Глава 2

На следующий день Акали уже смогла встать на ноги, но резкие движения все ещё не поддавались контролю и под рёбрами покалывало. -Ты в курсе, что неразумно разгуливать в нестабильном состоянии? - девушка врезалась в её друга детства Яна. -Я в порядке - отрезала она, понимая, что юноша пытается заигрывать с ней. -Да брось! Всем известно, что ты ранена. - Ян улыбнулся. - Куда шла? -К Мастеру. - холодно отозвалась Вольная. Пожав плечами, Ян ушёл, а Акали спокойно выдохнула. После её 18-летия все парни как с ума посходили. Хотя неудивительно - по уставу Ордена, девушки, после совершеннолетия могут создавать семью и иметь детей. При этом, оставаясь при дворе, конечно же. Вольная считала, что ей не нужна семья, ибо с её характером это будет не выносимо, плюс она не хотела забивать себе этим голову хотя бы до конца войны. Шен иногда заводил об этом разговор, но раз за разом он оканчивался фразой "Я не умею любить". Мужчина вырастил и обусил её. Но странно, что расти он её прилежно и обучал сохранять и защищать равновесие на Исконной Земле, выросла дерзкая, хладнокровная убийца. К тому же, чёрствая. -Шен? - Акали приоткрыла дверь и обыскала кабинет глазами, найдя мужчину за столом. -Да? - Око Сумрака поднял на неё свои белёсые глаза. - Заходи. Около двух минут девушка блуждала по кабинету, ожидая, пока её наставник не заговорит первым. И когда он начал, она была не в восторге. -Я договорился с Зедом о временном перемирии, пока не закончится война. Послезавтра он приведёт своих сюда. У той аж волосы распушились. -Что, прости? Мужчина кашлянул в кулак. -Повторять я не буду. Они поживут здесь, обменяются с нашими опытом. Чему-то научим их мы. Чему-то они нас. -А как же то, что Зед убил твоего отца? - Акали вопросительно посмотрела на Шена. -Я пригласил их не для того, чтобы развязывать войну на территории храма. Я пообещал ему на время забыть о прошлом и объединиться за будущее Ионии, как и он мне. Он хотел было добавить, что у Зеда тоже есть ученик, но не стал. -А если это ловушка? А если он нарушит обещание? - уперевшись руками в его стол процедила девушка. -он сам за это поручился, не волнуйся. - Медленно кивнул мужчина. После того, как Зед якобы убил его отца, Око Сумрака отказался от эмоций, решив, что это будет мешать. А через полгода вторглись ноксианцы. Шен редко снимал маску, но и без неё его лицо оставалось спокойным и непроницаемым, из-за чего иногда было трудно понять, когда он шутит, а когда говорит серьёзно. От части, мир между Кинку и Тени был экспериментом их глав. И у Шена, и у Зеда были личные ученики, обоим за восемнадцать, но из своих они никого не выбрали. После того, как Око Сумрака на время порешил с Зедом, его ближайшими стала семья фамилии Джомен-Тети. Майюм тогда было двадцать. Через два года родилась Акали. Шену хотелось, чтобы Акали встала на его место после него, раз у него самого не было наследника. В семнадцать девушка заявила, что готова продолжать учиться, но не хочет принимать титул Кулака Тени. По уставу, это было невозможно, но отец Шена мёртв, а значит решение принимать ему самому. Устав был переписал, разрешат Акали не только остаться при дворе Ордена, но полноправно занять место Шена, так же не принимая титул матери. Когда Тано убили, Майюм как с цепи сорвалась. Забросила воспитание дочери, сосредоточившись на тренировках себя и младших учеников, стала очень нервной, вспыльчивой. В итоге Акали выросла в обществе Шена и йордла Кеннена, вот только... Когда Акали исполнилось семь, она приняла ещё одну попытку доказать матери, что она достойна её внимания и похвалы, но все пошло не так, как она планировала. Тогда Майюм впервые реально испугалась за неё. Ей удалось спасти дочь, но она не смогла спастись сама. После похорон, виноватой в смерти Кулака Тени посчитали её. Прослыв "убийцей", Акали бросила тренировки и замкнулась в себе. Ей не давало покоя мнение, что она была нежеланным ребёнком, так как ни разу не видела, чтобы отец проявлял какую-то нежность к её матери. Скорее, уделял внимание лишь для галочки, как ей тогда казалось. Сначала она постоянно плакала из-за всего, что произошло, но в период с пятнадцати до шестнадцати лет она сама изменилась и изменила своё отношение к прошлому. Мать она возненавидела за то, что ей была страна дороже, чем её собственный ребёнок. Смогла очистить себя от немилых прозвищ, вернулась к тренировкам, наверстав упущенное всего за два года.