ебучий толлер

Я отоспался в том же подъезде этажом выше. Домой не хотелось, но от меня несло так, словно я ночевал на помойке. Меня всего трясло до сих пор. Я не знал, что там с Катей — жива ли она или мертва. И это неведение пугало меня больше всего. Я трясущимися руками открыл дверь нашей квартиры, заваливаясь в нее. Моя рука в локте безумно болела, я не понимал что со мной происходит. — Я дома, Полин… Полина была искренне удивлена, когда увидела, что я все-таки добрался до дома. — Рома, что случилось? Почему ты в таком состоянии? Где ты был вообще? — я понимал, что ей было интересно, но меня это только бесило. — Ты снова начал пропадать из дома… Я правда разочарована. Ты, как всегда, все испортил! — Че я опять сделал то… — я сел напротив Полины. Я был невменяемым, язык заплетался, и я словно не мог контролировать свою речь, — Я вмазанный два дня спал у Катюхи. Мы трахались, а потом пришел ее отец… Сказал, что мне пизда. Морозова изумленно посмотрела на меня. Возможно, ее и обидели мои слова. — Рома… — она неодобрительно помотала головой, — А я, дура, поверила что ты на работе… Чего он сказал тебе? — Катю в наркологичку, а меня застрелит, — я сверлил ее взглядом, ожидая реакции, — Она чуть от передоза не отъехала, благо он пришел. Полина явно была потрясена моим рассказом. Она обеспокоенно смотрела на меня, но я лишь отмахивался. — Господи… Давай я как-нибудь помогу отмазать тебя, и… — Блять, вот только ты не лезь. Домой только вернулся и ты уже возникаешь. Поля подошла ко мне. Она обняла меня за шею, громко всхлипнув. Ее руки прижимали мою голову к ней. Я чувствую запах сигарет, хотя она и обещала бросить. Впрочем, сейчас было не до этого. Я знал, что она искренне переживала за меня, но в то же время и не пытается мне помочь. Я уже слишком много пережил, и я считаю, что заслужили хорошего к себе обращения. — Рома, ты уже так много пережил в жизни, и я не хочу, чтобы ты продолжал страдать. Давай я буду вместе с тобой, и тогда все будет хорошо. Я грубо взял ее за плечи и оттянул от себя. Она удивленно посмотрела на меня, а я даже сам себе не могу объяснить такое поведение. Я встал перед ней, все еще держа за плечи. Один только ее вид вызывал во мне безумную агрессию. — Мне мерзко от тебя, животное. — Прошипел Я сквозь зубы. Я понимал, что теперь у Полины уже просто не остаётся ни малейшего желания что-то поменять в наших отношениях. Она была слишком сильно разочарована, и не хотела больше иметь со мной дело. Хотя бы в глубине души я и понимаю, что если кто-то и был в этом виноват, то это точно не Полина. — Ром, это ты сейчас серьезно? — она убрала мои руки с ее плеч, — Ты очень меня оскорбил. Моя вина только в том, что я была слишком добра к тебе. Я не могу больше вынести этого. Мне мерзко от твоих ложных обещаний и тебя. — Ага, и каких же? — Ты обещал, что бросишь! — она разревелась и встала передо мной. — Ты бросаешь уже второй месяц и каждый раз срываешься. Почему ты не можешь бросить ради меня? — Полин, а ради чего я должен это всё бросать? — я устало вернулся на стул. — Ты говорил, что любишь меня… Как минимум из-за этого. — И я говорю… Я люблю тебя, Полин… Но ради тебя я это всё бросить не могу. Она продолжительное время молчала. Я смотрел в стену, ожидая, когда же у нее включаться мозги. Понятно, что это просто очередная ссора. Сейчас мы помиримся и… — С меня достаточно всего. Я простила даже твою измену. Я простила тебя, когда ты трахался с Катей. Ради тебя я бросила курить. Ради тебя я все еще здесь. — Что? — Я словно протрезвел от этих слов, — Нет, ты не можешь меня бросить! Это все было в прошлом и… — Какое нахер прошлое?! Ты сам сказал, что ты был вчера у нее и вы трахались! Я не знал, какие слова подобрать здесь. — Да, но… — Что, но?! Ты так сильно боялся что изменю я, в итоге сделал это сам. — Полин… Полин, я… Не знаю, что сказать. Я… Прости…- это все, что я смог сгенерировать. Я не понимал что происходит. — Зачем ты врал мне все эти годы? Почему ты врал о том, что завязал с мефом, врал о том, что вы с Катей расстались окончательно? — Я… я не хочу… Я не хочу все это даже обсуждать. Меф — да, я не оставил его… Оказался слабым… А насчет Кати… — Ты просто по-дружески трахал ее вчера, да? Я чувствовал себя опустошенным или раздавленным. Я думал сейчас о причинах, по которым у нас не сложилось, и о том, что бы я мог сделать по-другому. Я злюсь на себя и на нее сейчас. Я был разбит. — Полин, я… да… — Мне мерзко от тебя… Я думаю, что это будет как раз то, что нам нужно. Я не хочу больше иметь с тобой дело в дальнейшем, и я не хочу с тобой больше разговаривать. Я не хочу тратить свое время на тебя. Ты совсем не жалел меня. Я не хочу, чтобы мы общались, я хочу только расстаться с тобой. — Полина уже даже не помнила, почему была в него влюблена. — Я не смогу без тебя. Я же сдохну! Я начал говорить, но внезапно у меня перехватило горло. Реальные слезы покатились по моему лицу, и я с трудом мог продолжить. Я задыхался и изо всех сил старался подавить рыдания, но слезы продолжали литься. — Рома, я не в силах больше это все терпеть, это неприемлемо. То, что я любила тебя не имеет значения, это уже в прошлом. Если ты думаешь, что я тебя люблю сейчас, то ты ошибаешься. Ты перегнул уже все рамки дозволенного. Отстань от меня! Это все. — Полин, я же хочу, чтоб ты была со мной… — я крепко обнял ее, не давая вырваться. Я чувствовал ее брыкание, — По-моему, любить кого-то, значит принимать все его недостатки… — Рома, я не хочу больше с тобой говорить. Я не знаю, как так все вышло. Но я не могу больше с тобой общаться. Мне уже ничего не надо от тебя. Пожалуйста, просто уйди, и не возвращайся. Пойми, мы уже никогда не будем вместе. Она не хотела разочаровать его, но теперь у нее не было выбора. Она больше не могла продолжать это, и ей оставалось только дать ему уйти. — Полин, давай я тебе верну все деньги, что брал… Просто, не оставляй меня. Я ничего не могу без тебя. — Рома, пожалуйста, все уже не будет, как раньше! — Полина с огромной силой оттолкнула меня в столешницу. Я пошатнулся, чуть не упав на пол. — Я не хочу, чтобы это продолжалось, и это сейчас главное для меня. — Это из-за моей измены.? — осмелился спросить я. — РOMA, это не из-за твоей измены с Катей, или ещё чем. Это из-за всего того, что ты мне сделал в общем. Мне просто надоело это. Я не могу жить в этом и больше не хочу. Я не могу быть с тобой. Я не могу. Я не буду больше ничего говорить. — Она демонстративно отвернулась от меня, подойдя к окошку. Она закурила, больше ничего мне не говоря. Хотелось скинуть ее с этого окна, да высота мелкая. — Ты даже причину мне сказать нормально не можешь, дура тупорылая! — я подошел к ней со спины, ударив кулаком о стену. — Рома, не надо на меня кричать, и тем более, не надо меня оскорблять! Я с обидой посмотрел на нее. Схватил полную пачку сигарет и выкинул ее в окно. Эту идиотку почти перевесило, когда она пыталась найти их внизу. — Совсем уже ахирел?! — Пиздуй к своему Тоше, который сейчас под капельницей лежит… — Я специально сказал это сейчас. На зло. Пусть понервничает, — ах, ты наверное еще не знаешь… Она ошеломленно подняла на меня глаза. Она явно не знала, о чем идет речь, но она была очень сильно озадачена. — Рома, что случилось с Тошей? Почему он в больнице? — Полина была напугана, и не понимала, что происходит. — Слишком много ты пиздишь. Рассказала о том, что Катя со мной трахалась, ну он и не выдержал. Сбросился с моста вчера. — Это не может быть правдой! — она схватилась за волосы, неверующе мотая головой, — Он не мог сделать это из-за меня! — Нет, во всем виновата только ты. — грубо ответил я, оттолкнув ее и уйдя в прихожую, — он жив, но находиться в тяжелом состоянии. Полина была в шоке, от моих слов. — Рома, тогда нахер так говорить? Как я могу быть виновата, если Тоша жив? Я не могу в это поверить. — Она явно не понимала, почему я ее так осуждаю. — А нахуй ты рассказала ему, что я с Катей сплю? Она вообще-то его невеста была, если ты не забыла. — Я тебе ещё тогда объясняла, что ты не должен был спать с ней, это не нормально. Тебе нельзя было так поступать. Что ты еще от меня то хочешь? Если ты не можешь себя вести как нормальный человек, это уже не мои проблемы. — Пиздуй к матери своей, прямо на тот свет, блядь! — я пулей вылетел из квартиры, побежав по этажам.

***

Долго я еще бродил. Подобрал ту пачку и пошел куда глядят глаза. А привели они меня, собственно, на заброшенную свалку. Мы часто торчали здесь с ребятами. Здесь тихо да и не бывает почти никого. Хочешь музыку на всю слушай, хочешь машины угоняй. Я замер, увидев вокруг груды хлама старый пошарпанный ВАЗ… — Воу, пришел наконец-то, на! — услышал я за спиной. Я не мог найти в себе силы повернуться. Мои сжатые кулаки задрожали от эмоций. ебучий холод прожигал меня изнутри. Больно. Больно слышать этот голос снова. — Сука… — взревел я, наконец-то повернувшись. Не сразу до меня дошло, что там стоял покинувший меня друг. Все бросают меня. Всегда. В независимости от того, что я делаю. Я всегда буду хуевым для них, — Ты сдох, какого хера я вижу тебя?! — Рома, что за дичь ты несёшь? — Игорь непонимающе посмотрел на меня, присев на капот, — Я здесь, у тебя перед глазами, ты что, идиот? — Ты умирал у меня на глазах, Я не смог откачать тебя, когда ты передознулся, дебил! — Че ты несёшь, на? Я никогда не употреблял и я жив! Я подошел к нему и дал сильного леща призраку. Меня пугает его такое внезапное появление. Я боялся своих галлюцинаций. — Саня тебя еще в десятом на иглу посадил, как ты мог забыть! Твоя мама умерла после твоей смерти от инфаркта. Мы хоронили ее всем селом. Мне было больно говорить ему это. Я даже не знаю, будет ли он помнить это с другим своим приходом. Я резко грохнулся на землю от внезапного толчка. Игорь стоял надо мной. Весь в слезах и гримасой ужаса на лице. Меня всего трясло. То что я вмазанный был еще сильнее эффекта давало. — Нет, это не так! У меня всё ещё есть мама, я с ней живу… — по еще щекам побежали слезы. Я знал, что это все лишь моя фантазия, но мне стало до боли его жалко. Я наконец поднялся. Подсел к нему рядом, осторожно прижимаясь. Я боялся, что он тут же раствориться, если я коснусь его. Он опустошённо смотрел в пол. — Понимаю, все было иначе, когда мы были глупыми детьми, — я осмелился дотронуться до его плеча и… Я не чувствовал ничего. Моя рука словно просто висела в воздухе. Я сглотнул комок слез, — Но каждый раз, когда мы вместе, я снова чувствую себя тем мелким хулиганом из 6 В… Это очень много значит для меня. Просто заниматься херней и тусить вместе. Игорь молчал. А меня словно накрыло. Вся эта драма с Полей, передоз Кати, суицид Тохи… Смерть Бяши, в конце концов. Только с ним я мог говорить об этом. Только ему я доверял в этом ужасном мире. Я расплакался как девчонка. Мне даже было стыдно, но ему сейчас было явно не до этого. — С каждым днем… Мне все хуже, — Я утер слезы, сжав его прозрачное плечо, — Я так благодарён, что ты сейчас здесь. — У тебя остались наши общие фотки…? Я ошарашенно посмотрел на него. Я торопливо кивнул, после чего достал телефон. Он с легкой улыбкой осматривал мою галерею. — Боже, какие мы тут маленькие, — хохотнул он, найдя наши фотки с альбома, — Будто ненастоящие. — Я хорошо помню тот день. — Мой пахан тогда пиздец разозлился, хаха! Я помню, он хотел поставить нас в угол, на. — А ты просто ржал, — Я улыбнулся, долбанув его по спине, — Мой батя нам бы точно голову открутил! Игорь листал фотки. На его лице светилась яркая улыбка. — Смотри какие мы классные здесь, — это была фотография с нашего утренника в школе. Мы с ним были наряжены в костюмы пиратов. Эти фотографии я достал после его смерти. Общался долго еще с его матерью. Мы часто смотрели альбомы, ну я и сфоткал на память. — Жаль, что мы так и не покорили наше село, пока была возможность… — У тебя еще есть время, — Он серьезно посмотрел на меня, а затем вновь отвлекся. — О, я обожаю эту фотку, на! Мы здесь блины готовили. — Да, я до сих пор помню их запах… — я тоскливо посмотрел в сторону, стараюсь не портить настроение галлюцинации. — Странно осознавать, что это фото моя мать сделала всего лишь 7 лет назад, — Игорь утер слезинки в уголках глаз, — Это слово было вчера. Если бы… — Слушай, Бяш… — я замолчал. Он непонимающе посмотрел на меня, пока я пытался сформулировать мысль, — С каждым днем мой организм слабеет, и… Я не думаю, что мне долго осталось. Я понимаю, что просто откладываю неминуемое, пока все близкие мне люди страдают. Я не хочу, чтобы все закончилось именно так… — Ты что говоришь, бля! — удивился Игорь, выпучив на меня глаза. — Имею в виду, что мне было очень приятно вновь провести с тобой время. Я вспомнил, как мы бегали по поселку, когда были малыми… Делали все, что хотели. И сегодня ты вернулся ко мне. Я хочу, чтобы ты был… Моим последним воспоминанием. — Ромыч… Я не могу. — Он смотрел куда-то вдаль, — Мне больно смотреть как ты мучаешься, но у меня нет права сделать такое, блять! — Я даю тебе права. Я совершеннолетний. — Я не могу убить тебя! — Игорь соскочил с машины, жалостно смотря на меня. — Я умираю от болезни. А это… Просто ускорит процесс. Я бы хотел умереть счастливым. Я хочу, чтобы ты помог мне. — Я помогу тебе, — он схватил меня за плечо, — Но другим способом! Сейчас то я рядом! — Почему? — Я со злости ударил кулаком об капот, — Тебе просто наплевать на меня, как и всем остальным. Может тебе уйти? Тебе явно хочется этого еще с самого начала. Так уйди и не возвращайся. И он ушел. Я остался совсем один на этой конченной свалке. Никто из близких мне людей больше не помогут мне. — За что… — я упал на колени и стал плакать рвущимися всхлипами. Я больше был не в силах бороться. Я был так переполнен эмоциями, что просто не мог успокоиться. — Его то за что… Как он мог умереть?! Что это за мир… Я продолжал биться руками землю и рыдать, на этот раз еще сильнее. Я уже почти не мог дышать, а мое дыхание было прерывистым. Я слишком устал.