Мискарканд.

Мне предстояло найти для Мартина Великий Велкиндский Камень, который, вероятно, находился в руинах древнего айлейдского города Мискарканд. Полная уверенности, я отправилась туда. На этот раз путь был совсем неблизкий. Нужно было по Серебряной дороге, не доходя до Имперского Города, обогнув его по Кольцевой Красной, добраться до Скинграда, ну а оттуда и до Мискарканда уже было близко. По пути мне довелось закрыть ещё пару Врат. Одни открылись прямо близ Имперского Города. Полсотни стражников пытались их закрыть, отбиваясь от даэдра, что лезли оттуда, как тараканы. На моё удивление, из этих врат лезли не скампы и даже не эти ящерицы с высокими воротниками, а даэдроты — огромные крокодило-видные чудовища, одного такого однажды мне уже пришлось видеть. Но этих было трое, а вокруг них бегали паучихи и их паучата. Я, не колеблясь ни минуты, бросилась помогать стражникам. Нелегко было справиться с чудовищами, но у нас получилось, дальше из Врат полезла уже всякая мелочь, их взяли на себя имперские солдаты, а я вошла во врата. Как всегда мне помогла моя излюбленная невидимость. Добыв Сигильский камень, я закрыла врата, оставив несколько скампов и пару дремор на погибель. Стражники победно ликовали, поднимая вверх мечи, и благодарили меня за помощь. Дело шло к вечеру, я заночевала в таверне «Вайнет», где мы уже останавливались с Мартином и Джоффри, по дороге в Бруму. Сняв комнату, я решила посидеть над Сигильскими камнями, которые уже успела собрать. Они были разных размеров и излучали разную силу. Один из них был небольшим и на руке от него чувствовался холод, а последний добытый мною был самым крупным, из тех, что мне попадались, и от него заныли суставы в пальцах. Я сочла его самым полезным и решила наложить чары на меч. «Теперь мой меч будет смертоноснее чумы, — подумала я оглядывая красное свечение на лезвии, и заодно крепче.» Довольная содеянным, я легла спать. К счастью, никаких кошмаров на этот раз не было. Мне снова снился Мартин, находившийся в главном зале Храма Повелителя Облаков. Рядом с ним стоял Баурус. Мартин читал книги и что-то записывал. Я как будто подошла к нему и наблюдала, за его работой. Вдруг мы оказались совсем одни, зал стал пустым, даже мебель исчезла, только огромный камин освещал пустую темноту и нас. Мартин улыбался мне, беря меня за руки. Во сне я чувствовала тепло его рук. Сон был спокойный, немой, но очень приятный. Я проснулась с лёгким чувством эйфории от этого сна, обнаружив, что всю ночь обнимала подушку. Я делала так с детства, хотя у меня и подушки-то не было. Был только игрушечный нетчик, сшитый из мешковины и набитый соломой. Глядя на эту подушку, я почему-то вспомнила этого нетчика: «Не помню, куда он потом делся, может быть родители его отдали брату, или вообще выбросили. Уже, наверное, не важно.» Я возобновила свой путь до Мискарканда. Следующие Врата в Обливион мне повстречались по дороге в Скинград. Врата открылись прямо возле чьей-то фермы. Даэдра разнесли дом, убили фермеров и их скотину. На руинах маленького деревянного домика бесновались скампы и несколько дремор. Переребив их со справедливой яростью, я направилась ко Вратам. Меня вдруг взяла такая злость, я даже не стала накладывать на себя невидимость, а вошла во врата, вступая в бой со всем, что двигалось. Наверное, мне повезло, так как мне не встретился практически никакой серьёзный противник, по мимо дремор, которых я уже уверенно отбрасывала в сторону прикосновением молний. До башни получилось добраться быстро, и извлечь Сигильский камень из крепости мне тоже труда не составило. Закрыв врата, я вернулась на ферму. Мне хотелось похоронить несчастных невинных фермеров. Их обожжённые тела лежали в обломках их дома, какая-то лопата в их сарае тоже нашлась, и закопаны были бедолаги под деревом неподалёку. Я не знала их имён, поэтому никаких надгробий не сделала, только положила сверху по валуну. Всю дальнейшую дорогу я с грустью размышляла о том, сколько ещё таких несчастных по Сиродилу. А по Тамриэлю? И подумать было страшно. К середине дня я добралась до Скинграда. Там в местных конюшнях, оставила лошадь и дальше пошла пешком. Через пару миль вдали показались обширные белые развалены. Подойдя ближе, я смогла увидеть руины того самого айлейдского города — Мискарканда. Лестницы, колонны, арки, всё это говорило о том, что когда-то это место было воистину прекрасным. Большие белокаменные строения встретили меня величественно, но холодно. Картину также портили признаки пребывания там гоблинов: черепа на кольях, разбросанные кости животных и людей, и, конечно, характерный запах. Не успела я найти сам вход в подземную часть города, на меня уже выскочила тройка этих противных агрессивных существ. Вытирая меч от крови об траву, я размышляла: «Ну вот зачем они нападают? Никого бы не трогали, никто бы их не трогал. Что за создания? Одним только Богам известно, что им надо.» Расправившись с охраной я вошла внутрь. В руинах, конечно, было темно. Я не стала мелочиться на невидимость и смело пошла вперёд, освещая себе дорогу магическим светом. В помещениях было как-то жутенько. Пятна крови на белых полах наталкивали на не очень-то смелые предположения. Вдруг я наткнулась на тело гоблина, которое было всё очень сильно исполосовано. Оглядывая труп существа, не заметила приближения сзади его сородича, который резко напал на меня, за что получил мощный удар молнии, конечно, смертельный. Тело того второго тоже было сильно избито, по их оружию я поняла, что они дрались, вероятно, друг с другом, что показалось мне странным. Достав на всякий случай лук, я всё-таки убрала свет и решила, если не уходить в невидимость, то хотя бы просто красться. Дальше перед моими глазами предстал довольно красивый зал, белые колонны хоть и были разрушены, но своды его оставались также прекрасны, как, вероятно, и прежде. Помещение тускло освещалась кристаллами в причудливых металлических люстрах. Я вдруг погрузилась в раздумья о том, как бы мне хотелось увидеть этот город во времена его величия. Но раздумывать было некогда, я пошла дальше. В следующем зале перед моими глазами предстала очень странная картина: несколько гоблинов яростно дрались друг с другом, не на жизнь а на смерть. «Это у них междоусобные войны, — в недоумении подумала я, — или просто семейная ссора?». Я решила посмотреть, чем всё кончится. Одна половина гоблинов поубивала другую и все измотанные и раненые с облегчением вздохнули. Но, не тут-то было. Из ниоткуда вдруг появилась нежить, несколько скелетов быстро расправилась с остатками покоцанных гоблинов. «А вот такого накала я не ожидала.» — подумала я, приготовив серебряные стрелы, которые у меня ещё остались. Не заставив себя долго ждать, перестреляла оставшуюся нежить и стала смотреть, не появится ли кто-то ещё. Но никого больше не было. «Интересно, — размышляла я, — кто их вообще призвал?» Потихоньку, крадучись, пошла дальше. В следующем помещении я упёрлась в решётку, открыть которую не могла. Стала искать что-нибудь, похожее на проход, или рычаг. Но нашла спуск на этаж ниже, где снова увидела сражение между мёртвыми и живыми. Словно что-то пыталось вытравить отсюда гоблинов. Когда скелеты нещадно расправлялись с ними, мне стало их даже немножко жаль. Оставшуюся блукать посреди гоблинских трупов нежить, я спокойно перебила стрелами. В этом помещении в стене нашлась квадратная плитка с маленьким светящимся камушком. Я сразу поняла — это и есть то, что мне нужно. Нажав на неё и поднявшись обратно к решётке, увидела, что двери отворились и я спокойно смогла пройти дальше. Дальше, пройдя через долгие коридоры, я снова натыкалась на гоблинов. Эти были вроде как спокойны и занимались своими делами. Меня они не видели, но я хорошо видела их. Вдруг, совершенно неожиданно, они стали нападать друг на друга, словно их кто-то околдовал. Они бились между собой яростно и ожесточённо. После этой битвы осталась только пара гоблинов, и те были полумёртвые. И, как и ожидалось, явилась нежить и добила их. «Что-то тут не так, — подумала я, — то ли тут некромант какой-то куражится… То ли…» Даже подумать о чём-то потустороннем мне стало страшно. Не хотелось вдруг встретить страшного призрака злого короля из легенд. В центре одного из следующих залов была металлическая клеть, подняв которую, я обнаружила кристалл. Но совсем другой, и это точно было не то, что я искала. Я решила взять этот предмет, чтобы потом расспросить Мартина, что это вообще за вещь. По пути встречала ещё не одну гоблинскую баталию, добивая после них оставшуюся нежить. Пройдя несколько длинных коридоров, несколько залов со сломанными колоннами, я наткнулась на дверь. Очень интересная каменная дверь с округлым, заострённым вверх проёмом, на которой было изображено очень красивое дерево, светящееся в темноте тем же мягким голубым светом, что и кристаллы в люстрах и Велкиндские камни. Войдя в эту дверь, я попала в обширное помещение, где в центре находилось сооружение, похожее на айлейдские энергетические колодцы, что можно встретить по всему Сиродилу. На этом сооружении, ярко сияя, покоился тот самый Великий Велкиндский Камень. Я мгновенно узнала его. Подойдя к нему и только коснувшись его, вдруг услышала чей-то пронзительный крик за своей спиной. Поджилки затряслись, кожа похолодела, сердце в пятки рухнуло. Я с ужасом обернулась. Перед моими глазами предстал сам король Мискарканда собственной мёртвой персоной. Гнилой мертвец парил чуть выше пола, королевские одежды почернели и изорвались, лицо ссохлось, глаза его ярко горели в темноте, а из дыры, где когда-то была нижняя челюсть, он издавал истошный вой. Призрак медленно, угрожающе глядя на меня, подплывал всё ближе. Забыв собственное имя, я, как околдованная, глядела на него, моя рука вдруг потянулась к мечу, но достав его, я направила острие не на призрака, а на себя. Я почти что подвела лезвие к своей шее, но вдруг опомнилась, в памяти всплыл недавний сон. Мёртвый король пытался заворожить мой разум, чтобы я сама избавила его от своего присутствия. Поняв, что происходит, я вскрикнула: «Ах ты выродок! Хрена тебе с маслом, финик сушёный!» В одной из книг, что лежали на столе у Мартина, и которую я на досуге пролистала, прочла, что лича, а это, по всей видимости, был именно он, можно обезвредить, если отрубить ему голову и отбросить её, но так его не убить, можно лишь ослабить. Чтобы убить, нужно либо уничтожить его артефакт, либо, не дав собрать тело заново, сжечь все части. Что за «артефакт» было не слишком понятно, но вот сжигание мне показалось самым логичным решением. Я отсекла призраку голову, та покатилась в сторону. Я подскочила к ней и, схватив недовольную головешку подмышку, стала убегать от разъярённого лича, что пытался гнаться за мной, булькая глоткой. Отбежав от мертвеца на приличное расстояние, он всё равно медленный, как улитка, я запустила в тело призрака несколько огненных шаров. А пока тело, сгорая, продолжало плыть до меня, я в своих руках сожгла и голову. Тело мертвеца рассыпалось в пепел, а из пепла выпал небольшой почерневший от огня ключ. «А ведь он убил бы меня, моими же руками, — с досадой подумала я, потирая шею, — если б его фокус сработал… Неужели, я наконец научилась пользоваться знаками из снов?» Стало ясно, почему гоблины убивали друг друга. Скорее всего, поселившееся тут племя изрядно побеспокоило короля Мискарканда и тот решил таким образом избавиться от незваных квартирантов. И от меня заодно. Но теперь мстительного призрака больше не было, а мне ничто не мешало забрать Великий Велкиндский Камень. Я завернула ценный артефакт в плащ, как уже делала и с другими, и направилась к выходу. Ключ, который я нашла, был сильно повреждён, но своей функции не утратил. Мне повезло, это оказался ключ от врат Мискарканда, так как я смогла выйти с его помощью через другие двери, позволившие мне подняться на поверхность, не проходя обратно весь тот же путь. Не зная, сколько времени провела в подземельях, я оказалась на поверхности поздней ночью. Очень уставшая и измотанная, вернулась к Скинграду. Там и заночевала. Я сняла комнату в первой попавшейся гостинице. Мне так хотелось спать, что я плюхнулась в койку не раздеваясь, лишь сложив свёрток с камнем и сумку на комод. Спала, как убитая, а во сне вдруг снова увидела того самого светящегося дракона. Больше ничего, только его. Глядя на этот образ, я вдруг подумала о Мартине. Не могу точнее объяснить, но я как будто знала, что этот дракон напрямую с ним связан. И это меня нисколько не радовало, наоборот, печалило. Проснулась я с каким-то непонятным скорбным чувством и ощущением тревоги: «Который раз мне снится этот дракон, и который раз я абсолютно не понимаю смысла этого сна. Что ты хочешь мне сказать? Что?! Я либо слишком глупа, чтобы понять это послание, либо слишком слепа, чтобы увидеть за этим что-то ещё.» С этими беспокойными мыслями я стала собираться снова в дорогу. Вдруг из моей сумки выкатился Велкиндский камень, что дал мне Мартин, в очередной раз напомнив мне о нём. «Какое отношение этот дракон имеет к нему, — думала я, глядя на камень, — может это и правда Акатош, а Мартин был священником Акатоша?.. Ну и что… Зачем мне это снится? Чёрт… Ну как же это всё бессмысленно и бесполезно…» Я спрятала кристалл обратно в сумку и покинула гостиницу. На улице ко мне вдруг подошли двое, казавшиеся простыми нищими. Но вдруг в их руках появилось оружие, один из них вскрикнул: «Я уже в Раю!» Другой кричал: «За Лорда Дагона!» Оба они напали на меня. Конечно, они довольно быстро были мною убиты, ещё до того, как подбежали скинградские стражники. Хотя осадочек-то остался. Стражники сетовали на то, как же так, средь бела дня на людей просто так нападают. Я ничего не стала им говорить, а просто покинула город. «Вероятно кто-то из культистов, — раздумывала я, — знает, как я выгляжу. Эти двое ждали именно меня, возможно кто-то приметил меня в гостинице. Надо быть начеку. Любой оборванец может оказаться агентом Мифического Рассвета.» Обратная дорога до Храма Повелителя Облаков прошла уже чуть быстрее. Я хорошенько так припустила лошадь, чтобы лишний раз не задерживаться, и не останавливалась больше нигде. Вымоталась, но таки дошла до Храма к утру. Зайдя в главный зал с трофеем в руках, я стала свидетелем очень странной беседы между Джоффри и Мартином. — При всём уважении, сир, должен быть другой выход, — говорил взволнованный Грандмастер, — риск слишком велик. — Я знаю о риске, — возражал Мартин, — я был в Кватче. Прости, но другого пути просто нет. — В какой-то степени я понимаю и согласен, но графиня… Она никогда на это не согласится. — Ей придётся. Она должна. Джоффри, я понимаю, насколько это серьёзный вопрос. Именно поэтому я обсуждаю это сейчас с тобой. Мне важно твоё мнение, но и поддержка тоже. Если бы был любой другой выход, я с радостью воспользовался бы им. Но мне пришлось признать, что его нет. И Графине Брумы тоже придётся. — Хорошо, — тяжко вздохнул Джоффри, — Клинки, как всегда, в Вашем распоряжении. Они оба заметили моё приближение. Мрачное лицо Мартина преобразилось, он ласково взглянул на меня и улыбнулся. Прямо в руках, ничего не говоря, я развернула свёрток и показала Великий Велкиндский Камень Мартину. — Тебе удалось его добыть, — воодушевлённо сказал Мартин, — благодарю тебя. — Обещание дороже золота! — Улыбнулась я. — Действительно. Я всегда могу положиться на тебя. — Безусловно. Мартин взял из моих рук крупный кристалл и расположил его на одном из столов: — Никогда не думал, что буду держать его в руках. Он действительно прекрасен, как и гласят легенды. Жаль, что его красота лишь маскирует его смертоносную мощь. — Не такую уж и смертоносную… Есть вещи и похуже. — Джоффри всё также обеспокоенно вздыхал, глядя на меня. — Кто-нибудь хочет объяснить мне, что случилось? — Я старалась скрыть волнение улыбкой. — Пока ничего, — удручённо ответил Джоффри, — из каждого графства мне пришли письма. Графья утверждают, что рядом со многими городами начали открываться Врата в Обливион, а там, где ещё этого не случилось, люди очень обеспокоены. Никто не станет слать подмогу, пока города в опасности, а без подмоги Бруме не выстоять. — Не выстоять в чём? — Улыбка моя неуверенно сползла. — Пускай Мартин сам объясняет. — Угрюмо сказал Грандмастер. — Видишь ли, Мира. — Мартин снова стал мрачным. — Нам осталось добыть лишь один предмет. — Так, какой? Где он? Только скажи и я его добуду! — Я ценю твою доблесть, Мира. Но не торопись. — Он подошёл ко мне, серьёзно глядя в глаза. — Я раньше должен был это понять. Помнишь, два первых предмета противопоставлены друг другу? Кровь даэдра и кровь божества. В этом и есть смысл. Четвёртый предмет — противовес Великому Велкиндскому Камню, содержащему в себе концентрат энергии Мундуса. А его противоположностью будет как раз Великий Сигильский Камень. — Как же его достать? — Тебе это не понравится. — Он виновато отвёл взгляд. — Джоффри это уже не нравится. Графине Брумы это тоже определённо не понравится. Всё дело в том, что Великие Сигильские камни служат якорями для Великих Врат, на подобии тех, что были открыты в Кватче. И Мифический Рассвет давно пытается открыть такие врата возле Брумы. — Ты хочешь позволить им это сделать? — Ну я ведь сказал, что тебе это не понравится. — Это безрассудство… — Я знаю. — Мартин нахмурился. — Риск велик. Я ещё не забыл, как был разрушен мой город. Но выбора нет. — Как мы собираемся противостоять Великим Вратам, — возмутился Джоффри, — если Бруму охраняет полтора стражника? Да они сметут город, не успеем мы моргнуть. — Если графья боятся за свои города, от чего не хотят давать нам подмогу, значит нужно предоставить им хотя бы малую безопасность, — ответила я, — я пойду к ним, закрою столько врат, сколько смогу. Любым способом я добьюсь помощи Бруме! — Ты пойдёшь защищать целые города в одиночку?! — Беспокойство Грандмастера уже напоминало истерику. — Успокойтесь, я знаю, что делать, — уверяла я, — нужно оказать помощь другим графствам, тогда они с большей охотой окажут её нам. Они ведь прекрасно понимают, что на кону не только их владения, но и весь материк. В разговор вдруг всупил Баурус, всё это время молча слушающий нас за спиной у Мартина: — Простите, но ей ведь действительно не обязательно идти одной. Я бы пошёл с Мирой и помог бы всем, чем только могу. — А это хорошая мысль, — задумчиво сказал Мартин, — Мира, возьмёшь компаньона? — Если компаньон готов лезть в пекло, то почему нет. — Я подмигнула Баурусу. — Ну тогда вопрос исчерпан, — сказал Баурус, — мы идём за подмогой. Когда выходим? — Да хоть сейчас! — А нам предстоят нелёгкие переговоры с графиней. — Удручённо произнёс Мартин. — Что ж. Пусть будет по-вашему, — согласился Джоффри, — есть ещё некоторые дела, которые мне нужно сделать. Я напишу письмо графине, приглашу её на встречу. Но тебе придётся приложить все усилия, чтобы убедить её, Мартин. — Я постараюсь, — кивнул он, — подумаю, какие аргументы лучше привести. Я вглядывалась в серьезное лицо Мартина и думала: «Понимаю, как всё это сложно и как тяжело ему принимать такие решения. Однако, когда он станет императором, такие решения ему будет необходимо принимать каждый день. Это суровое испытание для него. Если всё действительно выйдет, то Мартин получит колоссальный опыт построения тактики обороны. Для главы государства это очень важно. И я также понимаю, что если бы у него был любой другой путь, хотя бы с малым шансом на успех, он бы им воспользовался. Но если Мартин решился на это, значит выбора и правда нет.» Джоффри отправился к себе писать письмо Графине Нарине Карвейн. Баурус пошёл седлать коня. А Мартин остался у своих столов, печально глядя на принесённый мною кристалл. Мне было не по себе. Очень хотелось поддержать его, но и не хотелось навязываться. «Ему и так сейчас нелегко, — думала я, глядя на Мартина, — обо мне ему ещё не хватало переживать.» Но ведь и уйти я не могла. Встала, будто приклеенная к полу. Ни шагу ступить не имела сил, ни к нему, ни от него. Он вдруг заметил это и вопросительно взглянул на меня. — Ты чего-то хотела? — Эм…да-а… — Я вдруг вспомнила про ещё один кристалл, найденный мною в Мискарканде, и показала его Мартину. — Не поможешь разобраться с этим? — О, камень Варла. — Мартин заинтересованно взял кристалл из моих рук. — Они встречаются куда реже, чем Велкиндские. — Тоже одна из айлейдских магических приблуд? — Именно. — Мартин усмехнулся, взглянув на меня. — Нужны для подпитки магического оружия. — Подпитки? — Ну, магическое оружие тоже иногда сбоит, такие камни помогают его восстановить, так что не теряй, — он вернул мне кристалл, — вещь полезная. — Что ж. Спасибо за пояснения, Мартин… — Я уставилась на камень Варла, не зная что ещё могу сказать Мартину, перед уходом. — Мира, ты ведь ещё хочешь что-то спросить, верно? — Эм… Ну… Только сказать, что я в тебя верю, — несмело произнесла я, пряча кристалл в сумку, — ты всегда меня поддерживаешь и не сомневаешься в моих силах… Я в твоих тоже не сомневаюсь. И верю в то, что ты знаешь, что делать. — Я очень это ценю, Мира. — Мартин виновато вздохнул. — Прости, что даже отдыха тебе не дал. — Всё в порядке. Дело не ждёт. А отдохнуть я ещё успею. Я только собралась направиться к выходу, как вдруг Мартин остановил меня, подойдя ко мне, он взял меня за руку и поднял моё лицо за подбородок. Я увидела его опечаленные светлые глаза, понимая о чём он думает. Он не спешил что-то говорить, и мне сказать было нечего. Мы только смотрели друг на друга, пока, наконец, Мартин не поцеловал меня. Я коснулась холодными руками его тёплых щёк и не спешила отпускать его. Мартин приобнял меня за плечи. Мы на несколько мгновений потерялись из этого мира и вернулись в него, как только опомнились. — Хотел бы я сказать, что всё будет хорошо, — прошептал Мартин, крепко обняв меня, — очень хотел бы. Но не могу. Ибо я не знаю. — Я тоже не знаю. Но я скажу. — Я взглянула ему в глаза и улыбнулась. — Всё будет хорошо. Потому, что я хочу, чтобы так было. — Может быть, ты не считаешь себя героем, — ответил он со слабой печальной улыбкой, — но для меня, ты бесспорно герой. — Не хочу я быть для тебя героем. Для тебя я хочу быть только тем, кого ты желаешь видеть, о ком думаешь и с кем тебе хорошо. — Ты уже такой человек для меня, Мира. — А ты для меня. — Я уже говорил однажды и повторю снова, ты вселяешь в сердца людей надежду. — Мартин смотрел на меня восхищённо и гладил по голове. — Это дорогого стоит, поверь. — Мою надежду не легко сломить, но порой и меня одолевают сомнения. Мои сны покоя мне не дадут. — Тебе опять снилось что-то плохое? — Не совсем, — устало вздохнула я, — снова был тот дракон. У меня чувство, что он как-то связан с тобой. Но как, не имею понятия. Я никак не могу объяснить это. И чувство обеспокоенности не уходит. Я признаюсь, Мартин. Мне страшно. Очень. И не за себя. — Я понимаю. — Он тепло прижал меня к своей груди, словно пытаясь защитить. — Мне тоже. — Мартин, в Храме Повелителя Облаков ты будешь в безопасности. Я буду тебя защищать! — Нет, Мира. Так не будет. Я возглавлю оборону Брумы лично, — уверенно сказал Мартин, — если я должен стать Императором, то и должен поступать так, как подобает главе Империи. — Но… Но ведь… — Я немного растерялась, ведь не ожидала, что он полезет в битву сам. — Я думала, ты будешь руководить отсюда… Ведь ты можешь погибнуть. — Помнишь нашу первую встречу в Кватче? Я сказал тебе, что не хочу быть частью какого-то божественного плана. И я всё ещё не уверен, что этот план существует. Но я пришёл к мысли, что это не важно. Важно только то, как мы действуем. Нужно сделать всё необходимое, чтобы противостоять угрозе. Таковы ведь и были твои действия в Кватче. Это тебе я обязан спасением, а не Богам. Не знаю, пришлось ли тебе действовать за них, от их имени, по их желанию… Не уверен. Теперь, я думаю, пришло и моё время действовать. Я достаточно просидел в тылу. — Как прикажешь… — Я покорно опустила голову, пряча руки за спиной. — Пожалуйста, милая, не надо, — ласково сказал Мартин, проводя рукой мне по макушке, и, вновь поворачивая моё лицо к себе, — я нуждаюсь в твоих советах и помощи, а не в слепом повиновении. Я надеюсь, ты понимаешь меня. Мне это важно. — Не сомневайся. Понимаю. Как бы не боялась за тебя, я уже сказала, что верю в тебя, — утвердительно ответила я, — тебе верю и свою помощь окажу всегда без колебаний. — Спасибо тебе за это, Мира. — Боюсь, мне пора идти, Мартин. — Я нехотя стала отходить от него. — Баурус наверняка меня уже юдёт. Удачи тебе с графиней. — Благодарю, милая, — ответил он, провожая меня грустным взглядом, — тебе, конечно, тоже удачи и в добрый путь. Береги себя. Напоследок улыбнувшись Мартину, я поспешила уйти. Обеспокоенно прокручивая в голове мысль о том, что ему придётся собственноручно биться с даэдра, я вовсе не могла спокойно вздохнуть от этой мысли. Ну а Баурус действительно уже ждал у лошадей, встречая меня задорной улыбкой, от которой беспокойные мысли слегка притихли. — Ну что, готова, — спросил он, увидев меня, — ты чего такая хмурая, сестра? — Да ничего, брат, всё в порядке, — отмахнулась я, — мы можем ехать, я готова. — Куда едем в первую очередь? — Думаю, что в Коррол. Оттуда до Скинграда, потом в Кватч, а следом в Анвил. — Думаешь стоит ехать в Кватч? — Задумался Баурус. — В любом случае им нужно сообщить об угрозе Бруме, — серьёзно ответила я, — быть может, кто-то решится оказать хоть какую-то помощь. — Резонно. — Поедем не по дороге, срежем через лес, так быстрее, время терять не стоит. А потом по тракту в Имперский Город. — Через лес, — переспросил Баурус, — ты уверена? Там ведь волки… Медведи. Разбойники, наконец. Я уже молчу, про бродящих где-то по лесам минотавров, гоблинов и ещё не Боги весть что. — Только не говори мне, что ты боишься. — Я лукаво ухмыльнулась. — Я? Боюсь?! Нет! — Баурус обидчиво нахмурился, выпрямился и поправил шлем. — Вот ещё… Я боюсь. — Тогда поехали. — Я вскочила в седло. — Готовься к бессонным ночам и жарким битвам с чудовищами. Возможно, по пути в города нам придётся закрыть ещё несколько врат. — Заодно покажешь, как это делается. — Баурус тоже залез на коня и мы, наконец, тронулись. Случилось всё так, как я и предполагала. Мы направились в Коррол, по пути закрыв одни небольшие Врата в роще, вокруг которых гуляли скампы и перебили всех белок и лисиц в округе. Баурусу довелось своими глазами увидеть Обливион и Мёртвые Земли Мерунеса Дагона. Ну и, конечно, как закрываются эти злосчастные порталы. Впечатлительность Бауруса меня порой удивляет, он был так взбудоражен этим опытом, что всю дорогу до Коррола не умолкал, расспрашивая меня о моём опыте. Но также его энтузиазм подзадоривал и меня. Мне стало спокойно и даже весело. В такой компании время пошло куда быстрее. Работа нам предстояла долгая, опасная, но, безусловно важная.