Опять облом!

‎Оᴛ ᧘ᥙцᥲ Тᥙʍуρᥲ ‎⠀⠀ ‎⠀⠀ ‎— тогда ты вот кто! — засмеялся я, изображая какую-то зверюшку с огромной пастью. ‎ ‎— да это, скорее, ты! — слегка ударил меня по плечу брат. ‎ ‎Обожаю, когда мы так собираемся! Лис вместе с Марьям заливались смехом, пока Ильяс показывал рога и корчил смешные рожицы. Так спокойно на душе... ‎ ‎— Тимур, там кто-то пришëл, открой дверь! — крикнула мама. ‎ ‎Я встал с дивана и направился к двери. Может, какая-нибудь подруга Марьям? У сестры всë-таки день рождения, может, ещë кого-то пригласила? Я прокрутил замок, открыл дверь и... Стоп. ‎ ‎— привет! — улыбнулась Вера. Она и есть подруга Марьям? ‎ ‎— Вееерааа! Урааа! — подбежала сестра и начала обнимать Бирюкову. ‎ ‎— Марьяша, поздравляю тебя с днëм рождения! Тебе уже 6 лет, а значит, что ты офигеть какая взрослая! Это тебе! — улыбнулась Вера, протягивая подарок. ‎ ‎— это ты еë пригласила? — спросил я у сестры. ‎ ‎— а ты не рад? — подал голос Ильяс, стоя сзади меня. И когда он успел подойти? ‎ ‎— так вы договорились... а меня предупредить не забыли? ‎ ‎— ой, короче, все разговоры потом. Не хочешь пропустить свою одноклассницу? — поиграл бровями Ильяс, кивнув Вере в сторону гостиной. ‎ ‎Я пошëл за ними. И ведь они специально мне ни слова не сказали... Ну, с другой стороны, она же к Марьям пришла, а не ко мне. ‎ ‎— оой, Верочка! ‎ ‎Мама? С каких пор она называет еë так? Что вообще происходит? ‎ ‎— здравствуйте, Татьяна Александровна! ‎ ‎Неужели тот телефонный разговор так повлиял...? Что ж, это даже к лучшему. ‎ ‎— хорошо хоть у одного моего внука девушка появилась. А то второй всë с учебниками да с тетрадками, — вдруг подала голос бабушка, сидевшая в кресле-качалке у окна. ‎ ‎Опять она за своë! Мы с Верой покраснели. ‎ ‎— бабуль, ну какая девушка, мы просто друзья... одноклассники, — запротестовал я. А щëки-то горели! ‎ ‎— да, мы просто одноклассники, — поддакнула Вера. Кажется, она специально не хотела смотреть мне в глаза. ‎ ‎— ну-ну, рассказывайте, — усмехнулась бабушка, качая головой. — друзья, значит… Я в ваши годы тоже так говорила ‎ ‎Марьям, до этого увлеченно игравшая с новой куклой и показывая еë Елисею, подбежала к Вере и обняла еë. ‎ ‎— спасибо, что пришла! ‎ ‎— с днëм рождения, взрослая! — Вера опустилась на корточки и потрепала еë по волосам. — расти большой и счастливой! ‎ ‎За столом царила теплая, семейная атмосфера. Мама хлопотала, нарезая торт и разливая чай. Ильяс рассказывал забавные истории из жизни Марьям, вызывая у всех нас смех. Я тоже потихоньку включился в разговор, незаметно поглядывая на Веру. Бабушка, довольно улыбаясь, наблюдала за нами. И после того, как она смотрела на меня, я убирал взгляд с Веры... ‎ ‎— Тимур, а ты не мог бы принести альбом с фотографиями? — попросила меня мама. — хочу показать Вере, каким ты был в детстве ‎ ‎— зачем сразу позорить? — пробурчал я. Но серьёзный взгляд мамы и заинтересовавшиеся глаза Веры заставили встать из-за стола. — ладно, сейчас принесу ‎ ‎Я вышел из кухни, направившись в свою комнату. Блин, ну не хочу, чтобы мои фотки кто-то видел! Мне хватило прошлого раза с Ильясом. Теперь я официально шпаклёвщик в той дурацкой шляпе из газеты и с кисточкой в руках. А ведь я просто помогал соседу доски красить! ‎ ‎Так, вроде в этом шкафу. Я открыл дверцу и посмотрел в пакете. Вот они... альбомы. И это не просто бумага, на которой изображены фотографии, а тысячи воспоминаний... ну я хоть посмотрю, что вообще можно показывать Вере, а что слишком личное. Например, ту фотку шпаклёвщика лучше не показывать. А то она слишком смешная. А у меня улыбка там ещë такая... кривая какая-то. Я открыл первую страницу. Ну тут всë как и было. Таак, а это сразу нет. Здесь я слишком мелкий. Да и слюни пускаю. Что там дальше? Хм... ну здесь мы с Ильясом в песочнице играем. Эту можно показать. К тому же я тут такую кашу из песка и лужи сварил! Даже помню, как хотел стать поваром. О, тут опять с Ильясом! Но уже на качели... ‎ ‎— Т-тимур? ‎ ‎Я поднял голову. Вера с вопросом заглядывала из приоткрытой двери. ‎ ‎— заходи, — растерянным голосом сказал я. ‎ ‎— Татья... твоя мама попросила помочь тебе ‎ ‎— она думает, что ты лучше меня знаешь, где что находится? — усмехнулся я. ‎ ‎— ты просто долго возишься, — процитировала Вера. Долго? Я ж тут минуты две от силы сижу. — это ты? — спросила Бирюкова, кивнув на фотографию в альбоме. ‎ ‎— вот это я, вот это Ильяс, — с улыбкой ответил я. — садись, — я похлопал по кровати. Вера подошла ближе и села рядом. ‎ ‎— и это ты? — улыбалась она. ‎ ‎— а похож? ‎ ‎— очень! Причëска не та, а вообще... глаза те же ‎ ‎— глаза? — переспросил я. ‎ ‎Вера подняла голову и посмотрела на меня. Смотрела в глаза... Ну сама же сказала, что похожи. Перепроверяет что ли? Интересно, а она похожа на себя в детстве? Не, ну понятно, что похожа. А глаза, например, те же? Такие же голубые и... даже чем-то завораживающие? И ресницы такие... длинные. И зрачки, кажется, увеличились. И сердце, кажется, громче стало... Но это у меня, однозначно. И почему оно вдруг начало стучать быстрее? Я не знаю, сколько мы так просидели, глядя друг на друга, но я вдруг приблизился. Мозг ничего не понимает, а сердце хочет. Вера тоже приблизилась. Расстояние между нами было буквально пару миллиметров. Я снова приблизился и... ‎ ‎— вы долго... а, ой ‎ ‎Мы с Верой резко повернулись на голос. ‎ ‎— Марьям! Стой! Иди-ка сюда, пожалуйста, — крикнул я, встав с кровати. Марьям вернулась в комнату, виновато глядя на меня с Верой. ‎ ‎— ты что-то видела? — спросил я. Сестра лишь улыбнулась, а потом резко убрала улыбку. — это наш маленький секрет, ладно? ‎ ‎— хорошо, — тихо согласилась Марьям. — вас там все уже заждались! — улыбнулась сестра, кивая на дверь. ‎ ‎— иди, мы сейчас придëм, — сказал я, провожая Марьям взглядом. ‎ ‎Я посмотрел на Веру. Хотя после такого и смотреть как-то стыдно. Ну вот опять всë обломалось! Как в тот раз... ‎ ‎— прости... ‎ ‎Вера улыбнулась и ненадолго прикрыла глаза, мол, ничего страшного. ‎ ‎— пошли, Тим, — улыбнулась она, слегка похлопав меня по плечу. ‎ ‎Я как-то разочарованно вздохнул и, взяв с кровати альбом, последовал за Бирюковой. ‎ ‎— Тимур, ну что ты так долго альбом искал? — спросила мама, оглядывая меня с ног до головы. ‎ ‎— и Вера тоже хороша! Ушла, и с концами, — по-доброму поругала еë бабушка. ‎ ‎— одна Марьям молодец, — подал голос Ильяс. ‎ ‎— за неë! — улыбнулся Лис, подняв стаканчик с соком. ‎ ‎Мы рассмеялись. Эх, как же я люблю свою семью! И Веру с Елисеем тоже. Но Веру больше...