Глава 2 Начало испытания

Паника, холодная и стремительная, заставила её сердце бешено забиться. Она раскрыла глаза, отчаянно пытаясь проникнуть взглядом в полумрак заброшенного зала. И тут она увидела их. Тени ожили. Вокруг неё, в полумраке полукруге, стояли они — полупрозрачные, мерцающие фигурки детей. Их лица были искажены восторженной, безумной радостью. Они прыгали, хохотали, указывали на неё пальцами. Их смех был не слышен ушами, но он чувствовался прямо в её сознании, пронзительный и ядовитый, словно звон разбитого стекла. А поодаль, чуть в стороне, стояла она. Марионетка. Её фарфоровая форма сияла неестественным светом, а на её лице застыла самая что ни на есть живая, довольная улыбка, которую она прикрывала изящной, длиннопалой рукой. В её пустых глазницах плясали белые огоньки злорадства, словно герлянды на ёлке. — Что… что здесь происходит? — голос Ульяны был хриплым шёпотом, едва выбивающимся из пересохшего горла. Слабость, она чувствовала слабость по всему телу и жуткий холод пронзающий её под кожей. — Я немного повеселилась с тобой — в фарфоровой руке мелькнул стерильный медицинский шприц, с иглы которого что-то капало на пол — так лишь немного поцарапала внутренности — фарфоровые губы изогнулась в маниакальной улыбке. — Ах ты тварь! — прохрипела она, и в её голосе впервые зазвучал не просто гнев, а чистейшая, неразбавленная ненависть. Инстинкт приказал ей броситься вперед, вцепиться когтями в этот сияющий фарфор, разломать его. Она попыталась подняться, рыча от ярости, но та самая боль, всё ещё ноющая где-то между ног ответила свежей, обжигающей волной боли. Она сдавленно вскрикнула и снова рухнула на колени, бессильно схватившись за низ живота. И тогда Ульяна увидела алые узоры на полу, и характерный источник кровотечения. Кровь прилипала на мягкую голую кожу, делая касания отвратительными. В ноздри ударял знакомый по прошлым воспоминаниям металлический, с привкусом ржавчины, в перемешку с поваренной солью запах, запах крови. Подобный "Микс" теперь казался более отвратительным, тошнотворным, желавший вывернуть наизнанку все внутренности. Мария мягко рассмеялась, и этот звук был слаще мёда и острее бритвы. — Что смешного? Я кровью истекаю — процедила зеленоволосая. — Смешно от того, что ты испытываешь тоже самое, что испытавили дети перед смертью — Марионетта плавно подлетела к Ульяне, схватая ту за плечи тонкими пальцами, затем резко подняв в воздух на пару метров. — Или ты думала что можешь без наказанно убивать их второй раз подряд? — улыбка сию секунду сменилась злым оскалом, готовым вцепится в тело, разрывая на мелкие кусочки. — Я лишь защищалась — оправдывалась подвещанная стараясь вырваться из цепкого хвата. — Это второй раз, когда ты разрушала то что я так усердно создавала — через секунду Ульяна оказалась в кратковременном полёте, ударяясь спиной об стену. Треск поломанных костей раздался в ушах, а после сознание на пару секунд погасло, словно выключили свет. Она беспомощно смотрела в запыленный пол, слушая, как её собственное, тяжелое дыхание отдаётся эхом в пустом зале. Мария её одурачила. Насмехалась. А теперь она лежит здесь, истекая кровью и тяжело дыша от перелома костей. Скорчившись от боли, она легла на бок. Спина трещала издавая отвратительный звук. Суставы на ногах также отдались болью при попытке выгнуть их. Взгляд, затуманенный слезами бессилия, зацепился за стол на котором беспорядочно расположена стопка пыльной одежды С дрожью в пальцах, борясь с протестом собственного тела, она поднялась на дрожащие ноги, переступая с ноги на ногу пытаясь балансировать, чтобы не свалиться. Пройдя всего ничего пару метров у Ульяны появилась отдышка, она устала, хотелось присесть и согнуться так, чтобы боль отступила на небольшой отрезок времени. Новый всплеск боли, заставивший её вздрогнуть и стиснуть зубы. Потерпи. Ради возможности убраться отсюда. До чувствительных ушей дошёл грохот в дальней части здания, кто-то беспорядочно метался и переворачивал предметы. — Сейчас не до него, нужно одеться. Теперь нужно было одеться. Подойдя к столику зелёные руки ухватились за то, что когда-то было формой сотрудника. Ноги подкосились и тело упало на пол потянув за собой стопку брошенной одежды. — Ауч — выронила та, пытаясь хотя бы сесть. Тазовые кости болели, сидеть было практически невозможно. Руками Афтон ухватилась за центр стола, пытаясь подняться, точнее подтянуться и уже дальше ногами скорректировать подъём. — "Треск"! — дерево не выдержав давление отломалось, девушка же вновь упала на пол, получая ещё один болезненный удар по спине. — Ещё попытка — ухватившись на это раз за углы стола, работая корпусом тела, пытаясь вновь подняться. Минуту другую, и вот, зеленоволосая создание стоит на своих ногах оперевшись об стол. Тёмные, порванные штаны и грязная футболка с едва уловимым логотипом пиццерии. Синяя жилетка с аналоговым логотипом, отсутствие застёгивательной ленты и разодранные карманы. — По всей видимости хозяйн не заботился о своей форме — одежда пахла пылью и затхлостью. Поднимая пальцами ног каждый элемент одежды Афтон держала равновесие превозмогая невыносимую боль. Она натянула штаны через силу. Суставы ныли, отказывались согнуться под горизонтальным углом. Усевшись на край стола Ульяна подтянула своё тело к середине стола, чтобы суставы ног спокойно свисали. Но это ошибка, не имея твёрдой опоры ноги заныли, словно кости перемололи и склеили заново. Часто дыша и превозмогая боль натянуть штаны удалось, правда только до уровня бёдер. — Остальную часть нужно одеть стоя. Так, один, два — дыхание участилось, стараясь подготовиться к самому сложному — Три!!! — спрыгнув со стола руки резко потянули штаны вверх в доль тела, натягивая их до максимум. Прыжок был болезненным, контакт с полом отдался неприятной ноющей порции боли. — Ха-ха-ха — сдавленный истерический смех вырвался из рта, говоря о нелепости всего происходящего. Было больно, но одновременно и смешно. От чего, скорее Ульяна и сама не знала. Она вспомнила что в советском мультфильме Чипа и Деила, в одной из серий Дональд Дак упал с высокого дерева и лапами приземлился на землю. Ему также было больно. Подобный случай с ней случался и ранее, преобразовывая в армии пару раз при отказе драить ботинки тому, кто на пару месяцев старше тебя по знанию. Тогда при драке получив большое количество ударов от 7 армейцев у Афтона был такой же истерический смех. Он глушил серьёзные травмы, боль в свех, от чего армейцы были в афиге - его бьют а он смеётся. Двое на сколько она помнит уже были в нокауте, а вот 7 оставшиеся били в крысу, стараясь выйти чистыми. Но она знала определённые точки на теле человека, чем и воспользовалась тогда, доказав что подобное отношение к новобранцам всегда будет пагубным для таких "авторитетов". Потом пришла очередь футболки. Она натянула ткань через голову, руки отзывались болью при надевание тёмного материала. Но это было проще, намного легче. Футболка была грубой, неэластичной. Она жутко, удушающе обтянула её бюст, впиваясь в нежную кожу. Каждое движение отзывалось резким, болезненным трением о затвердевшие, гиперчувствительные соски. Казалось, вся нервная система её тела теперь была сконцентрирована в этих двух точках, сдавленных тканью. Дышать стало тяжелее. Грудь, такая соблазнительная и женственная, внезапно стала тяжёлым, неудобным грузом давящим на тело. Надевать жилетку желание не было, от слова совсем. Она порвана и похоже не на лезет на такое тело — даже пытаться не буду — жилетка упала на стол издав металиский звон. Что-то было в кармане. На ощупь Афтон достала маленький металлический ключик с ярлычком Номер 7 — с магнита наверное, кто-то ящик с продуктами не открыл. — упрятав находку в боковой карман штанов, после же застегнув. Она стояла, согнувшись, пытаясь привыкнуть к этому новому, тройному дискомфорту — давящей пустоте внизу, боли в теле и удушающему сжатию наверху. Стоило Афтону моргнуть как из пустоты стал образовываться знакомый, и от того нежеланный силуэт. Она появилась бесшумно, как призрак. Ее пустые глазницы были устремлены на Ульяну, а на губах играла всё та же загадочная, довольная улыбка. Она медленно, оценивающе окинула взглядом ее новую, жалкую «одежду». Ульяна чувствовала на себя посторонний взгляд этого фарфора, но сделать с ним что-то сейчас не получится - разница в силе просто колоссальна, с учётом того что у Афтона их и не было. — Ну вот, — ее голос звучал низко дополняя тишину. — Уже почти похожа на настоящую девочку. Правда, настоящие девочки обычно под основной одеждой что-то дополнительно надевают, ну там трусики какие-нибудь или бюстгальтер под футболку. Стоит кому-то порвать ткань футболки и все прелести — зеленоватая рука сжав металлическую коробочку с мелочью резко отправила в полёт в сторону куклы не желая слушать подобное злорадство. Монеты с неприятным звоном ударились об куклу, а за тем об плиточный пол, но свой монолог она прекратила. — Хи-хи-хи, а вот это ты зря конечно дорогая, он ведь наверняка услышал это, не так хорошо как ты, но наверняка уже идёт сюда. Ульяна замерла, чувствуя, как по ее спине пробегает холодок. Мария сделала еще один плавный, невесомый шаг вперед.— Но это даже мило. По-своему. — Что тебе нужно? Пришла снова поиздеваться? — О нет. Я пришла предложить сделку. — Мария плавно приблизилась, и Ульяна невольно отпрянула — Видишь ли, здесь всего одна дверь. Все выходы на данный момент наглухо заварены, забетонированы, забыты. Все, кроме одного. Потайного. И к нему есть всего один ключ. Даже окна, на них решётка, всё чтобы сделать игру интереснее. — Но ведь пицерия стоит так... — Да...да...да, я знаю что для тебя она дорога и всё такое. Но мне начьхать на это здание — она сложила руки на груди — ты видишь здесь хоть одного посетителя? Я нет, да оно закрыто недавно и бла-бла-бла по списку. — Говори что тебе нужно от меня? — прычала девушка, пытаясь держать себя в руках. — Ой не рычи — облетев комнату Мария уселась на стол позади Афтона — Ключ спрятан где-то здесь, в этом комплексе. Твоя задача - найти его. А моя - немного… усложнить тебе поиски. Она сделала паузу, наслаждаясь напряжением, витавшим в воздухе. — По залам будет ходить кое-кто. Твой двойник. Твоя точная копия, Ульяна. С одним лишь маленьким… преимуществом. У неё будет все то, чего тебя так внезапно лишили. И всё то, что у тебя осталось. Только… сведённое к первоначальной, мужской мощи. Грудь 2 размера, как у юной девочки. И внушительный, настоящий член между ног. Ульяна почувствовала, как по ее спине пробежал ледяной холод. — Если она поймает тебя, — продолжила Мария, и ее голос стал сладким, как испорченный мед, — то ты проиграла. И твоё наказание… ну, оно будет соответствущим. Уши Афтона уловили шуршание со стороны дверного проёма, кто-то перебирал пальцами, явно выдавая себя. Мария схватив Ульяну за плечи потянула назад, прямо на свою грудь. Спина упёрлась об мягкую кожу фарфоровой куклы, позвоночник возле тазового отдела отзывался ноющей болью — Она воспользуется тобой. Полностью. А ключ ты так и не получишь. Потом — кукла шептала на ушко на макушке Ульяны — я прикажу тебя разломать, а затем сшить тебя воедино, и опять сломать. Ты будешь чувствовать то что чувствовали дети, когда ты их ломала. Ульяна резко откинула голову назад, и затылок с глухим стуком врезался в фарфоровую куклу, сидевшую сзади. Хрупкий материал треснул с резким звоном, крохотные осколки посыпались на пол. Боль от удара тут же потрясла затылок, отдаваясь глухой пульсацией. Кукла упав назад мгновено взлетела. Тишина снова повисла в воздухе, густая и тягучая. Ульяна сглотнула комок в горле. Мысль о том, что по темным залам бродит она, но не она - отзывалось странным перевёрнутым чувством. — А если… если я не соглашусь? — прошептала она, уже зная ответ. — Тогда ты останешься здесь. Навсегда. — Мария парила неподвижно. — Выбор за тобой. Выбора по сути и не было. Это она понимала прекрасно. Вечная тюрьма в этом аду из боли, насмешек и странных, извращённых желаний? Нет. Что бы её ни ждало в случае поражения, это был шанс. Шанс минимальный, но он был. Здание уже не стояла на первом месте, уже всё потерянно, аниматроники, сама пицерия и персонал, последний из которых был Или… или испытать то, о чем её тело, вопреки воле разума, уже начало глухо мечтать. Она закрыла глаза, делая глубокий вдох — Хорошо. — ее собственный голос показался ей чужим. — Я согласна. — Прекрасно, — прошептала Мария, и её фигура начала медленно таять, растворяться в темноте. — Постарайся не попасться себе на глаза. Кукла исчезла оставив Ульяну одну в гнетущей тишине, которая вдруг наполнилась новыми, пугающими смыслами. Шуршание в дверном проёме закончилась также быстро как и началась. К сожалению зрение была не так хорошо прокачанна как уши. Она заставила себя подняться в сидячье положение, а за тем спрыгнуть со стола на ноги. Ноги дрожали, а в груди колотилось сердце, готовое вырваться наружу. Суставы болели, спина ныла, не давая ускорить шаг, больше походивший на отчаянные попытки 80 летного старика. Удерживая ватные ноги в рабочем положении, Афтон доковыляла до дверного проёма. Оперевшись об дверной косяк, нога непроизвольно наступила на что-то, и из-под пятки пошёл желтоватый свет. Убрав конечность в сторону, она увидела палочку со светящейся жидкостью. Пальцы ног крепко зажали glow stick, насколько это было возможно. Затем, подняв её на уровень руки, осторожно взяв химический источник света, Ульяна потрясла палочку, чтобы светящаяся жидкость заполнила её полностью. Палочка была примерно 20 сантиметров длиной. Она прислушалась. Тишина. Пока ещё тишина. Ключ. Нужно найти ключ. Это была единственная мысль, которая могла удержать её от паники. Она двинулась вперёд, крадучись, стараясь ступать бесшумно, хотя её собственное дыхание казалось ей невыносимо громким. Она пробиралась через кородоры ведущих в знакомые залы, заваленные обломками былого веселья. Её взгляд лихорадочно скользил по полу, по столам, по развороченным корпусам аниматроников. Ничего. Только пыль и густой мрак, glow stick, свет которого рассеивал небольшую область мягким светом маленького солнца в руках. И тогда она услышала это. Тихий, мерный скрежет. Не механический, а… плотьющий (такое слово вообще существует 🤔?). Шаги. Кто-то тяжело и уверенно шёл босыми ногами по соседнему залу. Шаги были удивительно знакомы - это был ритм её собственной походки, но более тяжелый, более уверенный. Открылась дверь предположительно на лестнечный пролёт, задев что-то металиское послышался соответствующий звук, затем он кубарем свалился вниз а металиский объект упал следом. Это выглядело и звучало смешно, если бы не осознание присутствие в нескольких десятков метров этого непонятного мистического клона. Сердце бешено заколотилось, громко стуча в ушах. Ульяна прижала ладонь к груди, пытаясь заглушить этот звук бьющегося сердца. Оно не должно было её услышать. Без единой мысли, движимая чистым инстинктом самосохранения, Ульяна рванулась с места. Она бросилась в противоположную сторону, вглубь лабиринта коридоров, ведущих к складу. Бег смешанный с подпрыгиванием давался Ульяне особенно тяжело, ноги ныли, отказываясь нормально двигаться, от боли и онимения стопы заварачивались внутрь. Этот инстинктивный бег больше был похож на стреленное животное. Влетев со всей набравшей скоростью в дверь складского помещение Ульяна не удержав баланс грохнулась на пол. Химический свет вылетел и пролетел ещё несколько метров прям под полки с различной утварью.