Акт II. Путь Человека. Глава 35: Змея и Тень

      Солнце ещё не успело встать из-за горизонта, когда я уже подходил к северному выходу из штаба.       Ворон принёс первую официальную миссию, словно я был членом корпуса. На ней была печать, стандартное вступление и пожелание удачи. Господин хотел этим показать, что теперь я часть организации? Я не знал. Мне оставалось лишь следовать приказам, как и всегда.       Столп встретил меня лежащим на ветке высокого дерева, свесив одну ногу вниз. Кабурамару первый повернул голову на меня, тихо зашипел и ткнулся в щеку Игуро. Он лениво повернул голову на бок, встретившись со мной взглядом.       Через секунду он уже был на земле напротив меня, глядя в глаза. В первую встречу он был другим человеком. Теперь его движения потеряли всякую человеческую прямолиенейность. Он перемещался плавно, извилисто, с той завораживающей и опасной грацией, с какой змея стягивает кольца вокруг замершей жертвы.       — Ещё раз спасибо, — первый начинает он. — За тот раз.       — Не стоит.       — Стоит.       Несколько минут мы молча стояли, изучая друг друга взглядом. Первые лучи солнца пробивались из-за его спины, ветер раздувал его волосы в стороны. Потом он повернулся спиной, сделав несколько шагов.       — Не отставай. Нужно добраться до моего участка меньше чем за час, иначе не успеем всё пройти.       После этих слов он глубоко вдохнул и сорвался с места. Я молча последовал за ним, через несколько секунд поравнявшись с ним. Краем глаза я видел, как Столп повернул голову на меня. Свернувшаяся на шее змея проследила за его взглядом, и Игуро машинально погладил его по голове указательным пальцем.       Во время бега я подметил, что Столп ни разу не наступил на ветки. Не издал ни единого звука, оставаясь практически бесшумным. Кабурамару периодически шипел ему на ухо, и тот менял следующий шаг прямо на ходу.       — Как ты потерял руку? — неожиданно спросил Столп, нарушив молчание.       — В бою.       Игуро замолчал. По нему было видно, что он хотел продолжить, но не смог       Его дыхание ни разу не сбилось. Оно было все таким же размеренным и шумным на протяжении всего пути: воздух вырывался сквозь зубы со сдавленным, тонким свистом, точь-в-точь повторяя шипение змеи. Его грудная клетка двигалась плавно, извиваясь в такт ломаным шагам, и тут мой слух уловил странность. Его легкие работали порознь. Они расширялись асимметрично, словно левая и правая доли получали разное количество кислорода в зависимости от изгиба тела. Разум отказывался верить, что человек способен делать подобное осознанно.       Настолько странного дыхания я ещё не слышал. У Шинджуро оно было прямым, понятным. По нему можно было предсказывать его следующее движение. Обанай своими движениями слабо напоминал человека.       — Больно было?       — Да.       — Ясно.       Он снова замолчал. Бросал редкие взгляды на меня, словно пытаясь зацепиться за что-то ещё, чтобы задать новый вопрос. Я чувствовал его взгляд на моих ножнах, одежде, что не была похожа на чью-либо. Игуро задержал взгляд дольше обычного на пепельном на щеке, что сейчас был лишь напоминанием физического проявления наследия Дракона.       — Долго служишь Ояката-сама? — сквозь бьющий в лицо ветер слышу его голос.       — Да.       Он хмыкает. Обводит меня взглядом, словно изучал меня так же, как и я его. Кабурамару повторяет за ним.       — Почему раньше я тебя не видел?       — Таков приказ.       — Почему сейчас показался?       — Таков приказ.       — Ясно.       Столп переводит взгляд обратно на дорогу. Я замечаю, как его пальцы слегка сжимаются и разжимаются, словно он пытается успокоиться.       — Я… — он поворачивает голову на меня непривычно резко. — Не важно.       Кабурамару тут же отреагировал. Его кольца на шее Игуро предупреждающе натянулись, сдавливая горло чуть сильнее обычного. Столп едва заметно дернул подбородком, словно прося питомца ослабить хватку, но змея осталась непреклонна. Питомец недовольно зашипел, высунув раздвоенный язык у самого уха Обаная и демонстративно уполз под его полосатое хаори.       В тишине, нарушаемой лишь дуновением ветра мы прибыли к префектуре Сидзуока на берегу океана. Письмо полученое утром говорило о том, что нас должен встретить отряд из охотников и Какуши, что на время собрание Столпов патрулировали их местность. Они должны доложить о ситуации и вернутся на прежнее место.       Уже стоя перед роскошным поместьем огороженное высоким деревянным забором с гербом глицинии на дверях, Игуро шумно выдохнул. Кинул взгляд на солнце и повернулся на меня.       — Они опаздывают, — раздражённо прошипел Столп. — Бесполезное отребье. Даже прийти вовремя не могут.       Из дома послышался шум. Кто-то громко крикнул.       Мы одновременно повернули голову к двери. Переглянулись. Игуро медленным, почти скользящим движением оказался перед дверью и лёгким движением ладони толкнул её.       Дверь со скрипом открылась внутрь, пропуская нас во внутренний двор. По всей территории двора тлели благовония, в которых чувствовался отдалённый запах глицинии. Столп прищурился, окинул взглядом всё вокруг и положил руку на рукоять меча.       Внутри дома вновь послышался шум. На этот раз был звук бьющейся посуды.       Игуро поднялся по небольшой лестнице к двери. Я последовал за ним, встав по левую руку. Одним быстрым движением он открыл её нараспашку и шагнул внутрь.       Перед нами открылась просторная гостиная. Огромный дубовый стол занимал центр комнаты, окруженный массивными стульями с мягкой обивкой. За ним растерянно переглядывались рядовые истребители, а вдоль стен суетились люди из скрытого отряда какуши. Под одним из ножек стула зловеще поблескивали осколки. Навстречу нам тут же вышел мужчина — мой ровесник, в чьих темных волосах уже виднелись нити ранней седины.       — Еще охотники? — с натянутой, нервной улыбкой произнес он. — Рад вам, конечно… Но, пожалуйста, постарайтесь больше ничего не разбить.       С этими словами он тяжело вздохнул и опустился на колени, сжимая в руках изящный веник из сорго и коричневый, покрытый соком хурмы совок.       — Поставьте обратно, — шёпотом сказал Игуро. — Я разберусь.       Игуро сделал несколько шагов внутрь. Большинство охотников продолжали что-то бурно обсуждать, в то время как двое ближайших заметили нас. Стоило им увидеть Столпа, как они тут же вскочили со своих мест и низко поклонились.       — Я… — начал один из склонившихся. — Мы…       — Молчать, — уже громче сказал Игуро, обратив внимание остальных. — Что вы, бесполезное пушечное мясо тут устроили?       Спустя десять секунд и какуши, и охотники стояли в глубоком поклоне перед Столпом. В полной тишине. Не издавая ни единого звука. Один из них стоял на два шага впереди — лидер этого отряда.       — Мне повторить вопрос, Сатоши?       — Нет, господин Столп, — не поднимая головы, заговорил лидер. — Мы… завтракали. День был тяжёлый, и мы решили…       — Разве я просил оправдываться? — прервал его Игуро. — Я спросил, что вы тут устроили. Или ты меня не понял?       Сатоши шумно сглотнул. Распрямился и поднял голову. Стоило ему открыть рот, как Обанай поднял сжатый кулак.       — Кто сказал, что ты имеешь право поднять свою бесполезную голову?       Лидер тут же согнулся обратно. Хозяин дома, робко подойдя сзади, негромко прокашлялся, пытаясь обратить на себя внимание.       — Простите, но что происходит? — поинтересовался он. — Они чем-то провинились?       Обанай повернул голову на хозяина дома, потом вновь обвёл каждого из присутствующих взглядом.       — Эти идиоты должны были патрулировать побережье вплоть до нашего прибытия, а не бросить маршрут посреди ночи и засесть здесь, доставляя неудобства гражданским, — его голос стал практически загробным. — Пока я лично не снял их с поста, эта местность оставалась под их ответственностью.       — Но они ведь со вчерашнего дня здесь… — в полном недоумении проговорил хозяин.       Игуро медленно повернул голову к Сатоши.       — Значит, город на всю ночь оставался без наблюдения, — он на секунду прикрыл глаза. — Понятно.       На несколько секунд в зале повисла звенящая тишина. Я физически ощущал удушающий страх, который охотники испытывали перед Игуро. У некоторых заметно дрожали колени, а по бледным лицам стекал холодный пот.       — У вас пять минут, чтобы убрать за собой и выйти наружу.       — Господин Столп, мы решили, что…       — Решать не твоя задача. Время пошло.       Охотники лихорадочно зашевелились. Они спешно принялись собирать посуду; кто-то, вжав голову в плечи, боком прошёл мимо нас за совком и веником, торопливо принимаясь подметать осколки. Какуши, в свою очередь, принялись на лету подхватывать разбросанные вещи и суетливо упаковывать снаряжение, стараясь даже не дышать в сторону замершего у дверей Столпа. Кабурамару вылезший наружу лишь едва заметно повёл головой, словно провожая каждую фигуру своим немигающим, рубиновым взглядом.       — От лица всего корпуса прошу у вас прощения, — чуть склонил голову Игуро, перед хозяином дома. — Они вели себя неподобающе и будут строго наказаны.       — Н-не стоит, — с натянутой улыбкой сказал мужчина. — Они ведь защищают людей и дали слабину, со всеми…       Он не закончил. Встретившись взглядом с Игуро, мужчина побледнел и отвернулся, смотря за слаженной, пусть и паникующей работой его гостей.       — Это недопустимо в любом случае. Никакие оправдания им не помогут, — строго отрезал Игуро, развернувшись на выход. — Такого больше не повторится. Могу вам это обещать.       Я последовал за ним на улицу. Игуро ступал тяжело, угрожающе. Он медленно вышел за пределы поместья, оперившись плечом на забор и начав отбивать пальцем по дереву.       — Они пожалеют о своём поступке, — тихо сказал он, глядя в никуда. — Я лично ими займусь, когда вернусь в штаб.              Логика Столпа была мне понятна и знакома. Я руководствовался точно такой же, когда командовал отрядом шиноби. Когда один из моих людей оступился и выдал нас, по возвращении я лично казнил его за ошибку. На войне жалость убивает.       — Вина отряда всегда лежит на командире, — глухо произнес я, косясь на истребителей, которые начали робко выходить на улицу. — Если он не способен поддерживать дисциплину и сам её подрывает, то виноват в первую очередь.       Игуро поднял взгляд на меня. Несколько раз моргнул, потом кивнул.       — Да… ты прав.       Дверь особняка открылась шире. Мимо нас потянулись первые мечники, испуганно вжав головы в плечи; они даже не смели повернуть голову в сторону Столпа, а некоторые и вовсе зажмуривались, проходя мимо. Наконец последними вышли Какуши и Сатоши.       — Мы закончили, господин Столп, — поклонился он, встав перед остальными. — Разрешите начать доклад?       Игуро повернул к нему голову. Лидер отряда тут же выпрямился, словно натянутая струна, отчаянно глядя куда угодно, лишь бы не пересечься взглядом с Обанаем.       — Начинай, — прошипел Игуро.       Из путаного доклада охотника стало ясно, что в последнее время в городе участились случаи странных смертей. За те три дня, что Столп отсутствовал, океан забрал больше десятка жизней. Никого не убивали открыто — люди просто выходили ночью из своих домов и покорно шли в воду. Отряд Сатоши, по его заверениям, в первый же день прочесал весь город, но, ничего не найдя, бойцы решили переждать в особняке. Отдохнуть.       — И вы решили, что раз не нашли демона сразу, значит, всё в порядке? — обманчиво тихим голосом спросил Обанай.       — Мы не нашли никаких следов и…       — Закрой рот, — резко приказал Обанай под угрожающее шипение змеи. — Ты вообще понимаешь, зачем Столпы и истребители патрулируют территории? А, Хиното безмозглый?       — Чтобы… быстро реагировать на сообщения о демонах? — Сатоши растерянно пожал плечами.       — Чтобы демоны боялись высовывать носы из своих нор! — отрезал Столп, сделав несколько тяжелых шагов вперед. — Как думаешь, много ли тварей осмелится напасть на гражданских, зная, что в округе работает отряд истребителей или караулит Столп?       Главный покачал головой.       — И как ты думаешь, если они заметят, что привычный патруль исчез, что они сделают? — Игуро сделал еще два шага, остановившись вплотную к поникшему охотнику.       — Нападут на людей?..       — Браво, — Игуро с обманчивой мягкостью положил ладонь ему на плечо. — Молодец. Правильно мыслишь.       В следующую секунду пальцы Столпа мертвой хваткой сжались на ключице Сатоши. Парень хрипло вскрикнул от дикой боли и рухнул на колени.       — Так ты осознаёшь теперь, что натворил?! — Игуро наклонился к самому его лицу. — Отвечай мне, пародия на охотника!       — Да… Да!       Игуро брезгливо разжал пальцы, толкнув его в грудь так, что Сатоши повалился на землю. Затем Столп обвёл ледяным взором всех присутствующих, застывших от ужаса.       — Если бы сегодня кто-то погиб, виноват был бы не демон. Виноваты были бы вы, — Игуро сделал несколько шагов назад, повернувшись спиной. — Возвращайтесь в штаб. Обязательно зайдите в Поместье Бабочки — пусть проверят вас на наличие скрытых травм головы.       — Зачем? — робко поднял руку один из какуши.       — Потому что иначе я никак не могу объяснить, чем вы, идиоты, думали. Свободны.       Прошло всего мгновение, как эта группа скрылась из поле зрения. Ни разу не видел, чтобы какуши двигались настолько быстро. Игуро ещё несколько минут просто стоял, глядя на раскинувшийся под ним город. Его руки сжимались в кулаки и разжимались, а сам он что-то бормотал себе под нос.       — Это тоже входит в обязанность Столпов? — спросил я, прерывая молчание.       — Что именно? Вставлять мозги на место идиотам? Да, — Игуро развернулся ко мне. — Как бы ты поступил, если твои подчинённые вытворили что-то подобное?       Ответ был. И он был простым. Только не знал, стоило ли его озвучивать. Но если господин хотел, чтобы мы стали с ним товарищем, то врать не нужно было.       — Убил, — на выдохе ответил я, посмотрев на океан вдали.       Столп молчит. Вокруг всё на секунду затихает. Кабурамару медленно поднимает голову на меня.       — Жестоко, даже для меня, — хмыкнул он, подходя ближе. — Бывали такие случаи?       — Да.       Игуро хмыкнул, проследив за моим взглядом. Он стоял рядом молча. Несколько раз поворачивался, вдыхал воздух, будто что-то хотел сказать, но молчал. Кабурамару каждый из этих раз сопровождал недовольным шипением.       — Пошли. Нужно побыстрее найти демона, и начать наконец патрулирование, — тяжело вздохнув сказал он, сделав несколько шагов вперёд. — Они даже демона найти не смогли, как вообще смеют звать себя истребителями.       С этими словами Столп сорвался с места по направлению к берегу. Если все жертвы шли погибать в воду, начать искать след там логично. Я бы поступил так же.       Уже у самого берега Игуро замедлился, перейдя на шаг. Людей вокруг не было, хотя возле таких мест всегда их хватает. Ветер доносил тяжелый, соленый холод, а волны лениво бились в серую гальку. Яркое солнце слепило глаза, отражаясь от водной глади. Демонов под такими лучами быть не могло, но интуиция говорила, что опасность где-то рядом.       — Никого, — Игуро окинул пустынный пляж тяжелым взглядом. — И это в черте города. Гражданские боятся сюда ходить после исчезновений, даже если не верят в демонов.       Я опустился на одно колено, аккуратно коснувшись пальцами влажного песка у самой кромки прибоя.       — Здесь, — я указал на едва заметные, размытые водой цепочки следов. — Они свежие. Оставлены сегодня ночью. Шаги ровные и глубокие. Люди шли в воду осознанно, словно…       — Словно в трансе, — перебил Игуро, сделав шаг к самой кромке воды.       Столп осматривался округу, его разноцветные глаза сузились в змеином прищуре, будто он выслеживал добычу. Кабурамару на шее вдруг оживился. Змея медленно вытянула голову в сторону скал, за которыми заходит солнце, и зашипела своим раздвоенными языком.       — Похоже, тварь скрывается там, — проследив за взглядом питомца сказал Игуро. — Скорее всего засел в пещере. Может дожидаться заката в укромном месте, куда идиоты вроде Сатоши ни за что не догадаются зайти.       Оставив его замечание без ответа, мы молча двинулись вперёд. Наши пальцы одновременно сжались на рукоятях своих мечей, готовые в любую секунду обнажить клинок.       Чем ближе мы подходили, тем более напряжённым становилась змея на шее Столпа. И стоило только подойти к скале, как в нос ударила удушающая волна. Тошнотворный запах с приторная сладость гниющего человеческого мяса, намертво въевшаяся в едкую морскую соль.       — Да… — слегка поморщившись произнёс Игуро. — Он явно тут. Поищем вход.       Я кивнул, обернулся чтобы убедится в отсутствии людей вокруг и выбросил протезом крюк, что зацепился на один из камней наверху. Обанай проследил за мной удивлённым взглядом, после чего в несколько точных прыжков оказался на уровень выше.       Он молча кивнул мне повернувшись всем корпусом, и осторожно пошёл по гладким камням, внимательно вглядываясь в любую узкую точку, что могло бы послужить входом для демона. Я следовал паралельно ему, осматривая ниже.       За несколько минут поиска я ни разу не увидел, чтобы он просто повернул голову вправо. Каждый раз, когда нужно было посмотреть в ту сторону, он разворачивался всем корпусом.       — Нашёл, — шепнул он, подав знак рукой.       В одну секунду оказавшись за его спиной, я увидел узкую расщелину с тёмными пятнами вокруг. Кровь. Сюда с трудом пролезет взрослый человек. Для небольшого шиноби вроде меня, это не будет проблемой.       — Я пойду первым, — спокойно сказал Обанай, хрустнув пальцами. — Бои в узком пространстве особенность.       Мне оставалось только кивнуть. С любым другим я бы засомневался, но то как он передвигался не оставлял сомнений в способности забраться туда.       Игуро погладил Кабурамару указательным пальцем, после чего змея послушно заползла под ворот его одежды, полностью скрывшись в складках ткани. Столп остался один на один с чернотой расщелины.       То, как он начал протискиваться внутрь, вызвало профессиональное уважение. Тренированные мечники двигались бы неуклюже: цеплялся бы плечами за острые края, шумно хрипели и упирались бы локтями. Но Игуро словно перестал быть человеком. Его ребра и плечевые суставы неестественно сместились, подстраиваясь под изгибы холодного камня. Он даже не лез, а просто втекал в эту каменную щель.        Движения его тела были волнообразными, текучими и абсолютно бесшумными. Ни одного шороха ткани о камни, ни единого лишнего вздоха. Рёбра будто сместились, позволяя телу пройти там, где обычный человек непременно застрял бы. Я не понимал, как он это делает. Спустя пару секунд его полосатое хаори окончательно поглотила тьма, и из глубины расщелины воцарилась глухая тишина.       Через несколько секунд из глубины донеслись два коротких удара по камню. Не обговоренный сигнал. Просто достаточно очевидный, чтобы понять — путь свободен.       Моё тело было не столь текучим как у него. Пусть и было отточенное годами тренировок шиноби в тесных подпольях и узких лазах замков Асина. Я сгруппировался, вжал голову в плечи и боком втиснулся в скалу. Протез левой руки глухо звякнул о камень, и мне пришлось перенести вес тела, чтобы не выдать наше присутствие лишним шумом. Камень давил на грудь и спину, дышать в таком положении приходилось короткими вдохами. Острые выступы цеплялись за одежду, но я продвигался вперед за счёт ног. Сантиметр за сантиметром я полз вперёд, пока левая ладонь внезапно не провалилась в пустоту.       Тягучий, зловонный запах гнили здесь становился концентрированным, забивая легкие. Снизу блеснули разноцветные зрачки Игуро, и я бесшумно спрыгнул вниз приземлившись на влажную, склизкую землю, тут же уйдя в низкий присед, вытащив Кусабимару.       — О… гости? — эхо гулко разнеслось под сводами каменного потолка пещеры. — Как любезно с вашей стороны прийти самим.       Из черноты в глубине на нас уставились несколько пар светящихся голодных глаз. После раздался уродливый, булькающий смех.       Из-под маски Игуро вырвался воздух с привычным тонким свистом, но сейчас этот звук вибрировал чистой, ядовитой злобой. Столп с тихим, хищным шорохом вытащил свой змеевидный клинок, лезвие которого я едва мог различить в кромешной тьме.       — Заткнись и сдохни, ублюдок, — прошипел Обанай.       В темноте раздался шорох. Глаза едва успевшие привыкнуть увидели выдвинувшуюся бледную плоть. Много глаз. Тварь оскалилась, но не двинулась вперед. Вместо этого её когти с мерзким звуком полоснули по собственным запястьям. Горячая кровь хлынула на склизкие камни.       Стоило ей коснутся земли, она мгновенно вскипела. Превратилась в тяжелый, фиолетовый туман. Пещеру заполнил удушливый запах гнили, сахара, и чего-то неразличимого. Я сделал вдох.       В глазах на секунду потемнело.       Камни пещеры исчезли.       На секунду меня ослепило солнце. Передо мной стоял я. Молодой. С клинком, опущенным в лужу чужой крови. Взгляд пустой, мертвый. Кукла, бездумно выполняющая приказы Филина. Мясник без собственной воли.       — Молодец, Волк, — тяжёлая рука приёмного отца опустилась на моё плечо. — Продолжай в том же духе.       На какое-то мгновение мне инстинктивно захотело опуститься на одно колено перед ним. Всего на одно.       Раздражает, что после всех этих лет я не смог избавиться от этого.       Рука в ту же секунду слаживает печать концентрации, все мысли забиты только тем, чтобы открыть глаза в настоящем.       Туман перед глазами рассеялся.       Я снова стоял в пещере.       Передо мной тяжело хрипел Игуро. Его стойка сломалась. Клинок дрожал в опущенной руке. Из-под маски вырывался рваный, испуганный воздух. В полной темноте я слышал его судорожные всхлипы. Он бормотал что-то бессвязное, отступая назад. Нападающего демона он не замечал.       Тварь уродливо гоготнула. Несколько шагов по склизкой грязи — демон рванулся вперед, выставив длинные когти. Цель — беззащитная грудь Столпа.       Стоило мне только встать в стойку, чтобы защитить его, как передо мной раздалось яростное шипение. Через мгновение послышался хлёсткий, влажный хлопок. Прищурившись, я вижу, как Кабурамару вцепился в заднюю честь шею Игуро своими клыками.       Во тьме вновь послышался свист его дыхания, и Столп сам уклонился налево от удара. Мой протез щелкнул, тусклым светом от клапана Окинаги осветив округу.       Демон тут же рванул за ним, сотрясая пещеру своими тяжёлыми шагами. Даже уходя от ударов, Игуро не позволял твари оказаться справа. Враг взревел, бросился вперёд, Игуро в ту же секунду сделал шаг в сторону, взмахом клинка отсекая кисть, которую демон недавно вспорол.       Я рванул демону за спину, клинок со звоном заблокировал удар твари. Металл высек искры. Отдача пошатнула демона, открывая его под атаку.       Игуро не нуждался в командах. Шаг назад для большего замаха, изгиб тела под неестественным углом. Воздух из легких вырвался со свистом разъяренной гадюки. Волнистый клинок скользнул в темноте, огибая мою спину. Идеальная, невозможная для простого человека траектория.       Один чистый скрежет. Голова демона отделилась от бледной шеи и глухо покатилась по влажной гальке. Тело рухнуло, за несколько секунд превращаясь в пепел.       В пещере снова стало тихо. Огонь из протеза отбрасывал тень на Игуро, что вытер кровь на задней части шеи. Слышался только шум прибоя снаружи. Столп стоял, опустив меч, безразлично глядя на оставшуюся пыль после демона. Его грудь высоко поднималась и опускалась. Рука, сжимавшая рукоять, все еще мелко дрожала. Кабурамару медленно обвился вокруг его шеи и коротко коснулся мордой правой щеки. Игуро едва заметно повернул голову вслед за этим движением.       Прошло около минуты, прежде чем Столп убрал оружие в ножны. Щелчок гарды прозвучал отчетливо. Мой клинок вошёл в ножны следом. Только сейчас я заметил, что, поворачиваясь ко мне, он каждый раз доворачивал голову немного сильнее, чем требовалось. Левый глаз сразу остановился на мне. Правый — через секунду.       — Подлые твари, — тихо произнес Игуро смотря на меня. — Жаль, что именно тебе довелось увидеть… это.       Я промолчал. Поднял голову наверх, всматриваясь в место откуда мы спустились.       — Выдвигаемся, — Обанай в один прыжок достал до потолка, зацепившись руками за дыру. — Патруль мы даже не начали.       ---       Патруль закончился, когда небо на востоке начало бледнеть. За всю ночь мы больше не встретили ни одного демона. Города вокруг спали мирно.       Мы стояли на вершине холма, у самого края старой бамбуковой рощи. Раннее утреннее солнце медленно поднималось из-за горизонта. Мы смотрели с вершины небольшого холма, на раскинувшийся внизу туманный город, что обошли последним. Первые лучи солнца били в спины.       Тень от фигуры Игуро ложилась далеко вперед, скрывая его лицо от меня. Кабурамару спокойно дремал, обвившись вокруг его шеи.       — Унизительное зрелище, — глухо произнес Игуро в пустоту, нарушая многочасовое молчание. — Столп не должен был показывать подобную слабость. Особенно перед тобой. Мне… противно от самого себя.       Я продолжал смотреть вперед. Солнце приятно грело затылок, но в мыслях все еще стоял образ моего собственного мертвеца из пещеры.       — Знаешь, что я увидел? — продолжил Игуро, не поворачиваясь. — Я видел ту самую клетку. Лица своей… семьи.       Последние слова он практически выплюнул. Пальцы сжались в кулаки, после чего он развернулся лицом ко мне. Игуро едва заметно вздрогнул встретившись со мной взглядом. Его плечи под хаори натянулись.       — Моя грязная кровь будет преследовать меня до конца жизни. Но я хотя бы жив.        Он замолчал на несколько секунд. Ветер зашуршал листьями бамбука. Его разноцветные глаза блеснули в утреннем свете.       — Я в неоплатном долгу перед тобой уже много лет, и ты это знаешь, — на выдохе сказал Игуро, сделав шаг навстречу.       — Я просто выполнял приказ.       — Мне плевать, — отмахнулся он. — Ты спас мою жизнь. Что я могу сделать для тебя в ответ?       Это имел в виду господин, когда сказал, что я никогда не справился бы в одиночку? Он желал, чтобы я нашёл тех, кто поможет мне?       …       — Я ищу меч, — спокойно ответил я. — Чёрного цвета. Древний артефакт, что был утерян много лет назад. Он существует, и он мне нужен.       Игуро на мгновение нахмурился. О черных клинках ничирин в корпусе истребителей ходили дурные слухи. Их владельцы никогда не добивались высот, а их судьбы обрывались слишком быстро.       — Чёрный клинок… — повторил он, пробуя слово на вкус. — Хорошо. Я поспрашиваю среди Столпов и у кузнецов в скрытой деревне. Поищу слухи, зацепки, хоть что-то. Если что-нибудь найду сразу сообщу тебе.       Я кивнул. Он кивнул в ответ. Потом снова повернулся спиной ко мне.       Наш патруль был окончен.