую в стороне от тела, будто аккуратно положенную. На ней был запечатлен улыбающийся Ту Тайм и ещё один человек, чьё лицо Дуссекару было незнакомо.        Внезапно, с оглушительным, финальным стуком, дверь позади него сама захлопнулась. Одновременно с этим свет, тускло горевший в единственной люстре, погас, поглотив комнату в абсолютную, непроглядную тьму. Окон здесь не было. Темнота была настолько густой и плотной, что вытянутую перед собой руку невозможно было разглядеть. Лишь один-единственный источник света нарушал этот мрак: на противоположном конце комнаты, на массивном дубовом столе, стояла одинокая свеча. Её крошечное, колеблющееся пламя отбрасывало на стены с эмблемами длинные, пляшущие тени.        Инстинкт кричал Дуссекару не приближаться к этому свету. Он, наоборот, начал медленно, краем своего плаща ощупывая пространство, отступать назад, к двери. Но едва он оказался рядом с ней, его взгляд, прикованный к свече, уловил движение. За её дрожащим огоньком возник большой, массивный чёрный силуэт. Он был настолько тёмным, что сливался с окружающим мраком, поглощая даже тот скудный свет, что давала свеча. Единственное, что было отчётливо видно — две пары горящих красных глаз, пылающих холодным, неумолимым огнём ненависти.        Дуссекар рванул ручку двери. Она не поддалась, запертая наглухо. Другого выхода не было, а в такой кромешной тьме искать его было бессмысленно. Похоже, смерть нашла его. И нашла с изощрённой жестокостью — в комнате, увешанной знаками культа, которому он когда-то присягнул, рядом с трупом одного из его последователей. Это была не просто ловушка, это было кощунство, насмешка над самой его сущностью.        В следующее мгновение Дуссекар заметил шевеление. Тёмный силуэт отделился от стены и начал медленно, неумолимо приближаться. По старым половицам понеслись тяжёлые, мерные шаги, от которых по полу расходились лёгкие вибрации. Горящие красные огни, не отрываясь от Дуссекара, прошли уже половину комнаты, а затем на мгновение замерли, будто делая последнюю паузу перед решающим броском.

Потом прыжок.

Внезапный оглушающий гул.

И наконец тьма.